Лик Ветра. Том 3

– Полегче милочка. Я такой взгляд в последний раз видел у подружки Бовина, перед тем как та кастрировала его.

Гровин Баггз указал пальцем на того, чья голова торчала из кучи мехов, сложенных на той же телеге.

– А? – помятая физиономия раскрыла глаза и вопрошающе посмотрела на товарища.

– Спи дальше, Бовин. Я тут про тебя рассказываю, а твое присутствие во время этого вовсе необязательно.

Голова еще несколько мгновений повисела, а затем грохнулась, утонув еще глубже в мехах.

– Новенький, – махнул рукой Баггз, как будто его кто-то спросил. – После того, как мы потеряли Торка, пришлось вербовать нового дубину. Пока он всех ожиданий не оправдывает, но все это я списываю на молодость и врожденную тупость.

– Ты сказал, что прибудут не все, Баггз. Что ты имел ввиду? – настаивала чародейка.

– А вы что, сами про своих гостей ничего не знаете?

Сарвилл и Ноэми молча уставились на него.

– Путь держим мы из Туурина. А если быть точнее, из места, в котором местные жители на некого Сарвилла Кхолда, странника из Дастгарда, в-о-о-т такой зуб точат. Сейчас там только и судачат о том, как ты одну из местных деревенек выжег, южанин. Король Индуин пообещал наколоть твою голову на пику и оставить гнить возле входа во дворец в Старгорде.

– Но это же… А, бездна! Ноэми, ведь остальные владыки приняли приглашение? – он посмотрел на советницу.

– Остальные приняли приглашение потому, что им нет дела до чужих бед.

– Эх, мудрая баба! – восторженно произнес Баггз. – Ну, бывайте! Еще увидимся, а нас дела ждут. Вакин, телячья твоя башка, трогай! Да поживее!

Сарвилл уперся лбом в каменную стену крепости, затем сильно ударил по ней и выругался. Ноэми некоторое время стояла неподвижно, как будто ничего не происходило и смотрела далеко за одну из заснеженных вершин, откуда обычно выезжали путники, званые на Свободный Конвент. Сейчас никто не появлялся из-за горы, видимо сильно замедлив ход в разгулявшуюся пургу.

– Я бы положила тебе руку на плечо. Но сам знаешь…Скорее всего это сделало бы тебе еще больнее.

Эти слова задели что-то давно спящее в его душе и страннику почему-то захотелось смеяться. Слегка нервный и умеренный смех вырвался из груди медведя словно всего одной фразой волшебнице удалось пробудить в нем ребенка.

Сарвилл смеялся, повернувшись лицом к солнцу, пытающемуся дотянуться до него своими лучами. Ноэми подняла руки и из мириад снежинок, падающих с небес, в воздухе образовался комок, который внезапно сорвался с места и рассыпался, врезавшись в плащ странника. Он наклонился, набрал полные ладони снега и в ответ запустил в чародейку ком. Тот остановился прямо перед волшебницей и полетел обратно, предательски разбившись о лицо медведя. Вдогонку за первым в его в плечо врезался второй комок.

– Три попадания против…ни одного. Кажется великий странник из Дастгарда не такой великий!

Ноэми, мило улыбаясь, создала вокруг себя целую россыпь снежных снарядов, которые в раз полетели в медведя и заставили того повалиться на спину. Он перестал сопротивляться и смотрел, как на его ресницах тают маленькие ледяные кристаллики. Снежинки нависли над лицом Сарвилла и на глазах превратились в грациозную женскую руку. Холодные пальчики нежно дотронулись до его щеки. Время остановилось. Он знал, что к нему прикасается лишь иллюзия, но эта иллюзия была всем, что они могли позволить себе и каким-то невероятным образом заставляла его сердце биться сильнее.

Снежная рука внезапно залепила легкую пощечину закрывшему глаза страннику, а затем не уступая мужской предложила свою помощь подняться. Как только Сарвилл встал на ноги иллюзия бесконечным множеством снежинок осыпалась ниц.

– Спасибо, – проговорил он, отряхиваясь и улыбаясь чародейке.

– Главное, что мы оба живы, а остальные испытания как-нибудь преодолеем.

– Ты права. Смерть — самое страшное, что может случиться. Жаль, что Свободный Конвент теперь не даст нам той поддержки, на которую я рассчитывал. Я нажил себе еще одного врага в лице короля Туурина. С такими успехами, боюсь, мне не скоро удастся добиться мира на Неймерии.

– Не всегда все получается так, как мы этого хотим. Ты же знаешь. Нужно завоевать доверие других владык. Дордония и Туурин не пойдут против всего севера, если тебе удастся получить поддержку остальных гостей.

– Ты права, – медведь покачал головой совершая какое-то мысленное умозаключение. – Когда вы с этим гномом успели так сдружиться? – внезапно спросил он.

– Судя по всему, пока ты растил свои силы в Башне Стихий. Мы вместе с гномами нашли нечто необычное в Средиземных Горах. Но это долгий разговор, он больше располагает к себе у камина и с бокалом вина в руке.

– Если мы поговорим сейчас, это, по крайней мере, скоротает нам время до появления следующих гостей. А камин и бокал вина мы можем устроить при первом удобном случае. Ну?

Ноэми окинула взглядом белоснежную гладь, уходящую в разбитый холмами горизонт. Протоптанный предыдущими гостями путь уже заметало, но никто не появлялся, чтобы не допустить того момента, когда пурга окончательно завладеет каждой саженью на вершине Призрачных Гор.

– После побега из Дастгарда мы оказались в пещере над озером Антакриэль…

– Вода в твоем кулоне именно оттуда, – Сарвилл бросил взгляд на миниатюрное солнце. – Кажется, это озеро где-то у Изумрудного Леса? Что вам понадобилось от эльфов?

– Мы не встречали эльфов, – Ноэми прикрыла глаза, словно проживая то приключение вновь. – Гномы купили карту, которая вела к магической пещере в самом сердце Средиземных Гор. Когда мы попали внутрь, оказалось, что нечто заперто за пятью печатями. Я открыла четыре из них, а на пятую оказались нанесены странные символы…

– Касаясь которых ты чувствовала невиданную силу…

– Ты встречал их?

– Я нашел нечто подобное, но в Трепетном Лесу. Прикоснувшись к этим символам мне было видение, в котором я видел эту пещеру. А еще много того, что хотел бы забыть и больше никогда не вспоминать…

– Я тоже видела это.

– Правда? Тогда почему до сих пор не рассказала мне? – Сарвилл хотел положить руку чародейке на плечо, но вдруг опомнился и остановился.

– По той же причине, по которой ты не делился этим со мной. Ты же понимаешь, что увиденное там идет в разрез со всем во что я верила и ради чего жила всю свою жизнь.

– Но ведь это их история! История Первой Расы! Не наша, – медведь начал заводиться, но быстро пришел в себя и успокоился.

– Пока на свете существуют магия, это неизбежно грозит всей жизни на Неймерии. Ведь только мы с тобой видели то, что произошло в итоге. Другие волшебники могут поддаться искушению и взломать пятую печать. И что тогда? После всего этого Рогар не кажется мне таким уж безумцем…

– Не смей думать так, Ноэ. Чтобы взломать печать нужен Спутник. Живой. А если меня даже силой повезут туда, я убью себя прежде, чем окажусь за сотни верст от озера. Слышишь?

– Да, – коротко ответила она.

– Не веришь?

– Верю.

– Тогда почему молчишь?

– Я не знаю, что сказать, Сарвилл. Свободный Конвент призван освободить магов. А что, если мы совершаем ошибку? Что если судьба распорядилась именно так, чтобы защитить нас? А мы, горделиво перенося все испытания, выпавшие на нашу долю, не хотим видеть знаков, предостерегающих нас от глобальной катастрофы, и прем напролом, зашоренные словно лошади на скачках.

Сарвилл уставился на дорогу, по которой тянулся еще один из приглашенных гостей и посчитал нужным поскорее закончить беседу и успокоить чародейку.

– Рождение и смерть – неотъемлемая часть любой жизни. То, что мы видели – смертно. Даже если мы сдадимся и опустим руки это не гарантирует вечное беззаботное существование и безопасность народу Неймерии. Давай просто сделаем так, чтобы сила нашей армии была способна справиться с любым злом. Ведь ты сама рассказывала мне легенду. Людям пришлось бежать, потому что они были слишком слабы и оказались не в силах постоять за себя. Мы не допустим такой ошибки и позаботимся о том, чтобы наших сил хватило на то, чтобы победить любого, кто покуситься на жизнь Неймерии. Согласна?

– Мы справимся?

– Непременно.

– Теперь мне легче, медведь. Почему-то я знаю, что ты сможешь…

За следующие несколько часов Сарвилл и Ноэми встретили еще целую дюжину гостей, тянущихся своими конвоями один за другим. Это были и старосты маленьких свободных деревушек, построенных на просторах севера Неймерии совершенно случайно и до сих пор не примкнувших ни к одному из королевств; монахи из крупных монастырей, поклоняющиеся Святой Касандре, но не исключающие существования других Богов; послы царей с Южных Земель, которые обычно не вмешивались в дела севера, но теперь приняли приглашение это сделать и совершили самое долгое плавание в своей жизни; лорды Творса и ярлы Холденфелла. Тянущийся в крепость хвост из важных гостей разбавлялся любопытными путниками, приехавшими взглянуть на расцветающий Нордхолл; купцами, желающими продать остатки залежавшегося товара и разжиться новыми ценными предметами; странствующими циркачами, которые боялись не успеть дать представление там, где сейчас собралось порядочное количество ситемов, сетимов и других ценных на Неймерии монет. И, конечно, крепость уже была полна других гостей, которых не звали на Свободный Конвент, но они решили стать частью этого поистине великого события.

– Приветствую вас, путники. Мое имя Сарвилл Кхолд. Я правитель этой крепости и здешних земель. – Сказал медведь людям, облаченным в черные плащи, кони которых нетерпеливо топтались на месте выслушивая приветствие короля Нордхолла.

– Принцесса Измира, Верховная Жрица Вольных Городов прибыла на Свободный Конвент по вашему приглашению, – ответил всадник с кинжалом на поясе, половина лица которого была скрыта повязкой.

– Могу я лично поклониться принцессе?

– По пути сюда Ее Величество сошли с дороги, чтобы медитировать в горах. Верховная Жрица просила извиниться перед вами за то, что не смогла выслушать приветствие лично и сказала, что позже самостоятельно доберется до замка и поприветствует вас в ваших покоях.

В глазах медведя проснулся необычный интерес и тут же потух, когда разбился о каменное выражение лица Ноэми.

– Мы рады видеть гостей из Вольных Городов! – опомнился странник через несколько мгновений забвения. – Проезжайте! Вам укажут дорогу в комнаты. Располагайтесь.

– Будь с ней осторожнее, медведь, – проговорила чародейка, когда очередной конвой скрылся за воротами. – Девица из непростых мест и с непростой историей.

– Ты никак приревновала?

– Я твоя советница и думаю лишь о делах. Что касается любовных отношений, то я сама сделала выбор и не жалею о нем.

– Правда? Не жалеешь? – медведь поднял брови, но не стал дожидаться ответа. – Что за непростая история? Посвяти меня в курс дела пока я не наломал дров.

– Измира дочь двух вольных – Талида и Лейлы. Трон перешел к девочке, когда ей не было еще двенадцати лет. Ее родителей убили в собственной постели – в тех местах это нередкое явление. Таких правил, как на остальном севере не существует в Вольных Городах, а это значит никто не назначал регента до ее совершеннолетия и не правил от ее имени. Что за ребенок мог сохранить власть в таком месте, как Афгаард, воображения не хватит даже у самый отъявленных сказочников. Но слухи о ней ходят самые жестокие. Если честно, я даже сомневалась высылать ли приглашение Верховной Жрице, но решила, что твоей кровожадной репутации хватит, чтобы удержать Ее Величество в узде.

– Что за слухи? – Сарвилл словно прослушал все остальное, что говорила Ноэми.

– Рассказать тот, который предостерег бы лично тебя? Ладно. Например, говорят, что еще ни один мужчина после ночи, проведенной с ней, не остался в живых. Иные болтают, что ее возбуждают пытки и вид крови. Не знаю насколько это правда на самом деле, но я слышала эти истории неоднократно. Я бы не верила всем этим сплетням, если бы слухи о ней так хорошо не вязались друг с другом и не рисовали в моей голове четкий образ той, которой я никогда в жизни не видела.

– Тоже самое я слышал о дриадах, а на деле они оказались совсем иными, чем о них рассказывают.

– Я не прошу тебя верить в слухи и тем более распускать их. Я лишь предлагаю думать головой, если вдруг ты останешься с Верховной Жрицей наедине.

– Я запомнил твои слова. И вижу золотого дракона. По правде, я уже успел расстроиться из-за того, что новый император Творса может проигнорировать приглашение. Уверен, его поддержка сыграет важную роль в будущем Неймерии.

– Драго Уйлетан не оставил после себя наследника. Если советники при императорском дворе не нашли бастарда, которого можно было бы усадить на трон, то вполне возможно тебе придется договариваться с Антиной Уйлетан. Королевой Творса и последней наследницей из рода Уйлетанов.

– А как же Лиана? Согласно семейному древу именно она будет последней из рода драконов.

– Ты прав. Но Лиана вряд ли сможет сесть на трон при живой матери. Говорят, Антина очень мудрая и рассудительная женщина. Ее бывший союз с Рогаром Вековечным может помешать нашим планам, но тот факт, что она оставила его и вернулась в Палатонес говорит о том, что у нас есть шанс.

Белые кони неслись по утесу, снег на котором хорошо притоптали другие путники, приехавшие в последние часы. Знамя с золотым драконом развивалось в руках следующего впереди всадника. В самом центре конвоя из творсийских рыцарей, двигалась закрытая повозка лазурного цвета. Этот оттенок каким-то невероятным образом ассоциировался в голове странника с Лианой, но он не мог и подумать, что через несколько минут услышит ее имя.

– Королева Творса Лиана Уйлетан откликнулась на ваше предложение, господин Кхолд, – бесстрастно произнес выехавший вперед рыцарь.

– Санли Орегх? – Сарвилл опешил и от удивления позабыл о самых простых правилах этикета. – Лиана королева Творса?

– Что удивило тебя, Сар? – послышался голос из-за спин рыцарей.

Сарвилл повернул голову и увидел, как к нему на встречу медленно ступает волшебница. Диадема, усыпанная бриллиантами, украшала серебряные, растрепанные в дороге волосы. Синее длинное платье ловко охватывало грациозную фигуру королевы. Пышные рукава позволяли ей чувствовать себя комфортно в дороге, а высокие узкие манжеты, украшенные золотой тесьмой, не сковывали движения, в отличие от мороза, который схватил ее, как только она вышла из повозки.

– Ли?

– Ты словно увидел призрака, милый.

– В каком-то смысле так оно и есть. Но… Где Антина Уйлетан? Я думал она стала королевой Творса после гибели твоего дяди в Дастгарде.

– Я вижу слухи не добрались до Нордхолла раньше меня... Непременно так оно бы и случилось, но, к сожалению, моя мать исчезла. Так вышло, что я оказалась последней из рода Уйлетанов и теперь я здесь, по твоему приглашению. Кто эта прекрасная девушка? Познакомишь нас?

– Мое имя Ноэми, Ваше Величество. Я чародейка и советница странника.

– Странник… Я и забыла, что тебя так называют. Проводишь меня в крепость?

Медведь бросил взгляд на Ноэми.

– Ступайте. Все важные персоны, кроме короля эльфов уже прибыли на конвент. Я объяснюсь перед ним в случае, если он просто задержался.

– Спасибо, Ноэ, – кивнул Сарвилл в знак благодарности, предложил королеве руку и скрылся за воротами.

Медведь и Лиана, не торопясь шли по внутреннему двору крепости. Следом за ними беззвучно ступал Санли Орегх и еще два рыцаря из королевской свиты.

– Ноэ? – сказала вдруг королева, не поднимая взгляда из-под своих ног. Сарвилл позволил ей почувствовать свой взгляд. – Просто раньше для тебя Седрик был Седриком, Иллайа Иллайей и только я для тебя была – Ли.

– Ты ведешь себя по-ребячески, Лиана. И несмотря на все это, я безумно рад тебя видеть.

– Правда? – она остановилась и посмотрела на него.

– Клянусь тебе.

– Позволь задать тебе один вопрос.

– Конечно.

– Что ты чувствовал, когда подумал, что я мертва? – она вновь медленно зашагала вперед.

– Злость, – он не отставал.

– И все?

– Это все, что я помню. Злость на самого себя, на проклятое предназначение, на весь мир.

Лиана вздохнула.

– Как твои отношения с отцом? – медведь поприветствовал короля гномов, прошедшего мимо них кивком головы.

– Мы не желаем убить друг друга и это большой прогресс в отношениях Дордонии и Творса. Хотя возможно если бы я имела возможность поговорить с ним, все могло бы поменяться. Люди болтают, что даже потеряв всю семью он остался вспыльчивым и хладнокровным человеком.

– Но влиятельным владыкой.

Еще какое-то время они шли, погруженные в неловкое молчание.