Оставленное сердце

Юрий Япрынцев

Оставленное сердце

Глава 1

Я родилась в заброшенном магазине.

Раньше это было забавно, но сейчас, спустя время, я понимаю, что меня окружали не самые лучшие условия. В каком именно магазине появилась на свет, догадаться несложно. По его пустым большим помещениям всюду валялись разные ручки от шкафов и сломанные дверцы. А по углам пылились косые тумбочки. Внутри одной из них мне нравится сидеть. Она ближе всех стоит к витрине, и в хорошую погоду там блаженно греет солнце. Ещё здесь, в моём торговом мире, много деревянных ножек от сервантов! Уже не счесть, сколько ножек перегрызла, когда росли и чесались мои зубки! В этом полезном и увлекательном занятии помогали братья и сестры. Нас семеро. Я четвёртая у мамы.

Вместе мы дружная многодетная семья, но случается, ругаемся. Упрямо отстаиваем право грызть именно эту ножку, и всё равно, что вокруг десятки других. Мама обычно не вмешивается. Она устало лежит на кресле с рваной обивкой, и задумчиво смотрит то на стену, то на двери, а иногда на улицу через пыльную витрину. Мы думаем, что она мечтает.

На самом деле, просто гадает, чем нас накормить, ведь мы очень любим кушать. На добычу мама выходит в центр города. Там, на машинах, это железные штуки с колёсами, приезжают существа, которых называют «люди» или «человек». Я не видела, как они выглядят, но знаю: с нами сходства нет. Их тела покрыты кожей, такой же, как на наших животиках. И они совсем не имеют шерсти, только на головах. Не оставили блох без дома. Их, блох, у нас целая коллекция. Маме это не нравится. И она вечно что-то придумывает, чтобы нас избавить от мелких животных. Полагаю, они маму за это не любят, так как иногда больно её кусают. А мама чешет лапой, разгоняя блошиный митинг.

В последнее время мама не хочет нас кормить молоком, и начала приносить еду. А сегодня решила лично познакомить с людьми. Теперь нас ждал самый необычный день в жизни!

Люди. Они, как и мы, делятся на девочек и мальчиков, взрослых и детей, стариков и на тех, кто только что родился. Еще они всегда носят в своих сумках что-то съестное. Возможно, чтобы не умереть с голоду. И вот этой пищей они делятся с мамой. Не знаю почему, может, за нас переживают. Или у мамы глаза красивые…

Мы, все дети, с утра носились по магазину, как угорелые. Не понимаю, что означает это смешное слово, но мы были точно такими. Угорелыми. Визжали, играли. Всех переполняла радость. Сегодня лично увидим людей. Это праздник!

Люди, мы идём к вам! Давайте нам вкусняшек, не жадничайте. Мы их любим!

Кроме еды люди дают имена. Маму они назвали Пальмой. Такое красивое имя! А до этого – Чапа, Худышка, Белка. Маме всё равно, как называют, только пусть кормят! Но мы посчитали, что имя Пальма самое достойное. И такое имя в человеческом мире дают только лучшим. Например, своим королевам. По крайней мере, оно гораздо интереснее, чем у пса, живущего в соседнем отделе. Его назвали Облезлый. Старый пёс чем-то напоминал маме людей, так как у него было мало шерсти. Опала.

У нас, у детей, нет имён. Даже позвать нечем. Правда, это и не нужно. На любой шорох сразу бежим толпой! Особенно, когда мама пришла и что-то принесла!

И вот мы проголодались…

Глава 2

Дворик перед магазином исследован нами вдоль и поперёк. Под зелёными кустами играем и ловим жучков. Возимся в траве, нападая друг на друга. А когда надоедает, снова ищем жучков и едим их. Они невкусные, но немного утоляют голод.

Весеннее солнце заливало улицу и солнечные зайчики скакали бликами по стёклам витрин нашего магазина. Возможно, они тоже радовались, что нас ведут к людям! Я высоко закинула голову и плюхнулась на спину. Небо! Оно меня восхищает. Безграничное, чистое и голубое.

Сама природа подкрепляла нашу радость. Мой младший братик, которого особо раздирали чувства счастья, задорно погнался за птицей. Споткнулся о ветку и растянулся на дороге.

Птица, улетая, с раздражением кричала на своём:

«Кар-кар!»

Скорее всего, братик её огорчил.

Мама не спеша бежала вперёд. Знала наизусть все улицы и с уверенностью направлялась к центру. Обошла длинный дом и вывела нас на гигантскую территорию.

Мама сказала: это и есть центр. Площадь нашего города, которая поросла кустарниками и деревьями. Площадь значительно превышала наш магазин. Во много миллионов раз. Добавить комнату Облезлого, и всё равно не поможет. Тут поместится Луна!

На площади стояли железные штуки на колёсах, и солнце ослепительно отражалось в их зеркальных боках. Большие и страшные машины. Я представляла машины другими, такими красивыми, как кресло мамы!

Люди…

Огромной компанией они стояли на площади и слушали мужчину в кепке. Тот стоял повыше, на ступенях.

– Прямо за мной небезызвестный дом культуры «Энергетик» – громко говорил человек – «Энергетик» не единственный экземпляр в своём роде. Подобные дома культуры построены в Советское время в ряде городов. Большой комплекс включал в себя плавательный бассейн, актовый зал…

Мама сказала, что этот мужчина ей уже знаком. У него скверный характер. Зовут Гид. Кто такой Гид, мы не поняли и посчитали, что это не так важно, когда твой желудок пуст.

Люди, действительно, не имеют шерсти, а свою кожу скрывают под одеждой. Стыдно перед нами.

На одном мужчине одета красная рубашка в клеточку. На такой спит Облезлый. Сомнений не осталось: наш сосед – человек! Просто скрывает это.

Люди не сразу заметили наше появление. Их очень интересовали тонкие блестящие плитки. Такие были у каждого в руках. Эти плитки они направляли на дома, друг на друга, и на Гида. Потом смотрели в них, показывали другим, смеялись.

И никто, никто не видел нас. Мама присела внизу у ступеней, а мы расположились у её ног. Потом случилось странное. Люди разом обвернулись и направили на нас плитки.

Я зажмурила глаза. Вдруг что-то произойдёт!

– Убедительная просьба, собак не трогать, – заговорил Гид, – Не смотря на внешнюю милоту, они опасны. Дикие животные приспособились обитать в подвалах, где по сей день повышенный фон радиации. Не исключено, что мать с щенками уже переносчики заразы.

– Их здесь кормят? – поинтересовалась женщина с длинными ногами. На её голове светлая, кудрявая и пышная шерсть.

У меня сразу возникла мысль: как же блохам комфортно там жить!

– Да. Персонал патрульной охраны.

– Можно один раз погладить? – спросила молодая девушка.

– Прошу соблюдать меры предосторожности. Я в ответе за всех членов группы.

Люди внимательно слушали Гида, и уже с тревогой посматривали на нас.

Я отметила, что у людей очень красивые глаза. Сразу влюбилась! Правда, не сравнить с глазами мамы. У мамы они прекрасные!

Устав ждать, когда начнут раздавать еду, моя сестрёнка выбежала вперёд и к людям. Иначе те совсем не догадаются дать нам вкусняшек!

Я ожидала ответной радости, но никак не обувь у носа. Сестрёнку мягко откинули назад, на спину. Ей было не больно. Она вскочила на ноги и, виляя хвостом, снова бросилась к человеку. Мы готовились лопнуть от зависти. С ней играют, а с нами нет! И не выдержав, организованно напали на людей. Стали прыгать им на ноги. Выяснилось, люди умеют визжать, как кабаны, когда те иногда проходят по тропе за нашим магазином.

– Помогите! Я не хочу заработать онкологию! – громко верещала полная женщина с морщинами на лице и начала отпихивать моего старшего брата большой сумкой.

– Пальма знатная воровка – закричал Гид, – В прошлом туре у одного участника прямо из автобуса стащила кусок пиццы. Пришлось выбросить в урну остальное. Испортила парню обед! Хотя вообще предупреждал, что брать в поездку еду на территории запрещается.

– Какой ужас. Ни себе, ни людям – кто-то возмутился, – Кормят охранники, так им мало. Вы только посмотрите, какие они толстые!

– Поэтому уходим быстрее. У щенков ноги короткие. Догнать не сумеют, – предложил Гид.

– Раз они опасные, надо сюда вызвать отлов – громко сказала старая женщина с панамой на голове, – Куда вы смотрите? Безобразие. Ещё моя мама говорила: все болезни от животных!

– Не согласен с вашей мамой – произнёс молодой парень, – Большей частью мы сами виноваты в болезнях.

Женщина презрительно осмотрела парня и ответила:

– Мама прожила долгую жизнь, была набожная и мудрая. А вы, как погляжу, далеки от знаний.

– Не всегда долголетие сочетается с умом – последовал холодный ответ.

Чувствуя, что назревает нечто плохое, Гид пригласил людей погулять в парке.

Мы хотели побежать следом, но мама остановила. В её коротком рычании слышалось недовольство. Лишь младший братик ослушался и бросился догонять. Он карабкался по лестницам, старательно работая лапками. И почти достиг цели. Гид остановился, попросив группу уходить в парк через арку. Когда люди скрылись из виду, братик добежал до Гида, и мы услышали страшный плач. Братик никогда так сильно не кричал, как сейчас.

Мама сорвалась с места.

Я сидела и удивлялась. Как же так? Шли к ним полные надежд, а они нам больно делают. За что?

Мама прикусила Гида за ногу, и тот, испугавшись, ответил пинком в бок.

– Прорыщем с отловом весь город, и найду ваше логово! – в гневе обещал Гид.

И мы, по маминой команде, убежали из центра.

Не знаю, сколько мы шли. Солнце успело спрятаться за домами, и в городе поднялся легкий ветерок. Всё время шли незнакомыми дорогами, так как мама не хотела, чтобы люди нашли наш дом. Когда вернулись, мама залезла на кресло и стала ещё грустнее смотреть на витрину. Ей было стыдно и обидно. Не смогла добыть еды. Братик, который на себе испытал любовь людей, иногда плакал, когда переворачивался на бок. В такие минуты мама подбегала и лизала его мордочку. А он просил кушать.

Еды на этот раз не было совсем. Пришлось ложиться спать, не весело урча животиками.

Глава 3

Не знаю названия города, в котором живём. Слышала только, что люди оставили его улицы долгие годы назад. В то время даже Облезлый не родился. Признаки былой цивилизации часто находим в брошенных квартирах. Мы стали ходить играть в соседний большой дом. Мне нравится бывать в одной квартире на первом этаже. Даже одной. В большой комнате, среди разного хлама лежала резиновая штука со стеклянными круглыми глазищами. Как лицо человека, только с коротким обгрызенным шлангом вместо носа. Облезлый рассказывал, что люди много лет назад надевали такую маску на голову после того, как за городом взорвалась станция. Это только потом они покинули дома. Уехали, а своих друзей – собак, оставили. Ненадолго. Вернулись какие-то мужчины и расстреляли большинство из ружей. Не знаю, что такое «ружья», но думаю, это игрушки. Устроили люди собакам веселье! Жаль, сейчас такого нет. Хочется, чтобы те люди снова приехали в город и поиграли с нами, не били. Облезлый смеялся. Говорит, мы обхохочемся, когда придут стрелять. А мнение мамы другое – люди с ружьями хуже блох!

Облезлый много знал. Его дед был болтун, каких мир не видал. Старый пёс делился с внуком, а тот теперь с нами. Облезлый хороший. Хоть другие собаки сторонились его по причине болезни. Боялись облысеть. Мы вот были счастливы, что он у нас есть! Старый сосед учил не попадаться людям на глаза, находил нам игрушки, терпел наши зубы, а с недавних пор, начал приносить еду. И маме стало легче.

Забыла! Отвлеклась и даже не назвала, в каком именно магазине родилась. Так вот, мой магазин, он…

Пожалуй, нет. Не скажу. Лучше, если люди так и не узнают, где находится наш дом.

От человека никто не может защитить. Даже Облезлый. Он медленно ходит и зубы слабые. Готовы сами отвалиться.

Братик, после случая на площади, стал хромать на переднюю ножку, и поэтому не ходил с нами по подъездам. Мама не разрешала.

Сегодня она в очередной раз ушла на поиски еды. После её ухода пошёл дождь. Лакированная поверхность стола, который всегда стоял на улице, потрескалась и по ней громко барабанили капли дождя. В такую погоду гулять не тянет. Мы в ожидании мамы занимались каждый своим делом. Братик грызёт кость, сестрички в соседнем отделе кусали Облезлого. Тот недовольно ворчал, но терпел. А два брата улизнули из магазина и теперь носились в доме напротив.

Я сидела в тумбочке и скучала. Когда к этому занятию потерялся интерес, решила присоединиться к братьям. Вышла на улицу и как можно быстрее перебежала дорогу. Хулиган дождь успел намочить мою шерсть. В подъезде, на ступенях, братья грызли плюшевого медведя. Выдергивали из игрушки белое и мягкое содержимое. Мешать им не входило в мои планы, но как можно пройти мимо! И принялась отбирать медведя, стаскивая того по ступеням вниз. Братья вцепились зубами за уши игрушки и не отдавали. Потом неожиданно отпустили и убежали в открытую дверь квартиры. Игрушка легко поползла вниз. Я одержала победу!

На улице раздались шаги. Кто-то шёл.

Бросив игрушку, я убежала за братьями.

В подъезде заговорили.

– Смотрите, знакомый медведь.

– Ты его раньше видел?

– Конечно. Он целый сидел на подоконнике в кухне левой квартиры.

– Чья-то фотозона.

– Жаль, не все сталкеры хорошие. Положу на место – с грустью произнёс женский голос, – Ребята! У медведя нога слегка мокрая. Грыз кто-то. Совсем недавно.

– Насколько недавно?

– Мы спугнули.

– Полина, брось. Так далеко от блокпоста собаки не ходят – возразили девушке.

– Диман, я собаку видел и дальше – сказал третий, – У этажки Фукусима гуляла!

Пока люди обсуждали, кто и где может гулять, я испуганно металась по квартире. Никак не могла найти братьев. Непонятно куда запрятались. Даже не дышат!

Заскрипела половица. Кто-то аккуратно двигался по коридору.

Ведомая страхом, я не придумала ничего лучше, как влезть в маску со шлангом. Оказалось, удобно. Тебя не видно, зато видишь сама!

В комнату осторожно заглянула девушка, у которой из-под шапки наружу высыпались пряди чёрной шерсти.

«Она, наверное, и есть Полина» – подумала я.

При виде дрожащей маски, девушка удивлённо повела бровями вверх. Со словами «Ох, ничего себе!» – она выскочила из квартиры.

– Ребята, там нечто в противогазе! – сообщила она друзьям.

– Где? – донесся вопрос из глубины квартиры напротив.

– Пойдёмте, покажу!

Ждать я не стала. Вылезла, и как пчелой ужаленная, выскочила в подъезд, пробежав у ног девушки. Следом за мной покинули дом и братья, которые, как черти из табакерки, появились неоткуда!

– Целых три! – воскликнула Полина и засмеялась.

А нам было не до смеха. В магазине ждала мама.

Узнав о приключениях в квартире, она запретила играть в доме напротив. В наказание всю последующую неделю мы не выходили на улицу. Вдобавок, участились дожди, и мочить шерсть не было особого желания.