Игра Хаоса. Книга восьмая

Но сейчас та, что должна была принадлежать только ему, исполняла чужую волю столь же послушно, как прежде его. Давно забытое чувство вновь кольнуло сердце. Возможно, ревность? Нет, он почти забыл смысл этого слова. Жалость? Тоже нет. Король просто не мог принять того, что его собственность может принадлежать другому.

Сидя на своем скакуне, что был чернее самой темной ночи, он сверху вниз всматривался в лицо одной из своих королев и находил во встречном взгляде лишь искреннюю надежду и мольбу, обращенные к своему повелителю. Он позвал ее к себе, и укутанная в туман девушка с радостью откликнулась на этот зов, порывисто бросившись к нему. Но, не пролетев и десятка шагов, замерла. Ей было не по силам разорвать тонкую золотистую нить, связывающую с Книгой хозяина, что сейчас парила перед собирающим трофеи Шепчущим, сливаясь с Книгой Эшхарин.

— Она моя, — глухо пророкотал Король мертвых.

Слегка тронув шпорами своего скакуна, спустя миг он оказался перед призвавшим его смертным.

— Уже нет, — спокойно возразил тот, без страха взирая на одного из владык мира мертвых. — Теперь она моя. Ты сам бросил ее ради новой королевы на Бен-Эшмуриэль в Молчащих камнях, где ее пленили местные экзорцисты и собирались развоплотить. Я выкупил ее, заключил с ней контракт — жизнь, в обмен на служение. Я дал ей цель и смысл существования. Ее жизнь в моих руках.

Железный меч, рассыпая кровавую ржавчину, во второй раз за жуткий визит решил с пробирающим душу скрипом покинуть ножны. Пядь, две… но наг без трепета продолжал смотреть на Короля мертвых. Выдвинутое лезвие замерло на половине пути, словно что-то мешало ему, не давая почти всесильной сущности нанести смертоносный удар.

— Ты не можешь преступить ограничение призыва, — спокойно сказал полководец Хаоса, невозмутимо встречая разъяренный взгляд Короля мертвых. — Для призыва Дикой охоты была использована подлинная страница Книги Смерти, а не одна из жалких подделок, рассеянных по Радуге миров. Откликнувшись на мой зов, ты принял и ограничения, накладываемые великой Книгой. Ты не можешь напасть на призвавшего тебя.

— Только сейчас, — проскрипел мертвец в короне, — только сейчас я не могу убить тебя. Но время пройдет, я найду тебя в Радуге миров, и тогда никто и ничто не сможет тебя защитить, если сейчас же не отдашь мне ее.

— Я редко покидаю Двойную Спираль, — спокойно возразил наг, — а туда даже ты не сможешь явиться. В других же мирах… — он равнодушно пожал плечами, — тебе придется долго искать меня. Я хорошо знаю приметы, предвещающие появление на небе Черной луны, открывающей тебе путь в мир смертных. Так что, если хочешь ее забрать, предложи достойную замену. Например, пусть другая твоя королева займет освободившееся место среди моих баньши.

— Мои королевы служат лишь одному господину!

Король мертвых ни с кем не собирался делить то, что считал своим. Но в словах нага была доля правды: в Двойную Спираль ему не попасть, а ловить пронырливую тварь по всей Радуге миров можно веками, к тому же тот слишком многое знает…

Взмах руки в бронированной перчатке, и из тьмы плаща, развевающегося за спиной владыки мертвых, вынырнул всадник в бархатном камзоле на вороном скакуне. Сухое вытянутое лицо, бледная кожа и сверкающие синевой глаза. Он склонил голову пред своим повелителем, ожидая приказа.

— Забирай его, — проскрипел предводитель Дикой охоты, — вместе с ним я отдам и всю его малую свору псов.

— Псаря на королеву? — покачал головой Шепчущий. — Это слишком мало и умаляет и вашу, и ее честь. Лаэта — лучшая из моих баньши, она способна в одиночку заменить их всех. А вот ей найти равную замену невозможно, второй такой нет.

Словно признавая слова нага, Король вновь махнул рукой, и перед хаоситом материализовались пожелтевший листок пергамента и костяной рог, окованный черной бронзой.

Наг первым делом надел хрустальную пластину и внимательно рассмотрел сквозь нее лежащие перед ним предметы.

«Большой призыв флота мертвых, страница из Книги Смерти. Подлинная, — задумчиво рассуждал он. — Интересно, и в будущем может оказаться весьма полезным: проведя соответствующий ритуал, можно поднять из глубин моря всех неупокоенных мертвецов и духов. Радиус призыва больше десяти морских лиг, причем мертвяки поднимутся вместе с кораблями, на которых погибли. И пусть под власть заклятия подпадут лишь те, кто не обрел честную морскую смерть, это все равно немало, и в определенных условиях может сыграть решающую роль».

Затем он перевел взгляд на рог, лежащий рядом. «Услышавший его голос, да познает тоску и печаль!» — бежала по бронзовой оковке источающая потусторонний холод вязь. Один из охотничьих рогов Короля мертвых, с помощью которых он деморализует живых, подавляет в них волю к сопротивлению. Правда, действует лишь против живых существ: мертвецы Шепчущего, как и элементали Рэна, ему не подвластны. В отличие от хозяев отрядов. Что ж, замена получается весьма достойная. — Если Владыка добавит к этому свое обещание еще раз явиться, когда услышит мой зов, она ваша.

Король мертвых нехотя кивнул, и в руках нага через миг оказалась карта, чтобы быть протянутой предводителю Дикой охоты. Тот небрежно мазнул по прямоугольнику рукой, и карта осыпалась прахом, а вместе с ней исчезла и сила, удерживавшая королеву. Девушка, счастливо улыбаясь, устремилась к своему истинному господину. Словно и не было расставания, боли, одиночества и тягости пустых дней — она снова была с ним…

Наг, нагнувшись, подобрал с земли плату за освобождение Лаэты. Кристалл с душой псаря — хороший будет предводитель Призрачным всадникам, да еще способный призвать личный отряд усиления. Рог отчаяния. Страница из Книги Смерти. Весьма неплохо.

Когда Шепчущий разогнулся, ни Короля мертвых, ни снова обретшей своего возлюбленного баньши рядом уже не было.

Жаль, конечно, Лаэту, но ему есть кого поставить на ее место. В его личном доме в Двойной Спирали хранятся души еще двух бывших королев из свиты Короля мертвых. Эта тварь, несмотря на то, что мертва, весьма любвеобильна и часто меняет своих жен, бросая старых ради новых влюбленных дурочек. И если знать мир, где недавно появлялась Дикая охота, и хорошенько там поискать, есть не такой уж маленький шанс найти одну из брошенных дев. Лишившись силы своего Короля, они, как правило, быстро истаивают, не имея возможности покинуть место, где он их оставил. Безжалостное солнце убивает их призрачные тела в течение нескольких дней, неся окончательную гибель, и в обмен на спасение, в отчаянии несчастные бывают готовы дать клятву вечного служения.

Поиском королев для нага занимался небольшой отряд опытных наемников, получавших щедрую плату за свою работу. Лаэта была первой, но еще две ждут своего часа, ни в чем не уступая ей по силе, при этом каждая обладает своими уникальными способностями.

«Интересно, а если вновь вызвать Короля мертвых, когда одна из них будет призвана? Возможно, он захочет выкупить и еще одну из своих жен», — наг улыбнулся этой мысли и покачал головой. Второй раз судьбу он испытывать не будет. У него и так достаточно врагов.

К слову, о врагах… Он достал из сумки небольшую тетрадь в черной обложке, куда вносил имена своих заклятых врагов, которых планировал убить. В Доме Змеи ее в шутку даже называли «тетрадью смерти». Немного полистав, один из старейших полководцев среди ныне живущих нашел имя Уббалаха и с огромным удовольствием его зачеркнул, добавив напротив лаконичную надпись — «убит». В неприметной тетрадке было уже множество перечеркнутых жизней, другие же еще только ждали своего часа. Довольный, наг пробежался взглядом по именам на этой странице, взор зацепился лишь за одно — Вигри.

У Шепчущего была великолепная память, он не нуждался в записях, чтобы помнить приговоренных им к смерти, но нагу нравилось видеть такое зримое свидетельство его побед.

Что же, теперь всё. Не в его интересах затягивать возвращение в реальный мир. Окинув быстрым взглядом недавнее поле боя, убедился, что, несмотря на потерю своей предводительницы, Баньши вместе Личами под руководством Саяра, призвав несколько сотен скелетов, почти восстановили принесенный в жертву подотряд. Наг мстительно отметил, что в следующий бой под его знаменами пойдут скелеты ящеров, и, дав знак сворачиваться Рэну, отозвал свой отряд.

— Покинуть Арену, — скомандовал он, и мир вокруг него начал постепенно таять.

Рэн, не раздумывая долго, последовал за ним. Его Феи успели подлечить своих и даже частично наполнить Колодец маны.

*****************

Возвращение в реальность — и сразу толчок эмбиента в грудь.

Я почувствовал, как волна силы накрыла меня, принеся пьянящее чувство восторга, но столь же быстро схлынула — барьеры разума сумели защитить от наркотического воздействия. Я невольно покачнулся на ногах, на время потеряв ориентацию, но сумел быстро взять себя в руки и огляделся по сторонам.

Наг не теряя времени призвал разведчиков — крохотных Пикси — и невозмутимо полз вперед. Туда, где виднелись черные дымящиеся проплешины от огненных гейзеров. Возле одной из них сидел вампир, рядом с ним в конвульсиях билось тело умирающего ящера. Шепчущий с удовлетворением оглядел поле схватки, после чего уточнил у своего слуги:

— Кто-то уцелел?

— Все мертвы, — прорычал тот.

Выпитая кровь и ярость схватки все еще будоражили ночного охотника. Враг оказался хорош: несмотря на неожиданную атаку и заклятие, использованное помощником нага, выжившие без боя не сдались. И без Клыков Ла-магры ему было бы не победить, но их сила позволяла осушать врагов, восстанавливая тело после ударов, заклятий и ран от вражеских мечей. Призванные твари, лучи Света — хаоситы дрались хорошо и умело, но он оказался лучше и сильнее их. Клинки проклятого бога придали ему сил и скорости, Крылья ночи наделили способностью к полету и защитили от солнечных лучей, а собственный ум и мастерство ближнего боя позволили ему истребить врагов, взяв их кровь и жизни.

— Скольких ты убил? — уточнил наг, разглядывая разбросанные на камнях тела: часть была искромсана и разорвана на куски, на других виднелись следы огненной стихии — Гейзеры подземного огня хорошо сработали в этот раз, неудивительно, что Рэн даже замер от притока эмбиента.

— Я взял тринадцать жизней! — успокаиваясь, произнес вампир, пытающийся сдержать бушующую внутри силу и жажду новой крови. — Хорошие враги: сильные, быстрые, если бы не внезапная атака и использованное заклинание, я бы не смог победить. На мое счастье, они не были готовы.

— Еще бы, — прошипел наг. — Тут, считай, почти три большие звезды были, и не новичков, а опытных бойцов. — Затем активировал связь: — Саа-Шен, что с передовым отрядом Змееедов? — Выслушав доклад, довольный, махнул рукой Рэну: — Помогай трофеи собирать. Тут и твоя добыча есть.

Шесть Игроков погибли от моей руки, шесть тел, разбросанных среди камней. Их несложно отличить от тех, кто пал от ударов вампира.

Имея возможность осмотреть вблизи тела его жертв, я невольно задумался над тем, кто же он такой. Фактически, в одиночку атаковать такой крупный отряд Игроков, и не только выжить, но и победить? Следы вокруг однозначно говорили, что Змеееды не сдались без боя. Копоть на земле от огненной магии, следы взрывов, рассеченные ударами заклятий и клинков камни… Я видел немало полей сражений, поэтому примерно представлял, что здесь произошло.

Эти четверо погибли в первой волне от моего удара Гейзерами. Это заметно сразу: почерневшие, сморщенные от огня тела, из снаряжения ничего не уцелело. Даже металл, расплавившись, растекся по земле. Все, что мне осталось — подойти и собрать карты с Активаторами. И все же я осматривал тела, несмотря на их неприглядный вид: магические артефакты и хорошее оружие способны пережить даже столь мощный удар пламенем. В прошлом я уже насмотрелся на немалое количество трупов, и, в отличие от мутантов в пустыне, на телах Игроков есть неплохой шанс найти что-то ценное.

Один, второй, третий… и только четвёртый погибший Игрок помимо Атрибутов оставил после себя небольшой красный медальон в виде головы ящера на длинной цепочке. Золотистая пыль с крыльев Пикси пометила его, но, не будучи хозяином карты, я не мог различить, то ли это сильный артефакт, то ли признак ловушки. Я осторожно замер, рассматривая кулон. Для таких случаев мне бы не помешало нечто вроде хрустальной пластины нага, показывающей суть вещей: мой Сприган ее проигнорировал.

— Молодец, что не польстился, — с одобрением хмыкнул наг, как оказалось, все это время наблюдавший за мной. — Проклятая вещь с очень качественным сокрытием сути, активируется после смерти владельца, вызывает гниение крови у того, кто ее подберет. Серьезное проклятие и действует весьма быстро.

— Спасибо за предупреждение. Вы не против осмотреть и остальные вещи, если таковые найдутся?

— Твои там и там, — небрежно махнул он в ответ на еще два трупа, возвращаясь к обследованию тел убитых вампиром Игроков.

Эти двое погибли, наверное, когда, спасаясь от атаки упыря, перемещались и ненароком попали под удары огненных гейзеров.

Змеееды не сумели сгруппироваться и объединиться в один отряд в том числе и из-за ударов из-под земли. В результате они оказались разобщены и не могли взаимодействовать друг с другом: прикрывать, лечить, реализовывать отработанные связки. Этим и воспользовался вампир, явно превосходя их в скорости. Да и оружие, что ему вручил наг, явно было далеко не простым. Я видел, что массивный ящер, двух с половиной метров росту, закованный с головы до ног в прочный доспех, был вскрыт одним ударом, словно консервная банка. От головы до паха шел ровный разрез, а из тела не вылилось ни единой капельки крови.

Да кто же ты такой, истинный что ли? Я слышал о подобных тварях, которые, как говорят, на порядок превосходят обычных упырей. Но каким образом он попал на службу к нагу? Впрочем, это неважно.

Я быстро осмотрел два оставшихся тела, найдя на одном из них весьма неплохой кинжал, который наг после осмотра разрешил взять. Что ж, на подарок Саймире сгодится. Узкий стилет с россыпью драгоценных камней и небольшой рукоятью явно был сделан под человеческую руку и зачарован на прочность. Не совсем понятно, зачем его таскал с собой здоровенный ящер. Он мог использовать это оружие разве что в качестве зубочистки, хотя не удивлюсь, если так оно и было.

Тем временем, Шепчущий подполз ближе к тому ящеру, на теле которого был оставленный мною кулон. Наг поднял амулет в воздух при помощи телекинеза и взглядом переместил в прозрачный экранирующий сосуд.

— Кто знает, когда тебе пригодится подобная вещица, — поделился своими мыслями он. — Бывший владелец потратил немало дайнов, чтобы создать и подготовить подобный сюрприз для своего возможного убийцы. Не стоит столь усердным трудам пропадать понапрасну. Здесь все, пора ухо…

Он еще не успел договорить фразу, как его голос резко оборвался, и обычно невозмутимый, наг даже изменился в лице.

— Убираемся отсюда! — рявкнул он. — Немедленно!

Я без промедления кинулся к нему, с другой стороны тенью метнулся вампир. Наг, стоило мне достичь границы зоны переноса, активировал мгновенный переход к Метке пути, оставленной заранее в пещере. Меня еще окружала дымка межмирья, а Шепчущий уже на ходу отдавал команды.

На место, где только что стояли наг с Рэном, спустя десяток секунд рухнули пять ослепительных протуберанцев, всколыхнувших землю взрывами.

*****************

Мерцание путеводного огня — единственный доступный свет в темно-синем мареве, сквозь которое пробирался лидер Дома Ящеров и девять верных — полководцы и владыки, разделившие с ним путь и готовые принять бой.

Пришлось выдергивать их в срочном порядке, тратить драгоценные карты для возвращения домой — и все ради одного, но бесценного трофея. Голова Шепчущего станет главным украшением его охотничьего зала. А если еще учесть награду, что готов выплатить Орден Порядка за его смерть, несметные сокровища, что хранятся в его личном доме, возможность выбить Дом Змеи из грядущей войны и заставить навсегда замолчать нага в Совете Старших…

Все это прекрасно, но… Газарах уже многие циклы старался избегать лишних опасностей и встреч с равными себе в бою. Он уже давно мог прибыть в этот мир, поддавшись на уговоры Эшхарин и Уббалаха, но есть, есть шанс поражения, особенно в схватке один на один. А когда от подножия трона Смеющегося Господина тебя отделяют всего девять ступеней, и ты вовсю занят подготовкой собственного будущего после завершения Игры… риск ни к чему. Зачем ему вся эта возня? Какая разница, что будет с Двойной Спиралью, Игрой Хаоса, с нынешними врагами и недругами, если через какие-то пару сотен лет, а может и раньше, он уже сам будет вне Игры?

Ему изначально не особо нравился весь этот дурацкий план Эшхарин, сумевшей как-то уговорить и Уббалаха. Не стоит дергать змею за хвост. Его умоляли прийти раньше, готовые в любой момент открыть путь, но он оттягивал момент, ожидая подкреплений. Зачем зря подвергать себя опасности? Шепчущий — опытный воин из старых времен, и ящеру не хотелось на своей шкуре проверять остроту его клинков. Как и гадать, не отправляется ли он прямиком в засаду.

На этой войне Домов он не планировал рисковать сам, для этого имеется достаточно Игроков низших рангов, чьими жизнями он готов оплатить будущую победу. Они должны сражаться и умирать ради амбиций клана и процветания его лидера. И поэтому Газарах откликнулся на зов лишь тогда, когда был уверен, что достиг тотального превосходства, исключающего даже малейшую угрозу: против десяти Полководцев и Владык не устоит даже наг. Пусть он и использует Гидру, им есть чем на это ответить.

Прозрачная пленка впереди легко лопнула под его напором, и он попал в небольшой грот, где разместилась пара Игроков-Змееедов. Зов был послан к Эшхарин и Уббалаху, едва он ступил на камень пещеры. Но в ответ — тишина.

Газарах недоуменно посмотрел на браслет из светящегося жемчуга с Тамариса. В перламутровых сферах плескались крохотные капельки крови, обеспечивающие связь с каждым полководцем и владыкой его клана, находящимся в том же мире, что и он. Заблокировать зов считалось практически невозможным, и когда он не услышал своих полководцев, тут же понял, что что-то пошло не так.

Владыки и полководцы Дома Ящера еще только вступали на камни нового для них мира, а Газарах уже призвал и разослал воздушных разведчиков, активировал стационарный защитный полог на случай возможной атаки и проверил активность карты Спасения. Когда же две жемчужины сорвались с браслета и, потускнев, упали вниз, стало окончательно ясно, что в Доме Ящера стало на двух полководцев меньше.

Досадно. Но не критично. Он их предупреждал. Что ж, пора взять плату за их жизни.

Недолгое ожидание, и глаза разведчиков, высланных им, показали нага с его помощником, обирающих тела погибших бойцов их малого Дома. Неприятно. Активатор вскинут, точка для удара определена. Звездопад через пару минут обрушится с небес и похоронит в очищающем пламени останки соклановцев. Газарах и не надеялся с помощью этой атаки достать нага. Скорее, ему хотелось немного размяться и заставить противника потратить одну из карт локального перемещения. И заодно вынудить озаботиться собственным спасением, чтобы не мешал действовать.

Разведчики донесли детали бегства нага. Следом Шаг сквозь реальность, и карта переносит на десять тысяч шагов вперед, поближе к расположению отряда Змей. Теперь Щит отрицания взамен развеявшегося со смертью Уббалаха. Заблокировать дорогу для бегства — план Эшхарин продолжал исполняться, пусть ее уже и не было в живых. На Щит отрицания, расползавшийся по небу, он наложил рунное слово «Непреодолимость», и теперь минимум на сутки снять его или пробить стало невозможным. Превосходно. И последний штрих — Астральный шторм, теперь любые порталы и прочие локальные перемещения у противника активировать не получится. Главные шаги в этой войне сделаны. Все, что теперь осталось, это добить Змей, не дав им выскользнуть из расставленной западни.

Верные стояли рядом, за его плечом, и каждый отлично знал свою роль. Разящий кулак Дома Ящеров действовал как великолепно отлаженный механизм: вспыхивали раскинутые сигнальные сети, пробегали волны устанавливаемых общих щитов, эфирные двойники готовились оттянуть на себя удары, фантомы отвлекали противника, а маскировка местности скрывала все приготовления.

Газарах окинул одобрительным взглядом выбранную им скалу, что возвышалась над остальными, открывая неплохой обзор на будущее поле боя. Подходящее место. В других условиях он выбрал бы незаметный, укромный уголок в глубине пещер, дающий надежную защиту от большей части атак, но не теперь. Зачем? Вместе с ним против нага — девять полководцев и владык Ящеров, и не недавних выскочек: многие с ним еще с докейдановских времен. На любой удар Шепчущего они ответят десятью своими, против его потрепанного отряда, они выведут свои свежие армии на пике сил. Щит отрицания на пару с Астральным штормом надежно закрыли не только дорогу отсюда, но и перекрыли пути извне, так что получить помощь от возможных союзников из других миров и планов наг не сможет.

Мерцающее марево пробежало над группой — усилители щитов занимали свои места. С Активаторов срывались сканирующие и поисковые заклятья. Призванные существа разлетались по воздуху, расползались по земле и уходили тенями — на разведчиков в предстоящем бою скупиться не стоит. А в Активаторы без спешки уже заряжались новые атакующие карты, на дне ущелья начали возникать передовые отряды…

Газарах довольно оскалил пасть, видя спокойную, уверенную работу его офицеров. В свое время он потратил немало сил, чтобы воспитать их такими: сильными, уверенными в себе, достойными Великого предка, создавшего их вид. Когда закончится его Игра, он знает, что оставит свой Дом в надежных руках.

— Пора!

По убежищу нага нанесли пробный каскад ударов: сразу пять золотых карт разной направленности силы ударили по щиту, созданному над пещерой, где укрылся Шепчущий со своими бойцами.

*****************

— Мы установили Метку пути, путеводный огонь уже разожжен…

Предвидя появление отрядов врага, пара бойцов была отправлена далеко вперед, и сейчас, находясь за пределами зоны охвата Щита отрицания, была готова открыть дорогу для передовых отрядов Дома Летящих.

Наг заранее просчитал такой расклад, во многом обусловленный поведением вражеских полководцев, и взыскал несколько старых долгов, в том числе и возможность перехватить управление завесой, предоставленную одним из темных владык. С Щитом отрицания она не сработала, а вот контроль над Астральным штормом получить удалось, что позволило перетянуть глаз бури на себя, открывая путь союзникам, заранее предупрежденным о возможной схватке.

— Используйте локальный сдвиг на выставленный мной ориентир. Врагов всего десять, и они сами загнали себя в западню, перекрыв внешний отход. Мы сможем недолго продержаться, и как только появитесь вы, поддержим ваш удар. По сути, здесь главные силы Ящеров, без отрядов поддержки и прикрытия. И совершенно не рассчитывающих на полномасштабное столкновение. Накроем их прямо сейчас одним махом, и все — войне конец.

— Мы не придем, — раздраженный голос дракона оборвал рассуждения нага, — это слишком опасно. Враг силен. Я не могу пойти на такой риск сейчас.

— Но как же так? Ты дал мне слово! — несмотря на всю свою выдержку, голос нага дрогнул от услышанного. — У тебя было достаточно времени подготовиться, собрать лучших бойцов, я заранее тебя предупредил. Мы же заключили с тобой сделку…

— Я помню, — дракон вновь прервал нага, — и готов выплатить компенсацию, положенную за ее невыполнение.

Тысячекрылый даже не смог сдержать свою радость, насколько все удачно вышло: после утраты лаборатории, Змеи из союзников превратились в обузу, грозившую слишком дорого обойтись ему. Плату за контракт никто не отменял, восемьсот тысяч голов — это много. Сведения, предоставленные нагом, уже отработали свое и все союзы заключены. Разведка в войне важна, но ничто не сможет гарантировать отсутствия своих планов у изворотливого змея, а его шпионы в собственном Доме лесного дракона откровенно достали. Теперь же он одним махом избавится и от нага с его кланом, и от платы ему. И все — в рамках правил Совета Старших.

Ишь что удумал: стравить их Дом с сильнейшими бойцами Ящеров, заставить вместо позиционной войны, где гибнут лишь младшие кланники и наемники, вступить в сватку на уничтожение! Как бы предложенный им бой ни закончился, кто бы ни победил, оба сильнейших Дома понесут невосполнимые потери, а ушлый наг возвысится на их фоне.

Не сдерживая злорадства, Тысячекрылый продолжил говорить:

— Компенсацию мы выплатим, как только ты сможешь за ней приползти. Мне очень жаль, что так получилось, но я не могу идти на столь неоправданно высокий риск. Я благодарен тебе за уничтожение младшего Дома Ящеров и двух его полководцев. Твой подвиг не будет забыт! И постарайся перед смертью захватить с собой побольше врагов, чтобы песню о твоем последнем дне пели тысячелетиями. Прощай.

Изображение лидера Летящих пропало, и хрустальный шар, через который они с нагом поддерживали связь, потух. Шепчущий отвел от артефакта взгляд и внимательно осмотрел собравшихся за его спиной бойцов. В его взгляде не было ни капли той растерянности, что еще мгновение назад он показывал дракону.

— Что ж, вы сами слышали. Наши союзники обрекли нас на смерть. Вот цена слову и чести. Пусть это будет уроком для всех вас — никому за пределами нашего Дома верить нельзя и только вместе мы сильны и можем победить. Враги могущественны и думают, что загнали нас в угол, союзники предали, обрекая на смерть. И что же нам остается?

— Достойно умереть, — яростно прошипел кто-то из бойцов.

— Болван! — рявкнул наг. — Пусть короткоживущие подыхают, а у нас и других дел полно. Скэр! — требовательно крикнул он. — У тебя все готово?

— Да, Повелитель, — Скэр вылез из палатки, в которой пропадал с того момента, как вернулся из вылазки за головами тех смертников, что Змеееды поставили в отвлекающий отряд. — Процесс запущен, заряд активирован, до взрыва меньше трех минут.

Палатка поломанной птицей взлетела под взмахом руки нага, и перед бойцами Дома Змеи предстал, быстро раскручиваясь, прозрачный шар, внутри которого летали, разгоняясь, сотни сине-зеленых энфиритовых крупинок. Уже замерцали ослепительные разряды молний, шар, разгоняясь, все увеличивал силу вращения, а таймер отсчитывал время до момента, когда опустятся вниз графитовые стержни, вызвав детонацию.

— Мы умрем, захватив с собой врагов! — тот же голос, повеселев, выдал новую догадку.

— Идиот, — прошипел наг. — Ты явно в прошлой жизни был гладкокожим и лишь по ошибке богов оказался на Колесе жизни, вылупившись среди Детей Великой Матери. Мы вообще не собираемся умирать!

«Лейтенанту не стать в одночасье настоящим генералом, — презрительно думал Шепчущий, — опыта не хватит». Тысячекрылый, в котором он умело поддерживал, разжигая все сильнее, раздражение, ожидаемо сорвался и не смог удержаться от преподнесенной возможности. Теперь Дом Змеи свободен от ненужного ему союза и необходимости участвовать в войне, а вот плату свою возьмет полной мерой, Летящие еще и должны останутся!

Над пещерой-укрытием еще растягивался полог заклинаний, еще порхали в небесах первые разведчики врага, выискивая место, куда переместился наг, а Дом Змеи уже готовился к обороне: посреди зала гудел, надрываясь, небольшой металлический ящик, создающий силовой щит.