28. Могу вам сообщить, что я, наконец, вполне оправился после простуды. Жена еп[ископа] Клог[ерского] подарила мне шоколадницу, а мой брат герц[ог] Орм[онд] снабдил шоколадом, коим я по временам потчую своих гостей. Обедал нынче с лордом-казн[ачеем] в 5 часов вечера, после чего присутствовал некоторое время при том, как он и лорд Болинбр[ок] обсуждали дела, ведь мне надобно быть в курсе всех новостей, потому что… и пр. Герц[ог] Орм[онд] поручил мне переговорить нынче с лордом-казн[ачеем] касательно одного дела, однако, когда я завел о нем речь, то оказалось, что 2 часами раньше герцог уже обсудил его с лордом-казн[ачеем], чем я, признаться, был раздражен и непременно разбраню за это герцога» Я расскажу вам по сему случаю забавную вещь: среди министров, пожалуй, не сыщется ни одного, кто не поручал бы мне переговорить с лордом-казн[ачеем] о каком-нибудь касающемся их деле и притом с таким серьезным видом, словно я довожусь ему или им братом, и я обычно с таким же серьезным видом берусь за это, хотя прекрасно знаю, зачем они прибегают к моему посредничеству: они не хотят причинять себе беспокойство или же предпочитают, чтобы отказ пришлось выслушать мне, а не им. — Наш мирный договор, видимо, будет подписан не раньше, чем через два месяца: ведь нам необходимо прежде дождаться возвращения курьера из Испании, а он отправится туда лишь в следующую субботу. Лорд-казн[ачей] опять пригласил меня отобедать с ним завтра. Там будет также ваш акцизный комиссар Китли. Копойной ноци, длагоц[енные] марыски МД.

9. Нынче утром мы с доктором Праттом пили шоколад, а потом гуляли. Вчера мы с ним ходили проведать леди Бетти Батлер, оплакивающую свою сестру Эшбернхем. Эта шельма приняла нас, как приличествует случаю, в постели и так при этом кривлялась, что меня чуть не стошнило. Каждый день я встречаю Тома Ли, гуляющего в Парке для поддержания здоровья. Он румян, как роза, и всякий раз оповещает меня, что еп[ископу] Дроморскому, который уже дышит на ладан, стало намного лучше. В сегодняшнем «Экзаминере» рассказывается об игре под названием «Что это напоминает?»; вы, небось, вообразите, что это написано мной, и попадете впросак, потому что никакого участия в сочинении этих листков я не принимаю. Обедал нынче у лорда-казн[ачея] и опять буду обедать завтра, потому что это день, когда у него обычно обедают все министры. Лорд-казн[ачей] называет его днем бичевания: он всегда приходится на субботу, и мы в самом деле обычно не упускаем случая проехаться по поводу допущенных им промахов. Я был в числе завсегдатаев этого клуба, когда в него входили только бедный лорд Риверс, лорд-хранитель печати и лорд Болинбр[ок], а теперь в него затесались Орм[онд], Энглси, лорд-камергер[973], Дартмут и прочий сброд, и я ворчу по этому поводу, тем более, что они притязают теперь на равные со мной права. Впрочем, я уже не появлялся там много суббот, потому что компания стала чересчур многолюдной, а я этого не люблю. Копойной ноци, МД.

10. Нынче в 7 часов вечера, когда мы сидели после обеда у лорда-казн[ачея], лакей доложил о приезде лорда Питерборо. Лорд-казн[ачей] и лорд Болинбр[ок] вышли встретить его и привели его в гостиную. Он только что возвратился из-за границы, где провел более года. Увидя меня, он оставил герц[ога] Орм[онда] и прочих лордов, не перемолвившись с ними и словом, и расцеловал меня, попеняв при этом, что я ему не писал. Я и в самом деле не отправил ему ни одного письма за время его последнего пребывания за границей, поскольку не знал, где именно он находится; ведь он так часто переезжал с места на место, что письмо вряд ли его застало бы. Он уехал из Англии с тяжелым ушибом, который получил, когда перевернулась его карета, после чего у него открылось кровохарканье, и он был так плох, что мы с каждой почтой ожидали услышать о его кончине. Однако он превозмог свой недуг, оттого ли, что часто переезжал, или часто перепивал, или еще от чего-нибудь и возвратился домой здоровее прежнего. Ему по меньшей мере 60, а задоpa у него больше, нежели у любого из знакомых мне молодых людей во всей Англии. Он получил старый оксфордский конный полк и будет, я полагаю, удостоен ордена Подвязки. Я нежно люблю этого висельника. [Копойной ноци, длаг. МД].

11. Сегодня при дворе было сущее столпотворение: все жаждали увидеть французского] посла, но он так и не появился. Неужто я ни разу не говорил вам, что по воскресеньям непременно бываю при дворе, как другие ходят в кофейню, чтобы повидать знакомых, которых в противном случае я не встречал бы и дважды в году. Ректор и я обедали с Нэдом Саутуэлом, уговорившись об этом заранее, дабы обсудить, как установить в вашем королевстве какой-то порядок, если только мой план может быть осуществлен. К сожалению, министры слишком с этим мешкают. У вас непременно будет новый парламент, но министры хотели бы пока сохранить это в тайне. Открытие сессии у нас отложат на три недели. Эти пустобрехи голландцы все еще не желают присоединяться к договору, хотя и делают вид, будто во веем подчиняются кор[олеве]. Они, видимо, не прочь выждать и посмотреть, как у нас пройдет начало сессии в надежде, что в палате лордов возникнут какие-нибудь неурядицы. Во всяком случае, если бы здесь прислушались к моему совету, то сессия уже началась бы и мы представили бы на одобрение обеих палат действия, предпринятые нами к заключению мира, и, возможно, получили бы от парламента обращение, призывающее в случае несогласия голландцев заключить мир без них. Многие со мной согласны, но, видимо, такой путь расценивается как недостаточно надежный. Я сомневаюсь, что в такой короткий срок, как три недели, все препятствия к подписанию мира будут устранены, но это пока тайна. [Ноци, МД].

12. Мы с Праттом прогулялись нынче пешком в Сити к некоему Бэйтмену, известному торговцу старыми книгами, у которого я, как последний олух, оставил 4 фунта, после чего мы пообедали по-императорски за 3 шиллинга и 2 пенса в какой-то захудалой харчевне. Позвольте-ка взглянуть: я купил 2 тома Плутарха[974] за 30 шиллингов. А больше я вам ничего не назову, потому что вы не знаете по-гречески. У нас никаких новостей, а посему мне сегодня нечего вам больше рассказать. Я все еще не закончил свою работу: эти министры никак не выберут время сделать то, что мне необходимо для ее завершения. [Копойной ноци, длагоц[енные] деньчонки].

13. Мне предстояло сегодня обедать у лорда-хранителя печати, но я не пошел, потому что в числе прочих там должен был присутствовать этот мужлан — сэр Джон Уолтер. Вы, возможно, помните, что позапрошлой осенью в Виндзоре он позволил себе насмехаться надо мной и до сих пор так и не попросил извинения, хотя обещал это сделать. Среди приглашенных был также лорд Мэнсел, который определенно затеял стравить нас с Уолтером, просто чтобы позлорадствовать, а посему я предпочел пообедать с лордом-казн[ачеем], у которого никого, кроме лорда Болинбр[ока], не было. Просидев с ним до 8, я пошел проведать леди Оркни, которой нездоровится, и пробыл у нее до полуночи, из чего, судалыни, вы можете умозаключить, что уже поздно. Начало сессии парламента, как я уже говорил вам, было сегодня отложено на три недели. — У нас сейчас отвратительная слякотная погода, так что я либо испорчу шляпу (я купил себе новую шляпу), либо опустошу свои карманы. Уплатил ли, наконец, Хокшоу проценты, которые с него причитались? Лорд Эберкорн до смерти замучил меня своими приставаниями. Осталось не более шести человек, коим мне надобно выхлопотать место, и примерно стольким же оказать содействие, и, кроме этого, еще втрое большее число, коим я либо не намерен, либо не в силах помочь, если бы даже и хотел. Ноци, длаг[оценные] МД.

14. Я предпринял нынче траурный обход и посетил сначала герцогиню Орм[онд], у которой застал также леди Бетти и лорда Эшбернхема. Как выяснилось, мать и дочь увиделись сегодня впервые со времени кончины леди Эшбернхем. Я застал обеих в слезах и, разбранив их за то, что они вместе, убедил леди Бетти удалиться в свою комнату, после чего провел некоторое время с герцогиней, а потом заглянул к леди Бетти, и понемногу обе успокоились. Во всех этих проявлениях скорби, сколь бы искренни они ни были, есть нечто комическое. Люди непременно стараются выказать большую скорбь, нежели они испытывают на самом деле, и это только умаляет в глазах окружающих их истинное горе. От них я отправился к герцогине Гамильтон, которая, впрочем, и не думала горевать, а только гневалась, неистовствовала и бранилась. Теперь она уже вполне утешилась, однако нрав у нее поистине дьявольский. Вместе с лордом-хранителем печати, его сыном и их женами обедал нынче у казначея адмиралтейства мистера Сизера в его доме, расположенном в Сити, где находится и его канцелярия. — Среди прочего, речь случайно зашла о Бруте[975] и не успел я о нем одобрительно отозваться, как спохватился, что совершил оплошность, и потому поспешил поправиться: «Прошу прощения, мистер Сизер», чему мы все от души посмеялись. [Копойной ноци вам, мои лодные длагоценнейшие масенькие прутовки МД].

15. Забыл сказать вам, что вчера вечером мне прислали в подарок дичь (я обнаружил ее в своей комнате, когда возвратился домой), лучше которой я, пожалуй, еще не видывал, вместе с гнуснейшим письмом от гнуснейшего в мире рифмоплета, приславшего мне все это в качестве взятки с тем, чтобы я выхлопотал ему должность. Поскольку я понятия не имею, где этот негодяй живет, то не мог отправить подарок обратно, а посему распорядился им с такой же легкостью, с какой он мне достался, наказав при этом слуге ни в коем случае не допускать ко мне этого рифмоплета. Мошеннику следовало оставить себе хотя бы крылышки: они бы весьма пригодились его музе. Среди прочего там был каплун-фазан, жирный, как курица, часть которого я съел нынче с приятелем. Каждую среду, четверг и субботу в час дня при дворе устраиваются теперь приемы; королева, правда, на них не появляется, но зато на них бывают все ее министры, многие иностранцы и вельможи. Я был там нынче и, когда заметил, что лорд-казн[ачей] направляется ко мне, постарался уклониться от встречи с ним. Трижды он тщетно пытался настичь меня. При дворе или в церкви я намеренно не замечаю его, и он это знает, я ему сам сказал. Нынче вечером у лорда Мэшема он доложил об этом всем присутствующим. Однако я веду себя так по той лишь причине, что, увидав нас беседующими, люди станут еще больше донимать меня своими просьбами. — Я говорю вам все, что мне приходит на ум, поскольку так и не мог никогда уразуметь, то ли МД — тории, то ли они — виги, и я тем более ценю нашу беседу, что в ней никогда даже не заходила речь об этом предмете. Я, правда, [склонен был считать, что БСС] сторонница ториев и притом пылкая, хотя не могу толком объяснить, почему мне так кажется; просто, на мой взгляд, своей повадкой она скорее походит на них. А вот ДД, пожалуй, из породы флюгеров. Угадал я или нет? — Я надоумил «Экзаминера» объяснить необходимость отсрочки сессии парламента и заодно воздать должное королеве[976] за ее терпимость к голландцам, которым она предоставила еще какое-то время, чтобы поразмыслить и понять, что им следует покориться. Это будет сейчас весьма кстати. [Ноци, МД].

16. Нынче я был занят в канцелярии секретаря и пробыл там до 3. Герц[ог] Орм[онд] и я были приглашены на обед к лорду Оркни, а перед тем герцог должен был присутствовать на заседании Тайного совета, так что я на сей счет не беспокоился. Однако, когда я к ним пришел, там уже почти пообедали, потому что герц[ог], оказывается, прислал свои извинения, о чем я и ведать не ведал. Домой я возвратился к 7 и принялся за одну штуку, которая только что пришла мне на ум; из этого должен выйти памфлет[977] ценой в три пенни; я собираюсь закончить и напечатать его в течение недели и, если он будет иметь успех, сообщу вам название, в противном же случае — не взыщите. Это письмо я не могу отправить завтра и задержу его до следующей субботы, потому что очень теперь занят, посему мои записи будут короткими, и МД должны запастись терпением, а пока [копойной ноци, длагоценн[ые] судалыни].

17. Этот мошенник Парнел до сих пор не выправил свою поэму, а я весьма желал бы, чтобы она была напечатана. Обедал нынче с лордом-казн[ачеем] и его обычной субботней компанией. Нас было девять человек, и в 7 все разошлись, а мы с лордом-казн[ачеем] просидели после этого вдвоем около часа. После обеда он заговорил о речи, которую королева должна произнести во время открытия парламента, и спросил, как бы я ее составил. Я собирался было ответить ему так же серьезно, как он спрашивал, но вместо того обратил все в шутку и, поскольку до этого как раз говорили о том, что герцогиня Мальборо направляется во Фландрию к своему герцогу, я сказал, что речь следует начать примерно так: «Милорды и джентльмены! Ради моего собственного спокойствия и спокойствия моих подданных я сочла необходимым отправить герцогиню Мальборо за границу вслед за ее супругом». Моя шутка пришлась всем по вкусу и переменила направление беседы. Между тем, должен вам сказать, нынешнее положение вещей нисколько меня не радует, я, помнится, уже говорил вам об этом. Необходимо взяться за дело по-другому, в противном случае все мы погибли. Мне нанавистно это постоянное продвижение черепашьим шагом. [Ноци, МД].

18. Нынче при дворе была невообразимая толчея. Дилли побывал со мной во французской церкви и чрезвычайно укрепился в своей вере. Обедал я вместе с герц[огом] Орм[ондом] у леди Оркни, однако уже в 7 расстался с ними и, возвратясь домой, снова принялся за свою затею, которую уже почти закончил. Что же касается моего большого трактата[978], то тут все без перемен. Кое-кто считает, что печатать его слишком опасно, и советует напечатать только ту его часть, которая касается переговоров о мире. Я пока еще не решил, как поступить. Еп[ископ] Дроморский лежит при смерти; еще вчера опасались, что он не протянет и 2 часов, но он все еще жив, хотя и безнадежен. А теперь садитесь за карты, [судалыни, и копойной ноци].

19. Утром я пошел проведать герц[огиню] и герц[ога] Орм[онд], и в то время, как я находился у герцога, к нему пожаловал герцог д'Омон, и мы приветствовали друг друга, как два драгуна. Какой-то жалкий малый, остановясь в дверях дома, в котором я проживаю, просил передать мне в подарок сверток с апельсинами. Я велел слуге сначала осведомиться, как его зовут и откуда он явился; он сказал, что зовут его Бен и что я прекрасно его знаю, однако я все же велел слуге сказать ему, что занят, и ему так и не удалось со мной переговорить; оставить апельсины я тоже не позволил. Вот, собственно, и все, что мне известно. Я однако же, уверен, что никогда не слыхал этого имени, и твердо решил не принимать никаких подарков от незнакомых мне людей. Кто знает, быть может, это обычный попрошайка, нуждающийся в деньгах, а, быть может, что-нибудь и похуже. Пусть лучше приберегут свою отраву для крыс. Мне это ни к чему. [……..] Эта клякса вышла по небрежности. Ноци, длаг[оценные] МД.

20. Комитет нашего Общества обедал нынче с канцлером казначейства, а само Общество уже не собирается теперь, как бывало прежде, в чем больше всего винят меня. Я и в самом деле не вижу в этом смысла до тех пор, пока лорд-казн[ачей] не согласится предоставлять в наше распоряжение деньги и должности, которые мы могли бы распределять, а он пока что кормит нас обещаниями. Еп[ископ] Дроморский еще жив, и это все, что можно о нем сказать. Мы со дня на день ожидаем, что он преставится, и тогда Тому Ли придется убраться восвояси[979], что, возможно, будет единственным благим следствием этого события для Лондона. Сдается мне, что Пратт метит на один из освободившихся епископатов. Ведь и наш английский епископат до сих пор еще вакантен[980]. Мирный договор, я думаю, к началу сессии так и не успеют подготовить. Ноци, МД.

21. Побывал нынче у моего типографа и передал ему небольшой памфлет, который я сочинил, однако на сей раз он не о политике. Его должны напечатать к понедельнику, и, если он будет иметь успех, я сообщу вам название, в противном же случае — не взыщите. У нас ужасно развезло нынче и стало так же слякотно, как в дождь, и все же я, как пай-мальчик, прошелся пешком до самого Сити. Еп[ископ] Дроморский не протянет и двух дней. Моя большая книга лежит без движения: кое-кто считает, что значительную ее часть сейчас печатать нельзя. Впрочем, я, кажется, уже говорил вам об этом. Это письмо будет отправлено не раньше субботы, что составит ровно три недели, а я даю МД сроку 6 недель, которые уже почти истекли; имейте в виду — я надеюсь поручить всколе ваше сипмо и узнать из него, что МД плебывают в порном здлавии[981]. А засим, копойной ноци вам, МД.

22. Был нынче при дворе по случаю приемного дня; я ведь уже говорил вам, что по средам, четвергам и субботам бывают теперь приемы. Гамильтоны и Эберкорн, наконец-то, оставили меня в покое; последний, как я слыхал, и впрямь собрался во Францию. Лорд-казн[ачей] выразил мне нынче при дворе свое неудовольствие за то, что я 4 дня кряду не приходил к нему обедать, так что нынче я обедал у него. Он принял, наконец-то, мой прожект, как он это называет, о чеканке полупенсовиков и фартингов с девизами, как на медалях, в честь королевы; причем, девизы должны ежегодно меняться. Мне бы хотелось, чтобы эта моя затея осуществилась. Ноци, МД.

23. Герц[ог] Орм[онд] и я условились пообедать нынче с Нэдом Саутуэлом, чтобы обсудить, как уладить дело с парламентом у вас в Ирландии, но собралась довольно-таки разношерстная компания и герц[ог] куда-то торопился, так что сделать ничего не удалось. По-моему, если уж созывать у вас нынче летом парламент, то непременно новый, но кое-кто, я вижу, считает, что в ближайшие два года у вас вообще не следует созывать парламента. Во всяком случае, я больше не намерен утруждать себя этим, мне хотелось лишь оказать услугу герц[огу] Орм[онду]. Вечер мы с доктором Праттом провели у еп[ископа] Клог[ерского], где играли в ломбер по три пенса, а это, сами понимаете, в сравнении с вашими ставками — сущий пустяк. Возвратясь домой, я обнаружил письмо от МД № 37, однако отвечать на него буду не в этом, а в следующем письме. Очень огорчен за [бее бее бсс]; прошу вас, пользуйтесь малейшей возможностью погулять. Меня угораздило снова простудиться и притом ужасно, хотя я не совсем оправился еще от прежней простуды. Сам не знаю, как это произошло. [Пожалуйста, ……….]. Деньги, причитающиеся ДД в казначействе, я в ближайшее время получу. Еп[ископ] Дроморский, наконец-то, преставился. [Ноци, длаг[оценные] МД].

24. Был нынче при дворе, где имел случай немало позабавиться, поскольку лорд Эберкорн, поклонившись мне, не соизволил вымолвить ни слова, и точно так же повел себя лорд Селкерк. Обедал у лорда-казн[ачея], у которого собирался нынче его субботний клуб, и после того, как все ушли, просидел еще 2 часа, разговаривая с ним, боюсь, несколько откровенней, нежели на это отваживаются другие, хотя они могли бы принести немало пользы. К несчастью, все его друзья только выражают сожаление и пожимают плечами, и ни один из них не хочет поговорить с ним начистоту, как того требуют обстоятельства. Странное дело: сессия парламента вот-вот начнется, а до сих пор не произведены назначения ни на одну должность. Они говорят, что успеют это сделать за несколько дней. В Херефорд уже назначен новый епископ, так что надежды еп[ископа] Оссорийского не сбылись. Еще два месяца тому назад я намекал его друзьям, чтобы он не обольщался на сей счет и не вел себя так неблагоразумно, как до сих пор. — Времени у меня осталось только, чтобы успеть отослать это письмо, не прибегая к услугам ночного сторожа. [Копойной ноци, длагоценнейшие марыски МД, прощайте длаг. МД, МД, МД, Досвид, Досвид,

Досвид, Mс, Mс, Mс, тлам, тлам, тлам].

Моя новая простуда понемногу проходит.

[тлам, тлам, тлам, тлам].

Письмо LIX

Лондон, 25 января 1712—1713.

[воскресенье]

У нас нынче разразился такой ужасный ураган, что по пути к лорду Болинброку я видел сотни свалившихся с крыш черепиц и примерно в 40 ярдах от меня упала такая огромная, что вполне могла бы убить лошадь. По сему случаю после посещения церкви и двора я предпочел вернуться через парк, а к лорду-казн[ачею] добрался в портшезе. У соседнего с ним дома снесло жестяной колпак печной трубы, и обрушилась добрая сотня кирпичей. К вечеру, однако, все утихло. Любопытно, был ли нынче и у вас такой ураган. Подобные бедствия мне не по нраву, как и любой свинье. Лорд-казн[ачей] опять пригласил меня на завтра отобедать с ним. Он иногда позволяет себе такие шутки — приглашать кого-нибудь изо дня в день; придется, видно, и мне через это пройти. Мой небольшой памфлет уже вышел из печати, речь в нем идет не о политике. Повторяю, я назову вам его, только если он будет пользоваться успехом. [Копойной ноци, длаг[оценные] плоказницы].

26. Нынче утром у меня был небольшой приступ головокружения, и весь день после этого [бее, бее, БДГП] страдал от его отвратительных последствий — слабости и тошноты. К лорду-казн[ачею], не успели мы пообедать, прибежал слуга от французского посла герцога д'Омона с известьем, что дом, в котором он поселился, сгорел дотла[982] в то время, как д'Омон обедал у испанского посла Монтелеона. Вслед за слугой пришел вскоре лорд Болинброк с тем же известьем. Здесь строятся всевозможные догадки, однако я склонен думать, что виной всему неосторожность его слуг, этих французских каналий. Странно, однако, что в тот же самый день лорд Сомерс, Уортон, Сандерленд, Галифакс и вся остальная братия лордов-вигов, согласно полученным мной приватно сведениям, обедала у Понтэка в Сити. Они вынашивают какой-то дьявольский план. Я расскажу вам об еще одном любопытном обстоятельстве, на которое не преминул обратить внимание лорда-казначея: ведь он был ранен как раз в день кончины кор[оля] Вильгельма, а день, в который я спас ему жизнь, открыв присланную ему коробку, был, как раз днем рождения кор[оля] Вильгельма. Здесь распространилась гнусная клевета насчет моего приятеля мистера Эразмуса Льюиса: будто бы один человек по ошибке вместо него явился к какому-то другому Льюису[983] и стал благодарить его за то, что этот последний помог ему получить из Франции его личную печать. Второй Льюис болтает повсюду, будто его посетитель передал ему также благодарность от лорда Перта и Мэлфорта[984] (оба лорда состоят в свите претендента) за великие услуги, которые он якобы им оказал, и прочее. Завтра лорды допросят этого второго Льюиса на заседании Тайного совета, и вы, я полагаю, вскоре обо всем узнаете, потому что я заставлю Эйбела Роупера напечатать в «Экзаминере» отчет о том, как все было на самом деле. Если по-вашему я должен писать разборчивей, то, пожалуйста, скажите мне об этом, потому что, просмотрев часть моего последнего письма, я убедился, что сам едва его разбираю, а посему, если вам это угодно, я постараюсь улучшить свой почерк. Хотя, впрочем, вы к нему более привычны, ежели чем я, как изволит выражаться мистер Раймонд. [Ноци, МД].

27. Я уже четвертый день подряд обедаю с лордом-казн[ачеем], и он хотел было пригласить меня и на завтра, однако на сей раз я наотрез отказался. А нынче вечером я присутствовал вместе с ним на крестинах дочери лорда Даплина, но только он ушел в 10, а меня и еще кое-кого они не отпускали до начала первого, так что, как говорится, можете не сомневаться, что уже довольно поздно. Мы укрепились в подозрении, что дом герцога д'Омона был подожжен умышленно. Правда, нынче я зашел проведать лорда-хранителя печати — из-за простуды он совсем потерял голос — и застал у него доктора Рэдклифа, так тот сказал мне, что пожар будто бы учинил кондитер посла, который варил сахар и вышел из кухни, оставив его на огне. Многие, однако, придерживаются на этот счет иного мнения, так что я, право, не знаю, что об этом и думать. [Копойной ноци, мои лодные длагоценнейшие МД, рюбите БДГП].

28. Беседуя со мной нынче при дворе, испанский посол высказался в том смысле, что он не склонен подозревать злой умысел в этой истории с пожаром в доме д'Омона. Однако аббат Готье, исполняющий здесь обязанности секретаря французов, придерживается на сей счет другого мнения. По его словам, в тот день д'Омон получил письмо, в котором его предупреждали, что его дом будет подожжен, и, кроме того, сообщают еще кое-какие подробности; пересказывать их здесь было бы слишком утомительно. Так, например, чинивший крышу кровельщик заметил в комнате, как раз когда огонь стал вырываться наружу, плошку с греческим огнем. Обедал я у леди Оркни. Ни лорд Эберкорн, ни Селкерк не желают теперь со мной разговаривать, поскольку я не сумел угодить ни одной из сторон. [Копойной ноци, дорогие МД].

29. Сегодня собиралось наше Общество; присутствовало 11 человек, и происходило это в таверне. Мы решили теперь собираться только раз в две недели, и еще каждую вторую неделю будет заседать комитет из 6 или 7 человек; им надлежит решать, какие добрые дела нам следует осуществить. Я предложил, чтобы 3 главных члена нашего Общества еще раз обратились к лорду-казн[ачею] с просьбой пожаловать одному лицу 100 гиней и чтобы они не пожалели усилий для этого. Мы собрали также среди самих членов Общества 60 гиней, но прежде я настоял на избрании тех, кто определит размеры взносов, и сам вошел в их число, после чего мы назначили каждому сумму соответственно его доходам. Герц[огу] Орм[онду] пришлось внести, таким образом, 10 гиней, а мне только треть гинеи. Что ж, на таких условиях можно облагать нас податью сколь угодно часто. Так-с, однако же я должен ответить [на ваше сипмо, уные аамы]. Нет-нет, только не сейчас, потому что уже поздно и я не могу его пойти[985]. [Копойной ноци, длагоценнейшие МД].

30. Последние 2—3 дня я пробовал пить воды Спа[986], но, как видно, они мне не годятся, потому что у меня начались из-за них сильные головокружения. Право же, я чувствую себя хуже и больше на стану их пить. Нынче после богослужения мы ходили с ректором[987] поглядеть библиотеку, которая объявлена к распродаже, а в 5 я пообедал у леди Оркни. Мы все же думаем, что дом д'Омона был подожжен умышленно. В Лондон, как я слыхал, приехал малыш Гаррисон, тот самый, которого я отправил в Утрехт. Он теперь секретарь при тамошнем посольстве королевы и привез сюда «Договор о барьере» с теми поправками, которые мы в него внесли и с которыми теперь согласились голландцы, что собственно и было самым большим препятствием, задерживавшим подписание мира. Надеюсь, самое большее через месяц он уже привезет мирный договор, потому что мы постараемся сейчас как можно скорее отправить его обратно. Мне не терпится повидать мальчугана, ведь он, можно сказать, мое детище. Его жалованье составляет тысячу фунтов в год, а между тем за все это время он не получил и нескольких пенсов, хотя я им уже душу вытянул своими постоянными напоминаниями. Бедный мальчуган должно быть задолжал по меньшей мере 300 или 400 фунтов. А теперь позвольте мне [отплавиться на боковую, судалыни. Копойной ноци, длаг[оценные] марыски МД].

31. Утром у меня был Гаррисон. Мы проговорили с ним три часа кряду, а потом я повез его ко двору. Когда мы с ним вышли из дома, я обнаружил, что все это время у дверей его дожидалась карета. Я принялся было его укорять, но он ответил шепотом, что у него не было другого выхода, а в карете признался, что у него нет ни единого фартинга и нечем расплатиться и потому он нанял карету на весь день в надежде где-нибудь разжиться деньгами. И это посланник королевы, которому вверены дела величайшей важности, — не имеет при себе даже шиллинга, чтобы уплатить за карету. Я дал ему 7 гиней в счет стоимости дюжины полотняных рубах, которые он купил мне в Голландии. При дворе я представил его герц[огу] Орм[онду] и нескольким лордам. Кроме того, я ухитрился сегодня сделать так, что лорд-казн[ачей] подошел ко мне (как раз когда рядом со мной стоял Парнел) и осведомился, не доктор ли это Парнел, после чего обратился к нему с чрезвычайной обходительностью и пригласил к себе домой. Я весьма горжусь тем, что благодаря мне министры добиваются знакомства с Парнелом, а не Парнел — с ними. Его поэма почти полностью выправлена и скоро будет напечатана. Но вот, на сегодня, пожалуй, и достаточно. Осталось только упомянуть, что я побывал нынче в Сити у моего типографа и внес кое-какие поправки в «Экзаминер», посвященный навету на моего приятеля Льюиса, о чем будет рассказано с соответствующими пояснениями. [Ноци, МД].

1 февраля. До сегодняшнего дня мне никак не удавалось закончить номер «Экзаминера» насчет этой истории с Льюисом, но нынче утром типограф пришел ко мне домой и я продиктовал ему то, что следовало, а потом пришел мистер Льюис и выправил все соответственно своему разумению. Вот только мне не удалось из-за этого побывать ни в церкви, ни при дворе. Герц[ог] Орм[онд] и я обедали у лорда Оркни. Я ушел от них в 7 и посидел немного с сэром Э. Фаунтейном, у которого очень тяжко воспалилась нога; он намерен поехать лечить ее во Францию. Полюбуйтесь, уже неделя прошла, а я все еще не исписал и одной стороны листа. Да, но ведь я же посылаю теперь письма только раз в три недели; впрочем, это будет отправлено раньше. Сессия парламента должна была начаться 3, однако ее отложили еще на 3—4 дня, потому что королева слегла: у нее приступ подагры, да и оба спикера тоже нездоровы, хотя один из них — лорд-хранитель печати — уже почти поправился. Я много беседовал с герц[огом] Орм[ондом] касательно Ирландии. Мы несколько расходимся с ним во мнениях, да мне и трудно теперь судить об ирландских делах, но завтра я скажу лорду-казн[ачею], что втроем мы можем так или иначе уладить их. [Копойной ноци вам, судалыни, и рюбите БДГП].

2. Несколько дней тому назад я получил письмо от Молль Гири[988], которая именуется теперь миссис Уигмор; ее благоверный стал священником, и по сему случаю она желает, чтобы я выхлопотал ему у лорда-казн[ачея] приход, только и всего. Я просто не удостою ее ответом, хотя она очень этого добивается; она все еще живет в Фарнхеме и зарабатывает на пропитание шитьем. Весь день нынче, не переставая, лил дождь; ко мне заехал Дилли, который собирался в Сити, и так как он был в карете, я решил протрястись вместе с ним, тем более, что это не стоило мне ни фартинга. Благодаря этому я встретил моего друга Стрэтфорда, негоцианта, он собирается за границу, чтобы взыскать долги и получить таким образом возможность рассчитаться со своими кредиторами. Он стал уговаривать меня отобедать с нашими общими приятелями коммерсантами, поскольку до его отъезда мы с ним больше не увидимся, так я и сделал. Я рассчитывал повидать вечером лорда-казн[ачея], но оказалось, что в 5 часов он куда-то уехал, а потому, навестив еще кое-кого из друзей, я возвратился домой. Мне надлежит теперь ответить на большую часть вашего письма, но нынче вечером я все же не стану этого делать, что бы вы там ни говорили. Завтра соберется парламент, однако сессию опять отложат[989] на две недели, каковым обстоятельством очень многие, я думаю, и притом не только виги, будут весьма раздражены; ведь им придется торчать в Лондоне неизвестно чего ради. И все же нам необходимо прежде получить ответ из Испании для полной уверенности в том, что все готово к подписанию мира. Одному богу известно, получим ли мы этот ответ до конца месяца. Положение дел до крайности шаткое. Мы постоянно продвигаемся черепашьим шагом. Я устал от этого. [Ноци, МД].

3. Сегодня собрался парламент, но сессия, как я уже говорил, снова была отложена. Я заметил несколько нахмуренных лиц и слышал выражения недовольства. Думаю, что с французами никаких разногласий больше не возникнет, ведь все пункты касательно нашей с ними торговли теперь улажены, хотя они и были весьма не прочь обвести нас вокруг пальца, не придержи мы их вовремя. Ответ же, которого мы ожидаем из Испании, поможет нам предупредить еще кое-какие их мошеннические поползновения: они ищут лазейку, чтобы получить возможность вести торговлю с испанской Вест-Индией. Надеюсь, однако, нам удастся этому воспрепятствовать. Обедал у лорда-казн[ачея], который был в весьма хорошем расположении духа. Я дал ему прочесть ту часть рукописи моей книги[990], в которой представлен его характер, обрисованный довольно-таки смело. Он стал читать и собственноручно править, но как раз в это время к нему пришел епископ Сент-Дэвида, назначенный теперь епископом Херефордским, и помешал нам. Я ушел в девятом часу и просидел потом до полуночи вместе с еп[ископом] Клогерским у ректора. [Ноци, МД].

4. Был нынче при дворе, где старался держаться подальше от лорда-казн[ачея], потому что получил уже приглашение на обед к герц[огу] Орм[онду], у которого, как мне кажется, съел и выпил больше, нежели следовало. Вечером я посидел сначала с леди Мэшем, а потом с лордом Мэшемом и лордом-казн[ачеем]. В последний год, как вы помните, я бывал у лорда Мэшема ежевечерне. У леди Мэшем я застал леди Джерси[991]; она уже давно добивается знакомства со мной, и кончилось тем, что я пообещал прийти к ней на днях на чашку шоколада. Едва ли, однако, я выполню свое обещание (вы заметили? — я только что починил перо); не могу сказать, чтобы она была мне особенно симпатична. Но особа она весьма зловредная, поэтому, я думаю, с ней следует все же поддерживать хорошие отношения. Это письмо мне, видимо, не удастся отправить раньше следующей субботы, а посему я решил ответить на ваше. Поскольку из вашего письма не видно, что вы писали его несколько дней, а начало помечено 3 января, то выходит, оно шло довольно долго. — Я вовсе не писал доктору Когиллу, что не желал бы получить какое-нибудь освободившееся место именно в Ирландии, я написал, что вообще ничего для себя не просил где бы то ни было, и это истинная правда. Я назвал лорду-казначею, лорду Болинброку и герц[огу] Ормонду доктора Стерна как человека, заслуживающего епископата, и сделал это от чистого сердца. Не знаю, что из всего этого воспоследует, могу только по величайшему секрету сказать вам одно: я взял с герц[ога] Орм[онда] обещание, что он не станет рекомендовать кого бы то ни было, не сказав об этом прежде мне; это необходимо по ряду причин, о которых было бы слишком долго здесь говорить. Моя голова все еще не совсем в порядке, а болезнь [беебсс] до глубины души меня огорчает. Надеюсь все же, ее головка годится хоть на [сто-нибудь]. На остальное я отвечу зав[тла. Копойной ноци…… длаг[оценные] судалыни МД].

5. Продолжаю ответ на ваше письмо. Обедал нынче с сэром Э. Фаунтейном и ректором, а потом играл с ними в ломбер и остался в выигрыше, хотя сэр Эндрю играет превосходно. Позднее пришел лорд Пемброк, и я пересказал ему 3 или 4 довольно жалких каламбура Дилли, которые непременно начинаются с «если». Так-с, но обратимся все же к вашему письму. Лазлешите-ка взглянуть. Нет, полагаю, что я не скоро теперь примусь еще что-нибудь сочинять и не буду печатать того, что уже написал. — [Марам БСС … вы…….]. Вот уже не предполагал, что вы расскажете обо всем Филби. [Вы] так […….]. Объезжать епархию поочередно? Это еще что такое? Что ж, в таком случае я прочитаю столько же проповедей и совершу столько же объездов за м[исте]ра Уоллса. — Молю господа, чтобы он поправил здоровье беебсс; мое — оставляет желать много лучшего. Я перестал пить воды Спа; у меня из-за них распухла нога. [Ноци, длагоценнейшие МД].

6. Нынче день рождения королевы, и, пожалуй, его еще никогда не отмечали с такой пышностью; не видал я и такого обилия роскошных туалетов. Я отправился в Сент-Джеймс, чтобы поглядеть на все это, а потом обедал у лорда-хранителя печати, где наряды дам прямо-таки блистали великолепием. Вечер я провел у миссис Ваномри и довольно рано возвратился домой, чтобы еще немного ответить на ваше сипмо. Да хранит господь королеву: дней десять тому назад она была очень тяжко больна: у нее приключились колики в животе. По пути от лорда-хранителя печати я наведался к лорду-казн[ачею], мне сказали, что он был нынче очень нарядный, чего с ним прежде никогда не бывало. Оказалось, что он и впрямь надел по такому случаю кафтан и камзол, богато расшитые. С ректором я, конечно, с тех пор видался и довольно-таки часто, однако ни разу не просил его переговорить с Темплами касательно Дэниела Кора[992] и впредь не собираюсь этого делать; да и с какой стати. Парвисолу я недавно написал. Вы хорошо сделали, передав ему, чтобы он потрудился представить мне отчет. Как вижу, в Ирландии все дорожает, кроме зерна, продаваемого священниками, потому что, насколько я могу судить по отчету Парвисола, мои доходы в нынешнем году сильно сократились. [Копойной ноци, длаг[оценные] плоказницы].

7 [? 8].[993] Был нынче при дворе, однако никаких нарядов, сшитых ко дню рождения королевы, уже не видел. Вельможи не имеют обыкновения надевать их больше одного-двух раз. Обедал я у леди Оркни, а вечер просидел с сэром Э. Фаунтейном; с ногой у него то лучше, то хуже. Не забудьте, пожалуйста, известить меня, когда ДД понадобятся деньги, и всегда старайтесь уведомлять меня об этом заблаговременно. Это письмо вряд ли будет отправлено раньше субботы; сказать вам по правде, я не совсем сейчас здоров и не отваживаюсь трудиться слишком уж усердно, а посему разрешаю по утрам приходить ко мне в гости, а в дневные часы где-нибудь обедаю и сижу с друзьями. Лорд-казн[ачей] сердится, если я не обедаю с ним хотя бы раз в 2 дня, а уйти от него рано мне никогда не удается. Вчера, например, он продержал меня почти до двенадцати. Вот уже больше двух месяцев, как у нас постоянно идут дожди, и я не могу гулять; так что весна у нас, как видите, не похожа на вашу. Фанни Мэнли я все еще не видал. Никак не выберу время. Я уже раздружился со всеми своими знакомыми, но непременно исправлюсь, как только мое самочувствие и погода улучшатся. — Еп[ископ] Клогерский привлекает здесь к себе всеобщее внимание? Еп[ископ] Клогерский привлекает к себе … простуду. Впрочем, мы все тут погибали от простуды, но теперь она понемногу сходит на нет, и моя вторая простуда почти прошла. Поверьте, я не в силах что-нибудь сделать для Суонтона, право же; да и вообще это вещь невыполнимая и совсем не по моей части. Если уж он решил купить, пусть покупает, и все тут. Ну вот я и ответил на ваше сипмо и дело с концом, и больше я ничего не скажу, а только пожелаю [вам копойной ноци, длаг[оценные] МД].

8 [? 9]. С утра до вечера нынче лил ужасный ливень. Я собирался обедать у лорда-казн[ачея], но зашел навестить сэра Э. Фаунтейна, и он уговорил меня остаться на обед, что избавило меня от расходов на карету. Но после обеда я сел с ним за карты и проиграл в ломбер 18 шиллингов и 6 пенсов, так что он изрядно меня нагрел и в довершение всего лорд-казн[ачей] будет меня укорять; впрочем, я пообедаю у него завтра. Дочь еп[ископа] Клог[ерского] несколько дней была нездорова, а теперь выяснилось, что у нее оспа, и она вся распухла, но из волдырей уже выделяется гной, и доктора считают, что серьезной опасности нет. Леди Оркни подарила мне свой портрет, очень хороший и притом оригинал; он принадлежит кисти сэра Годфри Кнеллера, и его сейчас немного подновляют. Ему превосходно удалось передать косинку в ее глазах; ведь я, вы знаете, люблю, когда глаза чуть-чуть косят. А еще я повидал нынче леди Уорсли, которая только что возвратилась в Лондон. Она жалуется на ревматические боли во всем теле. Все мои знакомые становятся старыми и недужными. Она живет теперь в доме, что на Кинг-стрит, между Сент-Джеймс-стрит и Сент-Джеймс-сквер, в том самом, куда брат ДД[994] приносил ливер, когда я там жил, и где ДД меня навещала. Остается только [вздохнуть. Копойной ноци, МД].

9 [? 10]. Собирался пообедать нынче с лордом-казн[ачеем], но он, как оказалось, уехал обедать к Тому Гарли, так что я пообедал у лорда Мэшема, после чего чуть было не отыграл у леди Мэшем в королевский пикет весь свой вчерашний проигрыш, но потом опять все спустил. Позднее пришел лорд-казн[ачей] и разбранил меня за то, что я не отправился вслед за ним к Тому Гарли. У мисс Эш[995] все пока без перемен, однако считают, что жизнь ее вне опасности. Мой слуга ежедневно после того, как я ухожу из дома, ходит к ним справляться, а вечером рассказывает мне, как там обстоят дела. Нынче утром я зашел повидаться с леди Джерси, и мы условились отобедать с ней чуть не в двадцати местах, однако я едва ли приду хотя бы на один из этих обедов. После былой роскоши ей приходится теперь довольствоваться только семью слугами, жить в небольшом доме и обходиться без кареты. Не знаю, как дальше, но пока она ведет себя вполне сносно. [Ноци, МД].

10 [? 11]. Нынче утром я сделал визиты герц[огу] и герцогине Орм[онд], и леди Бетти, и герцог[ине] Гамильтон. (Не успел я написать эти слова, а сейчас почти полночь, как от герц[огини] Гамильтон принесли записку с приглашением отобедать с ней завтра, и мне пришлось передать свой ответ через запертую дверь, потому что мой слуга унес с собой ключ и уже улегся спать. Я не могу принять ее приглашение, потому что завтра собирается наше Общество). Улизнув в 8 от лорда-казн[ачея], я намеревался провести вечер с сэром Томасом Клерджесом[996] и его женой, однако встретил их в другом месте, где и просидел до сих пор. Голова у меня нынче не болела. Я побывал при дворе и перед тем, как пойти обедать, уговорил лорда Мэнсела погулять со мной в парке. Вчера и сегодня были погожие дни, и, тем не менее, всю прошлую ночь опять лил дождь. Нынче при дворе я встретил Стерна, который там таращился на всех; он уверяет, что не раз заходил меня проведать, но мой слуга будто бы не позволял ему подняться ко мне. Он в глубоком трауре, надеюсь, что не по своей благоверной. Я, однако же, не стал его расспрашивать. [Ноци, МД].

12. В последнее время я указывал в моем дневнике не те числа, потому что ведь сегодня 12. Уж не знаю, как это получилось. Обедал нынче с нашим Обществом, и такого обильного стола у нас, пожалуй, еще не бывало. Мы собрались у Джека Хилла, коменданта Дюнкерка. Я представил отчет о собранных мной 60 гинеях, которые намерен завтра вручить двум сочинителям, а лорд-казн[ачей] обещал нам 100 фунтов для вознаграждения еще нескольких лиц. Вечером, возвратясь домой, я обнаружил на столе письмо, в котором мне сообщали, что бедный малыш Гаррисон, секретарь посольства королевы, приехавший недавно из Утрехта с «Договором о барьере», заболел и хотел бы вечером со мной увидеться, но час был уже поздний, и поэтому мне пришлось отложить визит на сегодня. Вы, возможно, помните, я часто рассказывал о нем в своих письмах […….]. Придя к нему нынче утром, я застал его в очень тяжелом состоянии. Я раздобыл для него 30 гиней у лорда Болинброка и еще чек на 100 фунтов из казначейства, которые будут выплачены ему завтра. Кроме того, мне удалось перевезти его в Найтсбридж[997], потому что воздух там получше. У него лихорадка и воспаление легких, но я надеюсь, что все обойдется. [….].

13. Ходил нынче проведать одного бедствующего поэта, некоего мистера Дайпера, который ютится на чердаке и очень болен, и передал ему 20 гиней от лорда Болинброка, а также вручил еще 60 гиней двум сочинителям и попросил приятеля получить в казначействе 100 фунтов для бедняги Гаррисона, которые отнесу ему завтра утром. Я посылал справиться, как он себя чувствует; он очень плох. Не могу передать, как я за него тревожусь, ведь он мое детище и занимает теперь весьма почетную должность, которой он в высшей степени достоин. Обедал я в Сити. Бедный малыш не выходит у меня из головы. За ним ухаживают мать и сестра, и он ни в чем не нуждается. [Ноци, бее длаг[оценные] МД].

14. Нынче утром я пошел вместе с Парнелом проведать беднягу Гаррисона. В кармане у меня было 100 фунтов, предназначавшихся для него. Я сказал Парнелу, что не решаюсь постучать в дверь, словно предчувствовал что-то дурное. В ответ на мой стук вышел слуга весь в слезах и сказал мне, что час тому назад его хозяин скончался. Представьте только, какое это для меня горе. Я пошел к его матери и распорядился относительно похорон с тем, чтобы это обошлось как можно дешевле. Они состоятся завтра в десять часов вечера. Лорд-казн[ачей] был весьма опечален, когда я сообщил ему о случившемся. Я не в силах был обедать ни с лордом-казн[ачеем], ни вообще где бы то ни было и только к вечеру съел немного мяса. Ни одна утрата еще не была для меня столь тяжкой. Несчастный горемыка — Да благословит господь всемогущий бедных МД. — Прощайте.

Я отправлю это письмо нынче вечером и очень сожалею, что это произойдет в то время, как я нахожусь в таком горе.

Письмо LX

Лондон, 15 февраля 1712—1713.

[воскресенье]

Обедал нынче с мистером Роу и одним прожектером, который изводил меня, предлагая чуть не 20 способов получения разного рода пожертвований, однако ни один из них мне не по душе, к тому же я был слишком удручен кончиной бедняги Гаррисона. В десять часов вечера я присутствовал при его погребении, относительно которого распорядился, чтобы оно было как можно более скромным. Мы наняли только одну карету, в которой разместились вчетвером, и после погребения на обратном пути у нее лопнули поддерживающие кузов ремни, так что, пока мой слуга ходил за портшезами, мы сидели, рискуя опрокинуться; и все это в 11 часов вечера под проливным дождем. Домой я возвратился чрезвычайно подавленный и лягу сейчас спать. [Ноци мои ……… МД].

16. Обедал нынче с лордом Даплином и его гостями, всячески старавшимися меня развлечь, однако рано ушел домой и, чтобы хоть как-то развеяться, принялся читать глупейшую книгу. — У меня никогда больше не хватит духу взять на себя заботы об устройстве чьей-либо судьбы. Завтра соберется парламент, однако сессию опять отложат на две недели; из обеих партий раздаются недовольные голоса, но тут ничего не поделаешь, хорошо хоть все, что связано с подписанием мира, уже вне опасности. Я не припомню случая, чтобы дождливая погода длилась так долго. За последние 10 недель у нас не было и двух погожих дней кряду. Вот уже 4 дня, как я не обедал с лордом-казн[ачеем] и не смогу раньше субботы, потому что на ближайшие дни получил несколько приглашений; он, конечно же, будет меня корить и на сей раз не без оснований. Я очутился теперь в затруднительном положении с этими 100 фунтами, предназначавшимися для бедняги Гаррисона. Что мне теперь с ними делать? Отдать их родственникам я не могу, пока они не уладят его дела; ведь он очень много задолжал; впрочем, жезл будет находиться в моих руках, и я ничем не рискую. [Ноци, бее длаг[оценные] МД].

17. Леди Джерси и я обедали нынче с лордом Болинбр[оком], о чем мы условились заранее. Вместо покойного мистера Гаррисона он отправил в Утрехт своего брата[998]; и то сказать, во всей Европе едва ли сыщется более заманчивая для молодого джентльмена должность. Я отчаянно проигрался в ломбер, и все потому, что допустил тысячу промахов, хотя ставил только по три пенни. — Леди Клерджес и еще одна старая шлюха, которую я не выношу, выиграли у меня вчера вечером двенадцать шиллингов. Сессия парламента опять была нынче отложена, и многие выражали недовольство, но причина этих проволочек — невозможность подготовить подписание мира к тому времени, когда они должны собраться. Уж очень много разных мелочей необходимо уладить. — По-прежнему ли [БСС] состоит в ломберных дамах? Все трюки этой игры вы, видимо, уже постигли до тонкостей. А откуда вы получаете карты? Судя по всему, из Франции: ведь у нас приходится платить шесть пенсов налога с каждой колоды[999], и это выходит довольно-таки накладно. Я отказался от своей затеи пить воды Спа и принимаю теперь какие-то мерзкие капли; в последнюю неделю с головой у меня было получше. Каждый день я посылаю справляться о здоровье мисс Эш; говорят, будто все тело у нее покрыто гнойничками, но жизнь ее вне опасности. Боюсь, что она после этого несколько подурнеет. Их сын ночует в другом месте; по мне, так было бы лучше, если бы и он переболел оспой сейчас, пока он еще так молод. [Ноци, МД].

18. Граф Эбингдон[1000] 3 месяца приставал ко мне, чтобы я пришел к нему обедать, и с неделю тому назад мы уговорились с ним на сегодня; я назвал ему, кого я хотел бы еще пригласить: лорда Стоуэла[1001], полковника Диснея и доктора Арбетнота. Однако двое последних вовремя догадались улизнуть, оставив нас со Стоуэлом. Обедать мы сели в 7 часов вечера, и, поскольку нынче среда первой недели великого поста, нам подали одну лишь рыбу, которую лорд Стоуэл не мог есть, а посему ему принесли ножку от индейки. Вместо вина нас поили сущей отравой. А ведь у этого пустобреха 12 тысяч годового дохода. Сазан был сырой, а свечи зажгли сальные. Больше меня к нему не заманишь, да и вообще я буду впредь осмотрительней. Теперь все смеются надо мной за то, что я согласился у него пообедать. Сегодня мне пришлось дать понять матери Гаррисона, что я не могу вручить ей деньги, пока она не приведет в порядок его дела, и она обещала это сделать. Судя по всему, она просто [старая шлюха], а ее дщерь […..]. Нынче при дворе вигов было больше, нежели ториев; похоже, они уразумели, наконец, что мир должен быть заключен, и вот явились, дабы угодить королеве. Она все еще прихрамывает из-за подагры. [Ноци, МД].

19. Я отправился нынче ко двору, чтобы попросить лорда Болинброка еще раз просмотреть поэму Парнела после того, как тот ее выправил, и Парнел вместе со мной обедал нынче у милорда, который показал ему еще 3—4 места, нуждающиеся в кое-каких исправлениях. Во время обеда к нам спустилась леди Болинброк, и Парнел не сводил с нее глаз, словно перед ним была богиня. Мне пришло в голову, что она очень похожа на жену Парнела, и он, видно, подумал то же самое. Он чрезвычайно доволен расположением, которое ему выказывает лорд Болинброк, и я надеюсь, что когда-нибудь это сослужит ему добрую службу. Его поэма будет напечатана в ближайшие несколько дней. Дождь у нас каждый день принимается хлестать наново, словно перед тем его и вовсе не бывало. Вечер я провел у леди Мэшем; лорд-казн[ачей] тоже к ним пришел и стал бранить меня за то, что я не прихожу к нему обедать, хоть я и объяснял ему, что никак не могу этого сделать до субботы. Я засиделся у леди Мэшем до начала первого, так что [копойной ноци вам, длаг[оценные] судалыни МД].

20. Леди Джерси, леди Кэтрин Гайд, испанский посол[1002], герцог д'Эстре[1003], еще один испанец и я обедали нынче у лорда Болинбр[ока], о чем мы условились заранее; они поднимали столько бокалов шампанского за здоровье испанцев, что я предпочел улизнуть к дамам и до 8 пил с ними чай, после чего пошел проведать сэра Э. Фаунтейна, у которого по-прежнему очень болит нога, и опять проигрался в ломбер. Мисс Эш уже вне опасности. У нее недавно воспалился глаз (что, я полагаю, было следствием ее болезни), но теперь и это проходит. Я не позволяю епископу приходить ко мне, и сам какое-то время воздержусь от визитов к нему. По возвращении домой меня ожидала приятная неожиданность — письмо от МД № 38. Только вы что-то очень уж мало на сей раз написали. Надеюсь, [вашим бедным глазкам сейчас уже получше]. Мое же письмо будет отправлено через неделю вместе с долговой распиской для Мс. — Завтра я опять поговорю с Гриффином относительно брата [БСС] Филби и выражу пожелание, чтобы независимо от того, заслуживает он этого или нет, ему приискали место получше нынешнего. Разумеется, при том условии, что мне удастся повидать Гриффина. На ваше сип-мо БДГП ответит тогда, когда сочтет это необходимым. — [Ноци, МД].

21. Вчера вечером я, кажется, обошелся с вами несколько бесцеремонно: я имею в виду последние мои слова. Я видел нынче при дворе Гриффина, он сказал, что насчет должности на солеварне в Рэктоне ему ничего неизвестно, но он предоставит Филби место получше этого и пожелал, чтобы Филби ему написал. Если бы я знал адрес Филби, я бы сам его об этом уведомил, а так прошу это сделать вас. Предупредите его, чтобы он ни словом о вас не обмолвился, а только написал мистеру Гриффину, что имел честь быть рекомендованным ему доктором Св[ифтом] и прочее и что он постарается быть достойным и прочее. А еще лучше было бы, если бы вы сами ему все продиктовали. Надеюсь, он вполне пристойно пишет и читает. Перед тем, как отправить письмо, я непременно справлюсь, распорядился ли на этот счет Гриффин. Обедал нынче с лордом-казн[ачеем] и еще 7-ю лордами; по субботам, как вы знаете, у него бывает много гостей. После обеда мы просидели с ним вдвоем до 8, а потом я возвратился домой и написал письмо миссис Дэвис[1004] в Йорк. Сия особа позаботилась о том, чтобы ее письмо было вручено мне через лорда-казн[ачея], поскольку я, видите ли, не известил ее о получении предыдущего, отправленного по почте. Она упрекает меня за то, что я вот уже 4 года как не пишу ей, но я откровенно ответил, что не имею привычки писать тому, с кем вряд ли когда увижусь, разве только если могу оказать услугу, а ей я ничем услужить не могу и прочее. Она — вдова учителя Дэвиса. [Ноци, МД].

22. Обедал нынче у леди Оркни вместе с герц[огом] Орм[ондом] и сэром Т. Ханмером. Слыхали ли вы когда-нибудь о последнем? Совсем молодым он женился на герцогине Грэфтон (она тоже обедала с нами); это самый влиятельный человек в палате общин. Прошлой весной он отбыл во Фландрию вместе с герц[огом] Орм[ондом], а оттуда — во Францию, после чего собирался в Италию, но министры послали за ним, и дней десять тому назад он возвратился. Он чрезвычайно озабочен положением вещей, считая, что подписание мира слишком уж долго откладывается, и преисполнен дурных предчувствий и опасений. Говорят, будто его прочат на должность государственного секретаря[1005] вместо лорда Дартмута. Мы уже с ним 2 года как знакомы, и я намерен в ближайшие два-три дня потолковать с ним часок о нынешних делах. При дворе я видел еп[ископа] Клог[ерского]; его дочь выздоравливает, вот только не знаю, сильно ли она будет помечена оспинками. Королева очень медленно поправляется после приступа подагры, а посему изъявила желание, чтобы на предстоящее открытие парламента ее принесли в кресле. Это должно произойти 3 марта; надеюсь, они не станут больше его откладывать, хотя мирный договор все еще не будет к этому времени подписан, и мы опасаемся, что даже среди самих ториев будет немало недовольных. [Ноци, длаг[оценные] МД].

23. Погода нынче была скверная, и я пообедал с сэром Э. Фаунтейном, а вечер провел с ним и с ректором за ломбером и выиграл 26 шиллингов, так что я довольно-таки недурно отыгрался. Дилли все докучает мне, уговаривая навестить Фанни Мэнли, но у меня до сих пор не было никакой возможности это сделать. Мисс Эш теперь уже совсем вне опасности и, как надеются, будет не слишком обезображена оспинами. Точного адреса Гриффина я указать не могу, но полагаю, что он живет на Бери-стрит, неподалеку от Сент-Джеймс-стрит, то есть рядом со мной. Впрочем, ваш брат может написать на соляное ведомство, тем более, что ему, судя по всему, известно имя Гриффина, ведь вы указали его, когда прислали мне список комиссаров этого ведомства. [Ноци, длаг[оценные] МД].

24. Я прогулялся нынче в Челси, чтобы повидать декана Крайстчерч-колледжа доктора Эттербери. У меня было к нему одно дело, касающееся поступления в его колледж сына лорда Керри — мистера Фиц-Морриса[1006]; ведь леди Керри пользуется особым моим благорасположением. Лорд Гарли, лорд Даплин, молодой Бромли[1007], сын спикера, и я обедали нынче с доктором Стрэтфордом и еще несколькими особами духовного звания, но в 7 я ушел и отправился к леди Джерси, чтобы повидать испанского посла Монтелеона, который был приглашен туда на ломбер. Леди Джерси, однако, не оказалось дома, и я разбранил слуг и всех переполошил, но не успел я возвратиться домой, как получил от нее записку, уведомляющую, что я ошибся днем и что мы уговорились встретиться завтра. Память у меня теперь уже не та, нежели когда я расставался с вами, и я чуть не каждый день забываю, куда уговорился прийти. Однако на сей раз моя память случайно оказалась даже слишком хорошей. Но я все же пойду к ней и завтра, потому что условился встретиться там с леди Кэтрин Гайд и леди Болинброк, а посему я расчесал свой парик и привел в порядок платье, чтобы выглядеть повнушительней [Ничего не поделаешь — слаб человек. Клянусь, … Ноци, МД].

25. Лорд-казн[ачей], застав меня вчера вечером у лорда Мэшема, принялся насмешливо благодарить за то, что я его не забываю, поскольку вот уже три дня, как я не приходил к нему обедать. Он сердится, даже если я пропущу два дня кряду. И что из этого воспоследует? … А ровным счетом ничего. Моя бабка, бывало, говаривала: чем тоньше обхождение, тем хуже угощение. Но я все же обедал нынче у него, и мне с трудом удалось уйти в 8, чтобы попасть к леди Джерси, где собралось 5 или 6 иностранных послов и столько же дам. Монтелеон играл, как истый англичанин: вскрикивал и постукивал костяшками пальцев, когда пасовал, и играл по маленькой, наподобие [БСС]. Леди Джерси шепнула мне, чтобы я остался и поужинал с дамами, после того как мужчины откланяются, но они засиделись за картами до 11, и я решил не дожидаться. — Это письмо, как я думаю, непременно будет отправлено в субботу, а между тем лист еще не исписан и наполовину. Леди Кэтрин вбила себе в голову, что я непременно должен познакомиться с ее сестрой — леди Далкейт[1008], вдовой старшего сына герцога Монмута, которая была нынче вечером в числе гостей, однако мне она не понравилась: уж очень она красится. [Ноци, МД].

26. Наше Общество собиралось нынче у герц[ога] Орм[онда], но дела требовали моего присутствия в другом месте, а посему я послал свои извинения и пообедал наедине с приятелем. Да и кроме того вчера вечером у леди Джерси сэр Т. Ханмер шепнул мне, чтобы я пришел нынче к нему на ужин вместе с лордом-казн[ачеем] и герц[огом] Орм[ондом]; я так и сделал и просидел у него от 11 до часу, так что можете не сомневаться, время уже позднее. С нами ужинали также герцогиня Грэфтон и ее сын, а всего нас было девять человек. Герц[ог] Орм[онд] пожурил меня за то, что я отсутствовал нынче на обеде нашего Общества и сказал, что собралось 16 человек, а я ответил, что еще ни разу не слыхал, чтобы из 16 человек могла составиться хорошая компания, равно как и из 8. — У нас в Лондоне решительно ничего нового. Мне самому странно, что я не сообщаю вам никаких новостей. Но я меньше, чем кто бы то ни было, осведомлен о том, что происходит: ведь я не хожу ни в какие кофейни и видаюсь с одними только министрами да вельможами, а министры никогда не заводят речь о политике. Виги, судя по всему, снова что-то затевают к открытию сессии парламента, которое назначено на следующий вторник и, хотелось бы думать, на этот раз состоится. Мы уповаем на то, что мирный договор к этому дню будет готов к подписанию. Королеве с каждым днем все лучше. [Ноци, МД].

27. Весь день сегодня я томился от скуки и пообедал наедине с приятелем, живущим по соседству. Говорил ли я вам, что у меня теперь есть отличный поколенный портрет леди Оркни[1009] и притом оригинал, принадлежащий кисти сэра Годфри Кнеллера. Он уже у меня дома и помещен в красивую раму. Лорд Болинбр[ок] и леди Мэшем тоже обещали мне позволить снять с себя портреты, что же до лорда-казн[ачея], то я уже потерял всякую надежду, разве только он отдаст мне копию, и тогда у меня будут портреты всех тех, кого я действительно люблю; ровно полдюжины. И еще я уговорю лорда-хранителя печати отдать мне свой гравюрный в раме. Это письмо должно быть отправлено завтра, поскольку пора отослать Мс долговую расписку, в противном случае, смею вас заверить, я бы сделал это не раньше следующей недели. Я теперь не слишком утруждаю свое перо, потому что предпринятый мной большой труд отложен до иных времен, когда в нем возникнет неотложная необходимость или что-нибудь произойдет; и тогда я примусь за его окончание, хотя мне это претит, стольких трудов он мне стоит. Все, что я написал, находится теперь у сэра Т. Ханмера. — А что поделывают сейчас мои МД? — Ну конечно же, как всегда, вечером по пятницам играем в ломбер у декана вместе с миссис Уоллс. — Что ж, по крайней мере не засиживайтесь слишком поздно. Вчера вечером я был свидетелем тому, как герцог д'Эстре 6 раз проигрывал, имея на руках Манильо, Басто и три мелких козыря, а леди Джерси выиграла больше 20 фунтов. [Копойной ноци, длаг[оценные] марыски МД].

28. Нынче при дворе аббат Готье шепнул мне, что прибыл курьер с известьем о согласии французского короля со всеми требованиями королевы. Об этом уже послали сообщить в Утрехт, так что в ближайшие дни мир будет подписан. Правда, мирный договор между всеми участвующими сторонами не может быть так быстро подготовлен, но это уже не имеет значения. Новость тотчас же распространилась при дворе. Я видел, как королеву вынесли в кресле в сад, чтобы она могла подышать воздухом. Мне встретился Гриффин, и он сказал, что уже отправлено распоряжение подвергнуть Филби испытанию и, буде он окажется пригодным, назначить помощником (помнится, он именно так выразился) уж не знаю точно кого, кажется, инспектора; во всяком случае, речь шла о какой-то должности, которая намного лучше его нынешней. Парламент опять ненадолго отложат, хотя никто пока еще об этом не знает. Обедал с лор-дом-казн[ачеем] и его обычной субботней компанией и ушел от него в 8, чтобы своевременно отнести это письмо в почтовую контору. А теперь, длагоценнейшие марыски МД, я должен с вами поплощаться. [Да хранит вас всегда, всегда господь и рюбите БДГП] — прощайте [МД, МД, МД, Досвид, Досвид, Досвид, Досвид, МС, МС, — тлам —, тлам —].

Письмо LXI

Лондон, 1 марта 1712—1713.

[воскресенье]

У меня совсем вылетело из головы, полностью ли я ответил в моем последнем письме на ваше или нет. Мне кажется, я не успел этого сделать, потому что спешил, однако, как я теперь вижу, на большую его часть я все же ответил. Впрочем, нет, только насчет вашего брата и долговой расписки для Мс. Обедал нынче с леди Оркни; мы проговорили с ней о политике до 11 вечера — и, как всегда, сошлись на том, что все обстоит из рук вон плохо, и только расстроили друг друга. — Да, у меня и в самом деле есть портрет леди Джиффард, присланный вашей матушкой, он упакован и хранится вместе с некоторыми другими моими вещами. Мое имущество хранится в 2 или даже 3 местах; когда я съезжаю с квартиры, то упаковываю купленные за это время книги (потому что я все время нет-нет да что-нибудь покупаю) и поселяюсь на новой, что называется, нагишом, и так далее… Не говорите со мной насчет должности декана: я осведомлен об этом меньше, чем когда бы то ни было. [Ноци, МД].

2. Отправился нынче в Сити повидать Пэтти Ролт, которая живет там со своей кузиной — дочерью моей кузины Клевской[1010] (которой вы намного умнее). Я никогда прежде не бывал у нее дома. Другой мой родственник в Сити, мясник Томсон, не то уже умер, не то умирает. Пообедал со своим типографом и, возвращаясь от него пешком, зашел посидеть немного с леди Клерджес, у которой застал четырех дам, игравших в вист, в их числе была леди Годольфин. Подсев к ней, я стал советовать ей, как лучше воспользоваться своими картами, однако она не удостоила меня ни единым взглядрм и не проронила ни слова. Некоторое время тому назад она не пожелала со мной познакомиться. Вы, наверно, знаете, что она старшая дочь лорда Мальборо. Она ведет себя, как дуреха, и я еще собью с нее спесь. — Чем я собственно могу посодействать мужу дочери доктора Смита? Я не пользуюсь влиянием среди акцизных чиновников. Разве что переговорю с Китли, хотя это ничего не даст. На таможне люди, как правило, продвигаются по службе постепенно, и ему необходимо сперва согласиться на самую низкую должность, если его сочтут к тому пригодным, [бсс] ошибается на мой счет: я вовсе не сержусь на ваши просьбы посодействовать кому бы то ни было; если это для меня удобно, я всегда готов услужить, чем могу. Но люди не понимают разницы и обижаются, когда я просто бессилен им помочь… Однако Бсс умнее их. А вообще-то выхлопотать место очень не просто. [Ноци, МД].

3. Обедал я нынче с лордом-казн[ачеем], который, как обычно, укорял меня за то, что я давно у него не был, хотя последний раз я обедал у него не далее, как в прошлую субботу. Заседание парламента опять отложили на неделю, но к тому времени, я полагаю, мирный договор будет уже готов, да и королева будет достаточно здорова для того, чтобы принести ее в палату, где она произнесет свою речь. — Доктора Гриффита я видел месяца два или три тому назад в Вестминстере во время представления на латинском языке, однако я с ним тогда не говорил. Надеюсь, что он не умрет, в противном случае буду весьма огорчен за бсс. Ведь он так к ней ласков. Я уже давно распростился с простудами, да и погода несколько улучшилась. — Принимаю теперь какие-то капли, и голова моя ведет себя довольно сносно. Стараюсь по возможности больше гулять, очень в последнее время обленился и так и не завершил свою работу; все бы мне по гостям разъезжать[1011], да в ломбер играть. Я буду осмотрительнее в выборе лекарств, нежели миссис Прайс[1012]; полагаю, однако, что она с таким же успехом умерла бы и без оных. Больше ни словечка вам нынче не прибавлю, а почитаю немного одну скучную книгу и лягу спать. [Копойной ноци, длаг[оценные] МД].

4. Мистер Форд чуть не полгода приглашал меня отобедать у него на квартире, что я и сделал, наконец, нынче и привел с ссбой ректора, доктора Парнела и моего приятеля Льюиса. Парнел вскоре ушел, а остальные трое уселись за ломбер, я же с удовольствием наблюдал за их игрой, — самому мне играть не хотелось. Тиздал, как вы изволили заметить, славный малый, и, когда я возвращусь в Ирландию ни с чем, он будет выражать мне сочувствие, испытывая при этом в душе безмерную радость. Я уже, кажется, рассказывал вам, как он написал мне, что я спас Англию, а он — Ирландию. Однако я могу снести и это, ведь я уже приучился смотреть, слушать и помалкивать. Отправясь нынче проведать герцогиню Гамильтон, я встретил небезызвестного вам Блиса из Ирландии, который как раз выходил из ее дома и садился в карету, а посему я осведомился у нее, с каких это пор она стала принимать у себя молодых людей. Судя по всему, он додумался устроить бал в доме герцога Гамильтона, том самом, где герцог скончался, а герцогиня потом оповестила об этом событии читателей «Почтальона», дабы выразить свое неодобрение, тем более, что на бале присутствовали дочери герцога Мальборо. Блис потому и пожаловал к герцогине, что хотел попросить у нее прощения и оправдаться. Он порядочный шалопай. [Копойной ноци, бее длагоценнейшим МД].

5. У леди Мэшем случился выкидыш, но теперь она уже почти здорова. Я сделал нынче уйму визитов. У герц[ога] Орм[онда] мне опять встретился Блис, который стал упрашивать меня поехать с ним к герцогине Гамильтон, чтобы снова умолять ее о прощении. Я согласился не без задней мысли, желая поглядеть, как этот оболтус себя поведет; при всем том я попросил герцогиню быть с ним милосердней, ведь уж если на нее найдет, она — сущий дьявол. Собственно, это ей следовало бы просить у него прощения, ибо у него и в мыслях не было ничего дурного. И все же она не разрешила ему напечатать ответ с тем, чтобы оправдаться, хотя все ее обвинения — сплошная ложь. Он тщетно взывал ко мне, но я был невозмутим и винил во всем его. Я побывал нынче также при дворе; оказывается, иностранные послы задумали воспользоваться моими услугами, чтобы я переговорил от их лица с лордом-казн[ачеем] и лорд[ом] Болинброком, как я иногда и делаю, если случай того заслуживает. Вашему колледжу нечего опасаться: меня не назначат их ректором. Обедал я с сэром Томасом Ханмером и его герцогиней; был там также герц[ог] Орм[онд], однако мы вскоре откланялись, и я впервые за все это время решил навестить лорда Пемброка, да и то лишь затем, чтобы посмотреть кое-какие любопытные книги. К нему как раз в это время пожаловал лорд Чомли, который все пытался со мной заговорить, но я не удостоил его ни словом. Ненавижу этого негодяя, хотя он и состоит в приятелях вашего Гриффита. — Да, да, меня уже достаточно водили за нос, если бы только на этом все кончилось. [Ноци, судалыни].

6. Я побывал нынче вместе с Праттом на аукционе картин и выложил 2 фунта и 5 шиллингов за картину Тициана, хотя будь это настоящий Тициан, она стоила бы вдвое дороже. Если меня надули, то я постараюсь сбыть ее лорду Мэшему, если же она просто дешево мне досталась, то оставлю себе. По моему настоянию Пратт купил несколько картин для лорда Мэшема; Пратт большой знаток в этом деле. Обедал я с лордом-казн[ачеем], но в 8 часов уговорил его отправиться ко двору; я часто пользуюсь этим приемом, чтобы иметь возможность пораньше расстаться с ним. У меня было намерение залучить на этот обед и Парнела, но он нездоров: у бедняги такие же головокружения, как и у меня, но только у него они отличаются большим постоянством. Кроме того я присутствовал нынче вместе с ректором на levee лорда-казн[ачея], рассчитывая выпросить у него книг для колледжа. Как правило, я на этих его приемах не бываю, если только не собираюсь кого-нибудь ему представить. — Несмотря на все ваши насмешки, [миссис БСС], клянусь спасением души, я и в самом деле надеялся, что они примут решение на мой счет гораздо скорее, и еще раз клянусь спасением души, что как только все места будут розданы и обо мне не позаботятся, я уеду отсюда при первой же возможности со всеми моими пожитками. Что делать, люди много медлительнее, нежели о них думаешь. — [Ноци МД].

7. Да, Ли, я надеюсь, скоро уберется отсюда, чума его забери. Я имел удовольствие встретить его как-то, и он принялся наставительно разглагольствовать о том, что я не навещаю здесь ни ирландских епископов, ни ирландских джентльменов. Мои ответы, надо думать, изрядно ему досадили. У меня не было нынче желания обедать с лордом-казн[ачеем], хотя это его субботний день, поскольку он пригласил меня на завтра, и вместо этого я пошел к лорду Мэшему, где пообедал, а потом просидел еще три часа за ломбером по 6 пенсов, и три игры кряду не мог взять ни одной взятки, так что чуть было не проигрался в пух и прах, но в конце концов отделался тремя шилл. и шестью пенс. Тут ничего не стоит проиграть и 5 гиней. Леди Оркни уехала нынче из Лондона, а я из лени так и не удосужился повидаться с ней и ограничился тем, что отправил ей записку. Она оставила мне кое-какие лекарства. Право же, я никогда прежде не знал, что МД такие завзятые политики, и нахожу это весьма необычным и чрезвычайно похвальным; полагаю, едва ли когда еще бывало, чтобы 3 человека так много беседовали и так мало при этом касались политики. Я избегаю каких бы то ни было разговоров с приверженцами другой партии. Пусть это достойно сожаления, но это свыше моих сил. Такие вещи слишком дорого обходятся. Ну, а теперь, пришел, наконец, черед вступить [БСС] с ее пустяками. Да, Парвисол прислал мне, согласно моему распоряжению, вексель на 50 фунтов. Надеюсь, этих денег мне хватит и на обратную дорогу. Молю господа, чтобы [….] отъезд не пришлось откладывать еще и по такой причине. Но в течение долгого времени он мне очень мало присылал. Нынче я не был при дворе. Редкий случай. [Копойной ноци, судалыни, … и….БДГП].

8. Да будет вам известно, что я чуть не каждый день угощаю теперь шоколадом 2—3 человек, коим, дозволяю приходить ко мне по утрам. Слуга мой научился уже довольно складно врать. Ведь есть люди, которых не проймешь, хотя бы им отказывали по десять раз. Но он уже знает всех, с кем я охотно видаюсь, а остальных так или иначе спроваживает. Сегодня день вступления королевы на престол и как раз тот день, когда Гискар ранил лорда-казн[ачея]. Я побывал при дворе, где каждый облачился по такому случаю в праздничное платье, а потом обедал с лордом-казн[ачеем], который тоже был очень разодет. Он показал мне речь королевы, и я в нескольких местах ее подправил и, кроме того, набросал благодарственный адрес в ответ на эту речь. Я все же держусь мнения, что если известие о подписании мирного договора еще не получено, то открывать сессию парламента в ближайший вторник не следует, разве только при полной уверенности, что договор непременно будет подписан неделю спустя, чтобы уж выслушать всю брань и хулу разом. [Ноци, МД].

9. Лорд-казн[ачей] хотел, чтобы я с ним нынче пообедал, он пригласил меня вчера вечером, но я отказался прийти, потому что он не отметил день, когда был ранен, и не пригласил к себе весь кабинет, как он намеревался, а посему я пообедал у своего приятеля Льюиса в обществе ректора, Парнела и Форда. Я проиграл в ломбер 16 шиллингов, и, признаюсь, это мне совсем не по вкусу. Вечером Льюис прислал сказать мне, что завтрашнее заседание парламента не состоится. Надеюсь, они все же уверены, что через неделю мир будет подписан, и тогда, на мой взгляд, такое решение оправдано, в противном же случае они допустили ошибку, поскольку могли с таким же успехом открыть сессию еще три недели тому назад. Многие будут выражать недовольство, но лорда-казн[ачея] это нисколько не тревожит. У лорда-хранителя печати неожиданно приключился приступ грудной жабы, а посему вместо него об этом решении, видимо, поручат объявить кому-нибудь из лордов, возможно, лорду Трэвору[1013]. В Лондоне все сейчас пребывают в таком смятении и ожидании, какого вам едва ли когда приходилось наблюдать. Мистер Поп[1014] напечатал превосходную поэму под названием «Виндзорский лес»; непременно ее прочитайте. [Ноци].

10. Нынче рано утром пошел повидать лорда Болинбр[ока] и убедился, что он держится того мнения, что сегодняшнее заседание парламента откладывать не следовало. Они вовсе не уверены, что мир будет подписан в течение этой недели. Заседание перенесено на следующий вторник. А еще я ходил поглядеть на библиотеку, которую собираюсь купить, если только мы сойдемся в цене. Я предлагаю 120 фунтов и готов в крайнем случае прибавить еще десять. Лорд Болинбр[ок] обещал ссудить меня деньгами. Два часа я разглядывал эти книги; кое-что из них я, пожалуй, продам, а остальное оставлю себе. Боюсь только, что мне не уступят их за такую цену. Обедал в Сити, а вечером посидел часок с лордом-казн[ачеем], который был в прекрасном расположении духа, хотя и упрекнул меня за то, что я не обедал с ним вчера и сегодня. Ну, и что из того? — Лорд-хранитель печати провел ночь вполне сносно и чувствует себя получше. Я очень за него тревожился. [А как вы поживаете, судалыни, ….. МД].

11. Утром я сделал визиты герцогу и герцогине Орм[онд] и герц[огине] Гамильтон, а потом отправился с ректором на аукцион картин и выложил четырнадцать шиллингов. Будь у меня деньги, я бы на этом не остановился, но, боюсь, мне грозит разорение, потому что сэр Эндрю Фаунтейн пригласил меня и ректора к себе на обед и на ломбер, и я опять проиграл 14 шиллингов. Пожалуй, пора на этом остановиться, я теперь не скоро снова усядусь за карты. Сейчас я уже дома и возвратился довольно поздно; мой молокосос дал погаснуть огню в камине, а посему я пишу, лежа в постели; уже далеко за полночь. Вышли 4 матадора и черная козырная, и я остался в дураках. [Плаво зе, очень сквелно. Копойной ноци вам обеим, длаг[оценные] плоказницы МД].

12. Я побывал нынче на другом аукционе картин и притом очень большом и уговорил лорда Мэшема истратить 40 фунтов. Впрочем, там были картины, каждая из которых продавалась за вдвое большую сумму. Наше Общество собралось нынче у герцога Бофорта; угощение отличалось чудовищной роскошью, а я этого терпеть не могу. Тем не менее, мы успели сделать кое-что полезное. При сем, как это уже вошло у нас в обычай, присутствовал и наш типограф, а канцлер казначейства прислал автору «Экзаминера»[1015] 20 гиней. Он весьма сообразительный малый, однако более самодовольного хлыща свет не видывал, так что я не рискну позволить ему посетить меня и даже до сих пор с ним не знаком. Нынче утром я долго беседовал с герц[огом] Орм[ондом], поскольку добиваюсь принятия кое-каких мер, которые бы всех нас [обезопасили на случай непредвиденных событий]. С обеда я ушел в 7; вино не доставляет мне теперь ни малейшего удовольствия. А вообще-то белое португальское я предпочитаю кларету, шампанскому или бургундскому. Вкус у меня в этом отношении весьма непритязательный. Помню, как [БСС], бывало, дулась, когда я возвращался после какого-нибудь обильного обеда, в то время как МД приходилось довольствоваться кусочком баранины; теперь я не в состоянии съесть больше одного блюда, да и никогда не мог, разве что мальчишкой, когда любил всякие начинки. День нынче выдался славный, а это у нас теперь, смею вас уверить, редкость, и двух хороших дней кряду не случается. [Копойной ноци, МД].

13. Нынче утром целое сборище ирландских священников угощалось моим шоколадом. Я теперь не в силах запомнить, куда и когда я зван. Вчера вечером, например, я должен был отужинать в одной компании, у шведского посла, но совершенно об этом забыл, и, встретив меня нынче у лорда Болинбр[ока], посол стал меня вышучивать, однако милорд заметил в мое оправдание, что ему не следует сердиться, потому что я нередко точно так же поступаю с лордом-казн[ачеем] и с ним самим. По этой самой причине я теперь редко обещаю куда-нибудь прийти. Обедал с лордом-казн[ачеем], который, по своему обыкновению, укорял меня за то, что я так долго к нему не приходил. Это повторяется всякий раз, стоит мне пропустить хотя бы один день. Вечером я 3 часа просидел у леди Джерси; впрочем, первые два часа она провела с гостями за ломбером. А от лорда-казн[ачея] я ушел в 8; мне показалось, что он был несколько задумчив, потому что то и дело принимался играть апельсином; я заметил ему, что у простых смертных это служит верным признаком хандры. Это письмо не будет отправлено завтра; нет, нет, [юные аамы], не извольте торопиться — в этом нет настоятельной необходимости. Ведь я дал слово посылать вам письмо раз в 3 недели и веду себя лучше, нежели обещал. Хотелось бы, чтобы с мирным договором уже было покончено, то есть, чтобы мы до вторника получили известие, что он уже подписан, в противном случае недовольство намного усилится. [Копойной ноци, плоказницы].

14. День выдался нынче на редкость приятный, и я воспользовался этим, чтобы вволю погулять в Парке перед тем, как явиться при дворе. У одного из моих братьев по Обществу — полковника Диснея — лихорадка, и мы очень тревожимся за его жизнь. Он наш общий любимец, и для нас это была бы тяжкая утрата. Боюсь, я все же не куплю эту библиотеку, потому что один мошенник книготорговец предложил на 60 фунтов больше, нежели я собирался за нее уплатить, так что, как видите, я замышлял довольно-таки выгодную сделку. Обедал с лордом-казн[ачеем] и его субботней компанией, однако на этот раз нас было только семеро. Аорд Питерборо болен: у него опять открылось кровохарканье из-за ушиба, который он получил еще до отъезда из Англии. Я, однако же, склонен думать, что новый приступ болезни на сей раз вызван некоей особой, итальянкой, которую он с собой привез. Знаете ли вы, что престарелая леди Белэзис[1016] наконец-то отошла в мир иной? Одним из своих душеприказчиков она назначила лорда Беркли из Стрэттона, и это сулит ему немалую выгоду: говорят, он получит больше десяти тысяч фунтов. После того как все разошлись, я остался, чтобы переговорить с лордом-казн[ачеем] касательно одного дела[1017], однако о чем именно, сказать вам не рискую. Если бы я осмелился рассказывать вам обо всем, что здесь происходит, мои письма оказались бы очень даже неплохими мемуарами, но я уже столько раз слышал о том, что в вашей почтовой конторе часто вскрывают письма, что уж лучше я от этого воздержусь. Итак [доблой вам ночи, судалыни МД, и рюбите БДГП].

15. Лорд-казн[ачей] снова пригласил меня сегодня к себе на обед, но, хотя я приготовил то, о чем он меня просил, он так и не удосужился взглянуть, отложив все на завтра. Корол[ева] опять посещает теперь часовню: ее приносят туда в открытом кресле. Она чувствует себя достаточно сносно, чтобы во вторник присутствовать на открытии парламента, если только заседание обеих палат не будет отложено, а это пока еще не совсем ясно; даже министры не могут ничего сказать, поскольку все зависит от ветра, погоды и обстоятельств, могущих возникнуть во время переговоров. Как бы там ни было, мы ведем себя так, как будто сессия непременно должна начаться, а посему мне надлежит завтра явиться к лорду-казн[ачею], чтобы завершить с ним одно дело, с этим связанное. [БСС, наверно,] поймет то, о чем я сейчас скажу: доктора говорят, что если бедному полк[овнику] Диснею не удастся этой ночью хоть немного соснуть, то он неминуемо умрет. — А вам-то что до этого? — Да ведь он один из членов нашего Общества, и у него бездна юмора. Это уже старый и довольно потрепанный волокита, но очень порядочный малый: притом не старик, а именно старый волокита. Это он сказал как-то о фрейлине Джинни Кингдом, которая уже несколько в годах, что, поскольку ей не удалось заполучить себе супруга, королева должна снабдить ее документом, удостоверяющим, что ей дозволяется вести себя, как замужней даме. Вы, конечно, ничего не поняли. Ну, нечто вроде документов, вручаемых обычно армейским чинам — майорам и капитанам, дабы наделить их полномочиями полковников. Что-то вроде патента на офицерский чин. Осведомьтесь на этот счет у кого-нибудь из служивых, [непонятливые судалыни. Копойной ноци, МД].

16. Я пришел нынче к лорду-казн[ачею] еще до того, как он возвратился домой, и, едва переступив порог, он объявил мне, что заседание парламента переносится на следующий четверг. Они получили с нарочным какие-то известия, основываясь на которых рассчитывают, что к тому времени мирный договор может быть подписан или что по меньшей мере Франция, Голландия и мы подпишем хотя бы отдельные его пункты, после чего уже легче будет заставить их подписать его в целом, когда он будет готов. Но вся беда в том, что в Утрехте сейчас нет ни одного полномочного представителя Испании, потому что Монтелеон, который должен представлять ее, все еще не отбыл из Лондона, и пока он туда не доберется, испанцы не смогут подписать никакого договора. Следует также учесть то обстоятельство, что заключение всеобщего мира едва ли вообще может быть полностью завершено в течение ближайших двух месяцев: ведь после подписания его надобно еще и ратифицировать, то есть, иными словами, он должен быть утвержден несколькими государями при своих дворах. Но в Испании это может произойти лишь месяц спустя, а ведь нам необходимо получить сообщение о том, что договор ратифицирован при всех дворах, прежде чем мы сможем об этом официально объявить. Так что не извольте, сударыни, чересчур торопиться. [Ноци, МД].

17. Обретающиеся здесь ирландцы были весьма разочарованы тем, что открытие сессии сегодня не состоялось: ведь это день св. Патрика, и по сему случаю на Мел было столько крестов, что мне почудилось, будто весь мир населен одними только ирландцами. Мисс Эш уже почти выздоровела, и я видаюсь теперь с епископом, однако ходить к нему домой пока остерегусь. Опять обедал с лордом-казн[ачеем], но поскольку сессия парламента отложена, то я подержу кое-какие бумаги у себя до следующей недели; я убежден, что он не удосужится их просмотреть до вечера накануне открытия сессии. Он взял с меня слово, что я опять приду к нему завтра, хотя я делал все возможное, чтобы отложить это до какого-нибудь другого дня. Впрочем, я не буду обеспокоен, если он сочтет меня неучтивым. [Копойной ноци, длаг[оценные] судалыни, узе челесчул поздно. Ноци, МД].

18. Шесть дней подряд вплоть до сегодняшнего я обедал с лордом-казн[ачеем], но сегодня мне удалось незаметно улизнуть в то время, как он был занят разговором с другими гостями, так что завтра я волен поступать, как мне заблагорассудится. Здесь распространился слух о всеобщем прекращении военных действий, и нынче при дворе эта весть была у всех на устах, однако я все же полагаю, что это пустые толки. Когда я полюбопытствовал спросить у одного французского посланника, как обстоят дела, он прошептал мне в ответ по-французски: «Ваши и наши полномочные представители валяют дурака». Разумеется, никто из нас не одобряет поведения ни тех, ни других, да еще в такой момент, и только лорд-казн [ачей], несмотря ни на что, пребывает в самом благодушном настроении. Он пригласил нынче на обед изрядное число родственников, так что из двенадцати человек, сидевших за столом, все, кроме меня принадлежали к семейству Гарли. Дисней уже выздоравливает. Впрочем, ведь вам на это наплевать. Дилли по-прежнему убивает наповал своими каламбурами, начинающимися с «если». Да ведь вы же его знаете [Копойной ноци, вам, дологие, длаг[оценные] МД].

19. Еп[ископ] Клог[ерский] сочинил если-каламбур, коим он чрезвычайно гордится, и намерен отправить его своему брату Тому, а сэр Э. Фаунтейн тем временем уже отправил этот каламбур с последней почтой Тому Эшу и попросил, чтобы он, в свой черед, отправил его епископу, выдав за свой собственный и, если шутка удастся, — вот будет потеха. Епископ будет говорить, какое это чудо, что у него с братом так совпали мысли. Не угодно ли и вам послушать этот каламбур. Если бы наемная карета остановилась у дверей мистера Поли, то какой бы тогда получился город в Египте? А? Гекатомполис, потому что наемная карета, как вам известно, здесь называется — хэк, а мистера Поли зовут Том. — «До чего глупо», — говорит БСС. Обедал нынче с двумя близкими приятелями, потому что наше Общество, как я уже говорил вам, встречается теперь только раз в две недели. Мне до сих пор так и не удалось повидать Фанни Мэнли, и я ничего не могу поделать. Леди Оркни собирается возвратиться в Лондон. Как, почему? Да потому что она находится сейчас у себя в поместье. Но вам-то что до этого? [Копойной ноци, длаг[оценные] МД].

20. Дилли прочитал мне нынче письмо, полученное им от БСС. Судя по всему, она не раз почесывала в затылке, пока сочиняла это послание: ведь писать людям, лишенным вкуса, занятие весьма докучное. Вы говорите в нем, будто я собираюсь в Бат — ничего подобного! Хвала всевышнему, я вполне здоров. В Лондоне теперь только и разговоров, что о моем отъезде в Савой; уже человек сорок принесли мне по этому случаю свои поздравления, и все же в этом нет ни крупицы истины. Нынче я опять побывал на распродаже картин, однако на сей раз ничего не купил. Я так радуюсь обретенной свободе, что решил никуда не ходить обедать, и, прогулявшись без всякой цели в Сити, поел немного в пятом часу, а потом поужинал у мистера Бэрга[1018], вашего генерального инспектора, уже приглашавшего меня в этом месяце. К нему должен был также прийти еп[ископ] Клог[ерский], но этому помешали похороны лорда Пейджета[1019]. Ректор и я просидели там до часу ночи и, если это не позднее время, то я, право, не знаю, то такое поздно. Поэма Парнела выйдет из печати в понедельник, а завтра, согласно моему замыслу, он преподнесет ее при дворе лорду-казн[ачею] и лорду Болинбр[оку]. Бедняга постоянно мучается головными болями. Жена Бэрга доводится ему сестрой[1020], ей несколько свойственна чисто ирландская бесцеремонность. [Ноци, МД].

21. Утро. — Я намерен сейчас же закончить это письмо, потому что ко мне должна явиться целая компания, и начнется шум и суматоха, так что я лучше положу его в карнам и собственноручно отдам его потом в почтовую контору. — Мне необходимо побывать нынче при дворе и кроме того по субботам, как вы знаете, я, конечно же, обедаю с лор-дом-казн[ачеем]. Прощайте [длагоценнейшие МД, МД, МД, Досвид, Досвид, Досвид, МД, МС, МС, МС, тлам, судалыни].

Письмо LXII

Лондон, 21 марта 1712—1713

[суббота]

Нынче вечером отнес свое письмо в почтовую контору. Обедал с лордом-казн[ачеем], и тут выяснилось, что он, оказывается, встречался в доме лорда Галифакса с 4 виднейшими вигами. При всем том в день открытия парламента он намерен выступить с речью, направленной против вигов; я просил его собрать перед тем министров, дабы принять на этот счет решение и сделать так, чтобы нападающей стороной были мы; тогда, я полагаю, от этого будет хоть какой-то прок. Ведь виги собираются подвергнуть кабинет министров очередной атаке и будет гораздо лучше, если вместо этого министры подвергнут атаке их самих. И, кроме того, я полагаю, что нам следует атаковать их по тем же самым пунктам, по которым они собираются атаковать нас. По случаю Страстной недели парламент снова будет отложен. Совсем забыл сказать вам, что мистер Гриффин предоставил брату [БСС] новую должность, которая принесет ему на 10 фунтов в год больше, нежели прежняя. Она, правда, находится в более отдаленной местности, но там, следовательно, и жизнь дешевле. Я, конечно, хотел бы иметь возможность приискать для него что-нибудь получше, но все же надеюсь, что вы и к этому назначению отнесетесь благосклонно и что ваш зять останется доволен. [Копойной ноци, родные, дорогие… МД].

22. Обедал нынче с лордом-камергером, и сидевший за столом Фрэнк Эннисли[1021] (член парламента) сказал мне, что до него дошли слухи, будто я написал своим друзьям в Ирландии и посоветовал им твердо держаться за вигов, потому что после заключения мира лорд-казн[ачей] несомненно перейдет на их сторону. Эннисли сказал, что слыхал это чуть ли не от 20 лиц. А виги, надобно заметить, и в самом деле распространяют о лорде-казн[ачее] такие слухи, что он будто бы собирается переметнуться к ним; один шотландец написал то же самое в Шотландию, а недавняя встреча лорда-казн[ачея] с главарями вигов дает лишь новую пищу для кривотолков. Позвольте мне наперед называть лорда-казн[ачея] «эль-ка», ведь не исключено, что мои письма могут распечатать. Запомните, пожалуйста, — «эль-ка». Вы, я думаю, понимаете, почему я предлагаю писать именно так: ведь «л-к» и «эль-ка» — произносится одинаково — Да, постойте, уже минуло 5 недель с тех пор, как я получил сипмо от МД. Так и быть, даю вам сроку 6 недель. Теперь вы видите, почему я не могу приехать к началу апреля. Ни один человек, имеющий дело с этими министрами, не в состоянии назначить никакого срока. Клянусь спасением души, что [беебдгп тут неповинен и, пожалуйста, не пеняйте беебдгп. Копойной ноци, длагоценнейшие плоказницы МД].

23. Обедал нынче у сэра Т. Ханмера, о чем мы уже давно с ним условились. Там были также герц[ог] Орм[онд] и лорд и леди Оркни. В 6 я распрощался с ними; все они нынче были кислые, как уксус. Я стараюсь содействовать тому, чтобы между герц[огом] Орм[ондом] и «эль-ка» сохранялись прочные дружеские отношения. Надеюсь, вы еще не забыли, кто такой «эль-ка»? У меня имеется на этот счет великий умысел, вот только удалось бы мне его осуществить. Беда в том, что в душе «эль-ка» очень уж глубоко укоренилась привычка откладывать дела в долгий ящик, хотя это и не единственная причина того, что положение не улучшается. Здесь ходит пасквиль[1022], гнуснее которого свет не видывал, и к тому же довольно-таки бездарный; он называется «Посланница» и написан стихами. Его напечатали 3 или даже 4 различными изданиями, к тому же его не продают, а распространяют бесплатно. Кор[оле]ва подвергается в нем чудовищным оскорблениям. В сегодняшнем «Экзаминере» доказывается моя полная непричастность к сочинению этого памфлета и притом в чрезвычайно уважительном ко мне тоне[1023]. Надеюсь, это заткнет всем глотки, а если нет, пусть себе мелют все, что угодно, пропади они пропадом, мне на них наплевать. Здесь стоит ужасная дождливая погода. А теперь я пойду баиньки. [Копойной ноци, длагоценнейшие МД].

24. Весь день нынче лило, не переставая, и я совсем разорился на каретах. Сперва я проведал полк[овника] Диснея, который теперь уже вне опасности, потом навестил лорда-хранителя печати, который как раз в это время обедал, но я не стал с ним обедать, а поехал к лорду-каз… (я хотел сказать — к «эль-ка»); когда я, расплатившись с кучером, вошел в дом, то оказалось, что он обедает где-то в другом месте, и мне снова пришлось нанять карету; на сей раз я поехал к лорду Болинбр[оку], но и он не обедал нынче дома, и только у лорда Даплина мне, наконец, посчастливилось. От него я поехал в Вестминстерскую школу на представление латинской пьесы, разыгранной учащимися, которое лорд-казн[ачей] (я опять хотел сказать — «эль-ка») почтил своим присутствием. Старший сынишка леди Мэшем, которому около двух лет, очень болен, и, боюсь, вряд ли выживет. Она вне себя от горя, и я сочувствую ей и в то же время сержусь, уж очень она убивается. 4 шиллинга ушло нынче на одни кареты; пожалуй, пора на этом остановиться. Через две недели, в четверг, договор о мире наверняка будет подписан; если это не произошло раньше, то лишь по вине наших посланников; они считали, что не вправе этого делать, поскольку еще не все государи изъявили свою добрую волю. Последнее невозможно по той причине, что в Утрехте пока еще нет полномочного представителя Испании. Но теперь нашим посланникам даны новые распоряжения. [Копойной ноци, МД].

25. Такой скверной погоды, пожалуй, еще не бывало. Дождь льет, не переставая, целый день, но я твердо решил, что больше не стану тратить денег на кареты. Опять ездил нынче с мистером Праттом на распродажу картин и встретил там герц[ога] Бофорта, пообещавшего отвезти меня ко двору, чего он, однако, не сделал, так что мне все-таки пришлось нанять карету. При дворе я успел уладить одно небольшое дельце, но принужден был вскоре отправиться восвояси, поскольку с вечера, да будет вам известно, принимаю небольшую дозу некоего снадобья, оказывающего действие лишь на следующий день. Леди Оркни — вот мой нынешний лекарь. А лекарство называется Hiera pucra[1024], две столовых ложки дьявольского зелья. Я собирался было пообедать с «эль-ка», но передумал, просто чтобы сберечь шиллинг, и пообедал вдвоем с приятелем, а потом посидел немного за ломбером и выиграл шесть шиллингов. За последнее время здесь от оспы умерло несколько знатных особ. Я еще так и не видел мисс Эш, но слыхал, что она чувствует себя неплохо. Еп[ископ] Клог[ерский] накупил пропасть картин и, благодаря Пратту, они обошлись ему дешево. Погода такая скверная, что мне совсем не удается гулять. А как у вас, [судалыни, то же самое? ……….. МД].

26. Хотя сегодня день, когда я брею обычно голову и бороду, но я все же выбрался из дому пораньше, чтобы повидать лорда Болинбр[ока] и иметь возможность поговорить с ним. После него я пошел к герц[огу] Орм[онду], а потом побывал при дворе, но никого из министров не видел, потому что открытие сессии парламента перенесено на две недели. Нынче опять был ужасный ливень, да еще с градом. Сегодня собиралось наше Общество. Я, правда, ушел от них в седьмом часу и отправился к сэру Э[ндрю] Ф[аунтейну], где просидел за ломбером вместе с ним и сэром Т. Клерджесом до десяти, после чего навестил еще сэра Т. Ханмера. Его жена — герцогиня Грэфтон оставила нас вскоре вдвоем, и я около часа беседовал с ним о разных делах. Лорд Болинбр[ок] ушел нынче с заседания нашего Общества еще раньше меня, потому что из Утрехта прибыл курьер, но содержание почты мне пока неизвестно; знаю только, что мир, как ожидают министры, будет подписан через неделю, и, следовательно, за неделю до начала сессии парламента. [Копойной ноци, МД].

27. О поэме Парнела необычайно лестно отзываются, однако стихи как всегда раскупают довольно туго. Меня уже извела эта [гнусная шлюха] — мать бедняги Гаррисона. Вы бы вдоволь посмеялись, глядя, как я осторожничаю, прежде чем решиться выплатить ей 100 фунтов, полученных мной в казначействе для ее сына. Я уже спрашивал мнения всех, кого только знаю, могу ли я это сделать, не навлекая на себя осуждение, и, тем не менее, никак не решался на этот шаг, пока лорд-хранитель печати не заверил меня, что ничего предосудительного здесь нет. И все-таки я и по сей день еще не отдал их; отдам дня через два-три, хотя, признаюсь, у меня есть мысль подождать, пока БСС не выскажет мне на сей счет своего мнения, ведь БСС — известный законник. Обедал я нынче в довольно пестрой компании у одного шотландца[1025], пригласившего мистера Льюиса и меня; он имеет на нас виды, и нам это очень хорошо известно. Оттуда я отправился поглядеть на наделавшую столько шума движущуюся картину[1026] и, по правде сказать, ничего красивее мне еще не встречалось. Перед вами открывается море шириной в десять миль с городом на противоположном берегу и кораблями, плавающими по морю и стреляющими из пушек, и еще необозримое небо с луной и звездами и пр. Я все-таки, видать, изрядный простофиля. [Копойной ноци, длаг[оценные] МД].

28. У меня было нынче необычайно многолюдное levee. Я велю никого ко мне не пускать, кроме, примерно, полудюжины приятелей, и вот все они пожаловали ко мне одновременно, и в их числе мистер Аддисон. Мне даже пришлось дважды подавать шоколад, от чего я, признаться, не в восторге. У нас по-прежнему стоит дождливая погода, и наемные кареты подорожали. Обедал я, как обычно, с «эль-ка» и его субботней компанией и не мог уйти оттуда раньше девяти: лорд Питерборо без умолку разглагольствовал, а «эль-ка» нарочно задерживал меня. Потом я пошел повидаться с еп[ископом] Оссорииским, который еще утром прислал мне приглашение. Он собирается в Ирландию. Там были также еп[ископ] Киллалуйский и Т. Ли, который, видя, как ведут себя со мной епископы, полностью переменил свое поведение и теперь, кажется, склонен считать меня лицом, куда более влиятельным, нежели каким я являюсь на самом деле. Я без обиняков высказал еп[ископу] Киллалуйскому, что именно ему «эль-ка» и я обязаны столь неблаговидным поведением епископов в деле с первинами, и ясно дал понять, что это отбило у меня охоту добиваться еще более выгодной для них милости, так называемой королевской ренты, которую королева обещала было даровать им. Ему ничего другого не оставалось, как смиренно все это выслушать и попросить меня оказать содействие в этом и некоторых других делах. Ну вот, прошла только неделя, а лист уже наполовину заполнен. Не исключено поэтому, что на следующей письмо уже будет отправлено. [Ноци, МД].

29. Я безуспешно пытаюсь спасти одного из младших членов совета[1027] вашего колледжа. Он приехал сюда хлопотать, чтобы ему разрешили оставаться в совете без принятия духовного сана, но, пока он хлопотал о своем деле, истек срок, который был ему на это предоставлен, а посему колледж может теперь по своему усмотрению исключить его из состава совета, если только кор[олева] не приостановит такую меру, чтобы дать ему все же время для принятия сана. Я говорил вчера по этому поводу со всеми министрами, но они отвечают, что кор[олева] рассержена, она считает, что это была просто уловка с целью ее обмануть, и настроена крайне решительно. И вот человек гибнет, а я не в силах ему помочь. Заметьте при этом, что я никогда его в глаза не видал, но дело само по себе настолько несправедливо, что я не мог удержаться, чтобы не предстательствовать за него. Ваши должностные лица рекомендовали его герцогу Орм[онду], и бедняга рассчитывал, что ему разрешат не принимать духовного сана, но к тому времени, когда он получил отказ, ему грозит потеря места и в совете колледжа. Обедал я с доктором Арбетнотом (одним из моих братьев) у него на квартире в Челси и побывал в тамошней часовне, алтарь которой своей диковинностью напомнил мне тот, что у Тиздала, в вашем солдатском госпитале. При дворе я нынче не был, но слыхал, что королева не присутствовала на богослужении; возможно, опять из-за приступа подагры. Весь день ужасный ливень. А у вас такая же погода? [Копойной ноци, МД].

30. Утро. Некоторое время тому назад, беседуя с знатным лицом, я упомянул об одном человеке, чрезвычайно достойном, но обремененном нуждой и болезнями, после чего мой собеседник вручил мне сто фунтов и попросил передать их ему, чего я пока еще не сделал. Человек, которому эти деньги предназначены, никогда не видел своего благодетеля, не ожидает получить ни единого фартинга и вообще ни о чем не знает и не ведает, так что, я полагаю, сто фунтов будут для него чрезвычайно приятным сюрпризом. Ведь, что ни говори, а это довольно-таки щедрый подарок. — Вечером. Обедал я в Сити у Понтэка в обществе лорда Даплина и еще кое-кого, а угощал нас некий полковник Клиленд[1028], который задумал стать губернатором Барбадоса, а посему загодя расставляет приманку для меня и других, чтобы расположить нас в свою пользу. Одним словом, он истинный шотландец. Вечером я отдал 100 фунтов, и для получателя это была весьма приятная неожиданность. Мы полагаем, что мирный договор уже подписан и что в ближайшие 3 дня мы будем об этом извещены. Думаю, что теперь в этом можно быть вполне уверенным. [Копойной ноци, МД].

31. Мне вспомнилось нынче, как бывало [БСС], когда я с важным видом приходил из дома какого-нибудь лорда, высказывала предположение, что я не иначе как свел знакомство с каким-нибудь дворецким. Так вот, сэр Э. Фаунтейн пригласил еп[ископа] Клог[ерского], меня и еще кое-кого поехать вместе с ним пообедать в одном доме и привез нас к герцогу Кенту[1029], которого, как оказалось, нет в городе, однако его дворецкий великолепно угостил нас, показал прекрасные картины и прочее. Я все еще не видел мисс Эш, жду, когда она начнет выходить из дома на прогулку. Нынче вечером леди Мэшем, доктор Арбетнот и я задумали распространить одну небылицу: что приятелям мистера Нобла[1030], повешенного в прошлую субботу, удалось вернуть его к жизни, однако вскоре после этого он будто бы снова был схвачен шерифом и в настоящий момент находится под стражей в Холборне[1031] в «Черном лебеде». Каждый из нас пошлет завтра к своим знакомым якобы узнать, не слыхали ли они что-нибудь об этом, благодаря чему, мы надеемся, весть быстро распространится. Во всяком случае, мы со своей стороны постараемся сделать все от нас зависящее, а уж остальное предоставим на волю случая. [Копойной ноци, МД].

1 апреля. Из нашей затеи ничего не вышло, хотя я посылал слугу в несколько домов, чтобы поспрашивать об этом среди лакеев, не посвящая его, конечно, в нашу тайну. Но боюсь, что мои сообщники недостаточно посодействовали успеху этой шутки. Мы с Парнелом обедали у Дартнефа (вы о нем не раз слыхали от меня), а после втроем отправились к лорду Болинбр[оку], который садился обедать и упрашивал меня остаться, но я предпочел уйти, проведав, что он собирается попотчевать меня довольно унылой поэмой одного священника по имени Трэп, посвященной заключению мира[1032]. Шведский посол сказал мне нынче при дворе, что очень тревожится за судьбу своего государя[1033]; мы, признаться, и в самом деле опасаемся, не погиб ли он среди этих турецких собак. Я уговорил лорда Болинбр[ока] пригласить мистера Аддисона отобедать с нами в Великую пятницу. Думаю, что мы будем друг с другом подчеркнуто учтивы. Он сочинил пьесу, представление которой состоится в пятницу на Святой неделе; это трагедия под названием «Катон»[1034]. Я читал ее несколько лет тому назад, когда она не была еще окончена. Кстати, писал ли я вам, что Стиль начал издавать новый ежедневный журнал, который называется «Гардиан»[1035]. Говорят, он из рук вон плох; я его еще не читал. [Копойной ноци, длаг[оценные] МД].