Верховная ведьма. Любовь сквозь ненависть. Книга 1

— Замолчи! — рядом с сыном Ровэна сидела девочка. Она с силой ударила мальчика по плечу. — Ты жив благодаря ей, не веди себя так низко!

— Да что ты знаешь? Ты же даже…

Возмутиться вновь ему не дали. Не знаю, кто эта девочка, но она спокойно закрыла ему рот своей рукой, грозно посмотрела на учителя, а затем перевела взгляд на меня.

Нет, она меня не ненавидела, но боялась: знала, на что я способна — видела пламя, созданное моими руками.

Вэй что—то тихо шепнул детям, затем положил на пол посох и медленно подошел ко мне, встав почти что вплотную.

— Иди обратно, тебе тут не особо рады.

— Так может, ты меня тогда отпустишь? — я пожала плечами. — Какой смысл держать меня здесь, если я настолько ненавистна тебе?

— Если хочешь выйти, милости прошу, но только ногами вперед и после того, как избавишь меня от призыва. Ты эту кашу заварила, вот сиди теперь и думай, как это все разгрести, ведьма!

— У вас библиотека есть?

Вэй вновь удивился, тяжело вздохнул, опустив при этом голову, потом посмотрел на меня каким—то обреченным взглядом и сказал следующее:

— Есть, но не в этом доме. Я отведу тебя, но позже. Не мешайся под ногами…

После этого он развернулся и пошел к детям, которые послушно ждали его возвращения. Видимо, он не мог их оставить здесь одних, но и меня прогонять смысла не было: я все равно не смогла бы вернуться в комнату, потому что среди всех этих лабиринтов уже не помнила обратной дороги. Осталось лишь наблюдать за тренировкой, стараясь при этом сильно не мешать и вообще казаться незаметной.

Вэй оказался прекрасным учителем, что сильно меня удивило. Он не только мастерски управлял оружием, но и очень подробно и легко все объяснял своим ученикам. Его удары всегда были четкие и сильные, движения плавные, словно расслабленные, но я понимала, что все это обман. В нашем мире есть такие люди, которые принадлежат к особому виду — берсерки. В состоянии дикой ярости они перестают контролировать себя, набрасываясь на врага со всей силы. Они не чувствуют боли, не обращают внимания на раны, просто идут вперед вопреки здравому смыслу и чувству самосохранения.

Ярн был одним из них, но наблюдая за раманш, я с уверенностью могла сказать, что скорее всего мой друг в одиночку с ним не справится. Помимо силы, раманш обладают еще и магией… Сильной магией.

Вскоре я поняла, что не могу оторваться от Вэя, с безумным интересом наблюдая за тем, как он показывает управление потоком воды. Принцип магии един и мало чем отличается в теории, но на практике мы сталкиваемся с множеством проблем. Еще в школе я сразу поняла, что к стихии воды таланта у меня нет — не могу достаточно сконцентрироваться, поэтому видеть, с какой легкостью раманш управляет этой силой, было чем—то до ужаса интересным.

Плавные движения сменялись резкими выпадами, все тело казалось расслабленным, эмоции на лице отсутствовали. Вэй словно танцевал, плавно перетекая из одного положения в другое.

Нет, наши стихийники так тоже не могут… Конечно, многие добились определенных высот в искусстве управления водой, но… У раманш это получалось так естественно, словно вода являлась продолжением его самого, полностью подчиняясь его воле. Мне казалось, что Вэй не расходовал много сил для контроля, словно все это давалось ему легко и просто, но капли пота на лбу свидетельствовали об обратном.

— Я же говорил, Ал, движения должны быть более плавными, — Вэй подошел к сыну Ровэна и поправил руки. Мальчик искренне старался, но у него ничего не выходило. Он злился, иногда рычал и казался жутко подавленным. Несколько раз он кривился от боли, когда Вэй отходил от него. Судя по положению тела, у сына Ровэна была травма…

Интересно, если я вмешаюсь и скажу, что у него с позвоночником проблемы, и именно это мешает ему держать позу, меня возненавидят еще сильнее? Да и прислушаются ли?

— Отдыхайте, — Вэй остановил обучение, позволив детям передохнуть. Он отвел в сторону одного из учеников, принимаясь что—то объяснять ему и показывать руками, но я уже не обращала на это внимания. Ал украдкой посматривал в сторону своего учителя, и, судя по выражению лица, испытывал боль.

— Тебе бы спину вылечить, — шепнула я, когда Ал оказался в пределах досягаемости моего голоса, — иначе не сможешь колдовать…

— Отстань, ведьма! — он рыкнул в ответ, резко дернулся, но тут же замер, словно что—то не позволило ему закончить движение. Ага, все же боль он испытывает сильную. Вэй сразу же обратил внимание на возглас, показывая всем своим видом, что мне стоит молчать и не лезть в его дела.

— У тебя позвонок немного выбился из общего столба, — не унималась я,

— поэтому и сгибать спину больно. Ты ведь понимаешь, о чем я говорю… В общем, хорошо, я больше не лезу.

Спустя еще какое—то время Ал пытался повторить упражнения, что давал ему Вэй, но у него ничего не выходило. Ему было стыдно перед остальными и стыдно перед учителем, который недоумевал по поводу своего ученика, поэтому он пошел к тому, кого презирает и кого не боится… Ко мне…

— А ты… ты сможешь исправить? Ну, позвонок…

— Повернись… — шепнула я, прикасаясь пальцами к позвоночнику в области спины. Я мягко надавила в предполагаемом месте, направив поток энергии в одну точку. — А как твое полное имя?

— Не твое де… АЙ!

Отвлекающий маневр сработал отлично, но мне от этого лучше не стало. Вэй оказался рядом молниеносно, тут же сдавливая мне руки, но терпеть подобное к себе отношение я больше не могла. Ненависть ненавистью, но с меня хватит. С легкостью уйдя от захвата, я отскочила в сторону оставленного кем—то тренировочного посоха, потом выпрямилась во весь рост и прошептала:

— Теперь попробуй сделать то, чему тебя твой учитель учит…

И Ал сделал… С легкостью… Ребенок не ожидал, что у него все получится, смотрел на воду огромными глазами, затем на меня, а потом уже на Вэя. Кажется, одним ненавидящим меня раманш стало меньше…

— У него не получалось из—за травмы, — вновь прошептала я, — я просто исправила…

— Не приближайся к детям, ведьма, и если ты хочешь что—то исправить, спрашивай вначале у меня, все поняла? Иначе в следующий раз я оставлю тебя без руки. Умереть не умрешь, но больно будет.

Вэй оскалился, разозлился… Чем ему так люди не угодили? Или все дело только в призыве?

Больше я не вмешивалась, сидела на невысоком стуле возле колонны и наблюдала за всем происходящим.

Интересно, почему Вэй позволил мне наблюдать за тренировкой? И почему отошел тогда от Ала, хотя знал, что я рядом… а если бы я причинила ему вред? Что тогда? Или, может, это было в каком—то роде проверкой? Ничего не понимаю… Он бы не стал рисковать детьми ради проверки…

Не стал бы?

— Ты готова? — Вэй выглядел уставшим. После тренировки он отпустил детей, собрал инвентарь и аккуратно отнес все в соседнюю комнату.

— К чему? — немного задремав на своем месте, я не сразу поняла, что мне задали вопрос. Я слышала, что дети подшучивали надо мной, но они использовали при этом незнакомые мне слова, поэтому понять, оскорбляют меня или нет, возможности не было.

— Ты хотела увидеть библиотеку, — раманш казался спокойным, он словно забыл о ненависти и как—то странно дышал — резко, глубоко.

— Да, я и сейчас хочу!

Как хорошо, что такое место здесь вообще есть! Тут однозначно должна быть информация о раманш! Я хоть что—то смогу узнать об этих существах и призыве!

Радуясь тому, что я сдвинусь с мертвой точки, я тут же встала на ноги, слегка качнулась из—за странного головокружения, но устояла. Не понимаю, почему в голове такая тяжесть? И тело странно ощущается — я словно окутана какой—то пленкой… или мне это просто кажется…

Вэй ничего не ответил, но пристально смотрел на меня, словно ожидал чего—то. Он молча кивнул в сторону выхода, требуя следовать за ним, и я подчинилась.

Мы молча вышли из зала, вновь проходили мимо множества пустых коридоров и небольших комнат с круглыми узорчатыми дверьми. Я смотрела на раманш, наблюдала за ним и видела, что что—то не то. Он казался… печальным?

— Простите, но… — даже не знаю, стоит ли вообще вмешиваться? — произошло что—то еще?

— О чем ты? — он словно не услышал вопроса.

— Вы выглядите так, словно появились еще проблемы… Они тоже связаны со мной?

После долгого молчания Вэй все же повернулся ко мне лицом и коротко ответил:

— Да.

— Я могу как—то исправить то, что…

— Нет.

Даже договорить не дал. Просто отвернулся и пошел вперед, спускаясь по коридорам все ниже.

Вскоре мы подошли к огромной площадке с одной—единственной аркой, ведущей в сторону окружающего нас моря. Витиеватые переплетения по самому краю в виде тонких водорослей издалека были похожи на змеиный клубок, слегка поблескивающий в теплом свете. Я наблюдала за тем, как сверкает магический купол, больше похожий на тонкий пузырь, готовый лопнуть при малейшем намеке на прикосновение.

Вэй тяжело вздохнул, повернулся ко мне, спокойно взял за руку и щелкнул пальцами, создавая вокруг меня защитный воздушный купол.

— Все это здание — мой дом, поэтому ты и не встретила на своем пути других раманш. Библиотека находится в другом месте, и добраться до него можно только вплавь…

Я нервно сглотнула, начала тяжело дышать, так как не могла избавиться от внутреннего страха, но сделала шаг вперед.

Первым за барьер в арке вышел Вэй. Магия спокойно пропустила через себя раманш, не нарушая при этом своей структуры. Он спокойно стоял на самом дне, затем слегка оттолкнулся ногами и, продолжая крепко сжимать мою руку, поплыл вперед.

Как же все это было странно…

Целый город под водой… ЦЕЛЫЙ ГОРОД! Со своими улицами, странными площадками, участками и где росли специальные водоросли. Тут же неподалеку были натянуты сети для выращивания странных, неизвестных мне существ, похожих на маленьких черепах. Они резвились в воде, мельтешили от одного плетеного полотна к другому, постоянно находясь в движении.

Вдалеке спокойно проплывали раманш, о чем—то постоянно жестикулируя. Они улыбались, что—то мило обсуждали и несли на своих плечах большие сумки, наполненные белыми ракушками.

Вдоль подводных троп стояли небольшие дома — они выглядели точно так же, как и огромный замок, принадлежавший Вэю, и были защищены магией. Также возле каждого входа на высоком тонком резном шесте висело подобие уличного фонаря — пузырь, наполненный светом изнутри.

Все вокруг было в движении, казалось чем—то невероятным, чем—то, что просто не могло существовать в мире, в котором я родилась.

Вскоре мы подплыли к огромному строению из точно такого же материала, как и дом Вэя. Раманш спокойно подтолкнул меня вперед, позволяя пройти сквозь защиту, и уже спустя мгновение я стояла в темном помещении, где источником света служили светящиеся под потолком ленты.

Вэй на время замер, отжимая промокшие волосы, устало зевнул, взял меня за руку и повел куда—то в темноту…

С него вода ручьем стекала… неужели раманш всегда так живут? Хотя… разве у них есть варианты? Почему Вэй стал так спокойно прикасаться ко мне? Раньше мне казалось, что он испытывает чувство омерзения, но сейчас… Сейчас он был обеспокоен чем—то другим…Чем—то, что все равно связано со мной.

В этом здании строение коридоров было немного другим. Да, материал остался прежним, но все же тут были лестницы, большое количество созданных самой природой окон, сквозь которые можно лицезреть подводный мир, широкие подоконники, украшенные белыми гладкими ракушками. Где—то стояли прозрачные вазы, наполненные песком и разноцветными камнями, где—то висели картины из природных элементов, но сильных отличий я так и не встретила — все те же круглые узорчатые двери, будто бы созданные из слоновой кости, и светящиеся ленты под потолком, все так же напоминающие волшебных змей.

Внезапно Вэй качнулся, резко вдыхая воздух и замер. Что—то не то… С ним явно что—то происходит. В этот самый момент по всему моему телу пробежала странная дрожь, больше похожая на волну. Я мгновенно ощутила холод кончиками пальцев; резко заболела голова в области висков и затылка, и перед глазами возникла пелена, словно еще немного, и я упаду в обморок.

— Что происходит? — прошептала я, сдерживая при этом тошноту. — Я словно в… в воде…

— Ведьма, — Вэй удивленно повернулся ко мне, — ты ПОД водой… ПОД! Не забывай о глубине и давлении. Нам сюда.

Раманш кивнул в сторону очередного коридора, который заканчивался винтовой лестницей, круто поднимающейся вверх. Я послушно последовала за ним, стараясь избавиться от странных чувств, но выходило с трудом.

— Простите, но… Все же почему альры напали? Что это вообще за существа? Они не похожи на тех, кто живет под водой и имеет такое строение тела, да и к тому же…

— Ты серьезно? — Вэй вновь остановился. Мужчина стоял выше на несколько ступенек. Он наклонился ко мне, при этом с его мокрых волос стекали капли воды. — Ведьма, ты, серьезно, не знаешь?

— Я, правда, ничего не понимаю… — после этих слов внутри разгорелось пламя негодования и безысходности. Странное сочетание, которое все еще не позволяло опустить мне руки.

— Альры — создания магов, — пояснил Вэй, — они нападали и раньше, но после победы Эрмера в войне пропали. Мы много раз пытались найти их логово, но не смогли ничего отыскать. Ты же верховная ведьма, как ты могла не знать этого?

— Я заняла этот пост лишь шесть месяцев назад, — я всплеснула руками,

— к тому же этот статус все равно не позволяет мне близко приближаться к разработкам Эрмера. Моя задача — искать противоядия, плести интриги и жить спокойной дворцовой жизнью… По крайней мере, именно этого мне и хотелось — жизни без войны. Я хотела увидеть отца, попытаться выяснить причину своего рождения и с чистой совестью уехать из Эрмера как можно дальше…

— Так почему отцу не призналась? — Вэй хмыкнул, и я не поняла, какие эмоции он испытывал при этом.

— Потому что в этом не было смысла, — я лишь пожала плечами, — признать себя дочкой правителя означало вступить в борьбу за власть. Я понятия не имела, как он отреагирует на подобные известия, сколько магов возжелает моей смерти просто потому, что я могу быть для них угрозой. Поэтому и захотела остаться в тени и постепенно разобраться во всем.

Вэй остановился возле огромной двери круглой формы. Он ничего не ответил мне, просто толкнул ее вперед, а затем прошел внутрь…

Огромное темное помещение мягко, постепенно наполнилось светом. Длинные белые пульсары растянулись под потолком и с каждым шагом раманш становились ярче, позволяя увидеть потрясающую во всех смыслах библиотеку. Тысячи стеллажей, полок, множество отсеков, стоящие вдалеке небольшие столы, на поверхности которых находились точно такие же водные субстанции, излучающие приглушенный свет.

— На протяжении очень долгого времени, сразу после того, как люди создали этот призыв, раманш пытались понять, как избавиться от него, — спокойно пояснил Вэй, — в конечном итоге мы так ничего и не смогли с этим сделать… Единственное решение, принятое мной, было таковым: изменить сам состав зелья, уничтожить рукописи и сделать все возможное, чтобы ни один маг не смог поработить нас… Но ты смогла… Из—за глупости или отчаяния — неважно, но смогла.

— В чем именно смысл призыва? Я не понимаю, какой вред нанесла вам…

— Не понимаешь… — он тихо повторил последние сказанные мною слова, затем указал в сторону множества книг, протянув к ним руку, — тебе туда, Сэрех. Я понятия не имею, поможет ли это, но уверен, что ни черта у тебя не выйдет. Удачи, ведьма…

После этого он просто развернулся и пошел в сторону выхода.

— Я буду наверху, в этом же доме. Как закончишь — поднимешься ко мне по лестнице, что справа от дверей. Поняла?

Я лишь кивнула, наблюдая за тем, как раманш медленно закрывает двери.

Тишина… Везде, во всем этом подводном мире царил покой, который пугал, заставляя все больше думать об одиночестве.

Я спокойно прошла вдоль нескольких стеллажей, взяла в руки книги и рассмеялась. Вот ведь… Он просто гад…

Они все написаны на их родном языке — я ничего не пойму из всех этих манускриптов! Ну и зачем надо было приводить меня сюда и насмехаться? Чтобы показать, насколько я бессильна? Какую ошибку совершила? Да знать бы какую — они явно не все рассказали о призыве…

Внезапное головокружение заставило опуститься на пол. Подобное состояние для меня редкость, но если учесть произошедшее, не мудрено, что я стала слабее. Любому живому организму требуется время для восстановления, даже использование магии требует особой подготовки и выдержки.

Вэй… С одной стороны мне так стыдно за содеянное, но с другой… Но с другой я просто хочу жить, хочу справедливости… Эгоизм? О да… еще какой! Но ведь оправданный же.

Я очень долго ходила вдоль стеллажей, рассматривала записи, сверяла знаки и в конечном итоге поняла, что на некоторых полках есть пергаменты, написанные на древнеэльфийском, также встречается язык драконов, но о последнем я мало что знала — лишь пару символов, которые никак не смогут помочь. Больше всего порадовал язык фей — один из мертвых языков, не доступных для изучения человеку. Отчаявшись найти хоть что—нибудь среди огромного количества ненужных мне книг, я наткнулась на маленький томик, написанный на эльфийском диалекте… Диалекте, который я знаю… Это была книга—дуал — на одной странице оригинальный текст, а вот на другой — вольный перевод. Учить что—либо по ним невероятно сложно, а если учесть тот факт, что именно этот диалект я знаю хуже всего, то придется несладко… В любом случае, это хоть какое—

то начало.

Книга оказалась учебником по сбору растений. В древние времена, еще до появления человека, эльфы считались одними из лучших лекарей во всем мире. Именно их сборы чаще всего были единственным шансом на спасение. На самом деле все эти рецепты уже давным—давно были известны, по крайней мере, они входят в обязательную программу по зельеварению, а если учесть то, что я целенаправленно шла на изучение ядов и их форм, древние знания были необходимы и во многом считались основой. Кто же знал, что благодаря древним, ненавистным многим ученикам книгам я сейчас смогу хоть как—то понять язык раманш… Точнее, его древнюю форму — говорим мы на всеобщем, а вот пишем…

На столах не было пергамента или пера, только световой шар, благодаря которому можно было спокойно читать. Если часть на диалекте я с горем пополам, но частично разобрала, то с языком раманш вообще ничего не получилось. Ничего! Странные символы, множество черточек, перечеркиваний — тут даже непонятно, как читать — слева направо или наоборот? А что, если вообще сверху вниз? Почему эти символы настолько четко прописаны и так аккуратно, будто бы в столбиках?

Постепенно моя голова становилась тяжелой, а глаза слезились от усталости. Сколько прошло времени, я не понимала, но чувствовала, что пора идти к Вэю — мне было нехорошо… Голова кружилась, все было словно в тумане… Почему—то дышать стало сложно… Будто бы не так, как раньше, и сам вдох стал более глубоким и не таким частым. Странно все это.

Стало холодно, будто тело мерзло изнутри. Я опустила голову на стол, затем облокотилась о стену, возле которой сидела, и почувствовала кое— что странное…

На ощупь она другая какая—то… Стена казалась более шершавой, липкой… Рука не сразу отнималась от нее, словно увязла в чем—то.

— Да что происходит? — мне казалось, что я сплю. Облокотившись ногой о стену, я поняла, что моя ступня не соскальзывает… Она плотно прижата к поверхности и если использовать левитацию… Да нет, не может быть…