Помоги проекту - поделись книгой:
Всё тело охватил огонь.
Словно по моим сосудам начали вливать раскалённый метал, придавая органам былую форму.
Но, не смотря на дичайшую боль, я начал чувствовать своё тело и что-то ещё.
Чёрт! Это слух! Как же хорошо снова слышать, пусть это даже и биение собственного сердца, что не может не радовать вдвойне.
Тяжесть тела ощущалась сладкой, как после целого вечера «постельного марафона». Воздух начал медленно наполнять лёгкие, словно давая насладиться, казалось бы, простым и необходимым действием. Сделав глубокий вдох я скрестил руки над головой и ударил себя раскрытыми ладонями по внешним поверхностям бёдер с диким криком, насколько хватило голоса и воздуха в груди:
— ААААА, КА-МАТЭ, КА-МАТЭ!![2]- выставив локти вперёд, начал ударять поочерёдно ладонями по предплечьям. — АААА, КА-ОРА, КА-ОРА!!
— Кажется, перенос был не совсем удачным, господин Сай. — О! «Обиженная» здесь. Это хорошо, мне есть, что ей сказать. — Вы слышите?! Он же умом тронулся!
— Тень, он просто рад, что снова живой. — Скрипучий громкий голос. Старческий и такой знакомый… — Но перенос, действительно не удачен. Он всё ещё слеп. Надо исправить.
Я услышал щелчок пальцев и горячая энергия воздушной подушкой ударила мне в лицо. Я услышал шипение кожи. Кислота? Почему тогда они мне вернули тело? Ещё и «Чемпионом» каким-то назвали. Секунду. Надо подумать…
Во-первых: я умер. Ну к несчастью — это факт. Почему я отношусь так спокойно… Видимо хотел этого.
Во-вторых: мою душу или сущность, называй как хочешь, поймали вот эти… маги? Боги? Охотники за приведениями? Уже без разницы.
В-третьих: им что-то нужно от меня. Тень назвала меня «Чемпионом Высших». Хм-м-м… «Высшие», да? М-да, видимо я попал в тот сюжет, где чтобы вернуться нужно «спасти Мир от великого зла». Та чесаться-драться, я себя-то спасти не смог и того старика из-за меня тоже, скорее всего, со свинцом «познакомили». В общем хренновый из меня «спасатель — спаситель».
Висевшая перед глазами тьма, словно плотная ткань, вдруг начала неистово метаться, обнажая местами цветные размазанные пятна. Будто что-то съедало её, не оставляя и шанса на дальнейшее существование. Чем меньше оставалось этого мягкого чёрного одеяла, тем больше чёткости принимала общая картина окружающего меня места. Я был в огромной мраморной зале с большим количеством колонн, выстроенных кольцом. Пытаясь вглядеться в пространство за этим невообразимым строением я не увидел ровным счётом ничего, кроме белой стены пустоты. И куда не посмотри — ничего не менялось.
— Откуда тогда свет…, — подняв голову в небо я добротно выругался на себя родимого: источника света мне не удалось найти, поскольку глаза чуть не выжгло к чертям. Рефлекторно зажмурившись, упал на колени — боль была невыносимой.
Череда надписей появилась перед моими глазами, всё ещё пульсирующими болью до самых пяток. Что это? Матрица? Я новый Нео? Дайте хоть «Моторолу» — я сам Морбиусу наберу, только код страны подскажите. Глубоко вздохнул и попробовал открыть один глаз, предварительно опустив голову в пол — ну нахер! На подкорке сознания всплыло «Отец!?», но я не придал значения. Медленно, контролируя каждое движение, приоткрыл глаз наполовину — надписи оборвалась ровно на половину. «Интересно девки пляшут…». Снова закрыл глаз и, как я и думал — надпись восстановила свой прежний вид.
Прочитав ещё раз появившиеся строчки, обратил внимание на небольшой треугольник, обращённый вершиной вверх. Его очертания слегка мерцали, как бы намекая «Посмотри на меня!», что я и сделал, но… ничего не произошло. Я открыл глаза — я всё ещё на коленях и упёрся руками в пол. Меня уже мало интересовало «где я?» и «где те, кто разговаривали со мной?». Я был увлечён, словно маленький ребёнок, новой непонятной «игрушкой», которая, к тому же, ещё и находилась, по всей видимости, в моей плохо работающей голове. Это всё таки интересней чем мраморный пол и колонны вокруг.
Попытка встать закончилась падением на вышеупомянутый тёплый пол. К сожалению, упал я не очень удачно — прямиком на живот с последующим хлёстким ударом головой в мраморную плитку. Почему-то ноги не хотели работать и держать моё худое, жилистое тело. В голове загудело будто ритуальные гонги во время прочтения мантры. В глазах всё плыло и я решил их закрыть. К моему удивлению я обнаружил новую строчку в своей «Головной игрушке».
— Ничего себе…, — пронеслась мысль. — тут даже пол может дать пи…
— ГОСПОДИН САЙ!!!! — пронзительный женский голос рассёк тишину, до этого витавшую вокруг, — ЭТО ЖЕ ВОЗМУТИТЕЛЬНО!!!
— Ай-я-яй. Вот зачем так орать? — Я пытался сообразить откуда кричит этот… нехороший человек — Может тут у людей, особенно у меня, голова болит?
Проведя рукой по лбу я обнаружил, что разбил не только лоб — кровь была смешана с крошкой и небольшими кусками той самой несчастной плитки, в которую подобно дятлу-истребителю я влетел минутой ранее. Открыл глаза — уже не шатает.
Рассмотрев кровяные разводы на своих пальцах я невольно вспомнил фразу из прошлой жизни:
Зачем Богам жертвы? Затем, что они бессмертны и кровь в их жилах давно превратилась в песок. Кровь же смертных даёт им возможность снова почувствовать себя живыми.
Пока я придавался смутным воспоминанием своей не столь уж и длинной жизни краем глаза смог уловить движение в моём направлении. Даже в таком нездоровом состоянии я смог различить шаги: мягкие, быстрые, лёгкие, но в тоже время размашистые — хозяин этих ног был ОЧЕНЬ разгневан.
Надо хотя бы попытаться встать. Этот пол был прекрасным творением неизвестного мне автора, естественно до моего появления. Приняв упор лёжа, я разглядел содеянное моей пустой головой — мраморное произведение искусства, имевшее множество неизвестных символов, каких-то странных, но вроде знакомых, цветочков с центром в виде множества кругов, уменьшающие свой диаметр по мере их приближения к центру, была расколота на множество разно образных фрагментов. Остаётся только догадываться, как выглядела изначальная версия. Встав на одно колено и поддерживая себя руками мне всё же удалось принять вертикальное положение. Яркий свет, льющийся сверху, всё также беспощадно жёг глаза. А шаги уже приблизились на столько, что я смог различить гневное женское бормотание.
— …идиот. Жалкий Чемпион, моего Господина. Ничтожный червь…. — За спиной сыпались оскорбления и меня начало это раздражать.
— Э! Слова… — Я пытался контролировать поток эмоций и одновременно разворачивался. — …выбирай.
Сказать что я впал в ступор от увиденного, всё равно что откусить себе язык и повесить на шею. Ко мне в порыве праведного гнева шла… как бы её лучше назвать… хм-м…Ассасинша? Знаю что звучит немного убого, но по факту так и есть!
Чёрный, почти матовый, плотный кожаный костюм. Неизвестный мне металл покрывал сапоги и бёдра спереди. Куча ремешков скрепляло всю броню и подчёркивало красоту женского тела. Лицо было скрыто до уровня скул воротником костюма, превращаясь в подобие сплошной маски, имевший по бокам, почти под открытыми ушками, странные металлические изображения — что-то похожее на языки пламени. На шее был повязан красный шарф из шёлка, доходивший почти до пят. Я посмотрел на её лицо — ярко-коричневые глаза стреляли ненавистью и, могу поклясться, готовы были испепелить меня здесь и сейчас. Короткая чёлка скрывала лоб, а её длинные волосы, цвета бесконечного космоса, были собраны в густой, высокий хвост, опутанный лентой под цвет шарфа с металлической четырёхконечной, сделанной явно всё из того же металла, звёздочкой-сюрикеном. На груди была перевязь с четырьмя кинжалами изумительной работы. Нет, правда! У меня чуть слюни не потекли при виде этих «малышек». Хоть бы подержать один такой…
— Куда ты уставился, извращенец!? — Вопросительная интонация с нотками агрессии — плохой признак.
— Это не то, о чём ты подумалаЙ! — Я демонстративно закрыл глаза чуть отвернувшись и поднял руки вверх. Тишина пугала меня ещё больше, чем допрос со стороны вооружённой леди.
Приоткрыв глаз я увидел, что… Тень — вроде так её зовут, с нескрываемым любопытством разглядывает меня. На что там смотреть особо красавцем я никогда не был. Рост в районе ста восьмидесяти, узкие плечи, возможно даже женские со спины, худое жилистое тело. Чёрные волосы до лопаток, собранные в низкий хвост, с ранней сединой — досталась от мамы. Отец говорил, что её голова была с белоснежными, словно сказочная русалка из глубин Арктики, длинными волосами ниже плеч. Прямой нос с небольшой горбинкой — всегда старался уворачиваться от ударов в лицо… не всегда удачно, но всё же. Даже зубы все свои, что уже успех я считаю. Ах да, шрамы… Какие бы не были шрамы они украшают мужчину. И я имел такие отметины жизни: три рваные раны вокруг правого глаза зажили, оставив уродливые напоминания, что защита порой лучше нападения, а пять — больше одного. Плюсом к ним на моём шестидесяти килограммовом теле было больше тридцати, а может и больше, различной формы и размера, «ошибок». Все эти прелести достались мне по моей же горячности во множестве злоключений: начиная от бурного детства с разодранными коленями и заканчивая разборкой с самопровозглашёнными «бандитами», которые и отправили меня в эту страну чудес.
— У меня что-то на лице? — мне пришлось прервать этот «милый» способ знакомства. Начал раздражать этот пристальный, заинтересованный взгляд, пронзающий насквозь, будто пытаясь меня разобрать на куски.
— У тебя интересные волосы… — произнесла заворожённо убийца, — Такие… интересные…
«— У дамочки поехала крыша? Обычные волосы. Ну седые — с кем не бывает?»
— Что ты имеешь в виду? — Меня насторожило её поведение.
Молча, медленно и совершено не моргая она подняла руки и бережно положила ладони на мою голову.
— Слева — чёрные, — Она под гипнозом что ли? — а справа — белые…
Она начала гладить меня, не отрывая взгляда от моей головы. Я был в шоке — это шутка?! Какого чёрта здесь происходит? Я что теперь зебра? Дайте зеркало какое! Обежав взором зал, я хотел плюнуть, но пред мной всё же дама. Вооружённая дама. Оружие! Идиот! Только сейчас я заметил, что за спиной у неё был меч. Скорее катана, но сейчас нет никакой разницы. Надеюсь оно начищено.
Правой рукой тянусь к мечу, одновременно левой притягиваю сумасшедшую боевую девицу. Она даже не обращает внимания. Вытаскиваю из ножен клинок — шикарное, не меньше сорока сантиметров лезвие сверкнуло, обнажённым и готовым убивать любого, телом.
— Красавица… — Невольно вырвалось, при виде хищного блеска бритвенной заточки.
— Ты… — Нежный робкий голос раздался в мою грудину, заставив сжаться сердце — я уже успел забыть о ней! — Правда… так с-с-считаешь?
«— Вот и что мне ответить на такой вопрос? О чём она? Не ужели…»- Меня пробила эта не законченная мысль, ведь девушка, что доставала мне лишь своим хвостом до кончика носа, обняла меня за талию, уткнувшись лбом в мою не очень мясистую грудь.
Будда защити! Откуда у неё столько силы?! Мои кости предательски затрещали, предупреждая об опасности. Но оказалось, что было уже поздно — острая боль пронзила мои бока в разных местах, заставляя зажмуриться и я увидел мои любимые надписи, которые не сулили ничего хорошего:
«— Избавиться??! Сука, ты попробуй это сделать!! Она как клещ… только тиски!»
— Меня ещё никто не называл… — Она всё продолжала «любовные игры». -…лично…Кра-а…Кра-са-ви-цей…
У меня не оставалось выбора. Как и воздуха. Перехватив меч двумя руками я прицелился в темечко, жаждущей любви, и похоже моей смерти, обезумевшей девушке.
«— Всего… один удар. У меня остались силы на… один удар.» — Занеся оружие максимально над собой я сосредоточился на точке чуть ниже хвостика. Будда… защити…
— СИНДЕ МОРАО![3]
Хватка мгновенно ослабла и я полетел вперёд, приземлившись лицом в плитку. Изнемождённый во всех смыслах, перевалился на спину. Клинок выпал из моих рук звякнув об пол. Тяжело дыша и стараясь захватить как можно больше воздуха я поднялся на локти. Тень стояла столбом затем упала на колени, как подкошенная, не шевелясь.
«— Я убил её?» — Единственная мысль, которая первая пришла мне в голову. А затем логика взяла верх. — «Нет. Я промахнулся.»
Сзади раздались ритмичные аплодисменты. Ещё буйнопомешанные? Мои силы закончились…
— А ты талантлив, мой мальчик. — Будда защити, опять этот голос. — Кто бы мог подумать, что ты владеешь приёмом, которым можно развеять Очарование. Пусть и третьего уровня.
— Я же… — силы покидали меня и тело переставало слушаться.
— Промахнулся? Да. Защитная техника Тени — «Мираж». Позволяет ей, незаметно для врага или союзника, уклониться от любой атаки — шаги стали ближе я смог разглядеть «хозяина» Тени — самого Господина Сая. Меня пробрал смех, сменившийся кровавым кашлем. Отдышавшись, я обратился к Саю, осматривающего Тень.
— Старик… а ловко ты… — новый сгусток крови прервал мою речь.
— Разобрался с, как их ты называл, «гопниками»? Мелочи. А теперь — спи. Скоро ты придёшь в норму. Магия, хоть это был всего лишь Боевой приём, очень плохо сказывается на неподготовленный организм.
— Как… — В глазах всё померкло. — скажите… Сай-доно.
Глава 2
Слово должно быть верным, действие должно быть решительным
— Солнышко, вставай.
Мягкая рука легла мне на голову. Нежно поглаживая, пальцы с красивым, как и всегда, маникюром, ворошили мои отросшие волосы. Мама любила так делать когда я спал у неё на коленях. И мне тоже это очень нравилось, поэтому я не редко притворялся спящим. Как и сейчас.
— Солнце, — Нежный голос почти в самое ухо и белые волосы перед лицом. — ты опять пытаешься меня обмануть?
— Нет, мам. Я просто… — Она всё понимала. Всегда.
Я сел на сиденье. Мы ехали в нашей машине с отпуска домой. Уже смеркалось и последние лучи прощально касались пейзажа вокруг. Шоссе с туристической базы вело по серпантину откуда хорошо просматривалось море, берег и множество домиков. Они казались меньше игрушечных, а море выглядело словно маленькая лужа между камней — горных хребтов.
— А-ха-ха! — Мамин звонкий смех — такой красивый, что сразу вызывает улыбку и отгоняет печаль. — И что же «просто»?
— Просто… — Я так стесняюсь сказать такое… Я должен. — Просто… Я тебя люблю! Очень сильно! И я не хотел, что бы ты уходила… в смысле, что…
Мама снова рассмеялась. Но отец, молчавший до этого момента поправил зеркало заднего вида так, что бы мы видели его спокойные, но серьёзные глаза.
— Милая, прекрати. Ты запутаешь нашего подрастающего мужчину. Сынок, то что ты сейчас сказал это речь не мальчика, но мужа. Всегда будь решителен в своих намерениях и поступках. И ещё одно…
Он улыбнулся и подозвал маму жестом. Она как-то странно улыбнулась — готов поклясться, что я смог разглядеть какой-то огонёк в её глазах. Затем пододвинулась поближе к водительскому сиденью. Мне стало жутко интересно, что они собрались делать. Встав, я перегнулся через переднее сиденье и увидел, что они крепко целовались забыв обо всём. Я покашлял, намекнув, что мы не дома. Они медленно расцепились, всё ещё смотря друг другу в глаза и я не выдержал.
— ПАП, ДОРОГА!
— А? А да, прости… — Он был словно заколдован. — Так на чём я остановился?
Поделиться книгой: