Во власти монстра (СИ)

— Садись и показывай, где живешь. Я плохо знаю город, мы недавно переехали сюда.

Повесив сумку за спину, Кэрол пристроилась на багажник велосипеда, и ее новая знакомая резко рванулась с места, отчего Кэрол едва не свалилась на асфальт.

— Держись! — бросила через плечо Эмми. — Я люблю ездить быстро!

Кэрол покрепче ухватилась за велосипед, чтобы не упасть. Эмми довезла ее до самого дома и, казалось, ни чуть не устала. По дороге она рассказала, что ее отец военный, и его перевели сюда. По ее словам, их семья все время переезжает с места на место, и за свои десять лет она, Эмми, уже пол мира объехала. Последнему Кэрол не очень-то поверила, но девчонка ей очень понравилась, и она заворожено и с восторгом ее слушала. Эмми показалась ей очень интересной и забавной. И необычной. Не такой, как все. Не только из-за внешности, не соответствующей полу, и того, что она единственная, кто проявил к ней симпатию. Эта девочка, так похожая на мальчишку внешне и поведением, почему-то сразу притянула к себе Кэрол, пришлась по душе, очаровала. Как Мэтт когда-то.

Когда она умчалась, помахав на прощание рукой, чувство одиночества, как никогда раньше, сдавило сердце Кэрол. Она вдруг почувствовала, как ей хочется иметь друзей. Или хотя бы одного друга. Кого-то, кто не отвергал бы ее, не презирал, относился к ней иначе, чем другие. С кем она могла бы поговорить, посмеяться. Но никто не хотел с ней дружить. Ее считали мусором, отбросом. Водиться с ней было бы стыдно, унизительно. Того, кто осмелился бы с ней дружить, засмеяли, затравили бы также, как ее.

Проводив Эмми тоскливым взглядом, Кэрол вздохнула и вошла в дом, думая о том, что завтра эта девочка к ней даже не подойдет и будет обходить стороной, словно прокаженную, как делали все. Что ж, Кэрол была благодарна и за то, что она проявила к ней сочувствие, и на большее и не рассчитывала. Она подумала о том, что совсем не обидится, если завтра Эмми отвернется от нее, сделав вид, что не знает ее и знать не хочет. Ничего другого она и не ждала.

Элен и остальные кумушки, расположившиеся в холле на диване, вытаращили глаза, увидев побитую девчонку.

— Проблемы в школе, Кэрол? — спокойно и даже равнодушно поинтересовалась Элен.

— Все нормально, мам, — отозвалась девочка.

Когда утром Кэрол посмотрелась в зеркало, она испугалась собственного отражения. Побитое лицо опухло, по скуле расплылся огромный фиолетовый синяк. На ее счастье, был выходной, и занятий в школе не было. Стоило ей выйти из комнаты, как отовсюду слышались смешки, даже мать ее подковырнула. Забрав свой завтрак, девочка закрылась в своей комнате. Не успела она и крошки съесть, как вдруг что-то стукнуло по стеклу. Открыв окно, Кэрол осторожно посмотрела вниз. Сердце ее захолонуло от восторга и радости, когда она увидела Эмми, которая улыбнулась ей и весело замахала руками.

— Можно к тебе? — крикнула она.

— Конечно, я сейчас… — Кэрол осеклась, когда Эмми проворно закарабкалась к ней по многолетнему плющу, опутывающему стену дома.

— Эмми… Осторожно, не упади.

Та самоуверенно засмеялась в ответ, и вскоре благополучно доползла до окна и влезла на подоконник.

— Привет! — она ослепила Кэрол широкой белозубой улыбкой. — О-о, как тебя… — она раздула щеки. — Болит?

— Да нет, — соврала Кэрол.

Эмми бросила взгляд ей за спину и, резко вскрикнув, бросилась к тарелке с завтраком, стоявшей на постели.

— А-а, смотри, твою картошку крыса жрет! — она запрыгала на месте, расхохотавшись.

— Не тронь ее, — испугалась Кэрол. — Это Кейси, моя мышка.

— Твоя? Это вместо кошки или собаки, что ли?

— Да, наверное. Собаку мама не разрешит, — Кэрол тяжело вздохнула, присев на кровать.

Эмми примостилась рядом.

— У меня есть собака, овчарка немецкая, Спайк, — с гордостью похвасталась она.

Заметив грусть на лице Кэрол, девочка мягко улыбнулась.

— Если хочешь, то давай это будет наша собака, моя и твоя. Хочешь?

— Правда? — не поверила Кэрол.

— Конечно. Завтра сбегаем ко мне, и ты обязательно с ним познакомишься и подружишься. Спайк веселый и очень умный.

Весь день они провели вместе. Никогда Кэрол еще не было так хорошо, как тогда, рядом с Эмми.

Эмми была шумной озорной девчонкой, к тому же такой хохотушкой, что не смеяться с ней было просто невозможно. Она всегда была одета в джинсы или шорты, а ее на коротких кучерявых волосах постоянно была надета бейсболка козырьком назад. Новая подружка Кэрол была смуглой мулаточкой с очень миленьким, хорошеньким личиком, с огромными черными глазами, маленьким носиком и вечно улыбающимися полными губками.

К безумной радости Кэрол, Эмми продемонстрировала желание дружить с ней. Они вместе стали ездить в школу, вместе возвращались домой, вместе делали уроки. Эмми катала Кэрол на спортивном велосипеде, который, как и пес Спайк, был всегда при ней. Спайк ходил за ними по пятам, девочки брали его с собой даже в школу, где он ждал их у дверей.

Как-то раз близнецы Кейт и Мег снова попытались устроить засаду, но Спайк заступился за своих подружек, заставив девчонок удариться в бегство.

Но вражда между ними завязалась не шуточная, это понимали обе стороны. Настоящая война — девочки делали друг другу всевозможные гадости, строили планы «военных действий».

Сестры отличались удивительным коварством в свои еще сопливые годы. Не понятно, каким образом, они настраивали против Кэрол и Эмми учителей, ловко проделывали всякие подлости, порой доставляя крупные неприятности. И во всех стычках, для окружающих Кейт и Мэг оставались хорошими невинными девочками, а Кэрол и Эмми — злыми и завистливыми фуриями, не оставляющими несчастных малышек в покое.

Не редкостью было и то, что свои низкие проделки сестры сваливали на Кэрол и Эмми, переводя все удары на них.

Забавная игра в войну превратилась в нечто жуткое.

С каждым днем, оставаясь безнаказанными, сестры смелели и вкладывали в свои проказы все больше жестокости и зла.

За лето Кэрол и Эмми настолько привязались друг к другу, что и часа не могли провести врозь. Кэрол полюбила подружку так, как никогда никого не любила.

Взбалмошная и энергичная, Эмми никогда не позволяла ей скучать.

Благодаря ей, Кэрол научилась смеяться и перестала замыкаться в себе.

Она настолько доверяла Эмми, что даже рассказала ей тайну о смерти Мадлен. Теперь они вместе бегали на могилку старушки и пели ей песенки.

Постоянными их спутниками были Кейси и Спайк.

Еще ранней весной девочки набрели на какой-то заброшенный сарай. Кроме крыс, в него давненько не заглядывала ни одна живая душа. Снаружи он весь оброс плющом, а внутри — паутиной и мхом.

— Давай уйдем отсюда, — проговорила Кэрол, робко заглядывая в дверь. — Здесь страшно.

— Здесь клево! — возразила Эмми, уже осматривая сарай. — Послушай, трусишка, у меня потрясающая идея!

Кэрол опасливо покосилась на нее, зная, что все ее идеи были потрясающими и действительно потрясали своим сумасшествием.

— Ты хочешь его подпалить? — предположила Кэрол.

— Нет, жечь его не интересно, ведь он никому не нужен. Здесь будет наш штаб.

— А что такое штаб? — не поняла Кэрол.

Эмми закатила глаза, поражаясь ее скудным знаниям.

— Этот сарай теперь будет как бы нашим домиком. Только мой и твой. Понятно? Но никто не должен знать о нем, это будет наш секрет. Здесь нас никто не найдет.

Кэрол вынуждена была признать, что идея действительно потрясающая. Они вычистили сарай, приведя его в порядок. Очевидно, здесь даже кто-то когда-то жил. Посреди комнаты, если можно так назвать, стоял старый потрескавшийся дубовый стол, рядом — два не менее древних стула, а в углу, заваленный грязным тряпьем, прятался довольно хорошо сохранившийся диван.

Прибирая, девочки нашли изящную керосиновую лампу.

— В ней наверняка живет злой джинн, — предположила Эмми.

— Почему злой? — не согласилась Кэрол.

Эмми пожала плечами.

— Так интереснее. Мы натравим его на сиамок.

На крыше был еще и маленький чердак, но Кэрол не решилась подняться туда. Эмми залезла на него одна и долго там копалась, время от времени зовя подружку. Не выдержав, Кэрол поднялась к ней. Там было темно и страшно, но рядом с Эмми она ничего не боялась. Самое интересное, что они там обнаружили — это большой кожаный чемодан.

Девочки стащили его с чердака и положили на стол. Чемодан был покрыт густым слоем пыли и опутан паутиной. Сгорая от любопытства, Эмми сразу же открыла его. Из него вдруг выскочил огромный паук, заставив Кэрол запищать. Эмми молниеносно размазала его по столу рукой

Кэрол всплеснула руками.

— Зачем ты его убила?

Эмми в немой ярости посмотрела на нее.

— Тебя не поймешь! То визжишь, как резанная, то — «зачем ты его убила»! Странная ты, однако, — она заглянула в чемодан.

В нем были какие-то жуткие маски и странное подранное барахло. От масок Эмми пришла в восторг.

— Вот это находка, Кэрол! — радовалась она, одевая маску. — Ну, как?

— Страшно, — покачала головой Кэрол.

— Мы можем ночью пугать на кладбище сторожа! — ликовала Эмми.

У Кэрол от ее слов волосы дыбом встали.

— Ночью… На кладбище?! — она посмотрела на Эмми, как на сумасшедшую. Но та никогда не замечала таких взглядов, и продолжала копаться в чемодане.

— Это еще что такое? — она вертела в руках какой-то предмет, завернутый в большой яркий, похожий на цыганский платок. Развернув его, девочки обнаружили толстую потрепанную книгу.

Скривившись, Эмми с презрением бросила ее на стол. Она терпеть не могла книги. Пока она делала осмотр оставшегося в чемодане содержимого, Кэрол без особого интереса заглянула в книгу. Прежде всего, ее удивила дата выпуска — 1801 год.

— Эмми, этой книге больше ста с половиной лет, — заметила она.

— Ну и что? Зачем нам это барахло? Хотя… — Эмми задумалась. — Это антиквариат, может нам за нее дадут пару баксов. Дай-ка взглянуть, — она присела на уступленный подругой стул и подвинула книгу поближе.

Упершись ладонью в коричневую щеку, она стала листать страницы, читая заголовки:

— «Избавление от недуга при помощи Белой магии». «Избавление от недуга при помощи Черной магии»… — она пролистала дальше. — «Вызов душ умерших из потустороннего мира». «Общение с духами». Ого, становится интереснее! — в восторге вскрикнула она, не отрываясь от книги.

— «Поклонения дьяволу. Заповеди зла».

— Хватит, Эмми! Это плохая книга, — перебила Кэрол. — Давай положим ее туда, где она лежала, и уйдем отсюда.

— Глупости! Это самая лучшая книга из всех книг в мире! Обожаю подобные вещи!

— Здесь одно только зло… и о дьяволе пишут. Мадлен говорила, что его надо бояться, потому что он очень плохой.

— Ничего он не плохой, у него просто свой взгляд на мир. Ладно, пошли домой, а то тебе опять влетит от матери, — она закрыла чемодан и взяла книгу под мышку.

— Ты возьмешь ее с собой? — ужаснулась Кэрол.

— А почему нет? Я хочу ее почитать. Ничего мне эта книга не сделает.

— Я боюсь ее.

— Ты прислушайся, что ты говоришь — ты боишься какой-то книги. Еще не появилось на свете то, чего бы ты не боялась. Нельзя так! Ничего не нужно бояться, никогда, поняла? — Эмми с любовью посмотрела в ее ясные глаза и, вздохнув, обняла. — Тебя куры заклюют. Как ты дальше будешь жить? Но ничего, я всегда буду с тобой и защищу от любого.

— Я постараюсь измениться, я хочу быть такой же смелой и сильной как ты.

— Тогда мы с тобой весь мир на уши поставим. Подожди, Кэрол, вот только подрастем.

Это была мечта Кэрол — вырасти и навсегда уехать отсюда, чтобы никогда отныне не переступать порога дома, в котором росла и который ненавидела всей душой.

Это лето было одно из самых счастливых пор в ее жизни. Его ничто не омрачало. Даже мать. Элен нашла себе дружка, который поселился у них и, полностью поглощенная его особой, даже не вспоминала о дочери.

Кэрол это вполне устраивало. Дружок матери, смазливый красавчик с какими-то женственными чертами лица, отталкивал Кэрол, но он относился к ней равнодушно и редко обращал на девочку внимание. Она отвечала ему тем же, и их обоих такие отношения вполне устраивали.

Кэрол могла целыми днями гулять с Эмми. Мать даже перестала заставлять ее работать. О, если бы так было всегда!

Как-то, разыскивая снадобья для заклинаний Эмми, девочки лазили по кладбищу и стали свидетелями одной трагической картины. Небольшая кучка людей окружила два больших гроба, усыпанных цветами. Рядом зияли две глубокие могильные ямы…

— Пойдем отсюда, — сказала Кэрол, отворачиваясь, но Эмми ее одернула.

— Ты что? Давай посмотрим — интересно.

— Нет, — замотала головой Кэрол, отступая назад. — Я никогда не была на похоронах, даже когда Мадлен умерла.

— Почему? — изумилась Эмми.

Кэрол потупила взор.

— Я мертвых боюсь.

— Как ты можешь их бояться, когда ты никогда их не видела?