Мемуары сталкера

Лысый сказал не трогать их, я и не буду. А ещё говорил, что потратил много времени и крыс, чтобы обследовать всё скопление и протянуть всю эту леску. А ещё упомянул, что «детонация» скопления вещь ужасная и прекрасная одновременно.

Наконец-то дойдя до центра, я посмотрел на заваленный ветками вход в тайник. Убрав их, я вспомнил о других членах отряда. Скинув, сообщение на ПДА Левше, я стал ждать их у входа, надеясь, что сигнал «не потеряется» во всех аномальных гравитационных дебрях.

Через полчаса все, пройдя по очереди по моим следам, оказались у входа в тайник. Я, как и обещал, послал Маузера вперёд. Тот без разговоров спрыгнул вниз.

В тайнике было светло. Солнце высвечивало почти все углы. Прямо из земли здесь были вырыты, подобия полок, на которых стоял только один ящик с патронами для Винтореза. Ящик вскрыт и почти пустой. Лысый так и не успел израсходовать всех патронов, что теперь было для него не суждено. Охота на кровососа стала его последней ходкой в Зону.

Я осмотрел земляные стены. Ага, а вот вроде и груз — три заколоченных ящика стояли один на другом. Их то мне Лысый и поручил забрать. Ненужный интерес всё же стучался где-то внутри. Хотя в любом случае, если это поможет нам расплатится, меня уже после этого не волновало, что там лежит, главное, чтобы этого хватило. Я хлопнул по плечу стоявшего рядом Левшу:

— Иди сюда. Видишь, ящики лежат?

— Блин, ну конечно вижу.

— Это риторический вопрос. Нам… — я не успел договорить, Левша перебил меня.

— Вытащить их? — после чего мы с Левшой, сделав «удивлённые» лица, развели руками. — Только громоздкие они какие-то.

— Какие есть. Доставай ПДА и сканер.

— Ага, секунду, — Левша полез в рюкзак. Немного порывшись в нём, он извлёк оттуда сканер с проводами. Поставил его и начал сканирование окружающего нас аномального поля. Я пошёл к ящикам чтобы поднять их из схрона на поверхность. Я уже почти подошёл к ним, как меня очень резко одёрнул за рукав Маузер.

— Ты чё, охренел, фашист хренов? — зло пробирало меня. Этот человек с каждой секундой становился мне только всё более и более неприятным.

— Аккуратнее, — показывая мне под ноги пальцем сказал Маузер. Не хотелось признавать, но мою злобу всё как ветром сдуло. Немец только что спас нам всем жизнь, которая чуть не прекратилась из-за моей невнимательности. Прямо перед ящиком, у моих ног едва виднелась натянутая леска.

— Спа-сибо, — пробормотал я. В голову даже ударил адреналин от пробежавшего страха. Я только что чуть не взорвал растяжку.

— Это не всё, — немец поманил меня жестом идти за ним. — Смотри. Это тянется сюда от тех колышков. Всего их четыре.

В тайник снаружи тянулась леска, из которой была сделана странная конструкция.

В один прекрасный момент, спускающаяся в схрон леска раздваивалась и к двум её концам была привязана палочка. Оттуда же она снова продолжалась и её концы держали в подвешенном состоянии грузик. Сквозь образуемый образованную ромбовидную конструкцию, прямо под вставленной палочкой была протянута другая леска. Я взглядом прошёлся по ней и увидел, где она заканчивается, а именно будучи привязанной к кольцу закреплённой на полу лимонки. Таким образом, от неё леска тянулась вверх, до вбитого в земляную стену короткого куста арматуры, дальше она под углом в девяносто градусов переходила в горизонтальное параллельное полу положение и шла так вдоль стены, проходила сквозь, эту самую конструкцию, так шла до следующей арматуры, снова поворачивала к земле и там была примотана к ещё одной железяке. От увиденного я пребывал в некотором шоке. Ну Лысый ты и замутил. Конструктор хренов. Ему в Зоне до кровососов заняться что ли нечем было?

Однако. Лысый — крут.

— Это работает так… — начал Маузер, но я прервал его речь. Сильно не хотелось слышать никаких разъяснений от него. Чужая помощь как всегда быстро выветривалась из памяти. Не прошло и минуты как немец снова стал меня раздражать. Хотя уже не в той степени, как до спасения моей жизни.

— Я сам понял. Если кто-то потревожит леску на поверхности, колышек, который её держит, упадёт. Груз, — продолжал я, обведя его пальцем. — Полетит вниз и палочкой потянет за собой пропущенную через всё это дело леску. Она в свою очередь выдернет чеку лимонки, та и взорвётся, — закончил я, довольный своей, по всей видимости детской, сообразительностью, позволившей разгадать такое мудрёное устройство, с простым принципом работы.

— Это не всё. Смотри.

Прямо под лимонкой, присыпанная землёй лежала, ровная пирамида из таких же гранат. Теперь я понял в чём дело. У каждой из четырёх идущих сюда лесок, была та же система. Я уже хотел было что-то ещё сказать, но немец перебил меня:

— Это не всё, не торопись. Дослушай, — попросил Маузер. И уже тихо продолжил. — Я успел заметить, что вокруг тайник, выложен прикопанными тротиловыми шашками. И здесь за лимонками, еле торчит из стены парочка.

Если потревожить леску на поверхности, внутри взорвётся граната и взрывом приведёт в действие ещё несколько кучек. А их в кучке не меньше десяти. Получается, достаточно рвануть одной и на воздух взлетят ещё около сорока гранат. Плюс ещё и тротил. Я сразу же записал нас четверых с списки самоубийц. Мы не то чтобы стояли на пороховой бочке, мы сейчас были прямо внутри!

Лысый — гад!

Мне на секунду даже стало очень не по себе, теперь было страшновато даже пошевелиться и ненароком задеть что-нибудь не то, но я не мог отрицать, что всё это тут же сменялось неким нервным восторгом от данной системы. Видимо Лысый руководствовался лишь одним правилом, составляя защиту тайника: ни себе, ни людям. Понятно, почему он просил быстрее очистить тайник: зайди сюда случайный сталкер, и всё полетит к чертям. Только вот нужно было объяснить мне заранее принцип работы данного устройства, а не сказать лишь: хорошенько смотри вокруг себя и не трогай ничего лишнего, и всё будет в порядке. Объяснить такие разъяснения со стороны Лысого можно было, наверное, только одним способом: узнает обо всём — ни за что не сунется.

— Танцор.

— Ась?

— Там под полочками кейс зарыт, убедись, что никаких лесок там не натянуто и аккуратно раскопай его. Лысый сказал там артефакты редкие лежат. Загнать можно будет.

— Хакер, — окликнул меня Левша. — Я всё просканировал, пойду на выход.

— Ага, только давай осторожней, не зацепи ничего. Я напишу тебе, как мы выбираться будем.

— Ты что такой тревожный вдруг стал? — удивлённо произнёс Танцор.

— Да я…. С аномалиями всегда осторожным быть надо и следите чтобы не зацепили чего. Мало ли. Груз у нас ценный. Внимания к себе привлекать не стоит, — в голове мысли путались от напряжения. Когда все отвернулись, я посмотрел Маузеру в глаза и покачал головой, чтобы тот ни слова о взрывчатке не говорил. Тот понимающе кивнул головой. Благо всё это время все занимались своими делами и нас никто не слушал. Создавать лишнее напряжение было возможно опаснее, чем просто надеяться на внимательность к окружению других членов отряда.

Пока Левша выбирался из скопления, я с Маузером подняли ящики наверх. Третий ящик оказался пустым, и мы так его и оставили. Я кинул сообщение Левше, и мы начали наш путь, оставив Танцора дожидаться нас в схроне, дабы не создавать толпы среди аномалий. Пронести ящик с помощью подсказок верного направления, которые посылал нам Левша оказалось нетрудно. Вернувшись, мы взяли следующий ящик. На этот раз, Левша изменил маршрут, и мы пошли по второму пути в развилке. Значит уже за двенадцать. Солнце уже было на другой стороне от воронки и переместилась аномалия, перекрыв старый ход. Спасибо, Лысый хоть об этом предупредил.

Мы вынесли из тайника два ящика и теперь собирались уходить. Я отправил сообщение Танцору, чтобы теперь и он с подсказками Левши выбирался. В ответ получил сообщение: «Я взял кейс и уже за вами шёл, вас здесь толком и не видать. Кажись не туда шагнул и захлопнулась». Я ответил:

— Что захлопнулась?

— Ловушка. Я выйти не могу. Аномалии везде.

Твою мать! Зачем ты, башка пустая, сам попёр? Меня не мог предупредить?

Я сообщил о произошедшем Маузеру с Левшой.

— Что там вокруг него? — спросил я у Левши. Сталкер посмотрел на дисплей в поиске Танцора и окруживших его аномалий.

— Хакер, его правда зажало. И на него вообще электра наползёт через пару минут.

— Да как же мы его проморгали! — зло выпалил я. — Как вытаскивать его? — от волнения я уже с трудом мог совладать с собой и стоять на месте. Нужно было что-то срочно придумать. Танцору самому оттуда не выбраться.

Немного промолчав Маузер сказал:

— Левша, идите за мной. И сообщайте мне о расположении аномалий и Танцора.

— Ага, — глянув на меня, ответил сталкер.

Через минуту Маузер, кажется нашёл ракурс, с которого ему удалось увидеть Танцора.

Я всё это время, следовавший за ними, глянул на сканер в руках Левши и решил ещё немного пройтись вдоль границ скопления. Маузер сумел отыскать зону наиболее свободное от гравитационных аномалий. Запертого сталкера отсюда было видно, но добраться до него всё равно не представлялось возможным. Оказывается, он совсем заплутал внутри скопления и ушёл совершенно в другую сторону. Танцор был довольно недалеко от нас, но всё же это не меняло того факта, что выбраться наружу не представлялось теперь для него возможным.

Маузер написал на ПДА Танцора:

— Вокруг вас сплошной ряд аномалий, но не волнуйтесь. Осторожно повернитесь налево и попытайтесь найти меня взглядом.

— Нашёл, — появился ответ. Маузер стал сверяться с показаниями сканера и о чём-то советоваться с Левшой. Тот, что-то ему объяснил, а после стал обеспокоенно настаивать на чём-то. Я решил вернуться к ним. Тем временем Маузер отправил сообщение:

— Ждите. Нас с вами отделяет один ряд воронок, потом несколько жарок небольшая свободная область в пару метров и прямо перед вами электра. Я попытаюсь их убрать.

Маузер достал из кобуры пистолет. Это был самый настоящий «Маузер К-96». Вслед за ним он вытащил из рюкзака приклад и прикрепил его к пистолету. Отправил сообщение:

— Теперь, как только я выстрелю бегите. Поняли? — последовал ответ:

— Ну ладно… Стой, ты выстрелом хочешь быстро разрядить аномалии передо мной??? — написал Танцор. И через секунду появилось новое сообщение. — А получится?

Немец набрал новое сообщение:

— Он меня ни разу не подвёл. Приготовьтесь.

— Нужно чем-то активировать эти воронки, — сказал Маузер, указывая на передний ряд аномалий. — Я выстрелю так чтобы их не зацепить, иначе цепная реакция пойдёт не так как нужно, — мы с Левшой поняли, что имел в виду Маузер — первыми должны были сработать аномалии вокруг Танцора. Воронки делали это редко, в отличие от каруселей, но тоже порой могли отбить попавший в них предмет и не сработать. Левша отлично понимающий это быстро приглядел два тяжёлых камня и подбросил один мне.

— Кидайте сразу после выстрела. Гравитационные аномалии медленнее реагируют, — мы с Левшой кивнули и встав в позицию были готовы к броску.

Маузер направил пистолет в сторону стоящего в аномальном поле Танцора. Он медленно стал давить на спусковой крючок. Вдруг я вспомнил, о том, чего в отличии от нас двоих не знал Левша.

— Стой! Растяжки! — закричал я, но было уже поздно. Раздался выстрел. Пуля стремительно пролетела между гравитационными аномалиями, не ощутив их притяжения, попала в зону жарок, начиная активировать их одну за другой. Пуля летела дальше и достигла зоны действия электры.

Я никогда не думал, что электра может разрядится на пулю, полностью доверившись Маузеру, но к счастью Танцора так и произошло. Однако сразу стало ясно, что всё идёт совсем не так как хотелось.

Активировавшаяся электра стала расходится изогнутыми молниями куда дальше, чем это обычно происходит при разряде. Возможно мы не учли, что аномалия, давно не срабатывая, могла накопить куда больше энергии и теперь в оторопевшего от увиденного Танцора устремились десятки смертельных молний. И возможно произошло самое неожиданное чудо.

Сработавшая на пулю где-то за сталкером воронка потревожила большую карусель, которая со всей своей мощью резко потянула Танцора прочь от разрядов электры уже готовых впиться в его тело. Улетая против своей воли от электры, Танцор влетел в трамплин, который тут же мощным ударом вышвырнул его из гравитационного поля втягивающей его карусели обратно в направлении уже успевшей разрядиться электрической аномалии.

Неожиданно всем своим объёмом аномальное скопление всё же детонировало.

Воронки в первом ряду начали по цепочке срабатывать, несмотря на то, что я с Левшой, оцепеневшие, так и не кинули в них камни. Вверх устремились столбы огня, выскакивая как иглы из аномального поля, то тут, то там. Гравитационные поля аномалий тут же затягивали в себя огненные струи. Пламя разрастаясь, начинало охватывать собой скопление. Закружили вихри карусели, поднимая в воздух куски земли, разнося огонь. Взрывались волнами трамплины. И во главе всей феерии, сработали электры, подняв высоко над аномальным полем свои гигантские изогнутые молнии. Они взрывались каждую секунду. Вспышки молний слепили глаза. Длинные электрические дуги приводили в действие новые и новые аномалии. Вокруг поднялся ужасный ветер, так и норовящий сбить с ног и затянуть в развернувшееся инферно, множество ужасающе мощных воронок со зверской силой втягивали в себя воздух. От сильнейшего грохота закладывало уши, вырывающиеся то тут-то там против силы раскалённые потоки воздуха обжигали лицо.

Аномалии раз за разом активировали друг друга, казалось, что теперь всё это превратится в бесконечно срабатывающий парадокс Зоны.

Действительно аномалия среди аномалий. Зона никогда не перестаёт удивлять. Ужасно удивлять.

Маузер лежал пластом на животе и закрывая голову руками, его взгляд был устремлён ко мне и Левше:

— Даун! Шнель! Даун! — видимо это истошно вопил Маузер. Но я ничего не мог понять, лишь смотрел как он шевелит губами, пытаясь мне что-то сказать.

Левша, видимо услышавший его, повалился на землю в такой же позе. Время для меня замирало. Я перевёл взгляд на Танцора. Того как тряпичную куклу кидало по воздуху и стороны в сторону, вокруг него обвивалось пламя. Его отталкивали прочь из аномалии трамплины и снова тянули назад карусели. Сталкер, уже потерял сознание и даже не барахтался, что и не помогло бы в борьбе против терзающих его, борющихся за тело несчастного сталкера аномалий.

От ярчайших вспышек молний, затмивших собой тусклое солнце, всё вокруг казалось более тёмным прямо как ночью. Или вокруг правда потемнело? Я заметил, что еле-еле приставными шагами иду в сторону затягивающих меня воронок. Я не мог справиться с их гравитационным полем. Падать на землю мне было поздно, если я чуть расслаблюсь, то полечу прямиком в ближайшую воронку. Левша, вцепился в мою ногу, но от этого лишь тащился вместе со мной навстречу страшной смерти.

Мир вокруг на секунду остановился. Я понимал: теперь меня расплющит аномалия. Об участи Танцора мне было даже страшно думать. Ладно, хотя бы Левша с Маузером останутся, если первый отпустит мою ногу и если до них не доберётся одна из смертоносных молний.

Спасибо, Маузер. Ты попытался хотя бы помочь Танцору. Я думаю ты не знал к чему может привести этот выстрел, поэтому в эти последние секунды я не буду злится на тебя, когда, всё-таки не устояв на ногах, выскочивший из хватки Левши, я летел в аномалию, чтобы распрощаться с жизнью при помощи полного сплющивания, раздавливания и ещё разных малоприятных вещей, которые со мной сделает аномалия. Я переворачивался в воздухе, совсем потеряв ориентацию. И вот я всё-таки оказался внутри аномалии, сильнейшее давление охватило меня со всех сторон. Иронично было умирать в позе эмбриона. Здесь не ощущалось всего того, что творилось вне самой аномалии, тех порывов ветра, жара, запаха озона от разрядов молний. Вокруг стало тихо…

Неожиданно сильный удар в спину вырвал меня из пасти аномалии обратно в незатихающую бурю. Меня развернуло, и я увидел перед собой клубы огня от мощного взрыва. Взрывная волна понесла меня дальше. Сдетонировавшие наконец-то лимонки в схроне Лысого привели в действие тротил, спасли мне жизнь и уничтожили тайник.

Над аномальным скоплением, появилось гигантское облако пыли. Из которого продолжали вылетать осколки. Из эпицентра взрыва, полетели взрывающиеся патроны. Бушующее аномальное поле, укрощённое взрывом нескольких десятков гранат «Ф-1», несколькими килограммами тротила и вырывающимся из центра взрыва фейерверком из патронов. Картина смертельно опасная, но невероятно завораживающая.

До моего лица долетели щепки от оставшихся в, ныне разрушенном, тайнике, деревянных ящиков. Взрывная волна вкупе с пламенем жарок обжигала лицо ещё сильней и несла меня всё дальше от аномального поля.

Меня сильно отбросило, и я увидел изогнутое тело Танцора. Будучи с ним уже поднятыми в воздух, мы пролетели около двух десятков метров прежде, чем ударились о землю. В ушах всё ещё стоял ужасный звон. Всё тело болело. Меня осыпало землёй. Я почувствовал, как теряю сознание…

Кажется, прошло мгновение как появился непонятный надоедливый звук, который становился всё громче и громче, но по-прежнему находился где- то далеко от меня. Я не мог понять, что это за звук и откуда он доносится до моих ушей, но определённо я хотел быть далеко от него, убежать чтобы не слышать. Но почему я никак не могу скрыться от этого шума? Наконец он стал чётким.

До меня дошло, что был в отключке. Шум разбудил меня, и я понемногу приходил в себя. Вдруг кто-то или что-то меня приподняло. Я разомкнул веки. Это далось мне с трудом, всё вокруг плыло. Я никак не мог сфокусировать зрение, поэтому попытавшись осмотреть происходящее вокруг себя, увидел лишь мутное, непонятное пятно перед собой.

Я начал шевелить губами, пытаясь что-нибудь произнести. Хотя бы один стон, чтобы убедится слышит ли меня кто-нибудь.

Пятно передо мной развернулось в другую сторону.

— Капитан, — я начал понимать, что это самое «пятно» — это лицо солдата, а скорее всего был на носилках. — Максим Андреевич. Кажется, он пришёл в себя.

— Грузите его и вылетаем. Направляемся обратно в часть. Значит я жив. С этой мыслью я снова погрузился в сон.

5

Через два дня Хирург уже поставил меня на ноги. Левше и Маузеру досталось относительно немного, а вот мне он вправлял вывихи, осматривал многочисленные ушибы, извлёк из меня пару осколков и наложил швы на глубокие порезы, которые я умудрился получить от разного мусора.

Танцор, лежал на соседней койке. Ему больше всех вместе взятых досталось. Из спины ему извлекли семнадцать осколков, но ни один из них, благо, до органов не дошёл, а большинство вообще прошли вскользь, оставив лишь царапины. У него была сломана ключица и нижняя челюсть, да в придачу пол тела было синее от множества гематом, а всё оставшееся, наверное, было покрыто ожогами. Хирург тщательно за ним следил, чтобы не допустить возможных осложнений в виде гангрен и подобных страшных вещей, к тому же нашему врачу приходилось продумывать курсы обезболивающих для него, но главное после всего пережитого он остался жив.

Поговорив с Хирургом, я узнал, что Маузер первым пришёл в себя и вызвал вертолёт с базы. Узнав о происшествии, капитан приказал немедленно вылететь и эвакуировать нас. Кроме нас самих, доставили и оба ящика, которые мы с Маузером вытащили, и даже нашли тот самый кейс, что должен был вынести Танцор. Он был сильно помят, но кого это волновало, ведь его содержимое было у нас.

Я спросил у Хирурга, сможем ли мы поговорить с Лысым. Он ответил, что через часок он освободится и тогда вместе к нему и пойдём.

Я просидел в палате до тех пор, пока меня не позвали. И вот мы вошли к Лысому. Тот лежал и смотрел подвешенный на противоположной стене телевизор.

— Лысый, — обратил на себя его внимание. Я в два шага преодолел расстояние между входом и его кроватью и навис над ним, уставившись ему в глаза. Тот смотрел на меня спокойно, будто бы ничего не случилось. — Твою мать! Какого хера ты мне ничего не объяснил толком?! Мы чуть не сдохли там! Я лазил в эту «бомбу», ради чего? Мы осмотрели ящики: там артефактов на тысяч двести, двести пятьдесят не больше! Мы чуть в аномалиях не сдохли, потом ещё взрывом накрыло. И всё из-за сраных пятидесяти штук?!

Я отвернулся от него. Меня разрывала злость. Если бы он не был моим другом и не спас мне жизнь, я бы, не задумываясь, уже свернул ему шею. Немного успокоившись, я спросил:

— Ты хоть представляешь сколько требует Сидорович? — за моей спиной прозвучал спокойный голос:

— Да. Он требует миллион рублей.

— Да! Миллион. Двести себе, триста военным, полмиллиона врачам за твоё лечение. А мы вынесли только двести! Ты же знал, сколько там. Это твой тайник.

— Я не дурак, Хакер. Думаешь я просто так держал все нюансы в секрете, просто так на вертолёте за вами вылетел сам командир части, совершенно случайно ящики остались на хранении прямо под боком в моей палате?

— Мне откуда знать, что у тебя в голове?

— Максим, будь так добр, — обратился Лысый к капитану, тот был здесь, потому что зачем-то пошёл вместе с нами. — Покажи им, пожалуйста.

Капитан подошёл к пустым ящикам. Артефактов в них уже не было, они попали на склад военных. Максим Андреевич начал что-то делать с ящиками. Послышался негромкий щелчок.

У ящика оказывается было двойное дно. Под первым лежали большие свёртки.