А упало, Б пропало

А насчёт газетной статьи я оказался прав, народ поговорил-поговорил, да и забыл всё… не через неделю, конечно, но через две-то точно. А деньги на сберкнижке остались. Лектор больше меня не беспокоил, а вот отец не забыл своего обещания помочь с мото-правами и устроил меня на экспресс-курсы при заводском клубе автолюбителей. Много времени это не отнимает, пару раз в неделю хожу я туда на теоретические занятия и на практику. Экзамен должен случиться на следующей неделе… да, как раз после премьеры в театре.

Про взрывы в ЛТО мои родители, конечно, узнали, такое шило трудно утаить в дырявом мешке, где лежат две сотни обитателей лагеря имени героя Талалушкина. Но ничего страшного после этого не произошло — я сумел представить это происшествие, как милое невинное развлечение на фоне старого дебаркадера.

Дела с новой школой я также благополучно уладил в кратчайшие сроки. В старой, правда, школе не очень-то хотели меня отпускать, как-никак отличник и призёр олимпиад, поднимающий статистику, но у нас же не крепостное право на дворе — никуда они не делись в конце концов. Раньше надо было думать и заинтересовывать меня-то чем-нибудь существенным, тогда я мог бы и подумать. Завтра, кстати, у нас сбор в новой школе, ну перед 1 сентября который обычно бывает — надо же ученикам вспомнить учителей и наоборот… надо донести до всех новое расписание, а новички должны познакомиться с коллективом, куда они вливаются. Вот завтра в девять утра я и пойду на такое сборище, предварительно погладив брюки с рубашкой.

Совместный советско-американский полёт Союза и Аполлона благополучно закончился, Москву скоро собирается посетить знаменитая теннисистка Крис Эверт, чтобы поучаствовать в спешно сооружённом под этот случай турнире, а сериал про обезьянку Джуди на нашем ТВ к сожалению закончился. Вместо него по воскресеньям зарядили унылые «Делай с нами, делай, как мы» с неизменно бодрым ведущим Адиком.

И вот, как раз накануне нового учебного года, 29 августа на календаре значилось, когда родители ушли на службу, а я изнывал от безделья и придумывал, чем бы общественно-полезным заняться, на полочке в прихожей затрезвонил телефон.

— Слушаю, — сказал я в трубку.

— Привет, Витя, — раздалось оттуда, — это капитан Крылов, помнишь такого?

— Забудешь вас, как же, — усмехнулся я.

— Ну и прекрасно. У меня есть к тебе один разговор. Найдёшь время?

— Конечно найду, Илья Андреич, — заверил я его и подумал, что себе же дороже будет, если откажусь. — Надо на Голубева подъехать?

— Нет, не так уж официально, — ответил он, — я сам подскочу к твоему Топтыгинскому дому через… через полчаса, скажем. Выходи на Заводскую улицу в район гипсового пионера, там наша Волга стоять будет.

— Договорились, — сказал я и дал отбой.

Ровно через полчаса я прогуливался по тихой и безлюдной Заводской улице, тщетно стараясь обнаружить чёрную Волгу-24, не было там вообще никаких машин от самого Жданова и до самой до Пионерской. Но через пять примерно минут Волга сюда таки свернула с Ватутина. Распахнулась передняя дверь со стороны пассажира и капитан приветливо предложил мне садиться.

— Мы тебе помогли, Витя? — без всяких предисловий начал он.

— Конечно помогли, товарищ капитан, — искренне отвечал я ему, — мотоцикл на эти деньги собираюсь покупать.

— Мотоцикл это хорошо, — задумчиво протянул он, — какой хоть марки-то?

— Урал я наверно не потяну, да и не достать его, а вот Восход в самый раз будет — и недорого, и красиво, и достать можно без проблем.

— С Уралом мы, наверно, тебе смогли бы помочь, но хозяин барин… давай теперь о делах поговорим.

Я согласно кивнул головой — в самом деле, не о мото же технике он приехал со мной беседовать.

— Так вот, мы тебе помогли, теперь ты должен нам помочь.

— Стучать на друзей и одноклассников я не буду, — сразу же поставил я своё условие.

Крылов в ответ на мои слова почему-то сразу развеселился.

— Да кому твои одноклассники сдались в нашем ведомстве, чтобы на них стучать?

— А зачем же тогда я понадобился? — недоумённо переспросил я, — вашему ведомству?

— Дело в том, Витюня, — со вздохом продолжил он, — что сейчас у нас на дворе что стоит?

— Август, не? — предположил я.

— Август тоже, конечно, но я про международную обстановку — попробуй угадать ещё раз.

— Аааа, — догадался я, — разрядка международной напряженности у нас стоит. Детант по-английски, значит.

— Если уж совсем точно, то дейтант, а так-то да, верно… — уточнил капитан, а потом продолжил, — и в соответствии с этим самым дейтантом в наш город приезжают два школьника из Соединённых Штатов Америки.

— Вот это да, — восхитился я, — чисто посмотреть на наш красивый город или как?

— Или как. Учиться они собираются в обычной городской школе, полгода примерно, до Нового года. Программа школьного обмена это называется.

— Неужели в нашу школу их определяют? — забрезжила у меня смутная догадка.

— Наконец-то догадался, — похвалил меня Крылов.

— А почему в нашу, есть же английская 125-я или эта…вторая, которая в центре, она у нас самая крутая.

— А они сами так захотели, Витя, — вздохнул капитан, — и мы ничего с этим поделать не смогли. Сказали, хотим в 38-ю и точка. Там где Малов и Проскурина учатся, и точка.

— Статью, наверно, в газете прочитали, — догадался я, — там про Американский посёлок написано.

— Скорее всего, потому что статью эту в Штатах перепечатали. Но мы с этим сделать ничего уже не можем, завтра они оба придут на ваше собрание… а к тебе такая будет просьба…

— А кто хоть они? — перебил его я, — ввели бы в курс дела-то.

— Это пожалуйста, — и капитан достал из папочки два листочка формата А4, - мальчика зовут Джон Макдональд, девочку Мэри О’Хара. Вот так они выглядят, — и он передал мне оба этих листочка, с которых на меня смотрели два обычных и ничем не примечательных подростка.

— Они родственники, двоюродные брат с сестрой, живут в Нью-Йорке, учатся в заведении под названием Бронкс Хай Скул оф Сайнс… ну да, профиль почти что как у вас, физико-математический. Про родителей надо?

— Наверно пока нет, — осторожно отвечал я, — так что вы хотели мне поручить-то?

— Приглядеть за ними, неужели не ясно? Стучать никуда ни о чём не надо — главное, чтобы они были целыми, здоровыми и довольными. Райончик у вас криминальный, так что заняться тебе будет чем. Лену свою тоже подключи к этому делу.

— Её можно ввести в курс, что это просьба вашего ведомства?

— Лучше не надо… только в случае крайней необходимости. Ну как я понял, ты согласен?

— Так точно, тщ капитан, — автоматически вылетело у меня.

— Вот здесь контакты, куда можно обращаться в случае чего, — и он протянул мне кусочек картона с напечатанными там тремя телефонами, — по первому номеру люди будут присутствовать круглосуточно, по остальным в рабочие часы. Ну мы обо всём договорились?

— Договорились, тщ капитан… но у меня тоже к вам встречная просьба будет, можно?

— Говори, конечно, рассмотрим.

— Есть в нашем доме такой участковый капитан милиции по фамилии Сизов…

— Встречался такой, когда на тебя материалы собирал, — ответил Крылов, — он, вроде, вменяемый, что с ним не так-то?

— Зуб у него на меня вырос, — хмуро пояснил я, — здоровенный и коренной. Цепляется по мелочам, обещает посадить в случае чего — почему и за что, я так и не понял. Прикроете меня, если вдруг что?

— Только если это не будет явным криминалом, — строго сказал мне капитан, — тогда конечно.

— А совсем хорошо бы было, если б его на повышение куда-то забрали, а к нам другого товарища в участковые определили, — мечтательно продолжил я свои хотелки.

— Подумаем, — озадаченно ответил Крылов, — значит, с завтрашнего дня берёшь под опеку этих двух американцев…

— Где хоть они жить-то будут, это не секрет? — решил уточнить я.

— Никакого секрета — в вашем же Сером Топтыгинском доме, там в двадцать втором подъезде есть служебная квартира, районные власти их туда и определили.

— А по-русски они как, понимают?

— Русский у них был вторым иностранным языком в миддл-скул, ответственные товарищи утверждают, что понимают они всё и говорить даже умеют по-нашему. А если что, пригодятся твои познания в английском.

Надо ж, и это они знают, удивился я, прежде чем задать следующий вопрос.

— А еду готовить кто им будет в этой ведомственной квартире? Или они сами на все руки мастера?

— Вот насчёт этого ничего не знаю, — вздохнул капитан, — на месте определятся… если что, так столовых вокруг вашего Топтыгинского дома целых три штуки.

— И почему они наш город вообще выбрали? В столицу же наверно должны были определить таких школьников…

— В Москву и Ленинград приехали по четыре человека, — ответил он, — а ещё шестерых решили распределить по регионам. Кроме нашего Энска ещё по паре школьников отправились в Новосибирск и Одессу.

— Одесса это хорошо, там море и тепло, — пробормотал я. — И последний вопросик тогда уж, — вопросительно посмотрел я на Крылова, — вы тут назвали это школьным обменом, а это значит, что и от нас туда кто-то должен поехать, верно?

— Это вторым этапом запланировано, — серьёзно сообщил мне капитан, — в начале следующего года. Ровно столько же, сколько к нам приехало. Контингент ещё не определён, если тебя этот вопрос интересует.

— Намёк понял, — отрапортовал я, — разрешите приступить к выполнению?

— Разрешаю, — милостиво согласился Крылов, открывая мне дверь машины, — приступай. И я очень тебя прошу, — оставил таки он последнее слово за собой, — больше чтоб никаких кладов и никаких червонцев возле тебя не было.

Я кивнул головой и вылез обратно к ободранному пионеру с трубой… ну что, приятель, мысленно сказал я ему, поработаем неплохо, начинается урок… а пионер так же мысленно мне ответил — сколько надо шлакоблоков, чтоб дворец построить в срок?

* * *

С Заводской улицы я немедленно направился на Лесю-Украинку, дабы поставить в известность Леночку, нам же вместе эту лямку тянуть предстоит. Она, на удивление, не сидела на этот раз на своём балконе, а наоборот играла в карты во дворе со своими подругами — Таню с Ирой я знал, четвёртая была незнакомая.

— Добрый день, девушки, — поприветствовал я их, плюхаясь на скамейку рядом, — возьмёте в игру молодого человека?

— В козла впятером не играют, — насмешливо ответила мне Лена, — так что можешь просто рядом посидеть.

— Какие новости? — спросила у меня Таня.

— Страшные и ужасные, — ответил я словами Винни-Пуха.

— У Ослика Иа хвост пропал? — включилась в игру Ира, маленькая и пухленькая брюнетка.

— Почти… — не стал продолжать этот ряд я, — завтра собрание перед школой, надо ж подготовиться, а у меня ничего не готово.

— Ловлю шамку шамком, — объявила Лена, выкладывая крестовую шестёрку поверх танюшиной крестовой дамы, — чипер вам, а итого 12:6, мы выиграли.

А потом она обратилась ко мне: — Я же вижу, что ты не в карты сюда пришёл играть — дело какое-то есть?

— Точно так, товарищ командир, — согласился я с ней, — есть дело, небольшое, но слегка конфиденциальное.

— Ну пойдём прогуляемся, — предложила она, — извините, девочки, я ненадолго.

И мы проследовали ко входу в Парк культуры, который примыкал к улице Леси Украинки.

— Ну рассказывай, — попросила она, когда мы купили по брикету сливочного мороженого (пломбира, увы, сегодня не завезли) и уселись на скамеечку напротив озера.

— Рассказываю, — ответил я, — доедая удивительно вкусный брикет, — к нам в школу… а если совсем точно, то в наш класс завтра определят двух иностранных школьников… руководство школы очень просит тебя и меня взять их, так сказать, под опеку.

— Очень интересно, — задумчиво отвечала Лена, доедая последние кусочки вафельной корочки, — и из какой страны эти школьники прибыли?

— Из Америки, Лена, из Америки, — вздохнул я, — из самого города Нью-Йорка.

— Это не шутка? — спросила она, внимательно смотря мне в глаза, — хотя да, вижу, что нет — шутишь ты по-другому. Ну давай тогда подробности — как зовут, зачем приехали, почему именно в наш класс?

— Давай я с конца начну — у них там в Штатах, оказывается, перепечатали ту самую статейку из «Заводчанина», вот они и наткнулись на неё, когда готовились к отъезду, дальнейшее, надеюсь, понятно — Американский посёлок, золото и всё такое. Едут они к нам в рамках потепления советско-американских отношений, программа новая такая, «школьный обмен» называется, в целях укрепления дружеских и добрососедских связей. А зовут их так — мальчика Макдональд… Джон, ну Ваня по-нашему, а девочку О’Хара…

— Скарлетт? — охнула Лена.

— Зачем Скарлетт, — не понял я, — Мэри её зовут… Мария то есть.

— Иван-да-Марья получается, — подытожила она. — Цветочки такие есть… да вон они возле озера растут, фиолетовые.

Глава 5

— Получается, как цветочки, как Иван-чай и Мать-и-мачеха, — пробормотал я и продолжил, — короче говоря, задание от вышестоящих товарищей для нас такое — чтобы ни один волос с их головы не упал в нашем не самом благополучном районе. Ну и чтоб они довольны пребыванием в СССР остались, но это не обязательная уже программа, а так сказать произвольная… если будут недовольны, но живы-здоровы, то и так хорошо.

— А ведь это не школа тебе такое дело поручила, — ответила Лена, задумчиво рассматривая свои накрашенные ногти, — а твои друзья с Голубева, правильно?

Не девка, а рентген, внутренне восхитился я, на три метра вглубь смотрит и всё понимает на лету, а вслух сказал так:

— Я тебе этого не говорил, а ты не слышала — такой вариант устроит?

— Вполне, — тихо ответила Лена, — давай теперь все подробности, это ж самое интересное…

Я вздохнул и вывалил всё, что мне капитан Крылов только что поведал.

— Я так понимаю, что в ближайшие полгода нам скучать не придётся, — резюмировала мою речь она.

— Не полгода, а четыре месяца, — уточнил я, — они до Нового года должны отъехать.

— Ну всё равно весело будет, — улыбнулась Лена. — А что, мне нравится такая работа… только бы они нормальными ребятами оказались, без вывертов. А то наркоманов каких-нибудь нам подошлют…