Проблема для дракона

Он на меня взирал насмешливо. Никак слышал всё? Хотя в книгах фэнтези про драконий слух сведения были самые впечатляющие.

— И не появляйтесь пожалуйста возле моего дома более, и не подсылайте никого. Я ведьма мирная, людей простых лечить обученная. К драконам претензий не имею.

Дракон расхохотался. Вот как стоял, голый и чесоточный, так и хохотал, голову вверх задрав.

— Из одежды могу скатерть предложить, — решила я проявить крайнюю степень гостеприимства. Целый император, как-никак. А то заболеет еще, такая потеря для королевства.

Глава 25

— Предложи, — промурлыкал дракон и двинулся ко мне, уверенный, что мы теперь его не тронем.

Это он зря, ибо метла намерения императора раскусила быстро, встав прямо перед ним и демонстративно распушившись.

— Еще шаг в её сторону, и мы перейдем к первому варианту развития событий, — Прохор тоже распушился, превращаясь в черный перьевой шарик. Я даже глаза скосила, внимательно его разглядывая.

— Ты с кем говоришь, знаешь! — важно выговорил император.

— А землице, знаете ли, без разницы, кто ложится туда. Хоть бандитом будьте, хоть драконом, хоть императором, — продолжал запугивать ворон. — Проверить хотите? Это Милорада запросто.

Дракон замер, снова принимаясь чесаться. А я послала ему самую обворожительную улыбку.

— Заклинание снимать будем, или Прохор пойдет место во дворе выбирать?

Дракон кивнул, а я принялась копаться в закромах памяти, пытаясь отыскать нужные сведения. Память услужливо демонстрировала мне кукиш. Я даже отошла, якобы в поисках скатерти, а сама взмолилась вредной ведьминской сути. Которая после пары заклинаний членовредительства, всё-таки выдала смысл дезактивации. Просто нужно было «Кре» перед основными словами поставить.

— Кре-пираус гельнешмирт? — вышло неуверенно, но крайне действенно. Дракона обдало золотым заревом и все красные пятна с тела сошли вмиг.

— Ух… — не сдержалась я, выдавая свой восторг от первых подвигов в магии.

Но императору было не до моих радостей. Он взирал теперь хмуро и выглядел крайне зло.

— Все-таки ведьма. Истинная! Сильная!

Я как раз развлекала себя выуживанием из стопки белья скатерти, которую дракон бесцеремонно отобрал, тут же подпоясавшись.

— Мы таких всегда истребляли, понятно тебе? — он стоял близко-близко. — А сейчас я с ведьмой связан не только словом, но и позволил воздействие.

— И спасенную жизнь ко всему прочему, приплюсуйте, — вставил Прохор, который успел принять человеческую ипостась и теперь стоял по левую руку от меня. — Я против был, но Милорада, ведьма молодая, жалостливая, непонятно отчего к дракону симпатией проникшаяся.

— А с чего вы вообще ведьм истреблять начали? — решила и я вмешаться. — Потому что драконы иной магии неподвластны, и привыкли к безнаказанности! А тут нашлись те, кто на них великих воздействовать смог. Так это же естественно. Магия на то и дается. Вот вы сегодня меня обездвижили, думаете, приятно было? — я заглянула Иллару в глаза. — Да только плевать дракону на то, что ведьме неудобно! А вот когда на вас самого навели чесотку, то сразу стало неприятно. Так это просто закон бумеранга в действии, Ваше императорское величество! Зло всегда возвращается, а иногда, и со сторицей!

— Что? Драконов с ведьмами сравнивать? — взревел Иллар, вмиг становясь как-то больше и страшнее. Я даже за Прохора спряталась, хоть тот и сам явно трусил.

— А вы что же, пуп земли? — пропищала я, хоть и не следовало злить дракона еще больше. Но жажда справедливости не отпускала.

Но дракон неожиданно успокоился, и ответил мне уже совершенно другим тоном:

— Как минимум, я император! А ты — простая ведьма, ютящаяся в маленькой хижине. Поэтому попридержи язык.

Ух, пробрало меня сейчас. Потому что такой громкий и хорошо поставленный голос мог принадлежать только руководителю. У нашего бигбосса Саныча очень похожий был.

Поэтому я умолкла быстренько, жестом показав, что закрываю свой рот на замок, и подойдя к двери, отвесила поясной поклон, как и учил Прохор.

— Отпускаю вас с миром, обещание свое не забудьте.

Я что-то так устала за сегодня, что даже императора нормально выпроводить сил не было. Ушел бы он уже поскорее, и балагурить перестал.

— Я завтра загляну сюда, ведьма. Проверю, как дела обстоят. Предупреждаю заранее, чтобы не выдала ты меня словом неосторожным.

— Под личиной будете? — поняла я.

— Не знаю пока, но в любом случае, раз ты меня даже под мощнейшим артефактом разглядела, то и за иллюзией рассмотришь. Ахать-охать начнешь. А народу тут, чувствую, будет немерено.

Я кивнула, тяжело прислонившись к дверному косяку. А дракон, мимо проходя, пальцами по запястью моему провел. Будто бы невзначай, легко очень. Но я заметила, зыркнув на него исподлобья.

— Счастливо оставаться, — напоследок кинул Иллар, более не оборачиваясь.

— И вам не хворать, — поддержал его Прохор.

А я, добредя до лавки и поправив цветной половик, с наслаждением вытянулась.

— Все, Прош, до утра не кантовать. И если ты не устал, сложи мне книги с заклинаниями лечебными в отдельную стопочку, пожалуйста. Я как проснусь, изучать начну, — сказала уже неразборчиво, постоянно зевая.

— Ага, надейся, — Прохор зашуршал чем-то. Но как бы мне ни хотелось посмотреть, сил на то, чтобы глаза приоткрыть, уже не осталось.

* * *

—Ведьма-ведьма уходи,

И дракона уводи,

Он кусается, а ты

Хороша до дурноты.

Дети в пестрых деревенских одеждах прыгали вокруг импровизированного костра. Его имитировала картонка с нарисованным огнем и сложенное кучкой сено. На сене сидела девочка в рваном платье. Её грязное личико и измазанные сажей ручки производили устрашающее впечатление.

—Да будьте вы прокляты! — кричала она. — Да будут драконы гнить в собственных телах!

— А ну цыц! — вперед вышел мальчик в черной накидке. Он изображал священника, а вырезанные из картона крылья, кое-как приделанные на спину, красноречиво указывали на его принадлежность к драконьему племени. — Заигралась, ведьмовское отродье! На костер её!

Он гаркнул грозно и зло, и тут же к костру начали подбегать мальчишки с деревянными палками в руках, а пестрая толпа снова затянула куплет считалки:

— Забирай и петуха,

Не пройдет за жениха,

Ну а зелье пей сама,

Лето станет, как зима.

Ведьма-ведьма уходи,

До греха не доводи!

* * *

Я вскочила в поту, когда только начало светать. Сон как рукой сняло. Жуткий кошмар. Дети эти так правдоподобно играли в казнь, что и настоящей не нужно. И как живое все было.

— Мил, что стряслось? — Прохор, будто почувствовав неладное, заглянул в приоткрытую дверь избы.

— Сон страшный, — у меня стучали зубы, и озноб бил такой, что согреться, даже обхватив себя руками, не получалось.

— Так тебе сейчас и не такое привидится. Воспоминания предыдущих хозяек волнами находить будут. Когда во сне, когда наяву. Если разом все, никакой мозг не выдержит, порциями только, очень дозировано, — он замялся, а потом твердо так заявил. — Одевайся, на втором этаже вещи найдешь. Народ стягиваться начинает, да и дракон еще этот…

— Справимся, Прош, — я улыбнулась ему, едва двигая ледяными губами. — Если с ума не сведут.

Глава 26

На втором этаже было 2 комнаты. Обе маленькие, но уютные. Одна для гостей, безликое там все какое-то было, как в гостинице. А вот вторая, явно ранее ведьме принадлежала. На полке куча пузырьков всяких, в углу травы сушатся. Я так поняла, что редкие, иначе висели бы вместе со всеми в общем зале. На кровати подушечек много, и все с интересным орнаментом ручной вышивки, будто бы обереги какие…

В голове тут же вспыхнули многочисленные схемы — заговор на любовь, здоровье, достаток стабильный.

Вот это да, неужели действуют все? Хотя, о чем это я, тут магия в воздухе витает и любое сказанное слово может оказаться действенным, а уж о схемах, вышиваемых с применением магии, вообще молчать нужно.

Кстати, о вышивке. Я подошла к шкафу, где на внутренней стороне дверцы ожидаемо висело зеркало.

— Твою ж за ногу! — выругалась, наконец оценив свою внешность. Новую, ага. Потому что губы у меня стали больше, а нос тоньше. Про глаза и говорить не хотелось, ибо сразу песня на ум пришла, где ресницами хлопают, а потом себе летают птицами всякими. Остается надеяться, что, когда я связь с куклой разорву, внешность обратно вернется.

Нет ну, хорошо получилось, тут не поспоришь, я теперь утончённее как-то стала, как леди с обложки дорогого журнала. Но своё все же было роднее. Единственное что, нос этот мне больше нравился.

В шкафу нашлась длинная юбка в мелкий рубчик и белая рубашка с расшитыми рукавами. Одевшись, я даже покрутилась несколько раз, новую себя разглядывая. Просто все, но с истинным вкусом. Грудь тут и без глубокого декольте смотрелась соблазнительно, а юбка, наоборот, умело скрывала вторые девяносто, так что и не поймешь, 42 я размера, или 50.

Поддавшись вдохновению, заплела колосок, пустив в косу синюю ленту. Вот теперь полный порядок, в таком виде и народ простой принимать можно, и перед императором в грязь лицом не упадешь.

Вот зачем я о нем вспомнила? Не заслужила эта ящерица внимания такого. Наглый же, вредный, будто и не император, которому за сотню лет перевалило, а десятиклассник с замашками мажора. Давно ему видно в глаза никто правду не говорил, так мы это исправим. Да и договор у нас, так что вреда физического он мне не причинит, а к моральному я с детского дома стойкая.

С лестницы сошла, полководцем себя ощущая, который вскоре избавит земли русские от монголо-татарского ига. Но уверенность уплыла тут же, когда я завидела на лавке ребенка лет семи, который ни жив-ни мертв был.

— Что с ним? — спросила у женщины, что рядом стояла. Явно мать, или родственница, потому что навзрыд плакала, еще большую панику наводя.

— Живот! С вечера болит, думали, съел не то чего, к утру полегчает, а на него жар напал и рвет постоянно.

Симптомы на наш ротовирус похожи. Капельницу бы ему, а то обезвоживанием чревато. Но вдруг тут болезни иные и с земными сравнивать их совсем нельзя.

— Прош, разведи на кувшин ложку сахара, соли и соды, если такая у вас есть и ребенку в рот вливать нужно, пока я в книге лечение поищу, — сказала помощнику, тут же направляясь к стопкам книг, аккуратно им же и разложенных. Вроде и понятно все — по ранам лечение, внутренние хвори, кожные поражения, магическое воздействие, сглаз и так далее. Но по внутренним хворям только книг 10 было, а ребенка жалко.

Я снова погрузилась в себя, моля помочь хотя бы на первых порах. Ведьминская суть заворочалась недовольно, но вышла из положения, показав мне разворот нужной книги. И на том спасибо.

Нашла я нужную болезнь очень быстро, благо справочник был посимптомный. А вот заклинание произнести получилось лишь с третьего раза. Зато как эффективно! Мальчишка на глазах розовел, да и терзающие его спазмы сразу прекратились.

Я подошла к нему, погладив по длинным кудрявым волосам.

— Полегче? — славный мальчик, не пожаловался ни разу, пока тут лежал, только стонал иногда глухо.

— Спасибо! — он перехватил мою руку, целуя, а я отшатнулась даже. Такая благодарность была в новинку. В России такое только в высшем обществе принято, к которому я не относилась.

— Не стоит, — я обернулась к его родственнице, которая тут же кинулась мне не шею, причитая.

— Как же мы рады все, что ведьма лесная явилась, как рады. От докторов столичных помощи никакой, все ж за деньги, да и пока доедешь, помереть можно. А знахарки не все лечить могут. Как же рады мы!

Она взялась за холщовый мешочек, на пояс привязанный, но я сразу её перебила.

— Я денег не беру. Если помочь хотите, продуктами можно мне принести что-то. Но не усердствуйте только, холодильников тут не водится.

— Что?

— Говорю, все подряд нести не нужно, мы с Прохором много не съедим.

Она закивала, из моих объятий перетекая в объятия к сыну, а Прохор демонстративно положил руку на лицо.

— А за что ты предлагаешь мне деньги брать, а? — зашипела на него, подбираясь поближе. — Просто за то, что из книги заклинание нужное прочитала? Я так бизнес делать не согласна.

— Мил, тебе же элементарно на ярмарку захочется, в лавку книжную заглянуть или еще куда, а платить чем собираешься? — увещевал ворон, втолковывая старую, как мир истину: хочешь жить, умей вертеться.

— Не могу я так. Пока так перебьемся, а потом, если богатого кого лечить придется, вот и деньгами разживемся.

— Вот, значит, как, — раздалось раскатистое от двери. — Истинные ведьмы теперь обдиранием кошельков промышляют!

Обернувшись, я увидела Иллара, занимающего собой весь дверной проем. Как он и предрекал, личину рассмотреть я не могла, сразу проникая в суть. Но хотя бы одет теперь, и то хлеб.

Пациент с матерью успели благополучно скрыться, и я смогла достойно ответить правителю.

— А вам, я смотрю, заняться совсем нечем. Дел государственных в недостатке, раз вернулись так быстро.

— Убедиться хотел, что ты действительно лечишь, а не кровь из людей пьешь, — насмешливо протянул император, прошествовав до стола. Он снял плащ, широкополую шляпу и с протяжным выдохом развалился на лавке.

— Убедились? Тогда вам пора и честь знать, — выдала, скрестив руки на груди. Но дракон язык жестов понимать отказывался.

— Нет еще. Пока вижу лишь холодный расчет и попытки нажиться на богатых клиентах.

— Р-р-р-р, — это, кажется, я не сдержалась.

— Угр-р-р, — это Прохор голос подал.

— О, у вас тут пение дуэтом. Отвратительно получается, — он над нами потешался. Сидел, важный такой, ногу на ногу закинув, спиной к стене привалившись, и нагло смеялся.

Наверное, хочет вывести меня из себя, чтобы иметь право расторгнуть договор.