Помоги проекту - поделись книгой:
– Несомненно похорошели, – Аджар нервно сглотнул.
– Хотите, я вам принесу? Совершенно бесплатно! Они от всех болезней и еще после них так хорошо на душе становится.
– Спасибо, я как раз сам в аптеку собирался, – Аджар поднялся из-за стола, – Извините, мне пора.
Голованов не спеша шел по направлению к аптеке. В голове проносилось тысяча мыслей, большая из которых, конечно же, была о Стеше. Как она умудрилась подсесть на гирудотерапию, он не понимал. Ее странное поведение у фотографа, тошнота – это все результат укуса пиявки, он в этом нисколечко не сомневался. А эта тетка из бухгалтерии…Увидела на снимке Стешку вместо размытого пятна. Что же это за пиявки такие? Как влияют на человека?
С такими беспокойными мыслями он подошел к аптеке и вздрогнул. Возле здания стояло довольно много людей с баночками. Все они улыбались и взахлеб рассказывали друг другу, какие болячки им удалось победить благодаря чудесным пиявкам Фрейда Борисовича. Аджару стало не по себе, как только он представил, сколько уже жителей Клифбурга воспользовались этими скользкими гадами.
Зайдя внутрь, Голованов встал недалеко от прилавка и стал наблюдать за происходящим. Фармацевт, словно робот с какими-то странными, будто остекленевшими глазами, без устали доставал из большой банки пиявок и перекладывал их в маленькие, которые приносили с собой покупатели.
– На здоровье! Берите еще, друзьям предложите, – приговаривал фармацевт, – Всё бесплатно! Все должны быть здоровы! Всем помочь!
От пристального внимания следователя не ускользнуло, что Фрейд Борисович, несколько раз морщился будто от сильной боли и хватался за живот. При этом глаза его на мгновение становились обычными, и фармацевт недоуменно оглядывался, словно не понимая, где он находится.
Подождав, когда народ разойдется, Аджар подошел к прилавку.
– Здравствуйте, дайте мне таблетки от головы – произнес он, обращаясь к Кочубею.
– Есть средство намного лучше, – вдохновенно начал фармацевт, – Возьмите пиявку, это совершенно бесплатно! Вот увидите, вы сразу же почувствуете себя лучше.
– А вы их откуда возите, – как бы между прочим, поинтересовался Голованов, – Есть сертификат соответствия, паспорт на них?
При этих вопросах фармацевт дернулся, словно от пощечины и вдруг застыл, глядя куда-то сквозь Аджара.
– Так что насчет документов? – вновь напомнил Голованов.
– Нет документов, – каким-то глухим голосом ответил фармацевт и достал из банки одну из пиявок, – Возьми ее.
– Спасибо, не надо, – сдержанно ответил Аджар
– Возьми! Все должны быть здоровы! Всем поможем! Все будут счастливы! – как заведенный повторял Кочубей, вытягивая руку с пиявкой в сторону следователя.
Аджар отступил на шаг.
– Вы меня что, не слышите? Я же сказал, что мне не нужны ваши пиявки.
Вместо ответа, фармацевт вдруг зашипел и неожиданно бросил пиявку прямо в лицо Голованова. Аджар среагировал молниеносно, уклонившись от летящей в него гадины. Пиявка, пролетев мимо не достигнув цели, вписалась в стену, где висела доска «Уголок потребителя» и медленно сползла на пол, оставляя влажный след. Голованов, дернувшись от отвращения, придавил ее носком ботинка.
Фармацевт заверещал, как резаный.
– Нас убивают! Нам больно! Убирайся!
– Ненормальный, – резюмировал Аджар и вышел из аптеки. Возвращаясь в отдел, он лихорадочно думал, как прекратить распространение пиявок среди Клифбурцев. То, что люди становились странными после укуса, он уже убедился лично. В отделе Голованов прямиком направился к Пилипенко. Начальник отдела сидел за столом и ел пирожки.
– Бабушка напекла, – словно извиняясь, вместо приветствия пробормотал Джон Иванович, – С капустой… Будешь?
– Спасибо, обедал, – Аджар уселся на один из стульев, – Джон Иванович, город в беде. Нужна ваша помощь.
– Моя? А что я… Да, конечно! Поможем, чем сможем. Что случилось? Кого посадить?
– Пока никого, – Аджар сделал акцент на слове «пока», – Я знаю, что у вас дружественные отношения с главой Клибурга, ведь так?
– Да, хороший человек. Ответственный. Надеюсь, он ничего не натворил?
– Он не натворил. Натворил один из жителей… Некий Фрейд Борисович Кочубей, он в аптеке центральной работает.
– И его я знаю, – озадаченно произнес Пилипенко, – А он-то что сделал? Милейший человек.
– Этот «милейший», раздает налево и направо несертифицированную продукцию в виде пиявок.
– Тю, подумаешь, пиявки. Че от них плохого-то?
– Плохого? Ну, например, Стеша в больнице из-за этих пиявок. И вскоре половина города, если не больше, окажется в реанимации из-за этого всего.
– А что делать тогда?
– Для начала изъять пиявок и провести их доскональное исследование. Фрейда Борисовича допросить для выяснения, откуда он их взял. А вот глава Клифбурга Замусойлов пусть сделает объявление, что бы все, кто хоть раз применил этих гадов, явиться в поликлинику для обследования. Он же в администрации работает, пусть соврет что-нибудь, ему не привыкать. В общем, наша первостепенная задача – оградить жителей от этой заразы… Пока не стало слишком поздно.
Аджар снова заехал в больницу, навестить Стешу. Ей было уже лучше, хотя она все еще была очень слаба. Голованов вкратце рассказал о произошедших событиях, высказав предположение, что после приема странных пиявок, которые фармацевт набрал неизвестно где, с людьми происходит что-то непонятное.
– Вот, посмотри на эти снимки, которые фотограф сделал. Что ты видишь?
– Разве это я? Тут какая-то клякса или… как будто таракана раздавили.
– Хорошо, значит ты и правда излечиваешься. А вот в отделе, дама из бухгалтерии уверяла меня, что ты на этих снимках просто прекрасно получилась.
Стеша вытаращила глаза:
– Она слепая что ли?
– Нет, она тоже пиявку приобрела. Я про то и говорю, что люди после укуса становятся… как бы это сказать…будто не они. Ты и сама мне говорила, что плохо помнишь события. Я вот только не пойму, как ты вообще додумалась взять в аптеке пиявку?
Булкина наморщила лоб, силясь вспомнить что-то важное. Неожиданно лицо ее прояснилось:
– О боже, я вспомнила! Я пошла за грибами и увидела портал в другое измерение…
– Что? Японский городовой, Клифбург не перестает меня удивлять… Ну и ты, конечно же, туда поперлась?
– А что такого? В общем, я туда зашла, сохраняя все меры предосторожности…
– Угу, конечно…
– И там было озеро. Я наклонилась посмотреть … Последнее, что я помню, это пиявка, которая в меня впилась. А потом, я тебе уже рассказывала, все стало вдруг каким-то необыкновенно красивым.
В этот момент у Аджара зазвонил мобильник. Звонил дежурный, который сообщил, что на адресе обнаружен труп, с таким же отсутствием органов, вместо которых плавает жижа.
Быстро попрощавшись с Булкиной, Голованов поспешил на вызов, дело становилось все более опасным.
На место происшествия он пришел практически одновременно с остальной опергруппой. В Голованова мертвой хваткой вцепилась соседка умершего, которая сообщила, что являлась сиделкой у гражданина Прутикова И.В. и что сегодня, зайдя его проведать, обнаружила вместо него
– Скажите, -Аджар прищурился,– а Прутиков применял в последнее время пиявки чудодейственные? Про них весь город говорит.
– Конечно! Они знаете ему как помогали! Он вообще немощный был, а тут вставать начал, ходить, недавно даже сам себе омлет сделал. Это когда яйца взбиваются с молоком и…
– Я знаю, как омлет делать, – остановил словесный поток Аджар, – Скажите, как долго он пиявки ставил?
– Где-то неделю, может меньше.
– А вы пиявками увлекаетесь? – Голованов пытливо прищурился.
– Ой, нет. Не могу себе даже представить, что эта мерзкая склизкая мерзость коснется моего тела. Бррр.
– Я вас понял. Вот, это участковый, он с вас сейчас объяснение возьмет, а мне нужно идти. Извините.
Сдержано кивнув на прощание, Аджар прошел в комнату, где лежал труп несчастного Прутикова. Рядом суетился Василий, старательно снимая отпечатки пальцев с мебели.
Аджар, подойдя ближе к трупу, осмотрел его. Тело было без внутренних органов, а внутри булькала черная вязкая жижа. Взяв карандаш, следователь осторожно дотронулся кончиком до жижи, отчего последняя слабо зашевелилась.
– Оно живое, – тихо прошептал Голованов, – Что же ты такое?
– Аджар, посторонись, мне фотографии сделать нужно, – к телу подошел Василий с фотоаппаратом.
Отойдя в другую комнату, Голованов достал телефон и набрал уже ставшим знакомый номер.
– Алло, Ирочка? Еще раз здравствуй. Слушай, у меня такой вопрос… А ты можешь повлиять на общественность в положительном ключе, так сказать…Что? Аха-ха. Нет, лекции о вреде беспорядочных связей читать не надо. А вот пустить слушок о том, что в город завезли бракованных пиявок, от которых после улучшения наступают ужасные последствия, вот это самое то… Ах, ты уже в курсе еще одной смерти… Да, я Пилипенко говорил… Угу… Ну ты же знаешь, что со всей этой бюрократией, дело может затянуться, а действовать нужно срочно. Надеюсь на тебя. До связи.
Нажав кнопку отбоя, Голованов довольно потер руки. В успехе слухов от Ирочки он нисколечко не сомневался. В этот момент раздался испуганный крик Василия и Аджар побежал проверить, что там случилось.
Василий стоял посередине комнаты и показывал пальцем на тело трясущейся рукой.
– Что случилось? – Аджар подошел ближе к криминалисту.
– Не знаю, я фотографировал тело, а потом вдруг эта жижа забулькала, зашевелилась и как будто зашипела, что ли…Она словно пыталась уползти, а потом просто испарилась!
– Как так испарилась? Это невозможно!
– А вот, видимо, возможно! Чертовщина какая-то, – Василий поежился, – Мне как-то страшновато рядом с ним находиться.
– Так, давай-ка тело в морг, пиши там свои отчеты, а потом подумаем, что за оказия.
Голованов вышел с квартиры и, очутившись на улице, с наслаждением втянул в себя свежий воздух. Все-таки от умершего попахивало знатно.
– Ответ на поверхности, – сам себе сказал Аджар, – Думай, думай скорее, как избавиться от этой заразы.
Недалеко от дома он увидел трех женщин. Одна из них, увидев Голованова, направилась к нему.
– Молодой человек, вы нас не сфотографируете? Сто лет не виделись, хотим общую фотографию на память.
– Конечно, – Аджар взял в руки протянутый ему фотоаппарат.
Женщины, приняв выгодные для ракурса позы и натянув счастливые улыбки, замерли.
Щелк! Щелк!
Неожиданно лицо одной из женщин исказилось и она, согнувшись, стала выплевывать какую-то черную жижу.
– О, господи, Наташка, тебе плохо? – запаниковали ее подружки.
Женщина что-то промычала в ответ, а потом грохнулась в обморок. Голованов тут же отдал фотоаппарат одной из подруг, а сам, взяв, мобильник, вызвал скорую помощь.
– Наверное отравилась чем-то, – словно извиняясь, сказала одна из женщин, – А еще говорила, что ей в последнее время так хорошо от пиявок. Вот вам и пожалуйста! Значит в газете не соврали, одно зло от них.
– Пиявки? Она лечилась пиявками? – переспросил Аджар и неожиданно хлопнул себя по лбу, – Ну конечно! Как я сразу не догадался!
Дождавшись скорую и передав им лежащую без сознания женщину, Голованов дошел до ближайшего киоска и купил свежий выпуск «Клифбургского звонаря». На первой странице была изображена перечеркнутая пиявка, и большими буквами светился кричащий заголовок «Сосущий убийца». Далее, в самой статье сообщалось, что от проверенного источника получена информация о том, что в город завезли несертифицированных пиявок, при использовании которых после небольшого улучшения, человек подвергался смертельной опасности, вплоть до летального исхода.
– Ай да, Ирочка! – усмехнулся Голованов,– Ай да молодец! И, главное, ведь всего пару часов назад с ней разговаривал, а уже статья!
То, что «проверенным источником» является секретарь Замусойлова, он нисколечко не сомневался.
Прочитав статью, Аджар прямиком направился в больницу к Стеше. Булкина уже заметно окрепла и легкий румянец вновь играл на ее щеках.
– Привет! Вот, почитай! – Голованов положил перед ней газету.
–Ужас какой, – пробежав глазами по статье, нахмурилась Стеша, а потом хихикнула, – Надо же, какое название…Сосущий убийца…
– Стешечка, – Аджар откашлялся, – У меня тут возникла кое-какая идея, как победить этих гадов.
– Серьезно? Всех на операцию для вскрытия отправлять?
– Нет, достаточно укушенных сфотографировать.
– Чего? При чем тут фотка и пиявки?
– Понимаешь, я заметил одну закономерность… Тебя Синица сфоткал, из тебя эта гадость вышла…Василий на вызове сфоткал труп с жижей, она исчезла…А сегодня я сам был свидетелем, как женщине после фотовспышки стало плохо и из нее стала выходить эта гадость. Не знаю, с чем это связано, но на этих кровососущих вспышка действует, как скальпель хирурга.
– Но, как я понимаю, у нас пол города подсело на этих пиявок. Как ты всех сфотографируешь? Кто-то не признается, что ими пользуется, – Стеша задумчиво почесала подбородок, – Да и нет уверенности, то после этой устрашающей статьи или фотографирования, люди не перестанут их прикладывать к причинным местам. Понимаешь, когда ты хоть раз использовал эту проклятую пиявку, ты себе уже не принадлежишь… Тобой как будто управляют.
– Управляют? Хм, – Аджар задумался. – Когда тебя выписывают?
– Врач сказал, что завтра я могу ехать домой.
– Хорошо… До завтра я что-нибудь придумаю, – Аджар наклонился и поцеловал Стешу в щеку, – Напиши мне, когда выпишут, я с Колей приеду, заберу тебя.
Поделиться книгой: