Покорители пространств

– У тебя уши не колышутся?

– У меня не колышутся, – ответил третьеклассник от удивления таким голосом, будто у него был полный рот воды и он боялся её разлить.

– А у меня колышутся, – собачка взяла лапами свои висячие уши и растянула их в стороны.

Уши надулись, как паруса.

– Видишь? – спросила она и назидательно добавила: – Ветер начинается.

Овсянкин был так огорошен, что не то что ответить – не мог шелохнуться.

А собачка неожиданно протянула лапу и вежливо представилась:

– Тося.

– Олег, – выпучив глаза, буркнул мальчик и пожал лапу.

– А нос у тебя мокрый? Он что-нибудь чует? – опять поинтересовалась собачка.

– У меня сухой, – промямлил третьеклассник, потрогав свой нос. – Ничего не чует.

– А у меня чует: дождь скоро пойдёт, – сообщила "Тося" и презрительно посмотрела на собеседника: – Зря мы тут сидим. Промокнем скоро. Я знаю место поинтересней… Я бы тебя пригласила, да туда дураков не пускают.

– Я умный! – возмутился Овсянкин. – Я без троек учусь.

– Умный? – недоверчиво переспросила собеседница и, будто нехотя, согласилась: – Ну ладно, тогда пойдём. Только знай: там вопросы задают. Думай, прежде чем отвечать.

– Я всегда думаю, – пробурчал Овсянкин.

Он уже начал, кажется, приходить в себя и стал привыкать к говорящей собаке. "На вопросы-то я умею правильно отвечать", – самоуверенно подумал он.

В это время собачка подвела его к школе. Шёл пятый урок. Во дворе было пусто…

Не успел Овсянкин вновь удивиться – она высоко подпрыгнула и "процарапала" лапой невидимую вертикальную черту в воздухе. Мальчик отчётливо слышал, как что-то незримое тоненько продзинькало. На месте невидимой "царапины" – словно расстегнулся замок-молния – открылся вход.

– За мной! – скомандовала Тося.

И Олег Осипович Овсянкин шагнул вслед за глупой толстой собакой.

Они оказались на бесконечной, висящей в воздухе дороге. Она пересекала незнакомое Пространство и разделяла его на две половины: светлую и тёмную. В светлой половине повсюду: вверху, внизу (под дорогой), в стороне – витали и мерцали разноцветные блики. Некоторые – яркие – были словно нарисованы густыми красками. Другие, как нежные акварельки, просвечивали насквозь. Среди цветных мелькали и золотые, и серебряные блики, и ослепительно-белые. Порой они объединялись, создавая светила, от которых в разные стороны бежали лучи.

Среди светлых встречались и мрачные, тёмные пятна, словно кляксы на праздничном платье принцессы. На них не хотелось смотреть.

В другой половине Пространства стояли вечные сумерки. Там мерцала чернота. Изредка во мраке вспыхивали разноцветные искорки. Но чёрные пятна тут же тучей слетались на их свет и уничтожали их. По тёмной половине блуждали тени. Колыхались, словно густое грязно-серое желе, отвратительные туши.

Множество тропинок, дорожек, путей пронизывало Пространство. В светлой половине эти пути-дорожки были светлы, и прозрачный свет над ними переливался и сиял. Сквозь тёмную половину устремлялись чёрные дороги, и мрачные сполохи вспыхивали над ними.

– Майкрософус, ты открыл дверь в Неведомое, – неожиданно совсем рядом прозвучал чей-то Голос. – Помни: ты не должен принимать участия ни в каких событиях, иначе Пространство лишит тебя энергии, а значит, – жизни.

"Вот это новость! – опешил астронавт и в глубокой задумчивости почесал передней лапой нос. – Ведь Овсянкин один не справится!"

Вот что значит – не подготовиться к путешествию. Мика был уверен, что во всём поможет третьекласснику – и тот выйдет из Магического Пространства другим человеком!

– Это Голос Пространства, – шёпотом объяснил он Олегу.

– Зачем ты привёл сюда этого темномыслящего? – не очень-то уважительно поинтересовался Голос.

– Я не … – хотел возразить третьеклассник.

Но Голос перебил его:

– Майкрософус, вопрос задан тебе.

– Я хочу, чтобы этот девятилетний человек увидел свою зависть со стороны. Чтобы увидел и победил её!

– Твоего желания мало. Это должно быть его желание.

– Он победит зависть, когда увидит, как она безобразна!

– Посмотрим, – неуверенно ответил Голос и добавил: – Помни, Майкрософус, не вмешивайся в события! Но знай: ты можешь выйти отсюда и позвать кого-нибудь на помощь.

Потом Голос с ироничной вежливостью обратился к Овсянкину:

– Знаете ли вы, уважаемый гость, где находитесь?

"То обзываются, то "уважаемым гостем" величают, не поймёшь их", – мысленно возмутился третьеклассник.

– Не отвлекайтесь! Это опасно! – предупредили его.

"Ничего себе – местечко!" – испугался "уважаемый гость".

– Сосредоточьтесь! – потребовал Голос. – К вам приближается Отражение ваших мыслей.

В глубинах тьмы притаился мрачный силуэт. От него боязливо отсоединился клок серого грязноватого тумана и направился прямо к Овсянкину. По мере приближения скопление тумана увеличивалось в размерах и, наконец, предстало перед третьеклассником – огромное, мутное, с подтёками.

Овсянкин брезгливо сморщился.

– Оно вам не нравится? – грустно усмехнулся Голос. – Но это лишь оттиск, отпечаток ваших мыслей. Он может измениться и стать прекрасным, сияющим отблеском. Всё зависит от вашего желания. Только вы должны…

– Я хочу, хочу изменить его! – перебивая Голос, горячо воскликнул мальчик.

– Тогда ответьте: добрым или злым человеком вы готовитесь стать?

– Добрым, – пожав плечами, хмыкнул третьеклассник.

По Отражению словно кто-то провёл влажной тряпочкой: грязи на нём чуть-чуть поубавилось, а из-под мутных разводов блеснул серебряный лучик.

– Похвальное намерение, – смягчился Голос.

"Зачем готовиться? – подумал Овсянкин. – Я и так добрый".

Лучик сразу исчез.

– Не будьте высокомерны, – с огорчением сказали гостю, – от ответов на следующие вопросы зависит ваше будущее.

Овсянкин с недоверием поморщился. А Голос продолжал:

– В этом Отражении прячется ваша главная мысль, которая подчиняет себе все другие ваши мысли. Вы хотите увидеть её?

– Показывайте, – опять пожал плечами Овсянкин и сунул руки в карманы брюк.

"Чего ещё выдумали? – подумал он. – Я сам знаю все свои мысли".

Мутноватые потоки расплылись по бокам Отражения, а в его центре стал прорисовываться силуэт отвратительной, древней старухи с тёмным коричневато-жёлтым лицом. Её страшные огромные глаза навыкате радостно смотрели на Овсянкина.

– Мой любимый мальчик! – хищно прошептала она и гордо добавила: – Мой любимый ученик!

Старуха улыбнулась, обнажив огромные редкие зубы. Потом она подняла руки, и Овсянкин увидел длинные серые когти.

– Ты мой навеки! – старуха шагнула к нему.

Третьекласснику показалось, что она сейчас схватит его.

– Нет! Нет! Не надо! – закричал он и закрылся руками.

Старуха всё же успела подмигнуть ему страшным глазом, а потом скрылась в глубине мутного пятна.

– Вы узнали её? – спросил Голос.

– Да! – сознался Олег, хотя не мог объяснить, откуда он знает эту ведьму (может быть, видел во сне?).

А Голос объяснил:

– Эта отвратительная старуха – зависть! Она – главная мысль, сопровождающая вас в жизни, то есть ваш Проводник. Скажите, вы желаете идти по жизни с нею или хотите избавиться от неё навсегда?

– Избавиться! – замахал руками мальчик.

Его Отражение повеселело: стало чуточку светлей.

– Тогда вам предстоит сделать выбор. Вот путь на небольшую светлую вершину. Сама вершина пока не видна, путь к ней нелёгок. Придётся много трудиться. В том числе и головой, и сердцем. Вы должны научиться протягивать руку помощи и дорожить друзьями. Гнать от себя недобрые мысли… Вот другой путь – на тёмную вершину. На ней человек одинок, потому что ненависть поселяется в его сердце. Взлететь на неё можно уже на третий день после того, как сделан выбор. Чтобы её достичь, надо всего лишь три дня послужить вон тому покрытому мхом господину.

В это время в темноте зашевелилась мохнатая глыба. Овсянкин содрогнулся. Голос продолжал говорить:

– Чудовище научит вас читать тайные мысли людей. Тогда люди невольно станут подчиняться вам. Вы поймёте, как властвовать над…

Не успел Голос договорить, как Овсянкин закричал:

– Да! Да! Я хочу знать тайные мысли! Я хочу властвовать!

– Подумайте! – предостерёг его Голос.

– Что тут думать? Я решил!

Отражение его мыслей почернело. В этот момент глыба колыхнулась.

Это был один из самых бессердечных волшебников Магического Пространства – Чарогрюм. Он улавливал все гадкие, злобные, угрюмые мысли людей, живущих на планете Земля. Эти мысли вскормили его, и он приобрёл угрожающие размеры и невероятную силу. В нём не было ни сердца, ни души. Это было густое желе из отвратительных мыслей, от затхлости давно покрытое мхом. Его маленькая голова несколько веков тому назад погрузилась в безразмерное туловище и утонула в нём.

Чудовище всколыхнулось ещё раз – и прямо из живота выпучились огромные глаза. Повращавшись, они остановились на третьекласснике.

"Он меня съест!" – Олег задрожал от страха.

– Обязательно съем! Я люблю полакомиться завистниками! – Чарогрюм вздулся от смеха: – Ых! Ых! Ых!

Злой волшебник схватил мохнатыми лапами маленького трепещущего Олега, притянул к себе и уже раскрыл бездонную пасть. Но вдруг отставил мальчишку и вновь начал хохотать:

– Люблю пошутить: чёрный юмор мне идёт на пользу!.. Зачем мне тебя есть вместе с твоими пыльными ботинками и немытыми ушами? Я не привык к такой еде. Я привык к интеллектуальной пище: к грязным мыслям, к дурным пожеланиям… Угрозы – тоже объедение. А проклятья и тайные коварные замыслы – просто деликатес. Ты будешь моим первым помощником! Станешь таким же всесильным и красивым, как я! Я назову тебя Овсяногрюмом. Вместе мы завоюем земной шар, а потом Вселенную. Оставайся рядом со мной. Через шестьдесят минут произойдёт твоё подключение к чёрным магнетическим волнам, на которых перемещаются самые гнусные мысли. Ты переполнишься бесподобными сладостными гнусностями: мерзкими мыслями, идеями и планами. Какой ты счастливый! Как тебе повезло! Ты встретил меня! – стал восхищаться злодей, а его огромное тело затряслось, как квашня.

Овсянкин стоял рядом со злым волшебником ни жив ни мёртв. Ему не хотелось переполняться гнусностями и становиться похожим на Чарогрюма. Но Олег словно окоченел от страха. Ему могла бы очень помочь сейчас какая-нибудь добрая смелая мысль, но он и в обычной жизни почти не улавливал такие мысли, а теперь и вовсе стал бесчувственным к ним.

"Что я наделал! – с ужасом думал Мика. – Я должен был тщательно готовится к путешествию в незнакомом Пространстве. Из-за меня может погибнуть живое существо!"

Мика, все еще в образе собачки, выскочил из Магического Пространства Мыслей, чтобы позвать кого-нибудь на помощь. На аллее около школы прогуливался Дормидонт Спиридонович. Дождь ещё не начался, но пенсионер, предупреждённый телепередачей "Прогноз погоды", заблаговременно раскрыл зонтик.

Астронавт слишком спешил. Он мгновенно изменил свой облик, превратившись из собачки Тоськи в известного диктора центрального телевидения: элегантного, седовласого и с пышными усами.

Этот "диктор" встал на пути старика, вытянул вперёд руки и пламенно произнёс:

– О! неужели это вы, Дормидонт Спиридонович?! – "диктор" прижал руки к груди, потом вновь протянул их и горячо обнял старика.

– Это я! – едва переводя дыхание, ответил Дормидонт Спиридонович.

В глубине души он сам давно мечтал о подобной встрече, но всё-таки был сражён: нечасто знаменитые телезвёзды обнимают на улице прохожих.

– Дормидонт Спиридонович! Я знаю, что вы благородный и смелый человек! – воскликнул "диктор".

– Да, я такой, – скромно подтвердил заслуженный телезритель, и зубы его счастливо сверкнули.

– Выручайте! взмолился телеведущий" и рассказал, что надо спасти из лап чудовища несчастного ребёнка.