Бог в правде! Время разрушать мифы

– Неумелость в труде высмеивали, расценивали как нравственный порок. Недаром говорится: «Ленивому всегда праздник», «Ест руками, а работает брюхом»… Если судить по количеству народных пословиц, то к лодырю и лентяю у русского крестьянина было больше неприязни и даже ненависти, чем к своим господам.

– Сменялись столетия, но Русь продолжала сохранять сложившиеся в глубокой древности традиционные формы общественной жизни, словно боялась сбиться с проторенного предками пути.

– Представьте, что в начале ХХ века в России можно было встретить социальные структуры, существовавшие пятьсот и более лет назад.

Каждая волость имела свой выборный крестьянский суд, строила церкви, школы.

С ростом населения волость дробилась на множество самоуправляющихся общин. Они направляли в волостное управление своих выборных, участвовали в определении «волостной политики».

Все в сельском обществе решал сход во главе со старостой, десятским и сотским. По его слову определяли начало и окончание сельхозработ, штрафы за нарушение общинных запретов, мелкие преступления, собирали деньги на общие расходы, судили, рядили семейные споры. Ничто не могло быть скрыто от мира, потому что «мир всех старше». И в волостном суде, и на сельском сходе главным наказанием было, конечно, общественное презрение сельчан.

И еще одна забытая особенность чисто русского быта – помочи – совместный неоплачиваемый труд крестьян. Помочами строились церкви, мирские мельницы, школы, магазины, склады, амбары, ремонтировались дороги, заготавливались дрова для сельских больниц, вдов, сирот.

Можно спорить о том, когда возникла община, но совершенно ясно одно – она не была навязана сверху, как коллективизация, и потому именно являлась настоящей общественной формой, которая создавала условия для свободы и самостоятельного развития каждого крестьянина (в городах подобную роль играли самоуправляемые объединения, дружины, черные сотни…).

– И где все же наши предки предпочитали работать охотнее всего?

– В артелях. Именно артель издревле удивительным образом позволяла сочетать склонность русского человека к самостоятельному и даже обособленному труду в коллективе. Здесь были все равны, как правило, хорошо знали друг друга и боялись подвести, платили по умению и искусности.

– Каких работников нанимали чаще?

– Исследователи считают, что в «течение долгого времени лучшая часть населения и рабочих на фабриках и заводах состояла из старообрядцев». Яркий пример – фабрики Пучковых в Лефортове, со всех сторон окруженные поселками преимущественно старообрядцев. Один из попечителей старообрядческого московского Рогожского кладбища Кузнецов наладил производство фарфора, завоевавшего мировую известность. В Богородском, Бронницком, Егорьевском и Покровском уездах по течению реки Гуслицы на стыке Московской, Рязанской, Владимирской губерний собирались артелями целые старообрядческие регионы, сохранявшие трудовые идеалы Древней Руси.

– В книге «Русский труд» Вы утверждаете, что свободный характер труда преобладал в России до 1917 года. А как же крепостное право?

– Неясно, почему крепостное состояние (труд принудительный) объявлено чуть ли не характерной чертой развития именно русского общества. Через крепостничество прошли все народы Европы, а в США до 60-х годов XIX века существовало рабовладение.

В России крепостничество утвердилось гораздо позднее, чем во многих западноевропейских странах, и охватило не всех, а около половины крестьян. И форм у него было множество – от самого дикого произвола и надругательства над личностью до чисто символических видов зависимости, когда крепостные сами… имели крепостных, да еще и держали свои фабрики. Идеалом русского крестьянина всегда была самостоятельность и свободная воля. С этим нельзя было не считаться и при крепостном праве. На произвол и насилие крестьяне сразу отвечали восстаниями, разгромом усадеб, убийствами извергов-помещиков.

– Когда вожди революции в 1905–1907 годах укрылись под благословенную сень парижских кафе и мансард (читаем в «Книге воспоминаний» великого князя Александра Михайловича), наблюдая развитие событий в далекой России, тем временем и друзья, и враги революции ушли с головой в деловые комбинации. Как грибы вырастают биржи, тресты. «Казалось позором трудиться, – пишет великий князь, – чтобы зарабатывать копейки, когда открывалась полная возможность зарабатывать десятки тысяч рублей посредством покупки двухсот акций «Никополь-Мариупольского металлургического общества». Провинция быстро присоединилась к спекулятивной горячке столицы, и к осени 1913 года уже вся Россия из страны праздных помещиков и недоедавших мужиков превратилась в страну, готовую к прыжку, минуя все экономические законы, в царство отечественного Уолл-стрита!»

– Верно подмечено, разрушение народного уклада жизни во имя европейской цивилизации особенно активно началось в городах. Без творческой поддержки со стороны образованного общества артельные формы «ветшали». Если, например, Дмитрий Иванович Менделеев предлагал передать российские заводы на Урале артельно-кооперативному хозяйству, то большинство российских промышленников стояли на иных, чуждых русскому мужику, позициях. И надо сказать, что развитие капиталистического предпринимательства у нас носило особо хищнический характер. Русский работник, вырванный из привычных ему общинных, артельных форм существования, терялся в чуждых ему хитросплетениях производственной жизни. Штрафы обрушивались на него со всех сторон. Так живым тысячелетним формам артельского хозяйствования, народного самоуправления, совместного владения землей правящий режим противопоставил бюрократический, чиновничий диктат.

И, конечно же, не голая большевистская пропаганда, а стремление вернуться к народным основам, традициям, идеалам, смести все наносное и чужеродное было главным импульсом надвигающейся революции. Но вместо того, чтобы вернуть народу основы бытия, большевики обратились за опытом к «выжимателю пота» Ф. Тейлору, в Америку. Американцы же в это время активно использовали у себя учебные пособия по организации труда, выпущенные Московским техническим училищем. Надежды народа на новых правителей окончательно рухнули, когда они передали власть на селе в руки бедноты и люмпен-пролетариев. Это рассматривалось большинством крестьян как поддержка лодырей и нетрудовых элементов.

Нашим новым правителям надо иметь в виду, что русский труженик признал и почитал собственность и богатство, созданные трудом, а не капиталом. Психологически это чувство осталось и у многих современных русских людей. Именно поэтому сегодня надо быть крайне осторожным при решении проблем приватизации, ибо, как показывает обследование, 80 процентов капиталов получено воровским путем.

– Выходит, как и воровство, бюрократию привнес в российскую жизнь режим большевиков?

– Бюрократическая система организации труда появилась задолго до 1917 года. Российские социалисты разработали умозрительную схему будущего народного хозяйства, предусмотрев и единый хозяйственный план, и гигантское статистическое бюро. Национальный характер и особенности народной жизни в эту схему не укладывались.

В середине 70-х, работая в Центральном статистическом управлении, я «подпольно» подсчитывал число человеческих потерь в результате антинародных социально-экономических экспериментов. Выходило, что число людей, умерших не своей смертью за 1918–1955 годы, превышало 87 миллионов, из них 48 миллионов погибли в результате репрессий в местах заключения и ссылках – причем генетически лучшая часть населения.

Вся деятельность большевиков в России с 1917 года вплоть до сегодняшних дней (нынешние демократы являются естественными продолжателями дела Ленина по разрушению нашей страны) была антинародной и преступной. Первой их жертвой стал русский труд. Лишенные национального сознания, люди физически искореняют, по словам писателя Короленко, «самую трудолюбивую часть народа».

Сегодня мы подошли к опасной черте, за которой теряются главные достоинства души народа – ее трудовые качества. Пока они продолжают жить в народной психологии преимущественно как потенциал. С каждым годом тысячелетний заряд его слабеет. Чтобы остановить этот катастрофический процесс, надо вернуться к народным основам, традициям, идеалам, создать условия для возрождения народных форм хозяйствования и труда.

– Сегодня много говорят о возвращении крестьянину чувства хозяина земли…

– И мало – об отношении крестьянина к земле. А этот вопрос не менее важен. Казалось бы, чего проще – передать землю крестьянину в частную собственность. Но есть и другой путь, проверенный веками. Путь коллективного землепользования сельских обществ с выделением определенной части земли в государственное централизованное пользование. Для сдачи в долгосрочную аренду артелям, кооперативам, отдельным земледельцам, совхозам (с правом наследования). Условия коллективного землепользования предполагают выделение каждой крестьянской семье участка в личное пользование (с правом наследования) для самостоятельной обработки. Он может добровольно отказаться от своего участка, и тогда земля вернется во владение всего сельского мира. Колхозы и совхозы должны получать землю на конкурсной основе на равных правах с другими. А формы землепользования могут быть различны. Но они, равно как и промышленный потенциал городов, сработают только тогда, когда в основе их будет лежать принцип общественного самоуправления, справедливости, трудовой демократии.

Беседу вел Юрий Сазонов

У америки нет будущего

Выступление на авторском вечере в Центральном доме литераторов (апрель 1993 г.)

Чаще всего простые люди становятся заложниками общественной системы, при которой им суждено явиться на свет. Но разве виноваты простые люди, что они родились, скажем, при Чингисхане или Гитлере? А ведь именно они становятся первыми жертвами чудовищных систем. Начиная этот нелицеприятный разговор об Америке, конечно, не хотелось бы обидеть многих простых американцев, итак уже по-человечески душевно обездоленных и обделенных (не в меньшей степени, чем при Гитлере или Чингисхане). Речь идет о том, что общественная система, подобная американской, вообще не имеет права на существование, как любая империя зла. Система американизма, то есть паразитического существования за счет чужих ресурсов и эксплуатации других государств, должна быть уничтожена общими усилиями человечества. Иначе ему не выжить.

Америка – это не государство и не нация. Это просто большая территория, на которой временно проживают выходцы из разных стран. Главное в том, что Америка лишена фундаментальной основы прочной государственности – национального ядра, государственного народа. То, что именуется американским народом, не является качественно органичной и самобытной определенностью, а искусственным конгломератом чужих друг другу лиц, объединенных общей страстью и потреблению и наживе и инстинктивным страхом ответственности за общие преступления перед человечеством. Такой конгломерат может существовать консолидированно только на относительно узких отрезках времени и, как показывает история, рассыпается при первых серьезных трудностях, с которыми Америке еще не приходилось по-настоящему сталкиваться и на пороге которых она уже стоит.

Американский ГУЛАГ

Соединенные Штаты Америки образовались как гигантский ГУЛАГ, вместивший в себя десятки миллионов жертв построения Нового Света. Чтобы завладеть территорией Америки, европейские пришельцы физически истребили миллионы индейцев, добродушных, честных, не способных к лукавству и вероломству людей. Их уничтожали, как зверей, назначив премию за каждый снятый с индейца скальп. До сих пор огромное количество индейских скальпов хранится в американских музеях; их не разрешают захоронить, несмотря на просьбы потомков. Белые совершили геноцид индейцев, а оставшихся в живых согнали с земель и заперли в резервациях, обрекая на вымирание и деградацию.

Но десятки миллионов замученных индейцев – это еще не весь американский ГУЛАГ. История Америки – это история работорговли. Первые рабы в Америке были белыми, так называемыми кабальными слугами, из числа отрабатывавших свой долг бедняков, преступников или просто похищенных работорговцами людей, чаще всего детей. Американские газеты пестрели объявлениями о продаже или обмене белых слуг или пленных индейцев. Белых рабов везли в Америку в трюмах, где царили эпидемии и болезни, многие по дороге погибали ужасной смертью. Было много случаев, когда кабальных слуг хозяева забивали до смерти, и не было законов, чтобы наказать убийц.

Еще более страшной страницей американского ГУЛАГа было рабство негров, которое сменило рабство индейцев и кабальных слуг. С XVII по XVIII век в Америку ввезены многие миллионы негров, от трети до половины которых погибали еще по дороге. Обращались с ними как со скотом, заставляли работать 18–19 часов в сутки, подгоняя бичом надсмотрщика. На ночь запирали и спускали собак. Средняя продолжительность жизни негра-раба на плантации составляла 10 лет, а в XIX веке даже 7 лет. Американское законодательство рассматривало рабов не как людей, а как вещь, движимую собственность, принадлежащую рабовладельцу. Убийство негра не считалось преступлением для его хозяина. Рабам запрещалось учиться читать и писать, передвигаться группами без сопровождения белых. В случае попытки к бегству рабов четвертовали, отрубали руки, сжигали, вешали, и так вплоть до 1865 года, когда рабство было все же отменено.

История США – история кровавых территориальных захватов. Истребив индейцев и выселив их в резервации, американцы осуществляют ряд захватнических военных операций против Мексики. В 1836 году они добились отторжения от Мексики Техаса, в 1846–1848 годах оккупировали почти половину всей территории Мексики. В 1853 году отторгли у Мексики еще около 120 тыс. кв. км территории. В 1846 году был захвачен (формально куплен) Орегон – огромная территория на побережье Тихого океана, заселенная индейскими племенами, которых американцы уничтожили.

В 1893 году США военной силой захватили Гавайские острова, установили свое господство на Филиппинах, островах Гуам, Пуэрто-Рико, протекторат над Кубой. В 1915–1917 годах была осуществлена интервенция в Республику Гаити, Доминиканскую Республику и в Мексику. К 20-м годам ХХ века на всей территории Латинской Америки установлен военный диктат США.

Каждая военная операция США вела к многочисленным кровавым жертвам, чаще всего осуществляемым специально, чтобы запугать народы оккупированных стран.

Совершенно неоправданной и чудовищно античеловечной была атомная бомбардировка Японии, готовой на полную капитуляцию еще до этого варварского акта. В результате бомбардировки были убиты и пострадали миллионы человек. По расчетам преступного правительства США мир должен был склониться перед диктатом Америки, располагавшей «абсолютным оружием».

Так создавался, развивался и расширялся американский ГУЛАГ. Всего за XVII–XX века в американском ГУЛАГе и от его последствий было замучено, истреблено, погибло от невыносимых условий существования не менее 70–80 миллионов человек.

Рано или поздно придет время – и народы мира взорвут фальшивую и аляповатую статую Свободы в Нью-Йорке и на ее место поставят памятник жертвам американского ГУЛАГа.

Технология ограбления

Америка, составляющая сегодня только 5 процентов населения Земли, использует 40 процентов всех мировых потребительских ресурсов. Забирая у человечества большую часть ресурсов, эта территория почти ничего не дает ему взамен и, более того, оставляет ему мертвую природу, отравленные реки и воздух. В глобальных экономических категориях созданный в США продукт реально принадлежит не Америке, а всему эксплуатируемому ею человечеству.

Каждый американец сегодня потребляет за восьмерых жителей Земли, а по сравнению со странами, не относящимися к «западной цивилизации», – даже за двенадцать человек.

Неужели кто-то может поверить, что такой сверхизобильный уровень потребления обеспечивается только за счет особого трудолюбия или высокой производительности труда?

Существует абсолютно неверное представление о том, что американцы самый трудолюбивый народ, а его богатства – результат продуктивного труда. Это справедливо по отношению только к небольшой части населения, которая действительно работает очень напряженно и эффективно. Однако она составляет меньше трети работоспособного населения страны.

По данным официальной статистики, около 40 процентов населения в возрасте от 16 лет и выше не работает. Не ходят на работу 30 процентов американцев и 50 процентов американок. Больше 10 процентов населения в трудоспособном возрасте работают неполный рабочий день. Таким образом, в целом половина населения США либо не работает вообще, либо работает мало. В США существует многомиллионный слой людей (около 5 процентов трудоспособного населения), которых можно назвать воинствующими тунеядцами. Эти люди нигде не работают, презирают всякий труд и живут на разные пособия и талоны на питание, получаемые от государства.

Среди значительной части белого населения Америки живет неистребимое предубеждение против физического труда. Выполнять его, по мнению многих американцев, считается унизительным. Проведенные социологические обследования показали, что преобладающая часть американцев предпочитает вообще не работать, чем выполнять труд, не соответствующий их социальному статусу. 50 процентов всех тяжелых, грязных и непривлекательных видов работ выполняют черные, индейцы, а также различные эмигранты, прежде всего, пуэрториканцы и мексиканцы. Средняя продолжительность трудовой жизни (трудовой стаж) работающих американцев составляет не более 33 лет.

Реальные доходы американцев в 1980-е годы росли в два раза быстрее производительности труда. Это означало, что рост жизненного уровня населения Америки осуществлялся не только за счет роста производительности труда, а имел еще другие нетрудовые источники.

Нужно ясно понимать, что никакая самая современная техника и технология не могут увеличить количество природных ресурсов, а только ускоряют их обработку и движение в пространстве. А это значит, что Америка, потребляя 40 процентов общечеловеческих ресурсов, использует особый финансово-экономический механизм, создала систему перекачки ресурсов, принадлежащих всему человечеству, в свою пользу. Суть этого механизма – в создании фиктивных ценностей и неравноправного по отношению к другим странам обмена товарами и услугами.

Первым инструментом перераспределения ресурсов других стран в пользу США является огромное количество необеспеченных долларов, которые американская система пустила на мировой рынок. Ценность их поддерживается только мифом «Великой Америки». Американская финансовая система – это невиданная прежде мировая афера, которая рано или поздно взорвет финансово-экономическую стабильность всего западного общества.

Реально доллар как ценность, обеспеченная экономическим и финансовым потенциалом страны, стоит значительно меньше, чем его объявленная покупательная способность. Это дает Америке возможность за необеспеченные реальными ценностями бумажки перекачивать себе огромные ресурсы, принадлежащие другим странам. Главный товар Америки, на котором она больше всего «зарабатывает» на мировом рынке, это не техника и машины, а бумажные доллары с искусственно завышенным курсом покупательной способности.

Американская финансовая система построена так, что постоянно балансирует на краю долговой ямы. Все, начиная от подавляющей части частных американцев и кончая американским «государством», живут в долг.

80 процентов американцев покупают дома, машины, другие товары длительного пользования в кредит. Сегодня размер потребительского кредита, то есть частной задолженности американцев, составляет около 1 триллиона долларов. Еще более велика, просто колоссальна внутренняя задолженность американского государства. В начале 1990-х годов она превышала 3 триллиона долларов. Большая часть социальных программ и военных расходов финансировалась за счет внутренних займов. Общая же задолженность и государства, и частных лиц в Америке составляет 4 триллиона долларов, или 80 процентов валового национального продукта страны. Кроме того, был еще внешний заем в 559 млрд. долларов. Так за счет чего же предоставляется столь колоссальный заем? Не за счет внутренних возможностей Америки, а за счет умелого манипулирования и искусственного поддержания высокого курса доллара. Ведь на свои бумажные доллары американцы получали вполне реальные сырьевые и товарные ресурсы. Такое положение терпимо только до первой биржевой паники, когда большое количество держателей долларов осознают их реальную низкую обеспеченность и постараются быстро избавиться от них, что вызовет цепную реакцию во всем мире. Многие западноевропейские финансисты осознают эту проблему, хотя боятся в ней признаться открыто, чтобы не вызвать той самой паники, которая разрушит западную финансовую систему, основанную на долларе.

Еще одним инструментом в механизме перераспределения ресурсов других стран в пользу США и западного мира являются намеренно заниженные цены на сырье и топливо, которые США получают из развивающихся стран. Эксперты ООН неоднократно отмечали, что реальные затраты развивающихся стран на добычу сырья и топлива, включая сопутствующие экологические аспекты, значительно выше установленных на них мировых цен.

Занижение цен происходит как за счет значительной недоплаты работникам, осуществляющим добычу (зачастую в несколько раз), так и за счет игнорирования того ущерба, который наносится природе стран – поставщиков сырья. По данным международных организаций, промышленным предприятиям развивающихся стран, экспортирующим свою продукцию в западные страны, пришлось израсходовать только на меры по борьбе с загрязнением окружающей среды на многие десятки миллиардов долларов больше, если бы от них потребовалось соблюдать экологические нормы, действовавшие в США.

США проводят целенаправленную политику на снижение цен, прежде всего за счет тарифных барьеров на обработанные продукты, не позволяющих развивающимся странам экспортировать уже обработанные сырьевые товары. США вынуждают их продавать только сырье, поскольку львиная доля цены формируется на последних стадиях обработки, предприятия которой размещаются уже в США.

Еще одним из инструментов по снижению цен являются внутренние субсидии сельскому хозяйству США, особенно на производство, дорогостоящее как с экологической, так и с экономической точек зрения. Сегодня США – крупнейший в мире производитель излишков продовольственного зерна, а это оказывает депрессивное влияние на мировой рынок продовольственных товаров вообще.

Занижение цен на сырье и топливо осуществляется пропорционально усилению экономических позиций западного мира, по мере опережающего роста темпов экономического развития. Занижение цен не только не остается на одном уровне, но постоянно углубляется. Цены на сырье, за исключением нефти, снизились в начале 1980-х годов в абсолютном выражении. К 1985 году индекс сырьевых цен ЮНКТАД был на 30 процентов ниже среднего уровня 1980 года. Эта тенденция сохраняется до сих пор, усиливая нищету и бедность в развивающихся странах, более миллиарда граждан которых сегодня голодают. Таким образом, как отмечается в докладе Международной комиссии по окружающей среде и развитию, «бедные развивающиеся страны вынуждены субсидировать более богатых импортеров своей продукции». И, прежде всего, США.

В феномене заниженных цен на сырье и топливо из развивающихся стран есть много общего с феноменом заниженного курса рубля по отношению к доллару, являющегося результатом искусных манипуляций закулисных дельцов, выражающих интересы паразитических мондиалистских структур Запада.

Возмутительный парадокс паразитизма США и всего западного мира состоит еще и в том, что, не доплачивая развивающимся странам за сырье и топливо, они опутывают их сетью кабальных долгов, которые сегодня составляют 1,3 триллиона долларов. Во многих странах ежегодная выплата процентов и самого долга превышает общую сумму новой помощи и новых займов, полученных за это время. Долговые выплаты составляют почти 25 % экспорта этих стран. Подобная участь готовится и нашей стране.

США и западные страны через свои финансово-кредитные организации осуществляют тотальный контроль над ценами, закулисно стимулируют конкуренцию и раздор между странами-должниками, вынуждая их в целях уменьшения затрат снижать плату за труд. По данным, приводимым лауреатом Нобелевской премии мира Б. Лауном, введение новой международной экономической структуры, касающееся более чем 70 стран, снизило реальную зарплату по сравнению с прежней на 30–90 процентов. Ограбление развивающихся стран США и его западными соратниками ведет к тому, что в развивающихся странах по этой причине ежегодно только от голода и болезней, связанных с ним, умирают десятки миллионов человек. Только по официальному заявлению ЮНИСЕФ, полмиллиона детей умирает каждый год вследствие долгового кризиса.

Одним из главных средств перекачки ресурсов в Америку из других стран являются транснациональные корпорации (ТНК), по финансовой мощи и масштабам деятельности являющиеся настоящими империями. ТНК почти идентичны понятию крупнейших корпораций США, имеющих филиалы во многих десятках стран мира. Экономический потенциал ТНК огромен. Они производят более половины валового национального продукта страны, их собственные финансовые ресурсы в 3–5 раз больше, чем у центральных банков и международных финансовых организаций западного мира.

Перекачка ресурсов других стран в пользу Америки осуществляется ТНК как в форме контроля над жизненно важными ресурсами стран размещения дочерних филиалов, так и в форме перелива капиталов и товаров в Америку через систему так называемых трансфертных, а на самом деле просто жульнических цен.

Уровень трансфертных цен, по которым производят расчеты между руководством корпорации, располагающейся в США, и ее филиалами в зарубежных странах, устанавливают совершенно произвольно, исходя только из интересов Америки. С помощью завышения трансфертных цен происходит скрытый перевод прибылей в американские банки из дочерних компаний зарубежных стран, в которых участвует местный национальный капитал стран. Эта очень распространенная махинация позволяет значительно сокращать распределяемую по дивидендам часть прибыли, которая по справедливости принадлежит стране, где оперирует ТНК. Заведомо завышенные цены, выплачиваемые за поставки товаров и услуг дочерней компанией другим подразделениям ТНК, позволяют обходить валютные ограничения, препятствия для репатриации прибылей, применяемые в странах с целью регулирования платежных балансов. Всего, пользуясь трансфертными (жульническими) ценами, то есть завышая цену товаров и стоимость услуг при расчете с дочерними филиалами, американские ТНК получают дополнительную прибыль в сотни миллиардов долларов.

Еще одним источником перераспределения дохода в пользу США является экономия на издержках на рабочую силу американского капитала в зарубежных странах. Издержки на рабочую силу в таких странах, как Мексика, Бразилия, Тайвань, Южная Корея, в 9-10 раз ниже, чем в США. Это позволяет США перекачивать в свою пользу значительную часть продукта, принадлежащего работникам других стран.

«Американская мечта»

«Американская мечта» – это стремление разбогатеть любой ценой. Главное в американском общественном сознании – вещь, товар, деньги. Жизнь подчинена бесконечной гонке за все новыми и новыми видами товаров и услуг. Гонка потребления, превращения человека в «машину, добывающую деньги», – закон американского общества.

Существует чудовищная ложь, что русские похожи на американцев. Нет более далеких друг от друга цивилизаций, чем русская и американская. Если в России цивилизация имеет преимущественно духовный характер, то в США преимущественно экономический, агрессивно-потребительский характер. Конечно, и у нас есть свои «гонщики» потребления, выразителем которых является режим Ельцина, но не они составляют лицо нации.

В Америке собирались люди, лишенные национального сознания или даже с обидой на свою родину. Приезжая сюда, они чувствовали себя квартирантами.

Система американизма втягивает в гонку потребления любой ценой десятки миллионов людей, делая их рабами порочного и ничтожного миропорядка, миропорядка, противоречащего духовной природе человека, превращающего его в примитивное и малосодержательное существо. Деградация, вырождение личности становятся парадигмой развития американского общества.

Американский ГУЛАГ, то есть десятки миллионов убитых и замученных индейцев и негров, стал фундаментом культуры американизма, в 90 процентах своих образцов ориентированной на культ богатства и стяжательства, восхищения насилием, вседозволенностью сильного и богатого, прикрываемые лицемерными рассуждениями о демократии и справедливости.

Американцы в большинстве своем народ удивительно одномерный. Все их жизненные ценности сфокусированы на добывании денег и гонке потребления. Около 60 процентов американцев вообще не читают книг, а если и читают, то преимущественно детективы. Большинство все свободное время проводят у телевизора, где смотрят те же детективы и развлекательные передачи. В культурном смысле это, пожалуй, самый неинтересный народ в мире. Культура для них не духовная среда, а вид роскоши, которую, как им кажется, можно получить за деньги.

Можно с полной уверенностью сказать, что все значительное, созданное на территории США в области культуры, возникло вопреки системе американизма как акт противостояния ей. От Эдгара По, Марка Твена, Уолта Уитмена через Дж. Лондона, Т. Драйзера, О. Генри, С. Льюиса до Э. Хемингуэя, Д. Сэлинджера, У. Фолкнера вся настоящая литература – это протест против американизма, это ожесточенный спор с общественными ценностями Америки.

Еще в первой половине XIX века американские писатели и мыслители Р. У. Эмерсон, Торо, Н. Готори резко обличали систему американизма, превращающую человека в «машину, добывающую деньги».

Заменителем настоящей культуры в американском обществе стали кино и телебизнес, символом которого являются дегенеративные личности, подобные А. Шварценеггеру или С. Сталлоне, воплотившие всю серость, банальность и примитивность американского кино. Отсутствие живых человеческих чувств, духовное убожество и нищета американских кинолент, конечно, не компенсируется яркими трюками и красками, остросюжетной формой, будоражащими картинами насилия и секса. Фильмы, за которые сегодня в Америке дают высшие премии, – выражение регресса в общечеловеческой культуре, ибо они превращают человека в дегенеративное существо, апеллирующее примитивными понятиями, штампованным набором слов, улыбок, выражений.

Нет на земле другого такого общества, как американское, которое было бы столь несамостоятельно в проявлении своей точки зрения и в высказывании ее. Америкой правят кумиры, искусно создаваемые «закулисой». По данным социологических обследований, 80 процентов американцев не имеют собственного мнения, а повторяют точку зрения «закулисы».

На сегодняшний день Америка, пожалуй, самое тоталитарное общество на планете, и преобладающее число американцев не за страх, а на совесть придерживаются одной-единственной точки зрения на многие общественно важные предметы. Где вы найдете еще такую страну, население которой триста лет голосовало только за одну из двух партий? Выборы без выбора, чтобы возвести на высшую должность очередного ковбоя или плейбоя с внешностью и повадками манекена, обещающего американцам еще больше денег и товаров за чужой счет. Американские президенты – это череда манекенов, характерным признаком которых является отсутствие самобытной личности, духовного начала, стереотипные улыбки, жесты, слова. Мир марионеток, автоматов, управляемых невидимой «закулисой», жалкий и недееспособный с высот истинной человеческой культуры. Стоит почитать воспоминания американских президентов, например, Никсона или Рейгана. Кроме набора банальностей и ограниченного самодовольства там ничего не найдешь, даже псевдомемуары Брежнева после этих писаний могут показаться шедевром.

Когда видишь репортажи с американских партийных съездов, то почему-то сразу же вспоминаются сцены нацистских съездов – возбужденная толпа, скандирующая и топающая, объединенная единым марионеточным чувством к марионеточному фюреру или президенту, по человеческой потенции – абсолютному нулю.

Есть два пути лишить человека всяческой свободы, сделать его винтиком в тоталитарной системе.

Первый – построить в шеренгу, заставить маршировать и скандировать нужные слова. Этот путь выбрал Гитлер.

Второй – с детства превратить человека в одномерное существо, послушный автомат. С младенчества лишить его воли к выбору, заложив в сознание общие стереотипные представления на все стороны жизни и ее цель. В этом случае его даже не надо ставить в шеренгу, он и сам пойдет, куда ему скажут внедренные в сознание кумиры. Второй путь избрала Америка.

Посмотрите на американских парней-летчиков на телеэкране, которые только что вернулись после бомбардировки жилых кварталов Ирака, убив тысячи человек. Они в хорошем настроении и добродушны, от полноты радостных чувств хлопают друг друга по плечам, как будто сыграли партию в бейсбол. Такое состояние духа и есть фашизм.

Не имея воли к человеческому выбору, нельзя говорить о демократии и свободе, как нельзя говорить о книгах с человеком, не умеющим читать. Демократия предполагает выбор, но может ли выбирать человек, который с детства воспитан на одной точке зрения? Духовный, политический и общественный выбор подменяется широким выбором товаров и услуг за счет ограбления других народов.

Против человечества

Американское могущество произрастает за счет разорения других стран. Экономическое процветание США по его гибельности для судеб сотен миллионов людей в других странах может сравниться только с советской индустриализацией, во время которой за счет русского крестьянства были аккумулированы гигантские средства в промышленность, которая в результате сумела достичь огромных результатов. Американская экономическая система как вампир на теле человечества: чем хуже человечеству, тем лучше ей.

На Соединенные Штаты приходится примерно треть мировых загрязнений атмосферы двуокисью углерода в результате промышленной деятельности, а если еще учесть деятельность американских транснациональных корпораций за рубежом, то общий ущерб, наносимый мировой природе этой страной, будет не менее 40 % всех загрязнений, то есть примерно равен доле потребления Америки в мировом доходе.

В 1990 году Европейский парламент принял резолюцию, осуждающую США за то, что американцы в широких масштабах покупают в трущобах Гондураса и Гватемалы детей, органы которых используют для пересадки. Конечно, в этом нет ничего удивительного. Зоологический эгоизм и индивидуализм, который исповедуют многие американцы, вполне допускает любое преступление, если оно приносит благо лично тебе. Американец готов оправдать любое преступление, а американский журналист – найти ему «благородное» объяснение.

Для того чтобы утвердить и удержать свое «право» на эксплуатацию других народов, Америка регулярно прибегает к использованию крайних форм насилия, и, прежде всего, военного. Всего за несколько десятилетий после второй мировой войны США совершили столько военных преступлений против человечества, что только за них американская система заслуживает Нюрнбергского процесса, а ее администрация – участи гитлеровских преступников.

1948–1953 гг.: военные действия на Филиппинах. Решающее участие в карательных действиях против филиппинского народа. Гибель многих тысяч филиппинцев.

1950–1953 гг.: вооруженная интервенция в Корею около миллиона американских солдат. Гибель сотен тысяч корейцев.

1964–1973 гг.: участие 50 тысяч американских солдат в карательных операциях против Республики Лаос. Снова тысячи жертв.

1964 г.: кровавое подавление панамских национальных сил, требовавших возвращения Панаме прав в зоне Панамского канала.

1965–1973 гг.: война против Вьетнама. Убийство свыше полумиллиона человек. По примеру Гитлера полностью уничтожались мирные деревни, напалмом выжигались целые территории вместе со всеми обитателями.

1970 г.: агрессия против Камбоджи. Со стороны США – 32 тысячи солдат. Многочисленные жертвы среди мирных жителей.

1982–1983 гг.: террористический акт 800 американских морских пехотинцев против Ливана. Снова многочисленные жертвы.

1983 г.: военная интервенция в Гренаду около 2 тысяч морских пехотинцев. Погублены сотни жизней.

1986 г.: вероломное нападение на Ливию. Бомбардировки Триполи и Бенгази. Многочисленные жертвы.

1989 г.: вооруженная интервенция в Панаму. Погибли тысячи панамцев.