Притворись моей сестрой

Что он и сделал.

XI

Рив попросил разрешения отца Дженни забрать дочь до вечера. Джоди знала, что папе не очень хочется соглашаться, но при этом у него не было никаких причин отказать.

– Тебе назад четыре часа ехать, верно? – спросил его мистер Спринг.

– Да, сэр, – ответил парень.

Джоди знала, что обращение «сэр» точно придется отцу по душе. Рив выглядел организованным и ответственным, с короткой стрижкой, как солдат.

– Это во сколько тебе надо будет отсюда выехать, чтобы вернуться домой в разумный и приемлемый для всех час?

Парень ухмыльнулся.

«Симпатичный, – подумала Джоди. – Теперь понятно, почему она не смотрит на других ребят в школе. Ей очень повезло».

Рив ответил:

– Родители начинают напрягаться, если в субботу я не возвращаюсь домой к часу ночи.

– Значит, вы должны быть здесь не позднее восьми часов.

– Спасибо, – произнес он и выдохнул.

Джоди ужасно удивилась. Если бы папа сказал: «Нет, я не разрешаю», Рив не стал бы возражать. Дженни танцевала кругами вокруг парня, положив на него руки, как балерина на станок. Ее пальцы скользили по его груди, спине и рукам. Девушка так изменилась, что Джоди едва ее узнавала.

«Вот такая сестра мне нужна. Счастливая, смеющаяся и радостная Джен. Пока мы ее такой не видели. Эту сторону себя она нам пока не показывала».

Сможет ли приезд Рива растопить лед неприязни? Вернется ли она домой счастливой, смеющейся и довольной? Или, наоборот, загрустит, будет молчаливой и мрачной? Какой была сестра в обществе ее родителей?

«Родителей». Джоди мысленно отметила это слово. Она обратила внимание, что не назвала их «мистером и миссис Джонсон».

Сквозь щель между занавесками девушка наблюдала, как Рив и Джен дошли до его автомобиля. Парень выглядел высоким и мужественным. По сравнению с ним сестра казалась маленькой, зато энергии в ней было больше, чем за все эти недели, которые она провела в семье Спринг.

«Джен влюблена, – подумала Джоди, которой раньше нравились некоторые мальчики, но она никогда не считала свои чувства настоящей любовью. Девушка ждала свою любовь, каждый день в школе надеялась, что встретит того самого парня, мечтала об этой встрече перед каждым крупным мероприятием, и каждый вечер после его окончания горевала, что пока так и не встретила свою любовь.

– Да, она влюбилась, – повторила ее мысль мама, выглядывая через ту же самую щелочку между шторами.

Папа обнял ее и крепко прижал.

– Я тоже влюблен, – произнес он, целуя ее в губы. Глаза обоих были мокрыми от слез.

Автомобиль Рива уехал.

– Она прекрасна! – прошептала мама.

Папа кивнул.

– По крайней мере, сейчас она показала нам, кем может быть. Какой смех. Какая энергия. Искренность.

– Но нам ничего этого не достается, – заметил Стивен. – Это все она для них бережет.

Дженни не забыла, что влюблена в Рива. Просто возникло слишком много проблем, которые занимали ее голову. Слишком много дел. Слишком много незнакомцев.

Как ей было приятно увидеть его в гостиной. Какой он был уверенный и спокойный. Каким темным казалась кожа его лица по сравнению с белолицыми и веснушчатыми членами ее семьи. Увидев парня, она позабыла обо всем. Хотелось кричать, но сил хватило лишь на шепот:

– Рив…

«Он приехал. Он ехал пять часов, пробился через нью-йоркский трафик, оплатил сборы за пользование платными дорогами, заправился бензином и игнорировал указания трех пар родителей: двух ее и собственных. Все ради того, чтобы меня увидеть», – думала девушка.

Было ощущение, что все окружающие исчезли и остался только Рив. Его сильное и мускулистое тело, худое лицо, широкая улыбка – все это она любила, но прошлой зимой отправила на второстепенное место в своей жизни. Тогда на первом был пакет из-под молока. Как получилось, что сплющенная картонная упаковка была в силах изменять жизнь двух семей?

– Рив! – воскликнула она наконец и рассмеялась.

Она была не в состоянии усидеть на пассажирском кресле автомобиля и практически пересела к нему на колени и покрывала поцелуями его лицо. Парень завел мотор и отъехал от дома. Разумеется, ехал он не очень аккуратно, потому что сконцентрироваться на дороге не особо получалось. Он подстригся: теперь у него короткая стрижка, длинные волосы исчезли. Короткие волосы приятно покалывали ладонь, когда она проводила ею по его голове.

– Как семья? – спросил он.

– Да мы на самом деле не особо-то семья, – ответила Дженни. – Или, по крайней мере, нельзя сказать, что я ее часть. Надо брать уроки жизни в семье.

Рив не улыбнулся.

– А я слышал, что тебе нужны не уроки, а побольше практики.

– Что? – возмутилась она. Неужели родители прислали Рива, чтобы напомнил ей, как надо себя вести? – Не смей, Рив Шилдс! Ты даже не представляешь, что мне здесь пришлось пережить.

– Прости. Но я все знаю. Мне кажется, тебе надо было…

– Может, и надо было! Но я этого не сделала. В моем случае нет уже готовых и четких решений, поэтому я выплывала, как могла.

Все это было правдой. Это знала и она сама, и Джоди, и Стивен. Тем не менее девушка покраснела. Рив положил ладонь на ее руку.

– Пожалуйста, не называй меня больше Рив Шилдс, а то мне кажется, что я мамой ругаюсь.

Дженни совершенно точно не хотела быть похожей на чью-либо мать. Она крепче сдавила его ладонь и рассматривала кольцо на его пальце. Их сделали все ученики выпускного класса. В ее отсутствие парню исполнилось восемнадцать, а она даже не прислала ему поздравительной открытки. Рив наверняка отправлял документы в разные колледжи, а она даже не спросила, в какие. Дженни была по горло занята собственной жизнью и думала только о себе. Потрясающий эгоизм, такой же большой, как расстояние от Нью-Джерси до Коннектикута.

– Дженни, – заговорил он, – я хотел узнать, сколько тебе на самом деле лет.

– Давай считать, что столько же, сколько в Коннектикуте, хотя это не совсем правильно.

Он рассмеялся.

– Мне исполнилось восемнадцать. Получается, ты на целый год младше, чем я думал. Так что ты еще маленькая девочка. Малышка Дженни Джонсон.

– Да? Но я легко могу тебя побить, гигант.

– Да? Точно так же, как в свое время обыграла меня в теннис?

Ребята снова рассмеялись. У девушки были слабые руки, ей сложно было поднять ракетку, не говоря о том, чтобы отбить мяч так, чтобы он перелетел через сетку.

Рив посмотрел на нее сквозь ресницы, слегка прищурившись. Когда у него были длинные волосы, каждый взгляд искоса или исподлобья из-под челки и длинных ресниц казался ей таким обворожительным и волнующим. С короткими волосами он стал другим, но длинные ресницы остались изумительно прекрасными.

– Помнишь те уроки тенниса? – спросил он.

– Как я могу их забыть?

– Ты знаешь, в чем бы еще я не отказался дать тебе урок?

Девушка тут же поняла намек.

– А на ком ты в мое отсутствие тренировался?

Парень улыбнулся. Казалось, что его улыбке нет конца и края.

– Рив, какой же я была эгоисткой с тех пор, как сюда приехала!

– Я так и знал, – сказал он, откидываясь на спинку кресла. – Был уверен, что ты захочешь вместо этого разговаривать.

– И тем не менее я была большой эгоисткой.

– Ну а я люблю тебя такой, какая ты есть. И хочу узнать тебя поближе. Гораздо, гораздо ближе.

Дженни истосковалась по любви.

«Как странно, ведь у меня целые две семьи, которые меня так сильно любят… Все-таки, а что же такое любовь?» – подумала она и спросила:

– Рив, а что такое любовь?

– Ей не нужны слова, – твердо ответил он.

Домой они вернулись раньше оговоренного времени, что очень удивило Джоди. Как и то, что Рив остался у них дома до восьми часов, то есть до самого выезда в сторону Коннектикута. Парень сказал, что хочет поближе познакомиться с членами ее семьи. По идее, это мог быть самый неловкий вечер за весь год, но все оказалось совсем иначе. Они прекрасно провели время. Рив оказался очень классным, Джоди была от него без ума. И ей очень понравилась девушка, сидевшая рядом с ним.

Рив был человеком, с которым близнецы с большой радостью отправились бы в поход. Человеком, с которым папа с удовольствием занимался бы двумя автомобилями, и человеком, которому мама с радостью готовила бы еду. Он оказался парнем, которого сама Джоди хотела бы иметь в качестве своего бойфренда. И даже сумел понравиться Стивену. Они оказались очень разными не только с точки зрения внешнего вида, но и в смысле жизненного опыта и уверенности в себе. Рив – младший в большой семье, и в смысле его воспитания родители расслабились, не были излишне строгими и позволяли сыну многое. Стивен же, наоборот, был старшим ребенком в большой семье, в которой люди до конца так и не смогли расслабиться и держали сына, так сказать, на коротком поводке. Джоди обратила внимание, что Стивен казался слишком неопытным и «зеленым» для своего возраста, слишком привязанным к дому и родителям. Она искренне надеялась, что брат не замечает, насколько сильно отличается от гостя, иначе начнет злиться на всех и на самого себя.

– Мистер Спринг, – произнес вдруг Рив несколько неуверенным тоном.

– Что?

– Я вот что хотел спросить. Я не говорил на эту тему с Джонсонами и с моими родителями. Но… – Парень бросил взгляд на Дженни, посмотрел на потолок и потом на мистера Спринга.

«Он хочет с ней убежать», – решила Джоди, готовая рассмеяться и захлопать в ладоши.

Уверенность и спокойствие Рива исчезли, словно их и не было. Следующие несколько предложений он проговорил с трудом и запинаясь. Вид у него был такой, как у сорокалетнего человека, который впервые сел на велосипед.

– Я учусь в выпускном классе, и второго июня у меня будет выпускной бал. Я хотел бы пригласить Дженни на этот бал и поэтому прошу вашего разрешения. Мне надо будет приехать и забрать ее. Но дело в том, что ей придется заночевать, а может, и провести там две ночи. Я знаю, где ей можно остановиться, если не хотите, чтобы она жила это время у мистера и миссис Джонсон, хотя они прекрасные люди. То есть она может заночевать у нас, мои родители будут совершенно не против…

– Конечно, – усмехаясь, ответил мистер Спринг.

Рив еще до конца не понял ответа.

– То есть она может пойти со мной на выпускной?

Мужчина кивнул.

– Да, может. Ей это очень понравится.

– Правда? – воскликнула Дженни. – Я могу пойти? Вы разрешаете? Разрешаете пойти на выпускной?

– Да, – ответил папа.

Джоди захлопала в ладоши.

– Значит, можно поехать в магазин? Ура! Я всегда мечтала, как буду покупать платье для выпускного!

Все радостно закивали.

– Правда, мама? Мы можем поехать с тобой и Дженни за платьем?

Дженни расплакалась.

– Не плачь! – произнес Рив, сделав страшное лицо. – Ненавижу, когда плачут, – подмигнул он миссис Спринг, словно они были приятелями.

– Да она не от горя, – уточнила Джоди. – От счастья.

Девушка утвердительно кивнула в ответ сестре и улыбнулась ей так, будто та выиграла тысячу долларов.

– Покупки для выпускного бала. Это будет здорово.

– Так вот в чем все дело, – произнес Рив, – в платьях!

– А ты думал, что в любви? – спросил его мистер Спринг.

Нежные взгляды, которыми обменялись Джейн и Рив, без сомнения, продемонстрировали, что именно так они и думали.

Джоди попыталась представить себе, как мама разговаривает с Дженни по поводу безопасной близости (хотя, скорее всего, темой беседы было бы ее отсутствие). Кто знает, может, для этого слишком поздно, а может, и нет. Джоди надеялась, что сегодня вечером сестра будет с ней откровеннее, хотя по этому поводу и были сомнения. Но по крайней мере, сейчас они ощущали себя сестрами.

При расставании Рив и Дженни обменялись почти целомудренным поцелуем.

– Вау, – вырвалось у Стивена.

Они наблюдали, как их сестра провожала взглядом своего парня. Самым большим подарком от Рива было то, что, когда Дженни к ним повернулась, она все еще улыбалась.