Город Бессмертных. Книга вторая

– Все равно я принесу пользу, – миролюбиво возразил северянин. – Вот увидишь!

– Хочу в это верить, – скептически хмыкнула Лисси. – Пока от тебя одни сложности. Меньше болтай и сосредоточься на дороге. Если ты вдруг упадёшь и переломаешь ноги, я оставлю тебя здесь, так и знай.

– Где же твоё милосердие? – в шутливом укоре спросил Далахар, и осёкся, когда девушка посмотрела на него без тени улыбки:

– Осталось в той долине. Навсегда.

– Она ушла, – в сотый раз повторил Тангор, констатируя очевидный факт и всматриваясь вдаль.

Необычайно острое зрение подгорного гнома позволяло ему различать руны за сотню шагов, а человека на плоскогорье он мог заметить лиг за двадцать. Увы, они ехали уже второй час, но всюду, куда хватало взгляда, были только камни, поросшие травой, остатки древнего тракта, выстроенного трудолюбивым народом в незапамятные времена.

– Мы сможем её догнать! – Эллагир потрепал по гриве своего коня. – Она ушла пешком.

– Возможно, – медленно проговорила Альрин, – она не хочет, чтобы её догоняли. Возможно, нам следует приблизиться к ней, но оставаться на расстоянии…

– Так и поступим, – хмыкнул Тангор. – Если мне не изменяет зрение и чутье, вскоре будет довольно крутой спуск, на лошадях там не разгонишься, если вообще пройдёшь.

Вскоре спутники подъехали к крутому каменистому склону, который ранее легко преодолела Лисси и – с проклятьями на всех известных ему языках – Далахар. Гном присвистнул:

– Вот это да! Не думаю, что наши кони справятся с таким испытанием.

Фаэль покосился на него и насмешливо фыркнул.

– Ты-то может и пройдёшь, красавец, но не забывай, что с нами есть и простая лошадка, – пробормотал Эллагир, спешиваясь, по примеру остальных. – Ты сможешь о ней позаботиться?

Конь цвета ночи ткнулся носом ему в плечо, осторожно подошёл к краю склона… и шагнул вперёд. Следом двинулась Ромашка, а замыкала маленькую кавалькаду снежно-белая кобыла Альрин. Люди, забыв, что им тоже надо бы приступать к спуску, невольно залюбовались на слаженные движения лошадей.

– Эх! – крякнул Тангор, и ловко запрыгал по камням вниз. – Не вздумайте делать также! – предостерёг он магов, остановившись на очередном валуне. – Шагайте аккуратно. Возьмите сначала влево, затем обогните вон тот обломок скалы, похожий на орочью голову, потом можно съехать по осыпи на десяток шагов вниз, снова немного влево, и попадёте сюда, – гном притопнул ногой. – И не стесняйтесь помогать себе руками!

– Когда ты успел наметить дорогу? – удивлённо спросил сверху Эллагир. – Ты же прыгал по склону, как мяч!

– А, – гном ухмыльнулся. – Вам, жителям равнинных городов, не понять. Я родился в подгорном мире, меня не напугать такой вот обстановкой. – Он обвёл рукой вокруг себя. – Двигайте уже!

– Легко сказать, – проговорила Альрин, осторожно переступая с одной ноги на другую и цепляясь за какой-то чахлый кустик, выросший в расщелине между камней.

– Давай-давай, – подзадорил её Тангор. – Если что, тут и падать невысоко, в общем-то. На осыпи будь повнимательнее. Не пропусти момент, когда надо затормозить.

Девушка молча кивнула, готовясь сделать следующий шаг.

– Интересно, как наши кони выбирают себе дорогу, – заметил Эллагир. – У них ведь нет советчика-гнома.

Он кинул взгляд на лошадей, которые медленно, но верно продолжали спуск, двигаясь замысловатым зигзагом, но не испытывая видимых затруднений. Фаэль по-прежнему шёл впереди.

– Животные лучше разбираются в таких вещах, чем гномы, или, тем более, люди, – философски ответил Тангор. – Но я бы не слишком расстраивался из-за этого. Ящерица взберётся по скале, которая нам покажется гладкой, как зеркало. А мухи вовсе по потолку могут ползать, вот уж совершенство!

Альрин расхохоталась, и чуть не упала на мелких сыпучих камешках, скользящих под ногами. К счастью, она была уже рядом с гномом, который успел поймать её за локоть.

– Говорил же, повнимательнее, – с укоризной вздохнул он, втаскивая девушку на валун.

– Я учту, – коротко ответила чародейка, унимая дрожь в ногах.

– Жди здесь Эллагира, а я посмотрю, как мы двинемся дальше, – предложил Тангор, спрыгнул с камня и продолжил спуск с прежней пугающей скоростью.

Солнце уже начало уходить за горизонт, когда друзья, наконец, преодолели склон и вышли к очередной лесистой долине. Голубой лентой горной реки она была разделена на две неравные части. На берегу, на небольшом возвышении чародеи обнаружили гладкий обелиск из серого камня. Очевидно, что он был создан чьими-то руками, а не природой, но никаких надписей не имел.

Луговина перед лесом была устлана ковром цветов самых разных оттенков. Чародейка узнала несколько трав, что росли в университетском саду, где она часто любила гулять. Воздух был наполнен смесью умопомрачительных ароматов, сладких и пряных, свежих и тёплых. Казалось, друзья каким-то чудом попали в Иллереммин, дивную страну лесных эльфов, где бывали единицы, но о красоте которой ходили легенды.

– Какое сказочное место, – восхищённо заметила Альрин, оглядываясь по сторонам. – Как думаешь, Эл, в этой речке можно искупаться?

– Почему бы и нет, – пожала плечами тот. – С удовольствием смою грязь. Уважаемый гном, а ты как смотришь на такую возможность?

– Ещё чего не хватало, – проворчал Тангор. – Если вам так приспичило, давайте, купайтесь, только недолго. Я посторожу одежду и лошадей.

– Чего только не придумают некоторые, чтобы не мыться, – усмехнулся Эллагир. – Да разве таких лошадей надо сторожить? И кто, интересно, может украсть здесь наши обноски?

– Ну… – гном прищурился. – Например, он!

Маги, как по команде, резко обернулись в указанном направлении. В полулиге от них, на краю леса, маячила одинокая фигура в тёмном плаще с капюшоном.

– Это ещё кто? – пробормотал Эллагир удивлённо. – И что он здесь делает?

– Достойный вопрос, – хмыкнула чародейка.

Желание искупаться вдруг куда-то пропало.

– Позовём его? – маг старался разглядеть незнакомца более детально, но тщетно.

– Или её, – пожала плечами Альрин. – Я не могу отсюда различить черты лица этого… странника…

– Это потому, что у него нет лица, – каким-то чужим голосом хрипло проговорил Тангор. – Я прекрасно вижу отсюда складки капюшона, и то, что под ним… точнее, чего под ним нет. Выглядит жутковато, – он нервно хохотнул.

– Kalle kanni Bethan! – прошептала Альрин формулу, позволяющую увидеть следы заклинаний, и удивлённо выдохнула:

– Ничего! Что бы это ни было, это – не магия!

Фигура в плаще задрожала и вдруг исчезла, просто растворившись в воздухе.

– То есть вы, ребята, хотите сказать, – язвительно начал Тангор, – что этот незнакомец в плаще исчез не из-за чьих-нибудь чар, а… естественным образом?

Эллагир молча развёл руками.

– Большего бреда в жизни не слыхивал! – припечатал гном. – Да виданное ли дело, чтобы…

– Сзади!!! – отчаянно выкрикнула Альрин.

Тангор обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как ещё одна внезапно возникшая фигура в плаще с капюшоном, на этот раз – всего в полусотне шагов, натягивает тетиву лука. Эллагир скользнул вперёд и оказался между незнакомцем и гномом, закрыв того собственной спиной.

– Valtirayassa Skaladhar!

Полупрозрачный светло-голубой купол сразу же накрыл трёх друзей. Одновременно с этим воин в плаще выстрелил, целясь в чародея.

Всякому магу ведома судьба собственного заклинания. Эта нехитрая истина объясняется вновь поступившим на факультет магии в Визенгерне чуть ли не на следующий день после начала обучения. Стрела только начала свой полёт, а Эллагир уже знал, настолько твердо, насколько вообще возможно что-то знать наверняка, что магический Щит не задержит её ни на мгновение.

Мыслью он метнулся в сторону, спасаясь от смерти на острие наконечника. Но за спиной оставался Тангор, а у чародея не было той лишней секунды, за которую можно было бы удостовериться, что гном тоже ушёл с траектории полёта.

«По-дурацки все получилось», – подумалось ему вдруг.

Альрин снова вскрикнула, увидев, как стрела незнакомца миновала магический Щит безо всяких затруднений.

Эллагир остался стоять на месте, по-прежнему закрывая Тангора своим телом. Стрела прошла сквозь него и продолжила полет, не отклонившись ни на дюйм.

– Это что… это была иллюзия? – хрипло выдохнула Альрин, когда вновь обрела способность говорить.

Маг, тщетно пытаясь успокоить дрожь в руках, слабо кивнул головой:

– Похоже на то… Даже выругаться сил нет!

С этими словами он осел на траву: пережитое потрясение оказалось слишком велико. Девушка крепко обняла его, согревая своим теплом, и тихонько прошептала:

– Yerrha equillia!

– Спасибо, так намного лучше, – с признательностью отозвался Эллагир, целуя руки любимой. – Я просто немного испугался, когда понял, что Щит её не остановит…

– Но ты должен был знать это с самого начала! – голос Альрин снова дрогнул. – Какого ж рожна ты стоял, точно каменный?!

– Это из-за меня, – проговорил Тангор. – Он побоялся, что я не успею уклониться. Нечасто так бывало, чтобы меня были готовы защитить ценой собственной жизни. Если точнее, это был второй раз, за все мои годы. – Сказав это, гном поклонился, коснувшись бородой земли.

– Пустое, друг, – пожал плечами чародей. – Ты бы разве ушёл, будь за твоей спиной я?

– Но то – я, – бесхитростно ответил Тангор. – А для людей, да ещё и магов, это не слишком обычно…

– С ума сойти, сколько комплиментов в одной фразе, – от души расхохотался Эллагир.

Тангор, который и сам уже понял, что ляпнул что-то не то, в смущении отчаянно затеребил многострадальную бороду и снова поклонился:

– Надеюсь, мне представится случай поступить так же ради тебя.

– А я надеюсь, что не представится, – чародей поднялся. – Ещё не хватало, чтобы в нас стреляли по дюжине раз на дню! Вы посмотрите, а? – он обвёл рукой луговину.

Загадочных фигур, закутанных в плащи, прибавилось: в сумерках маячило уже с десяток плохо различимых силуэтов. Долина наполнилась множеством шорохов и звуков. Путникам чудились приглушённые крики, доносившиеся словно издалека лязг железа, звон оружия, стоны и плач. Поднявшийся ветер принёс с собой холод горных вершин, и друзья в считанные минуты замёрзли, хоть и завернулись в плащи с ног до головы.

Вдруг, луна, наконец, вышла из-за облаков и залила долину ровным серебряным светом. Даже Тангор не смог сдержать возглас восторга: зрелище было непередаваемо красивым. Голубые, будто покрытые алмазной пылью, верхушки елей отражались в чёрной глади реки. Ковёр трав был усыпан ночными цветами всех оттенков, от нежно-бирюзового до тёмно-фиолетового. Призрачные, чуть мерцающие в лунном свете силуэты воинов создавали ощущение, что это все – дивный сон.

Но, пополам с восхищением, друзья вдруг почувствовали огромную печаль. Она завладела ими без остатка, заставив вспомнить все, что было грустного в жизни. Это чувство было так велико, что даже разговаривать не хотелось. У Альрин в глазах застыли жемчужины слез: она вспоминала Эннареона. Маг тщетно пытался совладать с эмоциями и проглотить ком в горле.

– Попробуйте доказать мне, – предательски срывающимся голосом проговорил гном, – что это – тоже не магия.

– Я не знаю, – всхлипнула чародейка. – Я ничего уже не знаю…

– Смотрите, смотрите! – воскликнул вдруг Эллагир, указывая на холм с обелиском.

Тот просто сиял серебром, бросая вокруг причудливые тени. Не сговариваясь, друзья бросились к нему. Тангор, самый зоркий из них, ещё издали заметил руны на камне, который днём был абсолютно гладким.

– Dael va Keirhalihir, – прочитала Альрин вслух, подбежав поближе. – Illavathan di naarh aer thi'assaeivaedh.

– Дол Киралиир, – машинально перевёл потрясённый маг. – Место великой битвы и великой скорби.

– Киралиир, конечно же! – выдохнул гном. – Вот почему мне это место так знакомо…

– Ты уже бывал здесь? – спросила его чародейка. – Что тут произошло?

– Бой, – просто ответил Тангор. – Некогда здесь в смертельной схватке сошлись три воинства, – он обвёл рукой долину. – Армия, ведомая Синнареар, билась против полчищ орков. Немногим более десяти тысяч эльфов и пять тысяч гномов схлестнулись с четвертьмиллионной ордой Ойтхаша.

– Как же они победили?!

– Они не победили… – горько вздохнул Тангор. – У эльфов в живых осталось семеро, у гномов – четыре. Но тёмное войско тоже было разбито! Подлые твари оказались в смятении. Их победоносное шествие по землям мирных народов завершилось здесь, в Киралиир. Остатки орков убрались в свои норы.

– Наверное, этот Синнареар – великий полководец, – задумчиво проговорила Альрин.

– Да. – Тангор склонил голову. – Была. Без сомнения. Увы, ей не посчастливилось уйти живой с поля боя. А из её девяти помощников выжил только один. – Гном грустно усмехнулся. – Вчера он погиб в таком же безнадёжном бою, один против двух сотен. У Троара, видимо, такое чувство юмора…

– Эннареон был здесь?! – удивлённо вскричал чародей. – Так он уже тогда воевал?

Тангор кинул на него язвительный взгляд:

– Догадливый!

– Так значит, эти странные наваждения – души погибших воинов, не нашедшие покоя… – задумчиво проговорила Альрин, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Среди выживших в той битве, к слову, был Кантад. Вот почему он назначил нашего эльфа командующим армией Румхира перед смертью. Он уже сражался под началом Эннареона, – пояснил Тангор.

Повисло тягостное молчание: все вспоминали эльфа, который пал, защищая их.

– Надо отсюда уйти, – наконец, тихо вздохнула чародейка. – При лунном свете можно продолжить путь, на отдых остановимся ближе к утру. Мы здесь совершенно чужие… слишком живые для этого места.

Уход из долины больше напоминал бегство. То и дело оглядываясь, будто ночные воры, спутники углубились в редколесье. Как только Дол Киралиир скрылся из виду, все с облегчением выдохнули: неизбывная печаль и тоска уступили место обычной усталости, а это ощущение было весьма знакомым.

Лагерь разбивать не стали: сил собирать хворост и разводить огонь попросту не осталось. Улёгшись прямо в плаще на ковёр из сосновых иголок, Альрин успела подумать, что они не условились, кто останется на страже. Но это была последняя мысль: крепкий сон сморил чародейку.

Делор открылся взгляду Лисси неожиданно, когда та взошла на очередную седловину, поросшую мелколесьем. В ярком солнечном свете девушка рассмотрела несколько башен, довольно изящной формы, и пару домов, возвышавшихся над остальными.

«Должно быть, ратуша, – безразлично подумала она. – Или, может, городской суд»…

– Ратуша, – указал Далахар на одно из этих зданий, стоявшее почти в центре города. – А вон то, поодаль, – городской суд.