Дьявол во плоти [ЛП]

— Вы нечасто там бываете? — спросил он.

— Почти никогда с тех пор… Ну, с тех пор, как мне пришлось заняться делами "Стерлинг Энтерпрайзис". К счастью, моя семья постоянно приезжает в Лондон. — Они подошли к пекарской лавке, и Меррит воскликнула: — Мы пришли! — Посетители выстроились перед магазином в очередь, которая тянулась вдоль тротуара. Из дверного проёма доносились аппетитные ароматы горячей сдобы с хрустящей корочкой и начинок из говяжьего фарша или подслащенных фруктов. — Это место — одно из моих любимых, — сказала она. — Пекарь держит магазин в чистоте и всегда использует хорошие ингредиенты. — Меррит оценила вереницу людей и слегка нахмурилась. — Чёрт. Очередь слишком длинная.

— Вы уверены… — начал Кир, не отрывая взгляда от маленьких пирожков, которые выносили из лавки покупатели. Верхушка из слоёного теста была проколота, чтобы выходил ароматный пар, каждый пирожок лежал в отдельной картонной коробочке. Кир мог бы съесть целую дюжину вместе с упаковкой.

— Я отведу вас к уличному торговцу, там мы раздобудем еду гораздо быстрее, — сказала Меррит, целеустремлённо зашагав по улице.

Они двинулись вдоль прилавков и столов с разнообразной едой: пудингами, нарезанной говядиной, варёными яйцами, бумажными совками с маринованными огурцами, оливками, солёными орешками и горячим зелёным горошком, блестящим от свиного сала. Здесь же продавались: жареный картофель, завёрнутый в вощёную бумагу, хрустящие кусочки жареной рыбы, копчёные устрицы, посыпанные солью, и кульки с миндально-карамельными сладостями или круглыми конфетами с бренди внутри. Всего несколько минут назад Кир был готов забыть о голоде и заняться насущными вопросами. Однако теперь в окружении столь богатых яств пустой желудок ясно дал ему понять, что работа не начнётся, пока его не наполнят.

Меррит остановилась у прилавка с сэндвичами, хлебом с маслом и пирогом.

— Добрый вечер, миледи, — поздоровался лавочник, почтительно приподняв шляпу.

— Мистер Гэмп, — тепло проговорила она. — Я привела к вам этого джентльмена, чтобы он отведал лучший сэндвич с ветчиной в Лондоне.

— Всё дело в копчёной гэмпширской ветчине, — гордо заявил лавочник, выкладывая картонную коробку. — А ещё в том, что моя жена лично выпекает хлеб. Тесто на пене от эля получается мягким и сладким. — Он ловко разрезал один из сэндвичей на два треугольника. Между ломтиками хлеба лежало несколько кусочков тонко нарезанной ветчины и слой водного кресса.

— Почём? — спросил Кир, с трудом сглатывая слюну.

— За два пенса вы получите сэндвич и кружку пива, — ответил Гэмп.

Вдвое дороже, чем та же еда на Айлее. Кир без колебаний выложил деньги.

Церемонно положив завёрнутый сэндвич в картонную коробочку, Гэмп добавил туда маринованный огурец и кусок смородинового пирога.

— Комплимент любому вашему другу, миледи.

Она просияла, глядя на него.

— Вы слишком добры, мистер Гэмп.

Кир отошёл вместе с Меррит под навес массивного здания, где принялся с жадностью поглощать пищу. В обычной ситуации он испытал бы неловкость, если бы ему пришлось есть в присутствии леди на людной улице, но Кир был слишком голоден, чтобы сейчас об этом беспокоиться.

Покончив с сэндвичем и допив пиво, Кир почувствовал прилив свежих сил. Ему казалось, что он в одиночку может складировать всю партию виски.

Он бросил пустую кружку в ведро с грязной посудой под прилавком Гэмпа и признался Меррит:

— Вы могли бы сейчас сказать: "Я же говорила", и были бы абсолютно правы.

Она рассмеялась.

— Я так никогда не говорю. Эта фраза ничем не помогает и только всех раздражает.

На её щеках танцевали блики от огня в перфорированном тигеле на ближайшем прилавке. Казалось, будто Меррит вся сверкает, как мифическое существо из шотландских преданий. В тех историях красивые женщины считались опасными созданиями, они представали в образе духов воды или ведьм и заманивали в смертельную ловушку беспомощных мужчин. Пощады ждать бесполезно, спастись невозможно. Будучи маленьким мальчиком, Кир всегда задавался вопросом, почему мужчины не пытались сопротивляться их чарам.

— Они попадают в омут с головой, — объяснил отец, — те красотки просто завораживают мужчин. Стоит им поманить, и нам ничего не остаётся, кроме как последовать за ними.

— А я бы не последовал! — возмутился Кир. — Я бы остался дома и позаботился о маме.

Стоя у плиты, где жарился картофель, мать усмехнулась.

— Ты — хороший мальчик, — крикнула она.

Отец ухмыльнулся и вытянулся перед очагом, сцепив пальцы на животе.

— Когда-нибудь, мой мальчик, ты поймёшь, почему мужчина поддаётся искушению, даже зная, что лучше ему этого не делать.

"И, как и в большинстве случаев, — уныло подумал Кир, — отец оказался прав".

До пристани было всего несколько минут пешком мимо домов и магазинов, из окон которых лился свет, а вдоль горели уличные фонари. Меррит побаивалась того момента, когда они вновь окажутся у склада, и эта странная, но восхитительная прогулка с незнакомцем закончится. Давно она не чувствовала такого приятного головокружения, как во время ухаживаний. Она уже и забыла, как сильно ей это нравится. Странно, что мужчина, который напомнил ей об этом, оказался грубоватым производителем виски с отдалённого шотландского острова.

Макрей проводил Меррит до конторы "Стерлинг Энтерпрайзис" и остановился у входа.

— Когда вы собираетесь домой? — спросил он, как будто не хотел оставлять её здесь.

— Как только встречусь с мистером Груинардом, главным сборщиком акцизов, — ответила Меррит. — Его контора располагается в этом же здании. Я уверена, что смогу убедить его закрыть глаза на таможенные правила, по крайней мере, до завтрашнего полудня.

На губах Макрея промелькнул намёк на улыбку.

— Как вам можно отказать?

Эта соблазнительная прядь снова упала ему на лоб. Меррит пришлось сжать руку в кулак, чтобы не потянуться к ней и не откинуть назад.

— Не стесняйтесь, обращайтесь ко мне, если вам что-нибудь понадобится, — сказала она. — Рекомендации, куда можно сходить, знакомство с нужным человеком или в случае проблем с квартирой. Я здесь почти каждый день, и, конечно, моя секретарша или Люк тоже с радостью вам помогут…

— Я не думаю, что побеспокою вас, миледи.

— Никакого беспокойства. Просто загляните ко мне по пути из вашей квартиры, когда захотите, и… мы сходим в пекарскую лавку…

Макрей кивнул, но Меррит понимала, что он не собирался принимать её приглашение.

Возможно, оно и к лучшему.

Но когда они расстались, у Меррит возникло ощущение, что её бросили, чего-то лишили… Она чувствовала себя совсем как щенок, чей хозяин ушёл из дома. Как же назвать это чувство?

"Сиротливость", — решила она. Да. Меррит чувствовала себя сиротливо, а это никуда не годилось.

Что-то нужно делать.

Только пока она не знала, что именно.

За час переговоров с мистером Груинардом Меррит удалось добиться нескольких небольших, но важных уступок. И теперь она наконец-то могла вернуться домой. День был долгим, и ей не терпелось устроиться у камина в мягких тапочках. Но, несмотря на усталость, шестерёнки в её голове не переставали вращаться, и Меррит не сомневалась, что её ждёт бессонная ночь.

Она решила по дороге домой заглянуть на склад номер три. В конце концов, как заботливая старшая сестра, она беспокоилась за брата, а как ответственный работодатель, она должна была узнать, как продвигается работа.

И если во время разговора с Люком она случайно заметит Кира Макрея… Что ж, это будет просто совпадением.

На складе кипела бурная деятельность. Паровой кран скрипел и стонал, а иногда шипел, как будто вздыхал с облегчением, после подъёма груза на верхний уровень здания.

Рабочие чертыхались и кряхтели от усердия. Несмотря на пандусы и ручные тележки, требовалось приложить массу усилий, чтобы закатить и расставить бочки.

Меррит прошмыгнула на склад как можно незаметнее, стараясь никому не преграждать путь. Неподалёку мужчины с трудом заталкивали нагруженные тележки вверх по пандусу, где замерщик объёмов маркировал каждую бочку. С полдюжины рабочих с жестяными чашками отошли в угол, где в бочках с опилками и льдом стояли каменные кувшины с водой.

Её присутствие быстро заметил один из бригадиров, который предложил проводить Меррит на верхний этаж, где работал Люк. Они поднялись на ручном подъёмнике, который приводился в движение при помощи верёвки в передней части сетчатой кабины. Меррит оглядела склад, но даже с возвышенной точки обзора не увидела Кира Макрея.

Она обнаружила Люка на четвереньках. Он размечал мелом на полу, куда поставить следующую партию бочек.

— Хочешь услышать парочку хороших новостей? — подходя к нему, спросила Меррит.

При виде неё на покрытом испариной лице брата появилась лёгкая усмешка. Он встал и отряхнул руки, подняв в воздух облако пыли от мела.

— Рассказывай.

— Я только что встречалась с мистером Груинардом, и он сказал, что даже если мы не успеем промаркировать и разместить все бочки на складе к полудню, пока они находятся во внутреннем дворе…

— Это тот, на котором на разрешено хранить только древесину?

— Да, тот самый… Мистер Груинард сделает исключение и позволит нам использовать его в качестве временного хранилища для виски, пока мы не закончим работу.

— Слава богу, — обрадовался Люк. — Умница, сестрёнка. — Он бросил на неё насмешливый взгляд. — И это всё?

— В смысле "всё"? — со смехом переспросила Меррит. — Разве этого недостаточно?

— Достаточно, но… Не было никакой необходимости сообщать мне об этом лично в такой час. Ты могла бы послать записку или подождать до утра.

— Я подумала, что ты захочешь узнать об этом немедленно. И ещё я хотела лично проверить, как у тебя идут дела.

— Я очень тронут твоей заботой, — сказал Люк. — Тем более, что раньше ты не проявляла обо мне такого беспокойства.

— Что за чушь! — добродушно воскликнула Меррит. — Две недели назад я приносила тебе суп и чай на этот самый склад, когда у тебя был насморк!

Непринуждённо положив руки на бёдра, Люк сухо проговорил вполголоса:

— Давай не будем притворяться, что твой визит имеет какое-то отношение ко мне. Ты пришла сюда в надежде увидеть одного бородатого шотландца.

Она понизила голос и спросила:

— Он тебе что-нибудь рассказал?

— О чём?

— Обо мне.

— Ну, конечно, мы остановились посреди работы, чтобы посплетничать за чаем. А потом решили навестить модистку и вместе примерить шляпки…

— Да ну тебя, — резко проговорила Меррит. Её одновременно и раздосадовал, и повеселил его ответ.

Люк посмотрел на неё, медленно покачав головой.

— Будь осторожна, сестрёнка.

Улыбка Меррит погасла.

— Понятия не имею, о чём ты.

— Я имею в виду ошибку, которую ты, по-видимому, уже решила совершить. — Заметив, что она оскорбилась, Люк добавил: — Не пойми меня неправильно, Макрей кажется на редкость добродушным и уравновешенным. Настоящий кремень. Но у вас с ним нет никакого будущего. Вдобавок ко всему, после того, как ты в последние годы пренебрегала условностями, лондонское общество умирает от желания, чтобы ты оказалась замешана в скандале. Не предоставляй им такого удовольствия.

Мало того, что ей пришлось выслушивать нотации о неподобающем поведении от младшего брата, который сам не был святым, так ещё и его обеспокоенный взгляд наводил на размышление о том, что Люк может подозревать о случившемся в квартире на складе. Неужели это так очевидно? Меррит казалось, что на её лифе вышита большая алая буква.

— Почему, во имя всего святого, ты отчитываешь меня за то, что даже не произошло? — Она старалась говорить спокойно, но внутри всё кипело от гнева.

— Я тебя не отчитываю. Просто напоминаю. Дьявол никогда не пытается запугать людей. Он лишь искушает, заставляя их ступить на скользкий путь.

Меррит вымученно рассмеялась, но её смех прозвучал как скрип гвоздя по стеклу.

— Дорогой, ты утверждаешь, что мистер Макрей — сам дьявол во плоти?

— Если это и так, — спокойно ответил Люк, — то он чертовски ловко скрывает свою натуру.

Она густо покраснела и постаралась говорить обыденным тоном, несмотря на то, что внутри негодовала.

— Если это благодарность за мои успехи в переговорах с мистером Груинардом, то я ухожу.

Она резко развернулась и демонстративно направилась к лестнице, решив не дожидаться рабочего, который сможет опустить подъёмник. Однако у Меррит не получилось произвести должного эффекта, потому что, проходя мимо пандуса, ведущего к верхнему ряду подставок для бочек, она услышала приглушённый крик.

Остановившись в замешательстве, Меррит посмотрела в сторону, откуда доносился шум, и увидела тяжёлую бочку, которая катилась прямо на неё.

Глава 4

Не прошло и секунды, как Меррит кто-то схватил и оттащил в сторону. По инерции она описала полукруг и внезапно упёрлась во что-то твёрдое и неподвижное.

Всё ещё пребывая в растерянности, Меррит вдруг поняла, что очутилась в чьих-то объятиях. Постепенно она начала ощущать тепло мужского тела, крепкую руку на спине, услышала тихий шёпот.

— Спокойно, милая. Вы в безопасности.

Из причёски выбилась прядка. Крошечная шляпка, которая крепилась к макушке гребнем, съехала набок. Немного потерявшись в пространстве, Меррит посмотрела в улыбающиеся голубые глаза Кира Макрея.

— Спасибо, — задыхаясь, проговорила она, — Мне следовало быть более внимательной. Как… как вы…

— Я только что заполнил складской стеллаж и собирался пожелать вам доброго вечера. — Макрей осторожно откинул назад выбившийся локон, упавший ей на глаза, и поймал шляпку как раз в тот момент, когда она начала сползать с головы. Он насмешливо посмотрел на предмет женского гардероба. — Что это?