След Крови

Их оказалось не менее двух десятков, и почти все они были вооружены необычными трёхствольными пистолетами, которые имели широкие барабаны, заряженные острыми металлическими стержнями. Судя по бесшумности стрельбы, это было пружинно-пневматическое оружие.

Не меньше минуты люди и ларкуны пристально смотрели друг на друга, будто впервые видели. Затем из группы аборигенов вперёд выступил безоружный предводитель с серебряным обручем на голове. По короткому взмаху его руки, остальные ларкуны бросили тёмно-серые пистолеты в общую кучу с оружием разведчиков. Потом все вместе уселись на землю, скрестив перед собой ноги.

Убедившись, что в руках аборигенов нет шаров с усыпляющим газом, командир разрешил своим подчинённым снять защитные маски, после чего они сели на усыпанную стеклянными осколками почву в том же положении, что и хозяева планеты.

Помолчав ещё немного, главный ларкун расправил на голове большой кожистый гребень, взглянул на Брегова и с лёгким гортанным акцентом произнёс:

— Меня зовут Халла. Я маххаорр или, по вашему, верховный правитель приозёрной страны Каонны и подземного города Унаррта. А кто ты, предводитель людей?

— Я Брегов — командир разведывательно-спасательного космолёта «Следопыт». Мы прибыли на Зантию, чтобы…

— Наша планета называется Бугмалла, — тут же поправил разведчика правитель ларкунов.

— Прошу прощения, Халла, мы этого не знали, — хладнокровно ответил Брегов. — К тому же, сейчас меня гораздо больше волнуют другие вопросы.

Где наши друзья, и кто обучил тебя языку Земной Федерации?

— Сразу могу сказать, что с вашими людьми ничего страшного не случилось. Они находятся в подземном городе и скоро должны проснуться. Мы не причиним им вреда, поскольку они не сделали нам ничего плохого.

Что же касается вашего языка, то я выучил его по словам и мысленным образам молодого человека, который раньше жил на исследовательской базе. Его зовут Ник.

— Значит, он жив, — обрадовался Сергей.

— Да, мы не стали его убивать, — ответил маххаорр, дёрнув хвостом, — он ещё слишком молод, чтобы расстаться с жизнью, и его нельзя винить в тех злодеяниях, которые совершили взрослые люди.

— Я рад, что с Ником и нашими друзьями всё в порядке, — удовлетворённо кивнул Брегов, — но мне не понятно, зачем вы убили трёх человек, прилетевших на эту поляну? А может и всех остальных, которые были на территории базы.

Халла в очередной раз внимательно пригляделся к разведчикам и медленно произнёс в ответ:

— Я вижу, что вы ничего не знаете об этой истории. Тогда слушайте.

Жившие за полупрозрачным барьером люди были очень плохими, потому что совершили много жестоких и кровавых дел…

— Так это действительно вы их так зверски убили, — вдруг со злостью крикнул Томас, сжимая кулаки, — А ты ещё говоришь…

— Молчи, Том, — резко прервал его командир, — тебя никто не спрашивал.

— Да, вы оба правы, — подтвердил маххаорр, выдержав паузу, — это мы убили всех людей на базе и за её пределами. Это наша вина, но у нас не было другого выбора. Нам пришлось сделать то, что мы сделали, поскольку обитатели базы мучили и убивали животных планеты. И не только их.

Учёные проводили над нашими взрослыми и подрастающими соплеменниками страшные опыты, которые периодически заканчивались смертью. А после того как мы решили защищать своих детей и женщин и даже предприняли одну из таких попыток, охранники базы начали специально истреблять нас вместе с другими животными. Они называли подобное занятие охотой, но при этом никогда не забирали с собой добычу. Они убивали живых существ ради забавы, и мы не могли на это спокойно смотреть.

Когда наше терпение оказалось переполнено гневом, мы применили против людей самое смертоносное оружие, какое у нас есть.

— Но зачем нужно было убивать всех без исключения, — недоуменно спросил Брегов, — ведь среди базовиков было немало добрых и порядочных людей, которые не желали зла ни вам, ни другим животным. Которые вообще не имели никакого отношения к проводившимся биологическим исследованиям и охотничьим забавам охранников.

Кроме того, если бы сотрудники базы знали, что вы разумные и вполне цивилизованные существа, то они, наверняка, нашли бы с вами общий язык и о многом договорились.

— Так, что же, по-вашему, выходит, если существо не обладает ясным разумом, то с ним можно делать всё, что угодно, — воскликнул Халла с не меньшим изумлением и нервно дёрнул хвостом. — А мы всегда считали, что разумное существо не будет мучить и убивать других существ ради простого интереса или глупого развлечения.

Если вы думаете иначе, то любые переговоры теряют всякий смысл.

Это относится и к тем людям, которые умышленно издевались над нашими сородичами. Нам не о чем было с ними разговаривать. И, тем не менее, мы не желали смерти всем без исключения. Просто, использованное нами оружие слишком мощное и действует, не выбирая жертв. Выбор устанавливается только на уничтожение отдельных видов живых существ.

— Но вы ведь могли каким-то образом предупредить базовиков о своём существовании и любым мирным способом ограничить их вредное воздействие на фауну Бугмаллы. Вы могли сделать всё что угодно, но только не убивать людей.

— Сначала мы вообще не хотели никого убивать и даже позволяли учёным наблюдать за нами. Мы ведь всё время притворялись обычными животными. Но это продолжалось до тех пор, пока мы не услышали мысленный крик боли одного из наших малышей.

Вам этого не понять, потому что вы не умеете общаться с помощью мыслеобразов. Но, если у вас есть дети, вы должны знать, что мы чувствовали в тот момент. А, когда подобные случаи повторились ещё с тремя соплеменниками, наше отношение к людям резко изменилось.

Мы стали избегать встречи с ними и угрожать им, подходя к базе. Мы открыто выходили на территорию разрушенного города и бросали в людей камни и палки, чего раньше себе никогда не позволяли. Однако, всё было бесполезно. Они ничего не поняли, а мы не желали до конца признаваться им в своей разумности. И тогда мы подкинули базовикам проклятый камень, хранившийся у нас со времён последней войны.

На нём было выбито предупреждение о смерти, а сам он был запятнан кровью наших злейших врагов чарсов, которые пытались покорить и уничтожить народ Бугмаллы.

К сожалению, люди не смогли расшифровать древние письмена или просто не обратили на них должного внимания. Они продолжали причинять боль обитателям нашего мира. В результате, нам пришлось исполнить проклятье круглого камня, в чём вы сами могли убедиться. У нас не было другого выбора, но я об этом искренне сожалею.

— Почему же вы, разумные существа, ведёте себя, как дикие животные, лазаете по деревьям, ходите без одежды и каких-либо орудий труда? Зачем вы вообще скрываетесь от людей в джунглях и подземных городах, ведь наши космические корабли прилетели сюда с мирными целями, чтобы изучить остатки погибшей цивилизации.

Кстати, маххаорр, нам тоже интересно знать, кто разрушил все наземные города, кому они принадлежали, и куда подевались их обитатели? Уж, не чарсы ли в них жили?

— Нет, человек, ты сильно ошибаешься.

Когда-то давно, более тридцати поколений назад, все эти прекрасные города принадлежали нашему народу. А уничтожили их, как раз, те самые чарсы, так же, как и вы, прибывшие на Бугмаллу с мирными целями. Они ведь тоже были пришельцами с другой планеты и…

Впрочем, это длинная история, и рассказывать её сейчас не стоит.

Скажу главное — после победной, но катастрофичной войны с нашими злейшими врагами, все разумные обитатели этого мира постепенно переселились под землю, опасаясь, что уцелевшие пришельцы вернутся на Бугмаллу с новыми силами.

К счастью, они так и не вернулись. Вместо них на планете появились другие существа — люди. И тогда мы решили вести себя на поверхности подобно лесным животным, чтобы не привлекать к себе особого внимания.

Мы приняли правильное решение, потому что вы оказались не менее жестокими, чем злобные чарсы. Во всяком случае, они тоже заявляли, что не желают нам зла, а потом стали убивать. И хорошо ещё, что за четыре года существования на планете человеческой базы, от рук людей погибли только семнадцать наших сородичей. А ведь их могло быть гораздо больше, если бы мы не скрывались в джунглях.

— Ты действительно так думаешь? — спросил Брегов с огорчением.

— Я так предполагаю, — спокойно ответил Халла. — Ник сказал нам, что вы собираетесь колонизировать Бугмаллу, а ненавистные чарсы хотели того же.

— Но мы не колонизируем планеты, на которых обитают разумные существа. Это запрещено законом Земной Федерации.

— Может и так, но раньше мы этого не знали. Мы вообще не знали чего от вас ждать. Поэтому старались лишний раз не показываться на глаза, хотя это не всегда удавалось.

— Почему же вы не избавились от трупов убитых на поляне базовиков и их летающей машины, если хотели остаться для нас обычными животными? Мы бы тогда не узнали о смерти охранников и вряд ли догадались о присутствии на планете разумных существ.

Взмахнув гребнем, правитель ларкунов немного подумал и ответил:

— Мы не думали, что кто-то из людей сможет отыскать в джунглях пропавшую Машину с тремя трупами. Но мы оставили здесь наблюдателей с шарами усыпляющего газа. Ник сказал, что его будут искать, и мы решили подстраховаться.

— Понятно, — кивнул Брегов, — но что заставило вас атаковать усыпляющими шарами нашу группу и тех ребят, которые прилетели сюда за трупами охранников?

— Мы хотели взять вас в плен, всех до одного, и увести в свой город. А вот зачем нам это нужно, я пока сказать не могу.

— И, что вы теперь намерены делать? Ты отпустишь моих подчинённых и того парня с базы?

— Нет, я не сделаю этого, — возразил маххаорр, — и вам сейчас придётся пойти с нами, чтобы продолжить переговоры между нашими народами. Но, поскольку вы не представляете в своём мире высокой власти, то можете считать, что мы берём вас в заложники на неопределённый срок. Отказ не принимается.

Если вы попытаетесь сбежать или оказать сопротивление, мы будем вынуждены применить всю свою силу.

Глаза вам завяжут, чтобы вы не узнали, где находится подземный город Унаррт. Кроме того, не забывайте о пленённых друзьях и не беспокойтесь о теле погибшего человека. Мы вам полностью ещё не доверяем, но уже перестали считать врагами. Поэтому готовы отнести труп разведчика к защитному барьеру базы. Ваши люди, оставшиеся на корабле, его заберут.

— Да, — вздохнул Брегов, — вы действительно не оставляете нам выбора. А у нас на Земле есть поговорка. Лучше плохой мир, чем хорошая война. Поэтому мы пойдём с вами добровольно.

Халла удовлетворённо дёрнул гребнем и встал на ноги, предлагая всем присутствующим на поляне последовать его примеру.

Глава 7

Глубокая бессознательная чернота постепенно отступала и рассеивалась. Кое-где, в дальних уголках разума, замелькали бессвязные обрывочные мысли, которые, как в мозаике начали складываться в более конкретные и определённые образы. Из небытия медленно проступил серо-зелёный флитер и обезображенные до неузнаваемости труппы охранников базы, потом выглядывающий из-за ствола дерева ларкун с металлическим обручем на голове и падающие с верху стеклянные шары, негромкие взрывы и ослепительный огонь, дым и головокружение… На этом ряд мысленных картин обрывался, и вместо них в мозгу стали возникать насущные вопросы: «Где я? Что со мной?»

Кирилл пошевелился и с трудом разлепил тяжёлые веки. Когда его взгляд сфокусировался, он увидел сидящего рядом юного паренька с курчавыми волосами каштанового цвета и добродушными серыми глазами. Одет он был в штаны цвета хаки, чёрную майку и белый пушистый плащ, застёгнутый на груди серебряной пряжкой. В необычном розовом свете его худое мальчишеское тело казалось призрачным и не реальным.

— Ну, вот, наконец-то вы проснулись, — сказал он, улыбнувшись, — а то я уже думал, что вы будете спать целые сутки.

Разведчик потёр ладонями виски, приводя голову в рабочее состояние. Затем сел на край деревянной кушетки с мягкой подстилкой и осмотрел помещение, в котором они находились.

Квадратная комната была довольно большой, но отсутствие окон создавало впечатление сжатого пространства. Под белым потолком висели три круглые лампы, испускавшие бледно-розовый свет. Стены были задрапированы толстой ворсистой тканью с причудливым трёхцветным узором. В центре помещения стоял восьмиугольный стол и две дугообразные лавки из тёмно-коричневой древесины. Вдоль стен были расположены ещё две узкие кушетки. На одной из них лежал Чен. Он слегка похрапывал и явно не собирался просыпаться.

— А ты, парень, вообще, кто такой, — тихо спросил Кирилл, — как тебя зовут?

— Ник, — быстро ответил он, и его красивое смуглое лицо сразу помрачнело, — я единственный выживший человек из всех, кто был на базе ЗЛС-1.

— Значит, ты тот самый юный базовик. Прилетевший в джунгли с тремя охранниками, которого мы не смогли отыскать?

— Да, наверно, ведь все остальные люди были убиты, в том числе и мой дядя Джозеф.

— Ты знаешь, кто их убил?

— Конечно, знаю. Мы называли их ларкунами и думали, что они всего лишь дикие звери. Но оказалось, что это и есть настоящие аборигены Бугмаллы. Так называется их планета.

— Не может быть, — удивился Кирилл, — неужели, ларкуны и впрямь являются хозяевами Зантии.

— Вот именно, — подтвердил Ник, — хоть я и сам не сразу в это поверил. Они сохранили мне жизнь, и увели в свой подземный город, где я и обитал всё это время, как в тюрьме.

Правда, ларкуны не держат меня взаперти, но выйти из города на поверхность я всё равно не могу. Пробовал! Не получилось… А теперь нас уже трое.

Кирилл понимающе кивнул, подошёл к Чену и осторожно потряс его за плечо. Вскоре разведчик замотал головой и, не открывая глаз, недовольно пробормотал:

— У-у, не трогайте меня. Дайте поспать.

— Давай — давай, просыпайся, чёрт лысый. Хватит дрыхнуть, не на отдыхе.

Мы тут с Ником…

— С каким ещё Ником? — подскочил Чен, озираясь по сторонам.

— С тем самым, которого мы не смогли найти в зарослях джунглей.

— А где же мы сейчас? Что это за комната?

— Мы в подземном городе Унаррт, — ответил Ник вместо Кирилла и быстро добавил, — около трёх часов назад вас принесли сюда ларкуны. Это разумные обитатели планеты. А ваши друзья, насколько я знаю, смогли ускользнуть от них на глайдере.

— И то слава Богу, — кивнул Чен, прищурив и без того узкие чёрные глаза, — может командир с ребятами нас уже ищут.

— Вот и зря. Если остальные разведчики сунутся на речную поляну, то так же как и вы попадут в засаду. Там ведь ещё остался большой отряд ларкунов во главе с правителем Халой.

— А, как они, вообще, смогли узнать, что мы там появимся? У них что, воины на каждом втором дереве сидят?

Ник сдержанно рассмеялся.

— Нет, конечно. Просто ларкуны могли наблюдать за вами, когда вы покидали базу, а потом сообщить кому надо, что ваш глайдер направляется на восток. Они ведь все телепаты, и им ничего не стоит общаться между собой, оставаясь в разных концах планеты.

Скорее всего, ларкуны догадались, куда вы летите, а здесь от города до поляны совсем не далеко. Вот они вас и подловили.

— Да уж, подловили, — согласился Кирилл и внезапно воскликнул, — но что же мы сидим, ведь надо и Брегова предупредить о той же опасности. Чёрт возьми, а где же мой браслет?..

Чен тоже вскинул левую руку и тупо уставился на голое запястье. Потом перевёл вопросительный взгляд на Ника, но Тот лишь пожал плечами и смущённо ответил:

— Я ваши вещи не брал. Когда аборигены принесли вас сюда, браслетов на руках уже не было. Наверно, они их забрали, чтобы вы не могли связаться с другими разведчиками.

— Откуда же им известно назначение наших браслетов?

— Не знаю. Может, я случайно проговорился главному ларкуну Халле, когда мы с ним разговаривали. О чём он меня только не спрашивал. Я уже и не помню, что ему говорил.

— Ладно, парень, теперь всё равно ничего не изменишь, — безразлично отмахнулся Кирилл. — Но ты мне хоть скажи, каковы эти существа по своему характеру и поведению. Чего от них можно ожидать.

Они не очень злые?

— Ну что вы, они совсем не злые и в личных отношениях гораздо гуманнее людей. По крайней мере, ларкуны никогда не враждуют между собой, и уже много тысяч лет у них не было ни одного умышленного убийства, совершённого ради какой-то выгоды. Сохранилась лишь древняя легенда, в которой один брат убивает другого брата, но теперь они воспринимают эту историю только как глупую сказку.

Конечно, вы можете напомнить мне об убийстве всех взрослых базовиков, но я скажу, что для ларкунов это была вынужденная мера самозащиты.

Например, мой дядя — начальник службы безопасности был очень жестоким человеком. При каждом удобном случае он летал с другими охранниками базы в джунгли и истреблял всё живое на своём пути. Иногда от его выстрелов погибали даже ларкуны, хоть они и старались прятаться в густой листве.

Он и меня хотел приучить к такой беспощадной охоте, но не успел. И я этому только рад, потому что не смог бы заниматься тем же в трезвом уме. Вероятно, поэтому я и остался жив.

Кстати, вам тоже нечего бояться, если вы не успели здесь никого убить.

Мне жаль большинство погибших людей, но те многочисленные опыты, которые учёные проводили на животных и ларкунах не могли продолжаться бесконечно. Они сами навлекли на себя кровавое проклятье и страшное возмездие разумных обитателей Бугмаллы.

Оба разведчика некоторое время обдумывали слова парня. Потом Кирилл потянулся, разминая мышцы, и широко зевнул.

— В общем, можно считать, что это был показательный урок для всех нас. Хотя, вряд ли он пойдёт на пользу нашим учёным исследователям, ведь человеческая история, как известно, никого ничему не учит.