Пастухи Снов

Она шла и шла, а лес оставался всё таким же дремучим. Уцик утешал и поддерживал ее, но усталость и отчаяние начали брать свое. Лес казался Мири плотной стеной тьмы, а дорога бесконечной. Уцик тем временем шептал ей в ухо, явно пытаясь отвлечь хозяйку от грустных мыслей об их положении:

– А незадолго до того, как вы с Юхани меня нашли, я услышал звук рога Пастухов Снов. Я-то давно знаю, как он звучит! И я решил пойти посмотреть, как Пастухи ведут сны к миру людей. Я уже несколько раз это видел, но это такое зрелище, я бы его смотрел снова и снова!

Девочка кивнула: она бы тоже хотела увидеть это еще раз.

– Но я смотрю не только ради удовольствия. Просто я очень хотел бы быть с остальными, жить в Лесу Снов, быть обычным сном. Чтобы хоть иногда и меня Пастухи вели вместе со всеми и приводили к тебе. Мири, если это когда-нибудь случится и я стану сном, ты построишь мне скворечник, будешь немного обо мне вспоминать?

– Конечно, Уцик! Конечно! – ответила та и почувствовала, что у нее снова защипало в глазах.

Вдруг девочка заметила далеко в чаще какой-то отсвет и повернула туда.

– Не ходи туда! Не ходи! – взволнованно зашептал жираф.

– Почему? – удивилась Мири. – Может, это Юхани разжег костер. Или другие Пастухи. А может, еще кто-то, кто может подсказать нам направление. Мы же совсем заблудились и не знаем, куда идти…

– Мне страшно! – снова зашептал Уцик, и по дрожащему голосу девочка поняла, что он не преувеличивает – ему действительно очень страшно.

– Не бойся, я с тобой! – сказала Мири решительно, положила на жирафа руку, чтобы успокоить, и быстро зашагала в сторону света, хотя она и сама опасалась того, что их там ждет.

Через несколько минут путешественница неожиданно вышла на большую поляну, с трех сторон окруженную холмами, покрытыми густым непроглядным лесом. Поляну освещал мягкий желтый свет. Ее заполняла целая толпа детей, мальчиков и девочек разных возрастов: некоторые были младше Мири, некоторые примерно ее возраста; разглядела она и детей постарше, и даже гораздо старше нее.

Толпа на поляне сильно напоминала карнавал в школе: все без исключения дети носили костюмы. Однако они сильно отличались от обычных карнавальных нарядов: девочка не увидела тут ни одного “полицейского”, “супергероя” или “супергероини”, даже ни одной “кошки” или “принцессы”.

У некоторых девочек были прекрасные пышные платья, множество украшений и красивые прически, но их почему-то хотелось назвать скорее “придворными дамами”, чем “принцессами”. Кое-кто из мальчиков носил старинные костюмы придворных кавалеров с яркими беретами и шляпами с перьями. Многие дети нарядились разными животными, птицами и даже сказочными существами, клоунами, звездочетами и так далее. У части детей лица закрывали различного вида маски, но многие ходили с открытыми лицами. Мири попала на настоящий карнавал! Она слышала о таких, но никогда в них не участвовала.

Особенно девочке бросились в глаза дети, одетые рыцарями. На поляне их было довольно много, Её удивило, что рыцарями наряжены не только мальчики, но и девочки, и их ничуть не меньше. На всех рыцарях сверкали доспехи, украшенные золотом, серебром и разноцветными драгоценными камнями; в руках они держали дорогие, также усыпанные золотом и камнями, мечи разных форм, секиры, копья и разное другое оружие. Некоторые несли щиты с изображениями львов, единорогов, медведей и других зверей и птиц. На головах у части рыцарей красовались шлемы с перьями, хотя большинство ходили с непокрытой головой.

Вдобавок, в полумраке на окраинах поляны Мири заметила… драконов! Большие, красивые, разных цветов и форм, они стояли и лежали по отдельности, по двое и даже небольшими группками. Вглядевшись, девочка поняла, что это не переодетые дети: драконы были самыми настоящими, живыми! Ее охватил страх и одновременно непонятная радость.

Что еще поразило Мири, так это открытие, что мягкий желтоватый свет, освещавший поляну, исходил не от ламп или свечей, которых она тут не заметила ни одной, а от тел ряженых детей и драконов.

За драконами, выстроившись редкой цепочкой вдоль трех сторон поляны и будто железная ограда отделяя освещенную поляну от притаившегося во тьме на холмах леса, стояли рыцари с алебардами.

В центре поляны мальчики и девочки разговаривали, смеялись, танцевали, играли в разные игры. Всё это напоминало даже не карнавал, а бал-маскарад. Да-да, именно бал-маскарад в каком-нибудь королевском дворце, только без дворца! И, к сожалению, без музыки.

Когда Мири с Уциком на руках вышла на поляну, некоторое время никто не обращал на нее никакого внимания. Но через минуту раздался крик, все застыли, перестали разговаривать и повернулись к ней.

Девочка сильно перепугалась и не знала, что ей делать. Несколько секунд все, включая драконов, молча смотрели на нее, а потом драконы вдруг заревели, а дети громко закричали в один голос:

– Мири!!!

Девочка совсем растерялась. Она растерялась еще больше, когда все рыцари вдруг встали на одно колено, а дети, наряженные придворными, зверями, птицами и другими существами, склонились перед ней в глубоком поклоне. Даже драконы низко склонили головы и застыли.

Мири уже хотела убежать, но не успела: одна из девочек-рыцарей, которая выглядела, пожалуй, старше всех присутствующих и была очень высокой и сильной на вид, приблизилась к ней, встала возле нее на одно колено и сказала:

– Добро пожаловать! Наконец-то вы пришли к нам, королева Мири!

– Королева?! Я?! Чья королева? – пробормотала совершенно сбитая с толку девочка.

– Наша, конечно! – ответила девочка-рыцарь. Она всё еще стояла на одном колене, а все остальные, не двигаясь, внимательно прислушивались к их разговору.

Лицо у девочки-рыцаря было очень строгим, смелым и гордым. Сказать по правде, Мири всегда мечтала выглядеть, говорить и вести себя вот как эта девочка, когда вырастет, конечно. У нее в школе даже учились несколько похожих девочек-старшеклассниц, и она иногда старалась им подражать. Мири и сейчас совершенно бессознательно начала вести себя как девочка-рыцарь – подняла подбородок и важно сказала:

– Встань, пожалуйста! Все, пожалуйста, встаньте и чувствуйте себя совершенно свободно!

Рыцари поднялись с колен, остальные выпрямились и зашевелились, но сохранялась полная тишина. Все явно ждали, что скажет “королева”.

– Кто вы такие? – спросила она громко.

– Мы – единственные настоящие создания в этом мире снов и иллюзий, – ответила девочка-рыцарь. Кажется, она была здесь самой главной.

– Вы сны? – спросила Мири. Ей очень не хотелось, чтобы они оказались еще одной разновидностью каких-нибудь демонов, хватит с нее на сегодня!

– Нет. Мы – это вы, настоящая Мири, девочка, которая сейчас спит.

– Вы – это я?! Как это может быть?!

– Дело в том, – ответила девочка-рыцарь, спокойно улыбаясь, – что все мы, рыцари – ваши мысли, всё, что вы думаете. А все придворные дамы и кавалеры, и те, кто наряжен в какое-то существо – это ваши чувства, Ваше Величество, всё то, что вы чувствуете. А эти благородные драконы и драконихи – это ваши фантазии и желания, всё то, что вы хотите или воображаете.

– Драконихи?! У драконов тоже есть девочки?!

– Конечно. Всякая цельная вещь должна состоять из мужского и женского.

– И все вы – это я?

– Да, мы – это вы. Мы все принадлежим вам, и кто же вы, как не наша королева, а мы все – ваши покорные и преданные подданные. Каждый раз, как вы засыпаете, мы приходим на эту поляну и устраиваем свое маленькое королевство света в этом огромном и темном мире иллюзий и снов!

Раздался одобрительный шум, и все дети закивали головами в знак согласия.

– Действительно маленькое, – тихо пробормотала Мири.

– Да ведь и вы еще довольно маленькая, – ответила девочка-рыцарь и тут же вежливо добавила: – Пока что.

– Минуточку! – Мири совершенно запуталась. – Но как же так случилось, что мы не встретились раньше? В других снах?

– Мы встречались, – ответила девочка и снова улыбнулась, в этот раз немного грустно. – Вы к нам иногда приходите, но вы спите и не узнаете нас, не обращаете на нас внимания, не понимаете, что мы говорим. Вы как привидение. А мы так по вам скучали, так хотели поговорить с вами, с настоящей Мири! И вот вы тут, среди нас!

Они еще долго говорили. Мири задавала очень много вопросов, девочка-рыцарь отвечала терпеливо и подробно. Тем временем бал продолжился, и новоиспеченная королева в сопровождении старшей девочки, которая не отходила от нее ни на шаг, отправилась беседовать с придворными и рыцарями и смотреть на драконов. Ей всё было очень интересно. Это вообще очень интересно – говорить с самим собой о себе, особенно если можно посмотреть на себя со стороны.

Уцика Мири опустила на землю, и теперь он тащился за ней, стараясь хоть немного поучаствовать в каждом разговоре.

Она наслаждалась каждой беседой, уважением, которое ей все тут оказывали, чувством власти и безопасности. Ей ничто не мешало: ни то, что на этом странном балу не играла музыка (зато девочки в центре поляны очень красиво пели и танцевали!), ни то, что они веселились на поляне, а не во дворце с красивым полом и потолком, ни даже то, что тут не было ни ламп, ни свечей, ни красивых вещей и посуды. Всё это казалось совершенно неважным! Всё равно это ее королевство!

Иногда Мири оглядывалась вокруг, смотрела на темный лес, на рыцарей с алебардами, стоящих по краям поляны, на лежащих или резвящихся недалеко от них драконов и наслаждалась мыслью, что, если в лесу появится что-то опасное, между ней и опасностью будут мощные драконы и отважные рыцари в доспехах и с оружием.

Через несколько минут Мири наткнулась на странное существо: на земле, на одеяле, расстеленном прямо на траве, лежала девочка в пижаме в цветочек, украшенной ленточками и бантиками. Она укрывалась до самого носа другим одеялом, а ее голова с растрепанными волосами лежала на большой белой подушке. Одеяла очень напоминали накинутое на плечи самой “королевы”.

– А это кто? – спросила Мири с интересом. – Она к кому относится – к моим мыслям, чувствам или фантазиям?

– Она отдельно, Ваше Величество, – ответила с глубоким поклоном одна из “придворных дам” из тех, что стояли поближе. – Тут есть несколько таких, которые сами по себе. Эта девочка – она… Не знаю, как объяснить.

– А не знаешь, так помолчи, – прервала ее девочка-рыцарь. И объяснила сама: – Это та ваша часть, Ваше Величество, которая не хочет ни думать, ни чувствовать. У каждого человека живет внутри такая часть, которая не хочет ничего видеть и слышать, хочет только спать и чтобы ее оставили в покое.

– Слушайте, вы можете пойти разговаривать куда-нибудь в другое место? – пробормотала спящая недовольным сонным голосом, не открывая глаз.

Девочка-рыцарь только улыбнулась и пожала плечами, и они отошли подальше от сердитой сони.

– А кто тут еще “по отдельности”? – спросила Мири недовольно. Спящая девочка ей не понравилась, и она надеялась, что если и есть еще какие-то ее особенные части, то их не много.

– Ну, вот она, например, – ответила девочка-рыцарь и показала на полную девочку, одетую придворным шутом (наверно, лучше сказать “шутихой”). Весь ее костюм был кроваво-красного цвета с черными квадратиками. Девочка носила свободную куртку с кожаным поясом и широкие штаны. На рукавах и штанинах с разрезами, на воротнике, на колпаке, точно таком, какие обычно рисуют у шутов, и на больших башмаках с загнутыми носками позванивали золотые бубенчики разных размеров.

– Не разговаривайте с ней и не слушайте, что она говорит, – тихо сказала девочка-рыцарь. – Это опасная особа, у нее нет никаких тормозов. Я приказала ей к вам не приближаться.

Шутиха была очень быстрой, беспокойной и нахальной. Мири уже не раз обращала на нее внимание, когда она издевалась над рыцарями и придворными и даже пыталась дразнить драконов.

Более того, когда минут десять назад Мири спросила девочку-рыцаря, что это означает, что рыцари, ее мысли, одеты в доспехи и носят оружие, ее собеседница не успела ответить, потому что красная шутиха, которая, оказывается, крутилась неподалеку и слышала вопрос, закричала на всю поляну:

– Эй, королева! Ты слышала выражение “острый ум”? Вот тебе и ответ! А знаешь, что главное, когда пользуешься своим острым умом? Не порезаться!

Тут к шутихе подскочили несколько рыцарей и попытались оттеснить ее подальше от “королевы”, но это было не так-то просто, и шутиха еще успела прокричать:

– А знаешь, почему они в доспехах? Это броня сомнения! Из-за нее они все такие твердолобые!

С этими словами шутиха захохотала и убежала. Мири она тоже очень не понравилась.

Девочка крепко задумалась и не заметила, что она стоит в середине небольшой толпы из рыцарей и придворных, и все смотрят на нее, будто ожидая ответа. Она попросила девочку, одетую в ярко-желтый наряд, повторить вопрос, и та спросила:

– Ваше Величество, расскажите нам, пожалуйста, как же так вышло, что вы пришли к нам сегодня не так, как приходите обычно, а видите нас и разговариваете с нами?

И она рассказала им всё: о ведьме, о Юхани, и как ведьма пыталась похитить Уцика. Жираф стоял рядом и кивал. Чем больше Мири рассказывала, тем больший шум поднимался среди слушавших, начали раздаваться возмущенные крики, послышалось грозное рычание драконов.

Мири и сама начала чувствовать сильную злость. Нет, ну в самом деле, как эта ничтожная ведьма посмела делать такое с ней?! С ней! Как этой ведьме в голову-то пришло угрожать ей, красть ее вещи, похищать ее жирафа?! Она еще не знает, с кем связалась, вот что! А знала бы, так поостереглась бы с ней ссориться!

– Я вообще не понимаю, – сказала Мири сердито, – почему Пастухи Снов, которые утверждают, что они тут самые сильные и всё могут, почему они ничего не делают с этой Сухой Рощей? Почему они позволяют всяким ведьмам и чудовищам свободно разгуливать по лесу?

– Да сжечь эту дурацкую рощу и всё! – раздался вдруг громкий крик из толпы, к которой к тому времени присоединились уже все, кто находился на поляне, кроме охранявших ее рыцарей с алебардами.

Присмотревшись, Мири поняла, что кричала красная шутиха. Но в этот раз она была с ней абсолютно согласна. И не только она: в толпе начали раздаваться крики “Да, сжечь ее!”, “Да кому она вообще нужна!”, “Надоели уже всем эти чудовища, носятся по лесу, прохода нет!”

Драконы совсем разбушевались, и из-за их рева девочка ничего не могла расслышать. Рыцари размахивали оружием, некоторые били мечами и секирами в щиты, и раздававшийся звон вливался в общий шум.

– Всем уже так надоели плохие сны! – Мири попыталась перекричать шум и чуть не закашлялась от напряжения. – Я вообще не понимаю, зачем люди должны видеть плохие сны? Почему надо грустить или пугаться во сне? Разве в нашей жизни мало плохого, чтобы мы еще и во сне его видели? Кому нужна эта Сухая Роща и живущие в ней кошмары?

– Но, может быть, раз такие могучие волшебники, как Пастухи Снов, которые живут тысячи лет, ничего с ней не сделали, может, ничего и не надо делать? – спросила девочка-рыцарь тихо, так, чтобы ее слышала только “королева”.

В ее голосе Мири уловила большое сомнение. И тут же вспомнила, что говорила шутиха о сомнении и рыцарях. Всё точно: все рыцари сомневающиеся и твердолобые. Она улыбнулась и ответила:

– Ерунда! “Старый” не всегда значит “умный”.

– Эй, королева! – снова закричала шутиха. – Объявляй Огненный Поход!

– Да! – закричали в толпе. – Огненный Поход! Сожжем Сухую Рощу!

Мири подняла руку, и на поляне тут же настала полная тишина. Она даже сама не ожидала такого эффекта.

Все смотрели на нее и ждали, что она скажет. Она не могла их разочаровать. И Мири закричала во всё горло:

– Да! Я объявляю Огненный Поход!

Всеобщий радостный вопль был таким громким, что она закрыла уши руками.

– Что ж, если таково твое желание, королева, мы сожжем Сухую Рощу! – громко сказала девочка-рыцарь. Она достала из драгоценных ножен большой меч и взмахнула им в воздухе.

Все рыцари также стали размахивать оружием, и даже в руках у многих придворных вдруг оказались короткие мечи и кинжалы. Те, кто не имел никакого оружия, махали руками и веерами. Драконы ревели и били сильными хвостами по стволам деревьев и по земле.

– Ладно, – сказала девочка-рыцарь, когда все немного успокоились. – Нам надо подготовиться!

12. Огненный Поход

На самом деле, никакой особой подготовки не понадобилось, и Огненный Поход начался почти сразу. Просто рыцари выстроились большим прямоугольником, внутри которого поместились все придворные, а снаружи его шли драконы. И “армия света” отправилась в путь.

Они вышли с поляны с той самой единственной открытой стороны, через которую на нее попала Мири. Сейчас она шла впереди, окруженная избранными рыцарями, придворными и драконами. Ей предложили сесть на одного из драконов, но она как-то побоялась и предпочла идти пешком. Уцик, конечно, сидел у нее на руках, она назначила его Главным Королевским Советником.

Именно сейчас хороший совет совсем бы не помешал: Мири не имела ни малейшего понятия, куда идти. Рыцари, включая девочку-рыцаря, тоже не знали, где находится Сухая Роща. А придворных и драконов даже не стали спрашивать: и так всем было понятно, что они ничего не знают.

Возможно, лишь один знак указывал, что они идут в правильном направлении: свет и цвет неба. Небо уже давно стало не синеватым, а темно-серым с тяжелыми облаками, каким оно бывает пасмурным утром поздней осенью, когда вот-вот начнется дождь.

Главный Королевский Советник Уцик нашептал “королеве” в ухо, что пока надо идти туда, куда подсказывает интуиция, а потом попытаться поймать какое-нибудь существо из плохих снов, сбежавшее от Пастухов, и заставить его вспомнить, откуда оно пришло. А если не вспомнит, оставить его в покое и следить за ним, пока Пастухи его не поймают и не поведут обратно. Тогда надо будет просто следовать за Пастухами до самой Сухой Рощи. Только нельзя им рассказывать об Огненном Походе. А когда они доберутся до рощи, никто уже не сможет помешать им сжечь ее дотла.

План показался Мири неплохим, по крайней мере вначале. Но они шли и шли, а никаких снов, ни плохих, ни хороших, им навстречу не попадалось.

Сумеречный Лес казался пустым и печальным, небо – темным и неприветливым, а весь их поход – лишенным смысла. Рыцари, придворные и даже драконы выглядели жутко уставшими. Мири время от времени бросала взгляды на свою армию и с удивлением начала замечать то, чего раньше не видела или не хотела видеть.

Многие рыцари были совсем слабыми и с большим трудом несли свое тяжелое оружие, спотыкаясь на каждом шагу. Некоторые из них даже выглядели попросту больными. Далеко не всех придворных дам и кавалеров Мири могла бы назвать красивыми – часть из них, прямо скажем, показались ей сейчас просто уродливыми, а многим из тех, что имели красивую внешность, явно не хватало ума. Среди драконов вовсе не все выглядели “благородными”, как их назвала девочка-рыцарь, а многие оказались даже довольно отвратительными на вид. Наверное, она видела это и раньше, на поляне, но предпочла не обращать на это внимания, чтобы не портить себе настроение.

Мири и сама очень устала, а ее злость уже давно прошла. Вдобавок ко всему, они зашли в большое болото и шли иногда чуть не по колено в грязи. Бледные травы и цветочки, растущие на болоте, вызывали тоску и уныние. А еще начал моросить мелкий противный дождь. Свет, исходящий от рыцарей, придворных и драконов, стал слабым и тусклым, как от запыленной лампочки. Да и сами они выглядели не так ярко, как на поляне…

Вдруг девочка остановилась как вкопанная. Вместе с ней остановились и ее сопровождающие, и вся армия.

Ведьма, то есть большая ворона, в которую она так любила превращаться, притаилась на ветке в темном месте за стволом одного из деревьев, но, несмотря на это, Мири видела ее довольно ясно. Её сердце подпрыгнуло.

Вид у вороны был наглый и насмешливый, и злость тут же стала возвращаться к девочке.

– Что случилось, моя королева? – спросила девочка-рыцарь, которая шла рядом с ней.

Мири молча показала пальцем на ворону. Ее собеседница сразу же увидела нахальную птицу и поинтересовалась:

– Это она? Та ведьма, о которой вы нам рассказывали?