Цифер

–Так это чистый вольфрам, – пояснил Чер. – Почти в три раза тяжелее простого железа. Здесь у нас сплав выдерживает долго перегрев, долго и кратковременно до 100 000ОС. Есть подвал для охлаждения.

–Все-то ты знаешь, малой. Держи еще одну за это.

И мы пошли, покачиваясь от груза. Хорошо, идти было недалеко, и мы обнаружили свободную тележку, загрузили все на нее и покатили, я спереди, ребятня толкала сзади.

Обратите внимание, самый сверхсекретный объект в мире, святая святых, а мы попали на него совершенно беспрепятственно, и никто нас не остановил, не спросил документы, пропуск. А все очень просто. Корпорация «Сер Цифер», как впрочем, и все новое государство, не имеет полиции или секретных служб, но все жители могут исполнять обязанности стражей порядка, если на их ручной детектор лжи, сканер бозон-излучения мозга каждого человека вдруг выдаст тревожный сигнал на того или иного человека. К примеру, к нам прибыл китайский шпион из оккупированной КНР Сибири и столкнется с местным жителем где-нибудь в пограничном районе, поступит сигнал «Непорядок. Тревога», его тут же скрутят и привезут к депортатору, капсула с билетом в один конец, и очутится он где-нибудь в Австралии. А если он применит оружие, когда его будут брать? Тут уже сложнее и проще одновременно. Желание причинить смерть или увечье в нашем государстве отслеживает автоматическими системами, расставленными тут и там. И в случае чего, на агрессора посылают электрический разряд так, чтобы оглушить, но не убить. И второй раз ему сопротивляться законным требованиям местных жителей не захочется. Одно плохо, к системе подключены все без исключения, как зона покрытия сотовой связи, и прихлопнуть муху уже нельзя или отравить, только поймать в сеть и выкинуть. Ну понятно, в основной массе мы вегетарианцы. Животных тем более убивать нельзя. Если захочется сильно мяса, оно в магазине привозное откуда-нибудь из Южной Америки, там пока убивать можно, и не только животных.

Уф, кажется, пришли.

Мы оказались со своей тележкой у грузового лифта, который нас должен поднять наверх. Но тут образовался затор из множества других желающих. Тут нас разглядел помощник генерального конструктора:

–Ого! Какие люди к нам пожаловали собственной персоной. А это ваши? – и он указал на детей.

–Да, вылитые мои, только больше на мать похожи…

–Тут такое дело, короче, мы, наверное, не успеем смонтировать всю автоматику. Запчасти, в основном, китайские, приходится все перепроверять на предмет инородных включений.

–Я сделал лицо совсем строгое и громовым голосом завещал, чтобы перекричать вдруг поднявшийся шум:

–Максимум к 23.00 должно быть все готово, или сам будешь вместо автомата работать, или пойдешь тележки толкать, как я… Видишь, везу наверх…

–Ага, лучше тележку везти, ответственности меньше, – согласился он то ли в шутку, то всерьез.

–Я его не понял, пришел лифт, и мы всей рабочей толпой в него ввалились. Через минуту мы на самом верху ищем по карте места деформированных сгоревших катодов.

–Кстати, а чего они сгорели? Что вы думаете по этому поводу? – обратился я к своим помощникам.

– Брак или диверсия?

Других вариантов нет, – заключил Чер.

–Нет, просто брак, – поправила Синь. – Дело в том, что диверсант в своих мыслях допускает гибель корабля и людей, а значит, его тут же поразит током, и он не выполнит замысел. А вот преступная халатность при изготовлении гибели людей не допускает. Человек может даже не подозревать, что он конвейером гонит брак и может нанести непоправимый вред делу, ради которого мы все работаем.

–Ого! Да ты настоящий политик вдобавок ко всему, – похвалил я девушку.

– Значит, надо трясти поставщиков и усилить ОТК (отдел технического контроля), чтобы даже заусенец не пропустить.

С Северного Полюса сферы, наивысшей точки, мы спустились к юго-восточному на 12,5 градусов и обнаружили выжженное место. Вместе с катодами с мясом была вырвана и обшивка. Тут же доложил по внутренней об обнаружении аварии и попросил дополнительно несколько бронеплит наверх, придется их сначала менять. Короче, канитель.

–Чтобы ты сдох, вредитель! – при этих словах я не боялся, что меня поразит током, потому что это – мысль второго уровня, типа сна, игры, сказки, ненастоящая, за которой не последуют реальные действия и в намерение преступления не попадает, тем более это пожелание, может, естественной смерти от старости, а она уголовно, вернее, электричеством ненаказуема. Так что детишки, играющие в войнушку или теща, желающая зятю смерти, не пострадают. Интересно устроен мозг человека, не правда ли? Хрен поймешь, когда он правду говорит, а когда фантазирует.

Через 10 минут новые две бронеплиты были доставлены, и два сварщика вместе с ними приступили к работе. Вскрыли старые, отбросили в сторону, установили новые, и уже после них мы начали крепить свои катоды. Один из сварных посмотрел на меня так внимательно:

–А вы что, новенькие? Здесь вас я не видел…

Да, мы с лаборатории, вот поднялись.

–Ага, понятно, только вот на главу корпорации сильно смахиваешь, словно его двойник, – не успокаивался он.

«Вот привязался!» – подумал я в сердцах.

–Да, меня все с ним путают, ничего страшного.

– Вы уходите? Встречный вопрос.

–Да, пошли.

А чего старые плиты не забираете? Мы их понесем что ли?

Нет-нет, придут уборщики, – и удалились.

«Какие, к черту, уборщики!» – про себя подумал я. – «Может, чистильщики!»

–Синь!

–Да, – отозвалась она.

У нас ЧП намечается. А что, если пошлют не человека заложить бомбу, а какой-нибудь беспилотник, радиоуправляемый аппарат, он-то мыслит не бозонами, а программой, и ему по фигу наша защита от людей.

–Верно говоришь, – согласилась она.

– А что? Система ПВО не все объекты отслеживает?

Нет, конечно, размером с голубя уже нет. А такой мелкий аппаратик может пронести 100 грамм пластида.

–Да, ужас какой-то, кажется, здесь был такой микровзрыв, причем в момент включения поля. Иначе мы бы его заметили или кто-нибудь из людей…

Ладно, докручивай последний болт, привариваем и спускаемся внутрь, объявляем тревогу номер один. Так, на всякий пожарный, что-то у меня нехорошее предчувствие. У нас есть могущественные враги, и они попытаются сорвать первый в мире запуск звездолета. Говнюки! Не иначе! Ни себе ни людям!

Полез за спецсвязью и объявил код готовности и опасности «10», наивысший.

 Не прошло и пяти минут как.

 Сразу все службы ожили на высоковольтных линиях электропередач в 20-ти местах и на 10-ти крупных электростанциях неизвестные произвели взрывы. Практически одновременно. Кто-то отследил уровень максимального электропотребления и сделал логический вывод, это и есть секретный завод. Со всех сторон к нему идут высоковольтные линии электропередач и, вообще, энергопотребление двух сравнительно небольших областей было выше, чем у всего Евросоюза, сюда прибавить половину США, тогда будет равно. Так, конечно, нам приходилось большую часть энергии покупать в той же Европе, Азии, Китае. Ну и у своих, конечно, у сибиряков, хотя уже не ясен их статус, наши они или уже не наши.

В общем, противники решили, раз нельзя подобраться вплотную к самому заводу, то вырубили свет, но они немного опоздали, основные генераторы уже работали третьи сутки, и не только на нашем корабле, но и на полигоне еще две штуки. Этого хватит, чтобы не останавливать работу по строительству 10-ти еще новых крейсеров и штук 50-ти суденышек поменьше. Самое мало из них имеет диаметр камеры основного генератора 150 метров. Меньше строить нельзя, КПД низкий.

–Пусть взлетят шестой и десятый авиаполки и кружат вдоль границ. -Смотрите за китайцами, если нападут, то оттуда, – отдал я распоряжение силовику №2.

Это такая военная компьютерная программа, истребители все беспилотники, управляются автономно, не с Земли. На себе несут ракеты класса «Воздух-Земля» и «Воздух-Воздух», каждый по 16 штук. Причем, самое интересное, что впервые программа сама принимает решение, атаковать или нет, располагая маркерами «Свой-Чужой» и границами охраняемой территории.

Вообще, с китайцами давно пора было разобраться и показать, кто в доме главный. Просто до сегодняшнего дня у нас не было железобетонных аргументов уговорить их покинуть нашу территорию. А полномасштабная кровопролитная война за обычную землю, территорию, неразумна. Тем более, перевес был на их стороне, и они ее на 90 процентов выиграли бы. Так-то давно пора всем государствам отменить свои границы и жить примерно по единым стандартам, правилам. Рано или поздно это все равно произойдет, потому что знания – это информация, они распространяются все больше и больше по планете, и люди потихоньку начинают понимать, что войны реальные, со смертями людей, разрушение инфраструктуры выгодны только узкой кучке правителей или магнатов. Остальные несут большие потери.

Но тут пришла мировая новость номер один по скайпу: «США, Президент выступает с речью в конгрессе, обращенной ко всем жителям. (Это женщина темная).

–Мы стоим на пороге глобальной, Третьей Мировой войны. Только что в Тихом океане были атакованы 19 кораблей нашего 8-го флота, 15 из них потоплены и 4 вышли из строя. Предположительно, это сделано было бесшумными подводными лодками. Я отдала приказ войскам быть в повышенной боевой готовности и объявляю первичную мобилизацию. Агрессор пока неизвестен, но будет установлен в ближайшие часы.»

–Вот дела! – воскликнул я.

– Напали на нас и на них! Хотят столкнуть лбами, плюс что за мобилизация? Пока враг неизвестен? Они что там? Совсем с ума посходили? – негодовал я.

Параллельно загрузил программу активации основного генератора, которая идет около шести часов. Быстрее нельзя, так как начинается перегрев электронной плазмы и неконтролируемый выброс энергии, как вспышки на Солнце. Понятно, что при таком сценарии сгорит все в радиусе 50 километров дочиста. По силе выброс с бозе-реактора генератора может составлять от 1000 средних ядерных бомб и выше, и это просто сброс излишков энергии, само плазменное ядро останется, ну, может, ветром его унесет в облака, и зажжется новое Солнце. Понятно, что от самого корабля, защитных магнитных и разгонных экранов, в которых удерживается активная электронная плазма, и пара не останется. Кстати, Чер тогда сделал предложение разгонять и уплотнять плазму не резко, быстро, а медленно, по чуть-чуть. При этом температура не будет повышаться выше критических 10 000 градусов Цельсия, а то и ниже, так как бозон-реакция чем-то схожа с ядерной. Он же предложил новую теорию жизни плазмы, увязав ее со скоростью вращения самого объекта и его электромагнитного поля. Так получалось, что в нашем Солнце протекает бозе-реакция, и при этой неизменной скорости вращения свободных бозе-активных электронов для поддержания реакции хватит еще на 500 000 лет. Но, если бы скорость вращения увеличили в два раза, то время горения сократилось бы до 125 000 лет и так далее. При этом сила энергии излучения возросла бы тоже в 4 раза. При этом сама звезда была бы ближе к фиолетовому спектру. А значит, объекты, которые вращаются со скоростью, близкой к скорости света, излучают только в бозон-спектре (100 световых скоростей у частиц «темная энергия») и живут относительно недолго, от 1000 до 100 000 лет, не более. Возможно, с этим и связан период календаря майя. Затем, когда энергия бозонов будет растрачена, черная дыра начнет тормозиться, расширяться, пока не превратится в туманность, а, может, и взорвется. Тут, скорее, первый вариант, ведь, если пропадает энергия излучения, то автоматически тормозится и исчезает электромагнитное поле объекта, и само вращение тоже пропадает. В этом плане выходит, что Земля раскручивает сама себя на 90 процентов и поддерживает равномерную скорость только благодаря бозе-излучению ядра нашей планеты.

Но мы, конечно, отвлеклись. Вывод, если снять электромагнитное поле с нашего бозе-реактора, оно превратится в горячий газ-плазму, который немедленно разлетится во все стороны, но это, если не пройден рубикон КПД в единицу, то есть он начинает вырабатывать энергии больше, чем ее содержится в разгоняющем и удерживающем поле. Тогда генератор-плазма способен окружить себя собственным электромагнитным полем и разрушится черт знает когда, нам не дожить до этого времени. Но есть одно маленькое но, наш корабль «Циф» с помощью этих же разгонных экранов забирает лишнюю электроэнергию, пускает ее на маршевые двигатели (катоды) и, в случае резкой их остановки, отбора электронов, может случиться обратный удар и торможение поля. Кто знаком с электродвигателями, знает, что они могут в этом случае начать крутиться в обратную сторону. А вот для нас это неприемлемо. Фиг знает, что может случиться, когда мы будем переходить нулевую точку раскрутки, вперед-назад или влево-вправо. Вот утомил я вас всякими техническими описаниями, тем временем информация на бозе-скайп приходила одна тревожнее другой.

Пока ребятишек оставил следить за показаниями датчиков и регулировать размеренность разгона ЭМП, сам начал читать последние донесения. Попутно объявил эвакуацию в радиусе 10-ти километров от корабля. Завыли сирены, замигали красно-зеленые лампочки, установленные практически везде вместе с освещением, отсчет пошел. Кто чем занимался, сразу прекратил работу, пошел, побежал собираться, и стартовая площадка начала пустеть. Помимо основного экипажа – я, Чер и Синь, – был вспомогательный отделенный от нас бронированными дверьми в количестве 20-30. В их задачу входил ремонт и обслуживание узлов и агрегатов, но это где-то в длительном каком-нибудь полете. Сейчас, кроме нас троих, не было никого. Разве что где-то кого-то забыли в бескрайних недрах «обода», так называлась та часть, где жили, работали, находились грузовые, пассажирские отсеки.

Первое сообщение: «Обнаружено и обезврежено около 200 взрывных устройств до 100 грамм на объектах энергоснабжения завода».

Так как микроаппарат-беспилотник не мог за раз взять больше 100 грамм взрывчатки и детонатор к ней тоже 50-100 грамм, то он делал несколько рейсов, или действовало сразу несколько аппаратов. Чаще ночью. Они накапливали внушительную массу взрывчатого вещества. Так, чтобы повредить опору ЛЭП, 2000 кВт, требуется 5 килограммов пластида, по 1 кг 125 г под каждую ногу из четырех. Останется хотя бы две неразрушенными, эффекта не будет.

Сообщение №2: «Сибирь неожиданно объявила себя независимым государством. Центр в Новосибирске.»

«Странно,» – читал я.

– «Как так независимые, если там находится регулярная китайская армия».

Далее следовало воззвание ко всем, кто может держать оружие в руках, они должны бить врага до последнего. Приветствовались партизанские методы.

–Ого! Ребята растут, может, им не помогать? Все равно они от независимости уже не откажутся.

Сообщение №3: «Дальний Восток «Советская гавань». В бухте высадился японско-американский десант, ищут ядерную бомбу, якобы похищенную у них с авианосца».

–Ну бред инопланетянина, не иначе, хотя бы немного подумали бы над поводом для вторжения. Тихоокеанский флот для его же безопасности еще 3 года назад был переброшен в Мурманск-Архангельск, видимо, тогдашний министр обороны решил, что распылив силы по всем четырем океанам, сохранит их боевую мощь и не растеряет. В этом я согласен с ним полностью. И прикрывали они с Севера самое опасное, или вероятное, для прорыва противника место.

Сообщение №4. «Евросоюз объявил о всеобщей мобилизации и вводит на своей территории 30-ти стран чрезвычайное положение. Центр управления переходит в Берлин. Всеми войсками и коммуникациями, экономикой и так далее, то есть все нити сходятся в одной точке». Наверное, когда-то изначально этот сценарий и задумывался там же. Под видом шенгенской зоны, свободной торговли.

И вот, с пометкой «срочно» только что были атакованы гиперзвуковыми ракетами. Объекты инфраструктуры в Псковской и Новгородской области, Мурманской и Архангельской, Белоруссии и Среднем Урале. В первом случае, атака производилась со стороны Финляндии и Польши. Во втором, с подводных лодок, находящихся в Северном Ледовитом океане, всего выпущено около 1551 штук. О жертвах разрушения пока не сообщается.

–Ребята! – крикнул я своим ученикам. – -Кажется, началось. А мы можем взлететь при неполной загрузке бозон-генератора?

–Да, – ответил Чер. – В принципе, единицу мы перешли, и процесс генерации энергии сам себя разогревает.

–Кстати, вовремя, так как внешняя энергия закончилась. Все наши накопители пусты или разрушены. Слишком резко оборвалось поступление энергии с наших замаскированных на огромной площади, более чем 100 накопителей. Созданы они были именно на случай диверсии, если электростанции перестанут работать по понятным причинам. Увы, их хватило на 40 минут, и их тоже вывели из строя. Значит, о них было известно.

Я загрузил картинку с одного дирижабля, самого высокого. То, что увидел в сумерках ясного вечера, с высоты в 30 километров, меня поразило на всю жизнь. Тысячи огней зарева, словно горят большие города или нефтезаводы.

–Вот это да! Все-таки они решились на это, карапузы, без всякого объявления войны!

Более того, вместо 1000 дирижаблей, осталось несколько десятков. Их тоже сожгли непонятным образом. Падая, они догорали, как гиганты-монстры, поверженные великаном.

Тут же я набрал Макса:

–Але? – на том конце.

–Ты видел, что творится вокруг?

–Да, смотрю, подсчитываю убытки, вот успел скинуть за секунду до глобальной атаки, 90 процентов акций нашей фирмы, и сосредоточил в наших руках 75 процентов всех электронных денег мира, 35 триллионов долларов, эквивалент…

–Молодец! – похвалил я.

– Правильно сделал. Как увидишь, что я стартую, начинай покупать потихоньку обратно все. Думаю, они рано нас похоронили, мы еще отыграемся. Кто руководит обороной, пока меня нет?

–Никто, ждем ваших указаний.

Времени поругать их за это не было. Поэтому коротко:

–Создать кулак на двух направлениях и делать вид, что собираетесь контратаковать. Главное – это отвлечь их ракетные войска от моей персоны и дать мне спокойно стартовать. Понял?

–Да, действуй!

От этого зависит успех и, говорил тебе, поставь мне хотя бы соточку гиперзвуковых на борт. Теперь чем я по-твоему буду воевать?

–Ну, Сер… Я-то откуда знал? Шахты есть, ракеты есть, а поставить не успели. Кто ж знал-то?

Я еще раз посмотрел на монитор слежения с дирижабля и, по ходу, его тоже подожгли, вместо высоты 30 километров, он был не более 10-ти и продолжал снижаться. Прежде, чем камера перестала работать, успел заметить, как по крыше нашего космодрома сверхсекретного ударило сразу пять ракет высокоточного наведения, и пробили крышу в пяти местах. Взорвались где-то внутри ангара, но мы ничего не почувствовали. Силовые поля их, скорее всего, уничтожили на подлете, и масса корабля слишком большая (10 миллионов тонн), чтобы его качнуло хотя бы взрывной волной. Самое интересное, что и по остальным площадкам готовой продукции были нанесены удары, там находилось два корабля меньших размеров с активированными реакторами, и, по поступающей ко мне информации, есть частичные повреждения. Возникает вопрос, почему все сверхсекретные объекты стали хорошо известны противнику? И хорошо, что сразу этот сценарий мной рассматривался, потому что ставка была сделана не на секретность, мол, нас никто не найдет и не увидит, а на пассивную защиту, ввиде дирижаблей. Они на себя приняли основной удар, более 1000 ракет, остальные 80 процентов достигли цели, но не причинили глобального вреда. Потери пока были восполнимы. Как раз тысячи лишних ракет у натовцев, или кто там нас атаковал, и не хватило. Все-таки каждая боеголовка и средства доставки стоят огромных денег. Ответным ударом с наших позиций «Запад» и «Север» было уничтожено 60 процентов пусковых установок ПРО в Польше и повреждено 6 подводных лодок в Северном Ледовитом океане, так что они надолго залягут на дно или в доках на ремонт. Об этом я узнал через 10 минут по сообщениям зарубежной прессы. Наши военачальники пока не могли определить не то что каковы потери противника при ответном ударе ракетами С-300 и С-400, но и что было разрушено, уничтожено у нас из боевой техники. По одним данным, это 50 процентов самолетов-истребителей и бомбардировщиков, и передвижных ракетных комплексов, 10 дивизионов, один из них с ядерными боеголовками, но взрыва явно не было.

«По ходу, второй Чернобыль намечается», – подумал про себя.

–Бардак кругом! – воскликнул вслух.

Синь посмотрела на меня.

–Что-то случилось?

–Да, мелочи! Ядерные ракеты взорвались где-то непонятно… А так, все в полном порядке. Насколько это возможно, все под контролем. Работаем далее. Сколько процентов мощности у нас?

Сейчас КПД генератора 20 процентов от возможного, – ответил Чер. – До конца активации 4 часа 10 минут.

Нет, у нас нет столько времени, взлетаем прямо сейчас. Бери на себя управление, я буду задавать курс, а Синь следить за реактором и его полем, мало ли чего…

Сам посмотрел последний раз на картинку с внутренних и внешних камер самого космопорта. Картина, в целом, была удручающей, наш противник точно знал, где мы находимся, и посылал ракету за ракетой, долбил в одно и то же место, так что крыша ангара местами полностью обвалилась и напоминала дуршлаг. Сверху свешивались обломки стальных конструкций, тросов, кабелей и прочей строительной ерунды. Вокруг площадка тоже выглядела нелучшим образом, что могло, уже горело и дымило, а что нет, то было разнесено по кирпичику, лежало в руинах.

–Чер!

 Крикнул я.

–Готов!

–Давай, поехали! Курс по прямой, максимальное ускорение на высоту 5000 километров, действуй!

И тут же по ангару, словно взорвалась ядерная бомба в 1000 мегатон. Остатки крыши, конструкций, боковые строения, словно оплыли от жары, потом превратились в песок, обломки и пыль, разлетелись в стороны. И в небо взмыл огненный шар светло-синего цвета, стал набирать скорость, словно ракета, поднимая за собой шлейф дыма, газов, как ядерный гриб. То разряженный воздух под нами вновь сомкнулся и поднял всю эту грязь вверх.

–Макс! – связался я со своим внешним помощником.

– Приказ №3. Всем ракетным войскам, в том числе, с ядерными боеголовками, уничтожить все спутники противника на орбите.

–Но, – возразил он. – Мы же не трогаем боеголовки с «ЯВ».