– Алле, – отозвался Гислер.

– Юрка, привет, – поприветствовал его я.

– Антон, привет, – обрадовался Юрка моему голосу, насколько я понял. – Что новенького?

– Ты сейчас ничем не занят? – закинул я удочку.

– Нет, а что? – заинтересовался Гислер.

– Я хочу, чтобы мы все собрались сейчас у меня дома, – объявил я свое предложение.

– Мы все – это кто? – решил уточнить Юрка.

– Ты, я и Ева, – растолковал я ему. – Через полчаса жду у себя. Все.

– Ладно, – согласился Гислер.

Через минуту такую же беседу я провел и с Журавлевой. Она была заинтригована гораздо больше Юрки, и клятвенно обещала, что сейчас же явится.

Меньше чем через полчаса все были в сборе. юрка и Ева расположились в моей комнате и сидели, внимательно на меня уставившись и ожидая какого-то сюрприза.

– Ну, рассказывай, зачем ты нас всех собрал, – потребовала Ева.

– Да, выкладывай, – поддакнул Гислер.

– Только обещайте, что вы не будете меня перебивать, пока я не скажу всего, – попытался я заручиться их словом.

– Хорошо, – закивали они оба в ответ.

– Я хотел поговорить с вами о рукописи, – сделал я вступительное слово, чтобы посмотреть на реакцию своих друзей, особенно Евы, и убедившись, что все нормально, продолжил. – Вы прекрасно помните, о чем идет речь и что в ней было написано.

– Еще бы, – ответила Журавлева.

– Помним, помним, – ответил Юрка.

– Никто из вас всерьез не воспринял этот документ, но я попытаюсь доказать, что он имеет значение, – произнес я торжественное вступление.

– Давай, мы внимательно тебя слушаем, – сказала Ева, и их с Юркой взгляды показались мне неожиданно серьезными.

– Я зачитаю вам все послание целиком, чтобы вам легче было представлять то, о чем я буду говорить, – предложил я. – Итак:

Придуманные уста поведают это

И волнение охватит душу твою

Выбор не каждому будет ясен

Но ты должен сделать шаг навстречу

Слово, которое ты запомнил

Найди другой смысл

Иди в подходящее место

Там поймешь зачем.

Картина из твоей памяти

Там, где ты ее уже видел,

Ищи и узнаешь,

Куда тебе идти теперь.

Там, где средоточие твоих интересов

Найди человека,

Близкого тебе по духу

Он укажет предстоящий путь.

Встань и сделай пол-оборота

Вытяни правую руку вперед

Возьми и используй то,

Что находится перед тобой.

– Ну и что дальше? – поинтересовалась Журавлева.

– Постепенно я понял, что все четверостишия связаны друг с другом, и одно вытекает из другого, – продолжал объяснять я.

– Хочешь сказать, что ты его разгадал? – спросила Ева.

– Подожди, все по порядку, – остановил ее я. – Прочитав первое четверостишие я нашел собаку, Бэсси, ну вы помните, я про нее рассказывал. В результате я должен был запомнить слово – оказалось, что это «верный друг». Поразмышляв над тем, какой у этого выражения может быть другой смысл, я пришел к выводу, что это ты, Юрка и отправился к тебе домой.

Там, если ты помнишь, я появился как раз вовремя, когда какие-то пацаны хотели снять с тебя куртку и кроссовки.

– Да, это было круто, – согласился Гислер. – Если бы не ты, то не знаю, чем бы все дело кончилось.

– Не перебивай, пусть он продолжает, – влезла Ева.

– После этих разборок выбежал твой отец, и я увидел такую душещипательную сцену между отцом и сыном, что она просто запала мне в душу. Я предположил, что это и была картина из моей памяти. Потом рукопись призывала меня вспомнить, где я уже видел эту картину и искать, чтобы узнать, куда мне идти теперь. Естественно, я подумал о своем отце. В этот самый момент, когда я о нем вспомнил, он мне позвонил и сообщил, что мы едем в гости, обещая какой-то сюрприз.

– И что это был за сюрприз? – не вытерпела Журавлева.

– Мы приехали в гости к своему земляку, дяде Илье, мы раньше жили в одном доме и даже на одной площадке. Это, действительно, был сюрприз. Короче говоря, мы провели замечательный вечер. И когда я спросил у отца, так, ненароком, куда же мне идти теперь, он ответил, что надо всегда стремиться туда, где тебя понимают. В следующем четверостишии говорилось, что в центре моих интересов я найду человека, близкого по духу и он укажет мне предстоящий путь. Так вот, я пошел в компьютерный магазин за диском с новой игрой и там познакомился с одни парнем, Олегом. Короче говоря, его хотел обмануть приятель и продать компьютер за двойную цену. С помощью меня он этого избежал и велел мне идти домой. Я не сразу понял, что так и должно было получиться.

Ева заерзала на кровати, наверное, ей не терпелось узнать, чем же все кончилось.

– Получалось, что действия, предписанные мне в последнем четверостишии, – продолжал я, – надо было совершать дома.

Я сделал пол-оборота, как полагалось, и вытянул правую руку вперед – и передо мной оказалась карта Пскова.

– Классно, – прокомментировала Журавлева. – И что было на этой карте?

– Да в том-то и дело, что ничего, – разочарованно произнес я. – Вот она, обычная карта, которая есть у каждого.

Я развернул перед ними карту полностью, Юрка с Евой стали ее внимательно рассматривать.

– Действительно, ничего нет, – заметил Гислер. – Ну и в чем смысл?

– Не знаю, – развел я руками. – Вот я и решил все вам рассказать, надеясь, что вы мне что-нибудь посоветуете.

Может быть я где-нибудь ошибся или еще что.

– Если уж на то дело пошло, то я расскажу свою версию, – после недолгого молчания произнес Юрка.

– Какую версию? – полюбопытствовала Ева.

– После того, как мы немного повздорили, я попытался самостоятельно расшифровать послание, – объяснил Юрка.

– Ничего себе, – присвистнула Журавлева. – Ну, выкладывай!

– О результате первого стиха вы знаете, но я все-таки напомню еще раз, – предложил Гислер. – Я увидел по телевизору объявление о происшедшем дорожно-транспортном происшествии и просьбе откликнуться свидетелей. Я и оказался тем самым свидетелем и пошел в милицию. И так получилось, что то милиционер, то Ева повторяли мне все время про гражданский и человеческий долг. Слово «долг» и оказалось необходимым для второго стиха. Надо было найти другой смысл, и я вспомнил о своем давно забытом долге одному пацану, Мишке. Я пошел вернуть ему деньги и нашел его в магазине, его мама мне сообщила, что он ищет что-то к Новому году. Я разговорился с ним, он сказал, что для младшего братишки надо придумать костюм на елку, вот он и ломает голову, что делать. Я вернул ему долг, и оказалось, что очень вовремя.

– А потом ты увидел меня, – сказала Ева.

– Совершенно верно, поддакнул Юрка. – Ты придумала такой классный костюм, и нам как раз на все хватило денег, включая те деньги, что я ему вернул.

– Продолжай, – предложил я, задумавшись.

– В моей памяти запечатлелась картина, связанная с этим новогодним костюмом, – рассказывал Гислер дальше. – И как раз в тот момент, когда мы должны были заниматься английским, я прочитал третье четверостишие и вспомнил, что учительница просила меня помочь украсить актовый зал к елкам. И я тоже, как и ты, Антон, спросил у нее, куда мне идти. Она сказала, что надо идти туда, где интересно и где тебя окружают понимающие люди.

– Это уже интересно, – отреагировал я на такое совпадение.

– И куда ты пошел?

– Я отправился на баскетбольный матч, где нас с Игорем, мы там с ним познакомились, чуть не атаковали болельщики соперников. И Игорь посоветовал мне отправляться домой и не искать больше приключений, – ответил Юрка. – Правда я все время сомневался, правильно ли я все разгадал.

– Да, меня тоже мучили сомнения по этому поводу, – признался я.

– Последнее четверостишие я прочитал дома и сделал все также как Антон, – объяснил Юрка. – Только в отличие от него передо мной находилась не карта, а книга.

– Книга? Что за книга? – заинтересовался я. – Автора ты помнишь?

– Автора не помню, а в названии что-то говорится то ли про рассвет, то ли про закат, – рассказал Гислер.

– Ну почему ты ее с собой не принес? – стал возмущаться я.

– Можно подумать я знал, о чем мы тут будем разговаривать, – ответил Юрка.

– Ты прав, – признал я. – Вот если бы я взглянул на книгу, может быть тогда бы что-нибудь прояснилось.

– Ну, теперь пришла моя очередь, – вступила в разговор Ева, пока мы с Юркой разбирались.

– Ты о чем? – чуть не хором воскликнули мы.

– Думаете вы одни такие умные, – заметила Журавлева.

– Я припоминаю твою историю с заблудившейся девочкой, – сказал Юрка. – Было еще продолжение?

– У вас было, а почему у меня его быть не могло? – гневно заявила Журавлева.

– Успокойся, Ева, никто на тебя не нападает, – остановил я назревающую бурю. – Это просто здорово, что ты тоже сама по себе занималась расшифровкой этого послания. Я с нетерпением жду, когда ты расскажешь о своих результатах, честное слово.

– Ладно, я тебе верю, – смирилась Журавлева. – Короче говоря, после первого четверостишия я помогла заблудившейся девочке Юле найти свою бабушку. И тем словом, от которого я должна была отталкиваться во втором стихе, оказалось слово «дорогая». Правда я далеко не сразу к этому пришла, пришлось немного попотеть. Сначала я думала, что это слово «бабушка».

А в послании говорилось, что надо идти в подходящее место. А какое могло быть подходящее место, если у меня обе бабушки уже умерли.

– И что, неужели ты отправилась на кладбище? – мне стало так смешно, когда я представил Журавлеву, крадущуюся между могилами.

– Представь себе, отправилась, – гордо произнесла Ева.

– Так вот значит, что тебе бабушка сказала на спиритическом сеансе, – вдруг заявил Гислер и бросил в Еву подушкой. – Клад, значит, можно найти, да?

– В чем дело? О чем вы говорите? – я совершенно ничего не понимал.

– Юра, прости, – тем временем извинялась Журавлева. – Ну ты сам подумай, надо же мне было как-нибудь заманить тебя с собой. Вы же знаете, что я совершенно не переношу кладбищ и все, связанное с ними. Поэтому я не могла идти одна, а, кроме как вас, больше позвать было некого. Твою кандидатуру, Антон, я исключила, потому что мы были немного не в ладах по этому вопросу.

– Поэтому отдуваться пришлось мне, – вздыхал Гислер и пытался найти, что бы такого тяжелого запустить в Журавлеву.

– Да расскажите толком, что произошло, – потребовал я. – Меня же там не было.

– Ева заманила меня на кладбище, заявив, что на спиритическом сеансе бабушка велела ей прийти на ее могилу, – рассказывал Юрка.

– А зачем она тебе объяснила? – поинтересовался я.

– Она сказала, что мы сможем найти клад, можешь себе такое представить? – пожаловался Гислер.

Я рассмеялся в ответ.

– Так вот, она меня уговорила, мы вечером поехали на кладбище, бродили там, пока нас не засек какой-то бомж с фонариком, – продолжал Юрка.

– Мы так от него удирали, – добавила Ева. – Сейчас даже смешно вспоминать.

– Ну вы и артисты, – покачал я головой, смеясь. – Что же было потом, Ева?

– Потом до меня дошло, что нужное слово «дорогая», и я отправилась по ювелирным магазинам, – объяснила Ева.

– Ничего себе, – поразился Юрка. – А почему именно по ювелирным?

– Потому что слово «дорогая» у меня ассоциируется исключительно с драгоценностями, – заметила Журавлева. – Не перебивайте, а то я ничего не буду рассказывать.

– Ладно, говори, мы слушаем, – серьезно сказал я.

– В одном из магазинов мне удалось предотвратить кражу, – гордо заявила Ева и, убедившись, что ее никто не перебивает, продолжила. – Я увидела как одна богатая дамочка померила кольцо, а затем спрятала его в сумочку. Я сказала об этом продавщице, она – охраннику, и ее задержали. В сумочке нашли то самое кольцо.

– И какая у тебя получилась картина? – спросил я.

– К этой продавщице как раз пришел муж с маленьким ребенком, и я так порадовалась, что тоже отчасти поспособствовала благополучию в этой семье, – рассказала девочка. – И это была та самая картина, которая запечатлелась у меня в голове. Я сразу вспомнила о своей сестре, которая живет сейчас во Франции. У нее маленький ребенок, и эта сцена напомнила мне о ней. Съездить во Францию не было возможности, как вы сами понимаете, поэтому я просто ей позвонила.

– И спросила у нее, куда тебе идти, – предположил Юрка.

– Да, я спросила, – согласилась Журавлева. – И она сказала мне, что лучше всего находиться среди людей, разделяющих твои интересы. Одним словом, то же, что и вам. И я отправилась на семинар по магии и астрологии, Юрка знает.

Там я познакомилась с одной девчонкой, Наташей. Над ней проводили сеанс гипноза и она долго не могла вернуться в нормальное состояние, поэтому мы сбежали оттуда вместе и мне удалось привести ее в чувство. Она тоже велела мне идти домой.

– Значит выходит, что тебе тоже надо было находиться дома, – почесал в затылке Юрка.

– Выходит, что так, – признала Ева. – Я, также, как и вы, очень долго сомневалась в этом факте. Когда я все-таки решила его проверить, то прочитала последнее четверостишие.

Потом я повторила все то, что делали и вы. Но у меня вообще получился смешной результат.

– Ты давай, рассказывай, а мы сами определим, смешной он или нет, – перебил ее Гислер.

– Передо мной оказался журнал «Бурда» для самых маленьких, – честно ответила Ева. – И что мне прикажете с этим делать?

– Очень любопытно, – подвел я итог проделанной работы. – Мы, каждый сам по себе, занимались расшифровкой этого послания. И что получили в результате? Карту, книгу и журнал.

– И как же понять, какая из этих вещей является истинным результатом, а какая – заблуждением? – задумалась Журавлева.

– Не торопитесь, надо все хорошенько обдумать, – остановил их я. – Что между этими вещами общего?