Гостья Пустой Долины

– Откуда у вас этот кролик? – спросил он.

– Это долгая и запутанная история, – проговорила Мари с улыбкой. Артур ухмыльнулся, поглощая холодную картошку.

– Я любопытен, но уважаю тайны. В таком случае расскажите, как вас сюда занесло. Догадываюсь, что вы пришли не из нашей деревни. Я там всех жителей знаю как облупленных.

   Артур вытащил из кармана штанов карту, обратная сторона которой содержала письмо. Лесник с первого взгляда заинтересовался ею.

– Она ведет туда, где живут эльфы. Думаю, это не самое лучшее приключение для таких малых как вы, – озабоченно произнес он.

– Мне нужно попасть туда, чтобы увидеться с отцом, – ответила на это Мари.

– Значит, твой отец один из них, – догадался лесник.

– Один из кого? – недоумевал Артур.

– Эльфов, кого ж еще.

– Вы что-то о них знаете? – с волнением спросила Мари.

– Увы, ничего, – сказал он. – Правда, лет семь назад ко мне забрел незнакомец из чужого города. Я запомнил его смертельно бледным и очень печальным. Он переночевал в моей избушке, а на следующее утро направился туда, где, по его словам, живут не люди, а эльфы. Сначала я засмеялся ему в лицо, но увидел глубокую тоску в его глазах, и мне стало не по себе. Это странно, но, видимо, дорога к ним пролегает через нашу деревню, – сказал старик и снова отхлебнул жидкость в кружке.

– Что с ним потом произошло? – спросил Артур.

– Я больше никогда не встречал его. Он назвался Виктором, кажется…

   Артур метнул на Мари быстрый взгляд. Заметив это, она опустила глаза. За окном сгущались сумерки. Кролик сидел почти неподвижно рядом с пустым блюдцем. Он дремал, но природная пугливость не позволяла ему расслабиться и заснуть. Лесник постелил в углу потрепанную половицу и усадил зверька на нее.

– Вам пора спать, надо хорошенько отдохнуть перед дорогой. В наш лес раньше времени любит заглядывать ночь.

   Он расправил небольшую кровать с низкими ножками и пригласил детей разместиться, как им удобно. Придвинув стул поближе, лесник начал рассказывать историю, которую читал в книге о местных легендах.

   «Однажды вечером, когда немолодой фермер сонно клевал носом у домашнего очага, его разбудил стук в дверь. Когда он открыл, в дом вошли трое измученных чужестранцев и попросили накормить их. Мужчина, согретый огнем в печи и сытым ужином, махнул рукой на хлеб и сало на столе. Он также предложил непрошеным гостям испить по стакану браги, приготовленной его женой.

   Угостившись, путешественники пообещали выполнить любое желание хозяина. Он рассмеялся в ответ на их бессмысленное обещание и попросил подарить ему арфу, которая могла бы петь даже под его грубыми и неуклюжими пальцами. Он помнил, как в детстве мечтал научиться играть на этом инструменте. В тот же миг странники исчезли, а вместо них у двери стояла прекрасная арфа, такая изящная, что ее могли сделать только очень искусные руки. Мужчина понял – этот инструмент принадлежал волшебным существам и запоздало сообразил, что его гостями были эльфы в человеческом обличии. Он долго смотрел на арфу, сожалея, что не попросил чего-нибудь посущественнее.

   Когда фермер услышал шум шагов возвращавшейся домой жены и их друга, решил заставить их посмеяться над его неуклюжей игрой. Когда те вошли, он ударил по струнам. Зазвучала мелодия, такая прекрасная и сложная, которую никогда бы не смог сыграть. Ноги его жены начали притоптывать, отбивая ритм, а друг принялся раскачиваться, а потом кружиться и приплясывать в такт музыке. Однако на их лицах не было радости, а только испуг и смущение. Они потребовали прекратить игру, а когда он остановился, замерли, покачиваясь в полном изнеможении.

   Озорство вскоре превратилось в жестокость, когда мужчина обнаружил, что может заставить калек выпрыгивать из постели и танцевать, мучительно хромая, под музыку арфы. Он заставлял своих врагов танцевать до тех пор, пока у них не ломались кости. Когда эльфы проведали, как использует он их подарок, однажды ночью, пока он спал, забрали арфу. Они сделали ее не для того, чтобы ею пользовались во зло, и были потрясены, когда увидели, как легко ее волшебная сила может быть использована со злым умыслом».

   Маленькое окошко начало жемчужно сереть, когда в него вползали первые пучки света. Первым проснулся Артур и в свете проступавшего утра обвел взглядом избушку лесника. На полу остался брошенным тулуп из бараньей шерсти, которым старик укрывался на ночь. Кролик принюхивался к краю половицы, вздрагивая от каждого шороха. Сам хозяин хижины куда-то исчез. Ничего примечательного в его запыленной и заваленной книгами берлоге не нашлось. Кроме одного.

   Артур остановил взгляд на прозрачной закрытой вазе, стоявшей на прибитой к стене деревянной полке, – в ней пряталось нечто темное и неясное. Мальчишка подошел ближе, взял предмет и начал разглядывать содержимое через стекло: внутри оказалась свернутая в кольцо тонкая черно-зелёная змея. Заключив, что она мертва, мальчик для верности потряс вазу. Через мгновение Мари проснулась и, открыв глаза, приподнялась.

– Пока вы спали, я сходил в деревню, принес молока и еды, – прохрипел старик, заходя в избушку. – Перед дорогой вам нужно подкрепиться, да и не оставим же мы голодным нашего нового друга.

   Лесник налил в блюдце молоко для кролика и положил рядом разрезанное надвое яблоко. Ведомый запахом, ушастый соскочил с прежнего места и прыгнул под стол, откуда начал издаваться сочный хруст. Затем старик заварил крепкий чай, поставил на стол сливочное масло и сыр, нарезал хлеб.

– Прошу, – пригласил он детей.

– Почему в вашей вазе сидит змея? – спросил Артур, усаживаясь за стол.

– С тех пор, как стал работать лесником, часто встречаю гадюк в гуще леса.

– Так вы их коллекционируете? – заинтересовался мальчик.

– Нет-нет. Я стараюсь быть осторожен с ними и обходить стороной, но эту змею я не заметил и наступил ей прямо на хвост.

– И что было дальше?

– Она зашипела и укусила меня за мою левую ногу, потому что именно в тот день я забыл надеть болотники. В приступе боли и испуга я забил гадюку палкой и, хромая, пошел в деревню. Там мне смазали место укуса настойкой сосновых шишек. Но деревенский фельдшер предупредила, что я могу лишиться ноги, если не поеду в больницу. Только я не хотел тащиться в райцентр за тридцать километров отсюда. И все же нога осталась целой, только хромает с тех пор.

– Так зачем вы посадили гадюку в вазу? – поинтересовался Артур.

– Как ни странно, я больше испытывал жалость к этой змее, чем к себе и своей ноге. Ведь я остался жив, а змея умерла из-за меня, моей неосторожности. По сути дела не она виновата в том, что так случилось. Эта гадюка просто ползла по своим делам, пока не встретила меня, неуклюжего лесника. На следующее утро я с перебинтованной ногой поплелся к тому месту, где она лежала. Она так и осталась там, беззащитная, одинокая, неприкрытая ни землей, ни листочком.

   Я смотрел на эту божью тварь и чувствовал какое-то родство с ней. Ведь я точно так же одинок, как эта гадюка, и так же сильно хотел жить. Вот тогда я и решил принести змею в дом, положил в вазу, чтобы она напоминала мне о том, что всегда, в любую минуту нужно быть начеку. Леснику нужна бдительность, чтобы случаем не наступить ногой на чью-то хрупкую жизнь.

   Ребята внимательно слушали старика, который, несмотря на свой потрепанный нелепый вид, вызывал уважение, ему хотелось доверять.

– Будьте осторожны в дороге, – вкрадчиво добавил он. – Рядом с вами нет взрослого, вас некому защитить. Но я имею в виду не гадюк, а людей, которые могут встретиться на пути. Иные из них бывают опаснее и страшнее ядовитых змей.

   Он выдвинул ящик стола и достал нож с черным лезвием и костяной рукоятью. Оказывается, еще одной страстью старика, помимо лесных хлопот, было коллекционирование холодного оружия. Он особенно дорожил этим обсидиановым ножом, который служил ему скорее не для дела, а только лишь как источник эстетического любования.

– Держите его при себе, он понадобиться, если вам будет угрожать опасность.

   Артур с восхищением повертел в руках обсидиановый нож и уже собирался положить его в свой рюкзак, но лесник остановил его.

– Настаиваю, чтобы этот предмет хранился в рюкзаке у Мари. Не потому, что не доверяю тебе, а потому что она гораздо беззащитнее тебя, – сказал он, снова сощурив правый глаз.

   Артур возражать не стал. Лесник дал детям в дорогу хлеб с сыром и яблоки. Кролик все это время, не шевелясь, сидел под столом.

– Придется оставить его у вас. Но когда-нибудь мы вернемся сюда и заберем ушастого, – улыбнулся Артур.

– Буду рад встречи, – прищурился старик. – Сейчас вам нужно пойти прямо, там вы выйдете на лесную дорогу и повернете налево в сторону деревни.

   Хозяин хижины недолго смотрел вслед детям. Появившееся с годами внутреннее чутье лесника подсказывало ему, что духи природы никогда не оставляют без защиты тех, кто обращается к ним с чистыми помыслами.

– Уморительный старик, – усмехнулся Артур, как только дети отошли от хижины лесника, и вышли по окруженную соснами тропинку.

– Ты когда-нибудь бываешь серьёзным? – нахмурилась Мари.

– А ты можешь перестать быть такой занудой? – ответил Артур и как завороженный уставился на карту.

   В том месте, где линия, ведущая к сосновому бору, еще вчера оборвалась, на глазах вырастала новая.

– Вот черт, карта точно заколдованная.

– Что она показывает?

   Артур настроил компас и прикинул, в каком направлении им двигаться. Стрелка компаса указала в сторону близлежащей деревни.

– Нам нужно идти по этой дороге, как говорил лесник.

   Около получаса они добирались до деревни, а потом шли вдоль скромных обветшалых домов. Дворовые псы поднимали лай, как только слышали звуки чужих шагов и долго провожали чужаков ворчливым гавканьем. Артуру это место отчетливо напомнило бабушкино захолустье, где точно также по обеим сторонам дороги в тишине покачиваются сосны, закрывающие своими ветвями половину неба. Они росли небольшим, но густым островком, отделяющим селение и ее людей от безбрежной дали таинственного леса, который не так-то просто расстается со своими секретами.

– Мари, неужели ты поверила рассказу лесника? – спросил Артур.

– Боюсь, что да. Я кое-что видела, и это подтверждает подозрения о том, что там, куда мы идем, живут не люди, а эльфы, – сказала она.

– И что ты видела?

   Мари рассказала о том, что услышала, как эльфы нашептывали ей про олений трюфель. Про ранние встречи с этими существами она не стала делиться с Артуром. Впереди лежал долгий путь. Дети вышли на широкую степь, за которой простирались километры берез и одиноко растущих в их гуще осин. Зеленые кроны деревьев издавали тихий шелест, сообщающий человеку то, что всегда оставалось за гранью его понимания.

– Дорога будет длинной, – вздохнула Мари, поежившись от утреннего холода.

– Учитывая, что вчерашняя дорога заняла полдня, на эту мы потратим столько же, а может, и больше. Потом линия на карте вновь обрывается…. Эх, зря мы не взяли с собой кролика! Он привел бы нас еще к одному леснику, – сказал Артур.

Глава 3. «Пустая долина»

   Степь была прекрасна. Ничто здесь не нарушало покоя травы, плотным одеялом укрывающей землю. Взошедшее солнце медленно разливало багровый свет на синий бархат неба, молчаливо и величественно наблюдая свысока. Когда степь закончилась, Артур и Мари зашли в глубину леса, где то и дело натыкались на поваленные стволы сгнивших деревьев, переставших питаться соками земли. Отжившие свой век, они сохранили только тонкую сухую корку, внутри которой была пустота. Надломив ее, можно было увидеть, как кора превращается в пыль. По всему было видно, в этих лесных дебрях давно не ступала нога человека – на каждом шагу глухо потрескивали сухие ветки. Ребята старались обходить раскинувшиеся на ветвях огромные паутины, и часто останавливались, чтобы полюбоваться хитроумным изобретениям лесных паучков.

   К полудню они остановились в том месте, где линия на карте обрывалась, вместо нее снова появился знак креста, который означал, что здесь должно что-то произойти, а пока ребята уселись на старые пни.

– Что нам теперь делать? – спросила Мари.

– Думаешь, я знаю. Тот, кто придумал эту карту, был не в своем уме или пьян. Зачем линии исчезают, а потом появляются, и куда они нас приведут?

   Ребята услышали шорох потревоженных листьев, и он заставил их обернуться. Артур прищурил глаза и стал вглядываться в изрезанный ветками человеческий силуэт. Его очертания приобрели ясность, как только свет полуденного солнца закрыли очертания чьей-то головы с седыми волосами. Перед путниками появилась сгорбленная старуха с морщинистым лицом.

   В дряблых сцепленных руках она держала пучок сорванных синих цветов. Платинового цвета волосы старухи были аккуратно завязаны в пучок. Ребята поразились тому, в какой сильный контраст с нежными цветками вступали ее дряблая кожа и мертвецки бледные губы. Пока они с любопытством рассматривали незнакомку, прошло не меньше минуты, и пришли в себя, когда она, наконец, заговорила.

– Что, детки, заблудились? – прошамкала она.

– Не совсем. У нас есть карта, и мы знаем, куда идем, – ответил Артур. Он повысил голос, стараясь казаться более взрослым.

– Здесь вам нечего делать. Через два часа будет садиться солнце, – сказала старуха как-то отстраненно. – Идите за мной. Я могу устроить ночлег.

   Артур и Мари смущенно переглянулись – предложение гостеприимства прозвучало слишком равнодушно и невыразительно. Не дождавшись ответа, старуха повернулась к детям спиной и побрела вдоль лесных зарослей. Ребятам ничего не оставалось, как последовать за ней. Желая нарушить тишину, которая неотступно окружила их, как и лес, Мари обратилась к незнакомке.

– Вы живете недалеко отсюда?

– Разумеется.

   Старуха явно не была расположена к разговору. Она продолжала очень крепко держать в руке свежий букет синих цветов и, несмотря на дряхлое тело и выцветшую одежду, ступала по лесной тропе как-то по-девичьи легко и непринужденно, словно вот-вот готова была оторваться и взлететь. Мари, напротив, чувствовала небывалую тяжесть в ногах, впрочем, это было вполне объяснимо, ведь за последние восемь часов она преодолела не менее двадцати километров. Артур плелся позади всех и то и дело недоверчиво поглядывал на старуху.

   Они достигли края леса, и перед взорами ребят открылась совершенно другая местность. Высокие холмы, покрытые сочной зеленой травой, с золотистыми пятнами солнечного света. И небольшими островками на них росли те самые синие цветы, которые несла с собой незнакомка. Невиданно больших размеров бабочки кружились над ними. Вероятно, их привлекал застывший в воздухе цветочный аромат. Почувствовав его, Артур и Мари невольно задержались, только старуха продолжала идти не оглядываясь.

   Она привела их к высокому кирпичному дому с соломенной крышей, окруженному пышно цветущим садом, в глубине которого журчал ручеек. С беспокойным скрипом открылась железная калитка старой каменной ограды. Вдоль нее росли разные фруктовые деревья, какие Мари встречала только на иллюстрациях в энциклопедии по ботанике.

   Оглядевшись вокруг и заметив такое же разнообразие цветов, они по ступенькам вошли в дом. В просторном холле пахло уютом, но и одиночеством. Как только старуха поставила свои цветы в маленькую вазу в середине стола, ее бледное лицо вмиг преобразилось, и Мари не могла не заметить эту перемену. Хозяйка усадила детей за стол, заварила травяной чай и поделила на несколько кусков свежеиспеченный грушевый пирог.

– Не выпущу вас из-за стола, пока не съешьте все до крошки, – с властностью сказала она.

   Несмотря на присутствие сильного голода, Артур и Мари не торопились приниматься за еду. Каждым своим движением и взглядом Артур пытался донести до Мари, что здесь твориться что-то недоброе, и доверять незнакомой старухе не стоит.

– Почему вы так хлопочете о нас? – набравшись смелости, спросила Мари.

– Я знаю, кто вам нужен. Вы, так же как и я, ищете встречи с эльфами.

– Почему вы уверены, что мы ищем эльфов? – нахмурился Артур, решительно отказывающийся признавать эту чепуху.

   Старуха словно прочла его мысли и рассмеялась нарочито громко. Уголки ее рта истерически подрагивали, оттого смех казался неестественным, таящим угрозу.

– Милый мальчик, оглядись вокруг, – дребезжащим голосом отвечала она. – Вы находитесь в Пустой Долине. Ты не встретишь здесь ни одной живой души. Это место не принадлежит людям. Было время, когда здесь жили эти странные существа, но давным-давно ушли, чтобы быть еще дальше от людей. И все же оказаться здесь смогут только те, кто нужен им.

– Сомневаюсь, что я им нужен, – закатил глаза Артур. – Я не верю в эльфов и просто случайно вышел на чужой станции. Лучше бы я сейчас сидел у своей бабушки и спокойно поедал блины.

– Значит, тебе просто повезло, – значительно сказала старуха.

– Ну а вы-то как с эльфами встретились?

– Ты хочешь услышать мою историю? Но для начала я хочу услышать от вас правду. Какого эльфа вам здесь нужно?

   Хозяйка строго взглянула на Мари, и на минуту в доме воцарилась уничтожающая тишина.

– Я скажу вам правду, – сдалась Мари. – Я приехала из маленького городка, ничем не примечательного. Странным для меня было только одно. Мне, в отличие от других детей, часто, очень часто являлись эти существа, которых вы называете эльфами. Иногда они даже помогали мне, например, на уроках в школе. А в День моего рождения я получила письмо от отца, в котором он просит приехать сюда, неизвестно, зачем….

– Значит, он один из них, – шепотом прервала старуха, приблизившись к лицу девочки. – Я бы отдала многое, чтобы бы оказаться на твоем месте – быть дочерью или женой эльфа. Но я уже слишком стара, чтобы тягаться с этими проказниками. Боюсь, моей мечте еще раз повстречать их не суждено сбыться.

– Стало быть, вы тоже встречали их?

– Разумеется, – с гордостью сказала она. – Иначе, как, по-вашему, я оказалась здесь?

   И она поведала им свою историю. Ее отец был простым рыбаком, единственное достояние которого составлял целый выводок прекрасных детишек. Она звалась Лавандой и была самым юным, прелестным ребенком, бегавшим по берегу босиком и в платьях, из которых выросли ее старшие сестры.

   По мере взросления Лаванда начала замечать, что у других девушек появляются новые платья и ленточки для волос, и ей стало мало тех простых радостей жизни, который мог предоставить ей домик отца на берегу озера. Мать умоляла ее остаться, но гордая решила отправиться туда, где жили богатые фермеры, у которых на ужин вместо ракушек готовили бифштексы.

   Однажды утром она пошла в местечко под названием Пустая Долина. Его она услышала со слов Первые шаги ее были легкими и быстрыми, но после долгих часов пути она устала и присела на перекрестке отдохнуть. Вокруг, насколько видел глаз, простиралась равнина. Только она прикрыла глаза, как из пустоты раздался голос, обращавшийся к ней. Лаванда вскочила на ноги. На нее добрыми глазами смотрел мужчина.

   Она сразу поняла по блестящим башмакам и дорогому плащу, что перед ней богатый человек. Лаванда в почтительном молчании сделала реверанс, хотя ей очень хотелось спросить, как он мог появиться так неожиданно. Незнакомец поинтересовался, куда девушка направляется, и, когда она ему рассказала, улыбнулся. Именно сегодня он отправился в путь, чтобы найти девушку, которая могла бы присматривать за его домом, – сам он был вдовцом, и его маленький сын нуждался в уходе.

   Обязанности Лаванды в его удобном доме с теплым очагом и богатой кладовой были весьма просты. Выслушав все это, она кивнула и сказала: «Да, господин», – как учила ее мать. Они шли и шли, пока не остановились перед воротами в высокой каменной стене. Странно, но Лаванда чувствовала себя совершенно не уставшей. Они вместе вошли в ворота и оказались в саду, чудеснее которого девушка никогда не видела и даже не могла себе представить. Словно шелковый ковер, у ее ног распускались цветы всевозможных оттенков. Вдоль стены шпалерами стояли фруктовые деревья, протягивая ветки, тяжелые от спелых яблок, груш и слив. Казалось, что растения в этом саду не знают времен года, весенние цветы и фрукты росли рядом с летними и осенними плодами.

   Незнакомец, который теперь стал хозяином Лаванды, открыл перед ней дверь, и она даже покраснела, пораженная его любезностью. Войдя в прекрасный холл, он позвал своего сына. Мальчику было не больше трех лет, и, тем не менее, он встретил дружескую улыбку Лаванды холодным пронзительным взглядом. Хозяин описал ей ее обязанности и доступные для нее удовольствия. Она должна была спать в комнате ребенка, готовить еду и присматривать за ним, а также ухаживать за садом, пока он будет играть.

   Как сказала хозяин, правил будет немного, но их следует строго соблюдать. Ночью Лаванда никогда не должна открывать глаз. Она никогда не должна заглядывать в другие комнаты, двери которых будут всегда закрыты. И что самое главное, каждое утро ей предстоит смазывать мальчику глаза специальной мазью, но эта мазь никогда не должна касаться ее собственных глаз.

   На следующий день Лаванда приступила к работе. Она искупала мальчика в ручье, протекавшем в нижней части сада. Неподалеку, там, где подсказал хозяин, она нашла ларец, высеченный из прозрачного, как лед, кристалла. Когда девушка открыла глаза, от находившейся там ярко-зеленой мази исходил слабый горьковатый запах. Мальчик крутился и извивался у нее в руках, пока она не коснулась мазью его глаз. Тут он тотчас затих и уставился куда-то в пустоту.