Учеба. Учиться всегда пригодится?

Наверное, да, она не страдает. Только по поводу уроков, потому что мы об этом постоянно говорим.

Потому что вы страдаете, я понимаю. Значит смотрите. Выясняется, что замечательная девушка по имени Настя, четырнадцати лет, на самом деле справляется неплохо, то есть она делает то, что ее интересует, понимает, что ей интересно, но там, где заканчивается поле ее интересов, она начинает бесконечно тянуть лямку. Можно было бы по ходу задать много вопросов, но задайте их сами себе, спросите себя, связаны ли ее трудности по учебе с объективными причинами, читает ли она книжки, смотрит ли фильмы, ходит ли в театры? Если на все ответ «да», значит ей не подходит та система обучения, которую вы ей предлагаете.

В любой школе такая система обучения.

Да ладно! Есть экстернаты, есть домашнее обучение, есть учебные группы, когда собираются пятеро или семеро детей, их родители скидываются и нанимают учителей. Есть разные формы обучения. Но если мы говорим о Насте, которая способна себя организовать, способна начать то дело, которое ей нравится, и довести его до конца (или не довести, если оно перестало ей нравится), то с ней нужно разговаривать, чтобы она помогла вам понять, что ей в учебе не дается, где провал, короче говоря. Если она смотрит фильм и понимает, о чем идет речь, странно, что она не понимает, что говорит училка. Это значит, что у нее происходит какой-то психологический отказ. Так что ищите и не опускайте руки. Возможно, ей вместе с вами нужно сходить к хорошему психотерапевту, просто поболтать об этом, выяснить, с чем это связано и как ей можно помочь.

Нам психолог сказал, что у нее эмоциональный канал памяти, то есть она вообще не воспринимает информацию, которая не вызывает у нее эмоций. И соответственно, утехи в учебе есть там, где яркие преподаватели, а таких всего двое.

И с этими двумя преподавателями действительно все в порядке?

Да. Они так интересно преподносят материал, что она все хорошо воспринимает.

Итак, мы с вами сузили нашу проблему до школы, я правильно понимаю? Знаете, есть такой родительский грешок, он есть и у меня, и сейчас вы его продемонстрировали очень ярко: если у человека что-то не получается в школе, то есть если в школе я медлительный, то я медлительный и в жизни, если в школе я чего-то не понимаю, то и в жизни тоже «ай, ты тупица, ничего не понимаешь». Какая ерунда, школа — это всего лишь часть жизни. Надо искать других преподавателей, разговаривать с ней об этом, помогать, излагая какой-то материал, может, привлекать дополнительных учителей, записывать ее на кружки с яркими преподавателями, если вы нащупали такую особенность. Это очень интересно и совсем не страшно. Папе передайте, пожалуйста, что режим дня тут ни при чем.

К нам дозвонилась Оксана из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, Оксана!

Здравствуйте, Дима! Мой сын учится во втором классе, все у нас хорошо, только он очень медлительный. Может собираться в школу очень долго. Портфель сложен с вечера, одежда подготовлена, два младших брата уже у лифта, а он еще надевает куртку. То же с уроками — делает их полдня. В школе сидит один на последней парте. Учитель говорит, что только так он сосредотачивается и занимается. Если посадить его ближе, он начинает отвлекаться. Как помочь ему стать динамичнее? Сам говорит, что хотел бы больше успевать.

Все люди разные. У его братьев один ритм, а у него другой. Если он и правда хочет больше успевать, то вам стоит на десять минут раньше вставать. Надо сделать так, чтобы у него утром было больше времени. Я знаю, что это звучит просто, почти примитивно, но если дело в этом, то все будет работать.

Относительно того, что он отвлекается: а на что отвлекается? На что-то несущественное или на что-то, что ему кажется более существенным, чем урок? Мне кажется, что сажать человека одного за последнюю парту, чтобы он, видите ли, не отвлекался — это педагогическая ошибка. Учительница просто не понимает, как в этой ситуации с ним взаимодействовать, и ссылает его на камчатку, чтобы он не маячил перед глазами и не раздражал. Надо с ней поговорить, выяснить, чего она добивается. Это не праздный вопрос. Нужно понять, как этот юный человек учится, как ему удобнее воспринимать материал. В восемь лет у него есть несколько десятков каналов взаимодействия с действительностью. Кому-то удобнее воспринимать информацию визуально, кому-то письменно, кому-то на слух. Учитель начальных классов должен владеть всеми методиками обеспечения учебного процесса. Что делать? Попытаться изучить его ритм. Стать его представителем, поговорить с учителем. Взаимодействие с родителями входит в наши учительские обязанности. Все люди разные. Он имеет право быть другим, жить в другом ритме. Что менять? Принципиально ничего. Ругать его не за что. Надо постараться организовать рамки, в которых ему будет комфортно.

А зачем делать уроки?

До нас дозвонился Андрей из Брянска. Здравствуйте, Андрей!

Здравствуйте! Моей дочке девять лет. Когда дело доходит до домашнего задания, начинаются скандалы, слезы, истерики. Не знаем, что делать.

Честно отвечать или политически корректно?

Честно, конечно.

Тогда у меня к вам вопрос, Андрей. А зачем делать уроки?

Как зачем? Все делают уроки.

Вот так. Это хороший ответ. Отвечайте и слушайте себя. Дочка: «Зачем мне делать уроки, папа?» «Все делают уроки» — это очень странный ответ, согласитесь. «Папа, объясни своей любимой дочке, зачем делать уроки».

Чтобы быть грамотным, умным человеком.

«Папочка, но разве грамотные, умные люди не получаются без уроков? Ну о чем ты говоришь? Я много читаю. Грамотными, я слышала, становятся, когда много читают, общаются с другими людьми. При чем тут уроки?»

Должен вам сказать, что ваша девятилетняя дочка прекрасна. Почему? Потому что не получая ответ на вопрос «зачем делать уроки?», она их и не делает. Более того, видимо, она не может позволить себе задать этот вопрос, потому что предугадывает ответ. А ведь вы — исправьте меня, Андрей, если я вас неверно понял — фактически ответили: «Дима, я не знаю, зачем делать уроки». Так устроена школа — говорите вы.

Так вообще устроена жизнь.

Жизнь устроена не так. Давайте подумаем с вами. Разве мы делаем уроки, приходя с работы?

Ну мы же не учимся, когда работаем, правильно?

А что же мы делаем, интересно? Мы учимся всю жизнь.

Получается, школа и уроки — это такая же работа, каку взрослых, только детская, я правильно понимаю?

Нет-нет, неправильно! Потому что работу вы выбирали сами, а в школу человек приходит, потому что его туда привели силой или потому что он не мог туда не прийти. Это совершенно разные вещи. Я далек от того, чтобы сказать вам: «Уходите немедленно из школы, не делайте уроки». Я не о том. Рядом с вами находится удивительная девочка, которая, как и многие ее сверстники, говорит: «Я не очень готова выполнять работу, смысла которой не до конца понимаю». В ответ на это вы, Андрей, как и другие взрослые, не знаете, что сказать. Уверяю вас: если вы найдете правильный ответ, что очень сложно, то она вас услышит, она же вас любит. Но «делай так, потому что другие делали так раньше» или «все так делают» — слабый ответ. А ответы типа «если ты не будешь делать уроки, то станешь глупой» или «школа — это твоя работа» точно не сработают, потому что она знает, что это не так.

Иногда она выполняет домашнее задание без капризов и слез. Садится и спокойно за какие-то там сорок пять минут делает уроки. А иногда — «не хочу, не буду, у меня не получится, у меня все плохо».

Андрей, а разве у вас жизнь не так устроена? Я полагаю, у вас тоже бывает, что вы беретесь за какое-то привычное дело, садитесь и вдруг делаете его с лету. Или наоборот: не можете себя заставить приступить к работе. Ваша дочь живая, она точно такая же, как мы с вами. В момент, когда она не хочет делать уроки, ей нужна ваша поддержка. Учительница ее и так поругает. Я надеюсь, что у нее хорошая учительница, которая скажет: «Ничего страшного, в следующий раз повторишь». Встаньте на сторону своей дочери. Как? Я вам скажу страшную вещь, самую страшную, а потом мы отступим. Самое страшное: «Сегодня можно не делать уроки». Я специально говорю вполголоса, чтобы нас не услышали дети. Представляете, можно не делать уроки!

Если вы считаете, что уроки — важнейшая часть человеческой жизни, тогда садитесь и делайте их вместе с ней. Ей нужна помощь. Вообще это очень большой вопрос, нужны уроки или нет. У меня нет уверенности в положительном ответе. Садитесь рядом с доченькой и помогайте. Не ругайте ни в коем случае. Не за что ее ругать! Ну что ж плохого, если она такая самостоятельная?

А если привыкнет к тому, чтобы с ней постоянно сидели? Как быть, когда она подрастет?

Если она увидит, что папа ей помогает, знаете, чему она научится? Помогать другим людям. Потому что пример помощи ваша дочь будет видеть рядом. Теперь вы намекаете на то, что, возможно, когда она подрастет, то не будет делать уроки самостоятельно? Но как мы выяснили, уроки вне школы делать не нужно. Многим взрослым не очень хочется возвращаться в детство в частности из-за никчемной, никому не нужной работы. К слову, если я сейчас предложу вам, себе и слушателям какой-нибудь материал не для третьего, а для девятого класса, мы выясним, что из этого материала знаем процентов семь, несмотря на то, что когда-то делали уроки. Может, эти уроки были не так и важны, если мы почти ничего не запомнили? А ваша дочь уже сейчас ставит их под сомнение. Так что не бойтесь ее поддерживать. Я не призываю говорить, что уроки — это глупости, что они никому не нужны. Просто будьте на ее стороне любыми доступными вам способами. Пожалейте ее, скажите: «Давай забьем и пойдем есть мороженое» или «Давай сделаем это вместе».

Отсутствие домашнего задания — тренд сегодняшнего образования, и в России есть такие школы. Что произошло? Двадцать первый век устроен иначе, чем двадцатый и тем более девятнадцатый. Современным детям нужен постоянный опыт взаимодействия с действительностью. Им надо учиться выбирать. Им нужно жить полной жизнью. И в этом смысле гораздо важнее провести время с семьей, сыграть в шашки, поболтать, пособирать на улице цветы или просто поплевать в потолок.

У нас на связи Валентина из Москвы. Здравствуйте, Валентина!

Здравствуйте, Дима! Сыну шестнадцать лет. Учится в десятом классе. Уроки практически не делает. При этом двоечником назвать его не могу. В полугодии, надеюсь, будет только одна тройка.

Ничего себе «двоечником назвать не могу»! Одна тройка — так он просто прекрасно учится!

На мой вопрос, что там с уроками, реакция всегда неизменная — агрессивное раздражение, терпеть которое, особенно после трудового дня, невероятно сложно. Очень часто сын реагирует вспышками ярости. Можно ли ввести какие-то санкции за это? Например, до конца года лишить его общения с друзьями? Потому что для него с недавнего времени это самое важное. Каким, на ваш взгляд, должно быть адекватное наказание?

Валентина, надо понять, чего вы хотите на тему уроков. Если он практически их не делает, но очень хорошо учится в десятом классе, то, может быть, его все устраивает? Что не так-то? Если ему ставят приличные оценки, если он счастлив, ему комфортно, то почему вы волнуетесь? Мне кажется, что для волнения нет никакого повода.

Более того, вы говорите, что на ваш вопрос у него всегда неизменная реакция — агрессивное раздражение. По-моему, довольно понятно, почему в этой ситуации он выказывает такие эмоции. «А чего она от меня хочет? Чтобы я получал семерки вместо пятерок или шестерки вместо четверок?» В чем идея-то? Что не так?

Теперь смотрите: если это агрессивное раздражение граничит с хамством, то вам надо садиться и разговаривать с ним о том, как у вас в семье принято себя вести и как не принято. И вообще хорошо бы уже честно говорить ему, что вам что-то неприятно, и именно на этом основании вы просите его так с собой не разговаривать, именно просите, потому что ему шестнадцать лет. Он взрослый совсем, у него есть представление о жизни. Когда нашим детям шестнадцать лет, нам в первую очередь нужно заботиться о будущих взаимоотношениях. Нужно заботиться о том, чтобы они слышали нас, а мы слышали их.

Отсюда вытекает ответ на следующий ваш вопрос: можно ли наказывать человека запретом на общение с друзьями? Мне кажется, что наказание — это не про людей, а про дрессировщиков. Наказывать людей — очень странно. С людьми можно договариваться, ссориться, конфликтовать, но наказание — это всегда насилие сильного над слабым. Подумайте об этом. А когда перед нами шестнадцатилетний юноша, то это совсем смешно. У него есть что-то, что ему дорого. Зачем же вы как любящая мама хотите лишить его того, что ему дорого? Неужели вы не счастливы за него? Неужели вы не радуетесь за него, что у него есть кто-то, кого он любит? Очень грустно лишать его того, что он любит. Даже если это не друзья, даже если это мороженое по вечерам или любимые фильмы. Не делайте этого, пожалуйста. А про вспышки ярости поговорите отдельно и попросите так, как близкий человек просит близкого человека.

С нами Константин из Сургута, здравствуйте!

Здравствуйте, Дима! У меня дочка четырнадцати лет, в восьмом классе учится. С прошлого года стала обманывать, что делает уроки. На самом деле сама она их не делает. Телефону нее — свет в оконце. Там у нее «Инстаграм», «ВКонтакте» и все-все. Мы там сидим, на телефон у нас время есть, а на домашние задания нет. Мы находим ответы в интернете…

Подождите, Константин. А когда вы говорите «мы», вы имеете в виду, что тоже сидите? Или это такое родительское?

Нет, я не сижу. Дочь сидит в телефоне, списывает оттуда домашние задания. Преподаватели это прекрасно знают и не засчитывают ей их. Позиция у нее такая: «Мне и тройки хватит». С тройки на двойку — и все хорошо.

Вроде бы ей нравится один мальчик, не знаю, может, еще с этим связано. Они переписываются. Мне хотелось бы узнать, во-первых, что делать с телефоном? И во-вторых: как сделать так, чтобы у нее появилось желание, мотивация делать домашнее задание? Хочется, чтобы она училась хотя бы на четыре. Мне отличников не надо, но и плохого отношения…

Я понял. А вам зачем, чтобы она хотела делать домашнее задание?

Ну, школа — это вообще-то обязательное…

Школа обязательное, да. А в чем проблема?

И она обязана делать домашнее задание.

Подождите. Мне кажется, у нас с вами возникла некоторая путаница. Значит, смотрите, школа — это штука обязательная, это правда. До поры до времени. Хотя закон об образовании звучит чуть пошире. Но возьмем такую контрольную версию. Она относится к школе как к чему-то обязательному? Окей, если школа так придумана, что надо приносить домашнее задание, — она скатала в интернете и принесла…

Школа нужна для того, чтобы получать знания. Знания она не получает, она тратит свое время напрасно.

«Школа нужна для того, чтобы получать знания» — это интересное заявление. А при чем тут домашние задания? Давайте возьмем это как рабочую гипотезу. Предположим, школа нужна, чтобы получать знания, да? Домашнее задание какое к этому имеет отношение?

Домашнее задание? Ну… это закрепление того, что прошли в школе. Закрепление.

Это закрепление того, что учитель не успел сделать в школе. И к знаниям домашнее задание имеет косвенное отношение. Спорьте со мной, если не согласны. Удивительным образом в тот момент, когда она сидит в телефоне, она приобретает знания. Разве нет?

Скорее всего, да, но я бы сказал, что это не знание, а опыт.

А знание — это что? Это что-то скучное, то, с чем в жизни тебе никогда не придется столкнуться? Как у нас с вами, которые не могут вспомнить семьдесят процентов того, что проходили в школе? Это я сейчас нам польстил — и вам, и себе. Девяносто три процента. Знание — это что такое? Мы чего хотим-то?

Как не упустить интереса к занятиям, не включающим развлечения? А не делить мир на развлечения и неразвлечения. Вы подумайте, вы сейчас слушаете эту передачу — это развлечение или учение? Трудно определить, правда? Вот и я думаю, что трудно. Мы привыкли к тому, что учение связано с тяжким трудом, что оно не может доставлять удовольствие. И напротив: если человек, например, сидит в планшете, то он точно развлекается, а не учится. К этому мы приучаем наших детей.

Почему я так сложно вам отвечаю, такие сложные вопросы задаю? Потому что если мы не поймем мотивы всех сторон — кто чего хочет, — нам будет очень трудно разобраться. Да, в школу ходить надо. Я хожу до поры до времени, а потом у меня возникает много вопросов. Например: я вот учу по семь-восемь часов в день разные предметы, а они правда имеют отношение к моей будущей жизни? Я смотрю на любимую маму, на любимого папу — и что-то не получается, я вдруг понимаю, что напрямую эти предметы могут и не иметь отношения к будущему, а порой вообще не имеют. Мне говорят: надо получить знания, ты обязательно должна узнать, предположим, принцип работы синхрофазотрона. Я смотрю вокруг — никто из взрослых не знает этого принципа. А мне-то он зачем? Так может, в этот момент я пойду и скатаю все из интернета, сдам учительнице и займусь, наконец, тем, что мне интересно?

Я говорю это не для того, чтобы вас запутать. Наоборот, я пытаюсь распутать эту ситуацию. Я стараюсь смотреть на это отчасти глазами наших детей. Понимаете, какая штука?

Я знаю. Она так и говорит, не стесняется: «Зачем мне эта ваша школа и все такое, зачем эти домашние задания?»

Видите, какая умная девочка у нас. А вы что отвечаете?

А я ей отвечаю, что набор базовых знаний она должна получить в школе.

Это правда. Только набор базовых знаний закончился приблизительно к пятому классу. Она умеет читать, писать, считать. Я не говорю, что учиться не надо. Напротив, я фанат учения. Я считаю, что учиться — это самое крутое, что есть на свете. Но только надо понять, зачем мы это делаем и какое отношение это имеет к нашим детям. Если мы можем ответить на этот вопрос себе и им, тогда все меняется. Но если нет… Вот смотрите, вы же не первый в этой программе, чей ребенок задает один и тот же вопрос: «Пап, мам, зачем мне нужна школа?» Если мы, взрослые папы и мамы, не можем хоть как-то достойно ответить на этот вопрос и у нас нет ничего кроме: «Надо учиться, потому что без этого ты не получишь диплом.», то ничего у нас не получится, понимаете? Что делать будем, Константин?

Не знаю.

Чувствую, я вас все-таки загнал в тупик. Ладно, даю ответы. Она взрослая. Это значит, что у вас наверняка есть много общих тем. Вероятно, вам нравится проводить время вместе, вам есть о чем поговорить. Поболтайте как-нибудь про уроки. Вы не знаете ответа, и она не знает ответа. Более того, я и сам не знаю ответа на этот вопрос. Этот ответ нужно искать.