Остров Пустых: Серый Дом

– Там, на Кухне… Барбара бушует. Ты говорил, есть что рассказать? – в голосе Рыж почти мольба чувствовалась.

Фрэнсис отложил лупу в сторону и поправил очки:

– Не особо… Есть некоторые теории, на основании наблюдений, но верить в них, или же нет – мы не знаем.

Аспид хранил молчание, слушая его.

– Туман на острове Гредсерн имеет странную природу, – важно начал Фрэнсис, – его можно сравнить с ядовитыми испарениями. Густота тумана и частое его явление наводит на некоторые мысли… Мы подозреваем, что эти испарения могут влиять на сознание.

Ирта нахмурилась, переглядываясь с Виалой и тогда заговорил Аспид:

– Все мы на острове видели и слышали… Всякую жуть. Но есть теория, что всё это – лишь иллюзии.

– Но опасность тумана вполне реальна, – тут же сказал Умник, – нельзя недооценивать то, как сильно он путает сознание. Ночью его плотность возрастает многократно.

– То есть… – Виала попыталась сделать вывод. – Мина действительно могла сойти с ума от этого?

– Есть такая вероятность, – с готовностью кивнул очкарик, – но мы не уверены, что её действительно нашли.

– Почему туман имеет такие свойства? – хрипло вмешалась Ирта, нервничая. – Это ведь… Ненормально.

Аспид и Умник переглянулись, словно не знали, стоит ли об этом говорить. Фрэнсис негромко пробормотал:

– Эсфиат…

Ирта не могла понять всё сказанное, но услышанное ей определённо не нравилось.

– Граф попросил сообщить вам, – холодно проговорил Аспид, – как наиболее… Вдумчивым. Но это стоит хранить в тайне. Постарайтесь успокоить остальных.

Теперь Ирта осознала цели Никласа. Он хотел использовать их с Виалой, чтобы они поддерживали шаткий мир в группе испуганных подростков. Пичуга не могла его осудить, но во рту всё равно образовался кислый привкус от странного раздражения.

– А теперь… Рыж – можешь остаться. Твоей подруге лучше уйти, – Михиль смотрел на Ирту с гордостью человека, защищавшего свою законную территорию. Фрэнсис сразу же потерял интерес. Окружающие мало его заботили.

Ирте он казался крайне ведомым парнем, но к Аспиду Умник прибился (стоит признать) поразительно крепко.

Виала смущённо обернулась на подругу, будто извиняясь за их поведение. Пичуга лишь махнула рукой и тихонько ушла. В сущности, они правы – это не её дело. Сказанное ими… Всё ещё сильно волновало Пичугу.

Что творится с этим чёртовым островом?

Все они… Будто поддерживали долгое время идеальную маску лжи. Но в день, когда пропала Мина – всё рухнуло. Несовершенства начали вскрываться, как гнойные нарывы на теле…

Остров Гредсерн таил слишком много секретов. Ирта думала о тумане и окрестностях, думала обо всех запрещённых зонах…

Нельзя купаться в Сером Озере – потому что многие там утонули. Нельзя ходить по ночам, потому что может привидеться страшное. Нельзя…

Они так мало знали об эсфиате. Только то, что он «необычайно ценный источник энергии». Казалось, ничто не могло с ним сравниться.

Но… Почему валохи столь покорно работают на людей? В чём ценность добычи эсфиата для них?

Ирта не считала себя знатоком жизни, но кое-что она понимала. Ничто не делается просто так. Люди во всём ищут выгоду – в том их природа. А Пустые… Что ищут Пустые?

В ту секунду Ирта почувствовала себя особенно беззащитной. Они – всего лишь щенки, брошенные в воду. Кто-то ещё барахтается, кто-то – давно сдался.

«– Никто не справится о вашей судьбе. Вы – отбросы общества. Какой смысл волноваться о тех, кто априори станут низшими? Пьянчуги, шлюхи, бандиты… Это – ваше будущее»

Ирта резко зажмурилась и прокляла свою память. Почему же она помнит именно такие оскорбительные, постыдные моменты прошлого?

Остров Гредсерн… Место для брошенных и ненужных. Командир Варгус соврал. Даже если они будут трудиться добросовестно – им не дождаться хорошего конца.

Глава 10

В глубине души – Ирта хотела просто переждать этот шторм событий. Инстинкт самосохранения диктовал ей нерушимые правила выживания: спрячься подальше, забейся в тёмный угол, завяжи глаза половой тряпкой и, тогда…

Сможешь обмануть кого угодно. Даже саму себя.

Но всякая стабильность развалилась для неё на следующий день. Когда Пичуга встретила Мину вновь.

В тот момент… Ирту отправили убираться на внутренний двор. Пусть Серый Дом гудел, как улей с рассерженными пчёлами, дежурства никто не отменял. Туман сегодня был особенно густым. Орудуя граблями, Ирта уныло сгребала пожелтевшие листья.

В голову лезли неприятные мысли. Некоторые напоминали голос Фрэнсиса, монотонно повторяя о спутанном сознании и опасности острова. Ирта остановилась, коротко выдохнув.

Она смотрела вперёд, где вырисовывались очертания Серого Озера. Ей просто нужно выспаться этой ночью, выпить успокаивающий чай Виалы и не думать о плохом… Не думать о тварях, что скрываются где-то там, в тумане.

Неожиданно, мимо Пичуги пронесся силуэт подростка, задев её плечом. Удар был ощутимым – девушка выронила грабли и ойкнула.

– Эй? – неуверенно произнесла она. – Постой!

Неизвестный бежал к озеру. Возможно, это новичок из группы Кабана (Ирта ни в чём не уверена), но этот незнакомец явно… Нацелился на тёмную воду (чтобы это не значило).

Пичуга испугалась. Ноги сами понесли её вперёд, следом за странным человеком. Она панически боялась худшего… Боялась своими глазами увидеть чужую смерть.

Ей казалось – от этого её разум просто расколется, перестанет существовать.

Ирта была очень быстрой, но тот подросток подбежал к озеру и начал уверенно заходить в воду, чуть замедлив шаг.

– Что ты делаешь?! – в отчаянии закричала Пичуга. Она смогла догнать силуэт, не замечая, как туман вокруг сгустился, будто отрезая пути для отступлений…

Девушка схватила его за плечо и… Хриплый крик застрял в груди. Человек обернулся.

На неё смотрела Мина. Вернее… Её лицо было жутким. Белее соли, с синеватыми подтеками… Будто она давно мертва. Белесые глаза смотрели сквозь Ирту.

Мина таинственно улыбалась, показывая чернеющие зубы, от которых озноб агонией сотряс тело Ирты.

Та, которую называли Мышью, медленно проговорила омертвевшими губами:

– Я нашла… Я нашла это. Оно такое… Такое прекрасное. Тебе стоит посмотреть. Вам всем бы понравилось…

– Это невозможно… – шепчет Ирта, едва ворочая языком от страха. Её сознание пыталось справиться с увиденным, но…

Она могла коснуться этой иллюзии. Это невозможно. А потом… Туман застил глаза. Когда Ирта очнулась, она поняла, что стоит в озере по пояс.

Совершенно одна. Мина вновь пропала, как безумный призрак.

Руки Ирты предательски задрожали. Она так бы и стояла, если бы её резко не потащили за талию на берег.

Его руки были тёплыми. Пичуга в прострации смотрела в зелёные глаза Графа, не в силах вымолвить и слова.

Он щёлкнул пальцами у неё перед лицом.

– Ну… Вот и ты встретила аномалию, – спокойно проронил Никлас. – Не особо весело, правда? Только с катушек не слетай, нам не нужна ещё одна Барбара.

– Б… Б-б…– губы Ирты в исступлении дрожали.

– Что, уже не такая смелая? – хмыкнул Граф. – Когда-то ты назвала меня ублюдышем… Тогда ты была более наглой.

Он вспомнил. Ирте следовало догадаться. Её сознание, утомленное произошедшим, с трудом воспринимало информацию.

– А…– беспомощно пробормотала девушка. В тот момент ей было всё равно. Голова предательски кружилась, озноб пробирался выше по спине.

– Не смей вырубаться, Пичуга, – высокомерно закатывает глаза Граф, ощутимо встряхнув её за плечи, – приди в себя, пигалица. Я не стану тащить тебя в дом на руках.

«Ну и ладно…» – с раздражением думает Ирта, медленно теряя связь с реальностью. Сдался ей этот парень…

Как был драчливым мальчишкой, так и остался. Тогда смотрел на окружающих диким волчонком, а сейчас…

Ирта не смогла закончить мысль. Туман поглотил её сознание, опуская в водоворот смутных кошмаров.

«Тебе стоит посмотреть…» – голосок Мины искажался, становился каркающим и хриплым.

«Аномалия» – перебили её слова Графа. И от этого Ирте полегчало.

***

Несмотря на собственные слова, Никлас не оставил её бессознательной и, судя по всему, донёс-таки до комнаты. Ирта была бы ему благодарна, если бы не чувствовала такой сильной усталости.

Увиденное до сих пор вставало перед глазами, пугая до дрожи. Больше всего на свете, Пичуге хотелось рассказать об этом кому-нибудь. Её собственный разум не справлялся, продолжая вопрошать: это действительно иллюзия?

Но никто не стал бы слушать Ирту. В том числе Виала.

Стоило Пичуге о ней подумать, как Рыж зашла в комнату, с волнением подбегая ближе:

– Ита? Вечно ты попадаешь в передряги… Зачем в озеро полезла? Говорили же: запрещено!

Виала сердилась, но это странно умиротворяло. Из мыслей сразу уходили смутные образы, уступая место живой реальности.

– Это вышло случайно, – негромко проронила Ирта, будто пробуя слова на вкус.

– Я так испугалась, когда тебя Граф принёс… Ты ещё по пояс в воде была, жуть! Я вначале решила, что вы с ним повздорили… – бормотала Рыж.

Пичуга лишь качнула головой, не желая вспоминать подробности своего «купания».

– Так понимаю… Ты снова была в Мастерской? – перевела тему девушка.

– У… Да, – как-то сразу замялась Виала.

– Давно хотела спросить, но… С чего ты вообще с ними сдружилась? – этот вопрос правда интересовал Ирту. А ещё – помогал отвлечься от главного.

Невинная болтовня Виалы затмила бы жуткий образ Мины из памяти.

– Ну, сначала… – Рыж смутилась, нервно хихикнув. – … Из-за Графа.

Ирта едва не выругалась. Ну почему все сводилось к этому парню, скажите на милость?

– П-понимаешь, он же с ними близок, вот я и подумала выделиться… – призналась Виала с ощутимым трудом. – Ох, но потом всё изменилось! Очень интересно общаться с ними и…

– Дело в Аспиде, скажи честно? – вяло улыбнулась Ирта, нисколько не сомневаясь в ответе.

– Что… Ты… Нет! – внезапно яростно мотнула головой Рыж. – Мне нравится Фрэнсис!

А вот это уже было неожиданно. Ирта попыталась вспомнить внешность Умника и зашла в тупик… Он явно не был во вкусе подруги.

Рыж и сама поняла несостыковку, потому как со вздохом пояснила:

– Он очень спокойный и вдумчивый. Многое мне рассказывает. С ним правда очень интересно.

… Чужая душа – потёмки. Ирта могла лишь пожать плечами, не зная, что сказать. Виала продолжала болтать о неважных вещах, пока не унеслась вниз, к Старшей, а Пичуга… Ну, она просто опять заснула.

Чтобы очнуться поздней ночью. На соседней кровати мирно спала Виала. Было так тихо, что становилось неловко. Слишком тихо для Серого Дома.

Ирта приподнялась на кровати, чувствуя, что сон покинул её, не желая возвращаться. На душе вновь становилась тревожно. Непроглядная тьма комнаты рисовала тугие щупальца и голодные глаза, что сверкали из пустоты…

Сегодня музыка не играла за пределами сознания, но даже так… Легче не становилось. А потом Ирта услышала стук в дверь.

Девушка окаменела. Воображение сразу же нарисовало Мину… Мёртвую, улыбчивую, посиневшую… Стоящую у её двери, сдирающую ногти о плотное дерево.

Руки Ирты предательски задрожали. На кромке сознания вспыхнуло истеричное желание поскорее разбудить Рыж. Тогда любые кошмары, конечно, испугаются и исчезнут.

«Это аномалия… Это просто аномалия» – мысленно твердила Ирта, пользуясь словами Графа. А потом она услышала его тихий голос:

– Пигалица, чёрт тебя дери… Открой дверь.

Он определенно не мог знать, что она сейчас не спит. Не мог же, верно? Тем не менее, в голосе было столько ощутимого давления, что дрожащие руки Ирты потянулись к щеколде и отодвинули её.

Юноша стоял в дверном проёме. Его лицо было практически неразличимо, но голос вполне узнаваем.