Становление охотника

— Ой, здравствуйте, мальчики, вы к нам на постой или мимоходом? — сразу же затараторила она. — Вы если набегом, то подождите, скоро пироги подойдут, только-только в печь поставила.

— Сарочка, Моисеич, нам бы баньку вашу с домиком на пару дней, — остановил тётю Сару Фантом, — отдохнуть вот с товарищем решили, — с этими словами он хлопнул меня по спине так, что я сделал пару шагов вперёд.

— Что же вы молчите? — в своей национальной манере всплеснул руками Соломон. — Сарочка, принеси ребятам ключи. А я сейчас к вам Федьку пришлю, — это уже нам, — вы сразу скажите, чего надо, он с собой принесёт. И железку свою тут оставьте, нечего драгоценное топливо жечь.

Мы озвучили Моисеичу наши пожелания и прогулочным шагом направились к его гостевому домику. Домик был самый обыкновенный, без каких-либо изысков, кованых ажурных арок и качелей. Самый простенький пятистенок с печью на зимний период и двумя кроватями, разгороженными между собой занавеской. Но зато застеленные белоснежными свежими простынями. Дом, как и баня, были ещё свежими и чисто убранными. Во дворе имелся мангал, деревянный строганный стол с двумя лавками вдоль него. От бани в речку шёл небольшой понтон, с которого одинаково удобно как прыгать в воду, так и рыбку половить.

Пока я с придурковатой улыбкой рассматривал всю эту красоту, на горизонте появился Федька с садовой тележкой в руках. В тележке он вез всё необходимое для нашего культурного мероприятия.

Мы с Фантомом и Федькой сразу засуетились по хозяйству. Я натаскал воды в бочку и заполнил котёл, Федька развёл огонь в печи, а Фантом уже запалил мангал и раскладывал на столе нехитрую снедь, которую, сверх нашего запроса, надавал Моисеич.

Мы сели за стол и начали ожидать подхода бани. Ожидали по всем традициям, хлопнув по паре рюмок, Фантом отправил Федьку копать червей, а сам полез в сарай за удочками. Я не большой любитель рыбалки, но в тот день это было чем-то невероятным. Мы сидели с удочками, дёргая мелкую рыбёху, и болтали ни о чём. Слушали Федькины байки о его похождениях по местным девицам. Хохотали до слёз. Потом парились, скакали в реку, жевали шашлыки. В итоге напоили Федьку, и он уснул прямо на лавке у стола. Затем у нас закончился самогон, потому что с баней и купанием в реке хмелю никак не удавалось взять над нами верх. Ну и, естественно, мы пошли за добавкой, и как специально нам на глаза попался припаркованный у гостиницы Урал. И за добавкой мы, конечно же, решили доехать…

Проснулся я от того, что вокруг было мокро.

— Ничего не понимаю, где я? Где Фантом? — пробубнил я себе под нос. — Так, похоже, я в машине. Мы же вроде в бане парились.

Под куском брезента кто-то зашевелился и застонал. Отогнув его часть, я тупо уставился на спящего в нелепой позе Соломон Моисеевича!

— Моисеич, а ты-то тут откуда? — удивился я.

— Откуда, откуда, — забормотал он, пытаясь хоть как-то угнездиться на сиденье. — Вы же меня сами вчера решили с ветерком прокатить.

— А почему вы тут спите? — опять задал я тупой вопрос. — И где Фантом?

— Ох, молодой человек, — немного оживился Соломон Моисеевич, — я же, старый дурак, решил с вами за компанию рюмашку опрокинуть, а потом вы меня уговорили составить вам компанию. Ну таки я составил. Вот мы за добавкой с ветерком и поехали, а Фантом ваш, видимо, в кузове с Федькой дрыхнет.

— Ничего не помню, — помотал я головой и тут же скривился от боли.

— Нам бы не мешало ещё раз в баньку сходить и освежиться в реке, — высказал своё мнение Мосиеич, после чего нагнулся, зачерпнул пригоршню воды и умылся.

Только сейчас, я заметил, что наш Урал стоит в реке примерно по середину двери в воде. Вот это я понимаю, погуляли, так погуляли. Открыв дверь, я поднялся на пороге и выглянул назад через кабину. За кунгом особо ничего не видно, но от берега мы недалеко, едва задними колёсами в воду заехали. Забравшись обратно, я вдавил кнопку зажигания, и машина тут же завелась.

— Ууф, — с облегчением выдохнул я, — я уж думал, движок залили.

— На такой машине это не так-то просто, — поучительно ответил Моисеич. — Но хорошо, что я догадался вчера её заглушить, иначе толкали бы вы свою железку до самого города.

— Спасибо, Соломон Моисеич, — поблагодарил я его.

— Не нужно меня благодарить, молодой человек, — поднял палец вверх он, — благодарите мою кровь. Я как представил, сколько денег вылетело бы в трубу за всю ночь, мне на сердце стало очень плохо.

— Ха-ха-ха, — из кунга донёсся хохот Фантома, и раздался его приглушённый голос, — да уж, старого еврея только этим и проймёшь. Ну чего стоим-то, давай, швартуйся к берегу, капитан!

— Это он вам, молодой человек, — посмотрел на меня Моисеевич.

Я включил заднюю передачу и тихонько стал сдавать назад. Из кабины сразу начала убывать вода. Выкатив на берег, я подогнал Урал к бане. Недалеко мы уехали.

Выбравшись из машины, мы набросились на остатки вчерашней ухи. Вдоволь напившись, хлопнули по пятьдесят граммов для здоровья, и Саломон Моисеевич распрощался с нами.

— Спасибо вам, ребята, давно я так не отдыхал, — сказал он на прощание, — ну, пора мне, а то Сарочка ругаться будет, а ей нельзя волноваться, у неё сердце.

С этими словами он обнял нас каждого по очереди и неспешной походкой покинул нашу дружную компанию. А нам ничего не оставалось больше, как продолжить веселье. Федьку вновь отправили топить баню, благо до конца она так и не выветрилась. Сами разогрели вчерашний шашлык, не спеша под пар и веники допили остатки самогона, естественно, в лечебных целях. И, отпустив Федьку домой с обещанием, что мы сами всё уберём и сожжем мусор, уселись за душевный разговор. А точнее, деловой.

— Ну, уважил ты старика, Сумрак, — с блаженной улыбкой начал Фантом, — засиделся я в кабинетах. Надо бы взять это дело в привычку.

— Такая привычка алкоголизмом называется, — подколол я его, — а вообще, ты прав, нельзя так работать. Ну что, Фантом, — решил я сменить тему. — Надо через недельку на Подмосковье двигать?

— Да, согласен, — кивнул он, — пора доводить дело до конца. Только вот искать тебе Ивана самому там придётся. Да и звать его там могут по другому.

— Это я и сам понимаю, — ответил я, — у тебя там людей, кстати, нет? Ну, чтоб пересидеть и начальную информацию получить?

— Нет, Сумрак, — отрицательно покачал он головой. — Потому и говорю, что самому тебе там действовать придётся. И территория там опасная, порядка нет совсем. Помочь могу только с проходом. Там всего один коридор есть, и дорога далека от прямой. Когда Москву бомбили, почти всю округу вынесли. Тверской области нет от слова совсем. Кругом болота кислотные и логова мутантов. Поэтому и одному туда идти не получится.

— Карта-то хоть есть?

— Есть. Торгаши хорошую составили. Там хоть и проходит один караван из трёх, но уж больно цену большую за товар платят. Вот и ходят туда те, кто разорился или начать желает. Тут как в рулетку, или Пан, или пропал.

— Кстати о торгашах, — подпрыгнул я, вспомнив, что так и не рассказал о заключенном союзе, — я же в бункере с конкурентами столкнулся. Представляешь, там один из водителей колонны выжил и к схрону ногами не пойми откуда топал. Ну, так его кто-то в дороге порвал. Он в Тульской области к выжившим в город попал.

— Это что там за город такой, я не слышал о тамошних городах? — заинтересовался Фантом.

— Да ты дослушай вначале, — одёрнул я его, — потом вопросы задавать будешь.

— Ладно, не зуди, — махнул рукой Фантом, — хуже меня, старого, стал.

— В общем, не выжил тот мужик, — хмыкнув, продолжил я, — но перед тем, как помереть, местным всё рассказал. Ну, вот этот местный собрал отряд и к бункеру двинул. А мужик-то тот только место на карте указал, а про входы ничего. Мы же, когда пришли, сами в него еле попали, если б не Фокс. Блин, как он там с Линзой?

— Да нормально всё с твоей животиной, — отмахнулся он, — ты по делу давай, не отвлекайся.

— Ну так вот, — продолжил я. — Фокс нам через вентиляцию проход показал. Ну, мы, значит, в бункере-то освоились когда, начали обследовать его и конкурентов наших услышать успели. К запасному выходу вышли. Мы едва подготовиться успели. Отбились, конечно, потом договорились, что всё, что сможем унести, наше, а остальное им оставляем.

— Правильно решили, — кивнул Фантом, — ни одна железка жизни не стоит.

— Я всё боялся, что они напасть могут внезапно, караул организовал, но Пётр слово держал.

— Что за Пётр?

— Это командир ихний, мы, когда договаривались, познакомились заочно. Так вот, слово он своё сдержал и носа к нам не совал. Ну я и подумал, раз человек честный, может мне с ним поговорить? Короче, поговорил. Вышли мы с Коком к нему и поболтали душевно. Нормальный парень оказался.

— Парень? — удивился Фантом. — Там что, пацан отрядом управлял?

— Я вначале тоже удивился, молодой больно, лет двадцать пять навскидку. А потом как пообщался, мнение поменял. Умный он, организатор хороший. Так вот, он сказал, что они электростанцию запустили, прикинь! И патроны делать начали, мол, старое оборудование собрали и заводик запустили.

— Ду ну нах?! — вытаращил глаза Фантом. — Прямо так и сказал?

— Да, вот прямо так и сказал.

— Охренеть не встать, — почесал он в затылке. — Я даже близко о таком не слышал. Электростанцию починили и патроны делают. Ну а нахрен ему бункер-то сдался тогда?

— Говорит, с ресурсами тяжело, — ответил я, — с продуктами питания и с рудой различной. Я у него частоты для рации дальней связи взял. Он говорит, что радиостанция постоянно у них работает. Не как наша, четыре раза в день.

— Оно и понятно, — кивнул головой Фантом, — им-то электричество девать некуда, а мы генераторы бережём. Давай свои частоты и позывные, будем думать и экспедицию снаряжать. Ну, Сумрак, такую информацию утаил.

— Да где утаил-то, — передал я ему листок с частотами, достав их из кармана старых вещей, сложенных в рюкзак, с целью дальнейшей передачи в стирку. — Я просто позабыл со всеми твоими расслабонами.

— Ладно, прощён, — снисходительно ответил он, — молодец, конечно. Если всё получится и у нас будет, что им предложить, можно и о расширении тогда подумать.

Немного посидев ещё и понаблюдав за лунной дорожкой на рябой глади реки, мы собрались на боковую. Завтра уже предстояло много дел. Прерывать отдых, конечно же, не хотелось. Идиллия, покой и умиротворение от этого места так и пёрло. Так и хотелось сидеть и болтать ни о чём. Невольно вспоминались молодые студенческие годы, как точно так же, с друзьями, мы выбирались за реку и до утра сидели у костра, разговаривая о тайнах мироздания. Я ведь даже не подозревал, насколько мы были правы, рассуждая о многослойности вселенной, о параллельных мирах. И кто бы мог подумать, что через каких-то десять лет, уже забыв о всех этих беззаботных разговорах за взрослыми заботами и проблемами, я вдруг окажусь тут, в этом уничтоженном войной мире, и найду новых друзей. Под все эти мысли и громкую игру на скрипках сверчков за окном я уснул сном младенца. Мягким, спокойным и мирным сном за последние пятнадцать лет. Почему пятнадцать? Да потому что десять лет жизни в том мире я засыпал в ещё более беспокойном состоянии.

Глава 14

Пробуждение на этот раз прошло без каких-либо эксцессов. Ну а откуда им взяться, засыпали-то в кроватях. После лёгкого завтрака, а точнее, наскоро перекусив бутербродами, которые направил к нам вместе с Федькой Соломон Моисеевич, мы запрыгнули в Урал и помчали в город. Отогнав машину в гараж, предварительно высадив Фантома у Гильдии, я взялся искать своих бойцов. В отличие от меня, ребята уже вовсю бегали по полосе препятствий. Вот и я, чтоб не ударить в грязь лицом, без разговоров присоединился к своим. Отдых отдыхом, а форму терять нельзя. Вдоволь набегавшись, напрыгавшись и настрелявшись, отправились на обед в общую столовую. Едва я наложил себе щедрую порцию и уселся с подносом за стол, на меня тут же уставилось четыре пары глаз с немым вопросом в них.

— Что? — спросил я, оглядев своих. — Я тоже человек, можно мне отдохнуть-то раз в жизни?

— А мы что, мы ничего, — ответила за всех Линза.

— Угу, — только и смог выдавить из себя Штамп с набитым до отказа ртом, — мноммнамнаиамнам.

— Так, переводчик есть где-нибудь? — спросил я с улыбкой. — Ни слова не понял.

— Это он так эмоционально восторгается тем, что наш командир с самим главой гильдии отдыхает, — перевёл Гарпун с непонятного языка.

— Угу, — снова кивнул Штамп.

— Кушай-кушай, деточка, — промокнул ему салфеткой уголки губ Гарпун, — не ровен час подавишься.

Линза прыснула от смеха, а за столом раздался дружный гогот трёх здоровых мужиков. Штамп махнул рукой, мол, отстаньте.

— Как там мой Фоксик, — обратился я к Линзе, отсмеявшись, — не скучал без меня?

— Скучал, — кивнула она в ответ. — Весь извёлся, ночью спать не давал.

— А где он, кстати? — за озирался я, не наблюдая лиса.

— Известно где, — прожевав, наконец смог нормально изъясняться Штамп, — на кухне трётся.

— Ясно, — кивнул я. — Так, ребята и девчата, теперь по делу. У нас неделя на подготовку и предварительный план действий. Затем в Подмосковье. Я знаю, что уже слышал от вас ответ, но всё равно обязан спросить. Кто со мной?

Все дружно высказали своё согласие. Впрочем, они его уже на той поляне, ночью, высказали, но мало ли, ведь могли и передумать за это время.

— Тогда жду всех вечером у себя, — кивнул я, не скрывая радости, что никто не передумал и за дурака меня не держит, — будем прокладывать маршрут.

Оставив своих бойцов на полигоне, я пошёл в гильдию, нужно раздобыть карты, обговорить моменты снабжения. Я теперь командир, соответственно, и все вопросы будут ко мне в случае нехватки продовольствия и патронов. Вначале к Фантому, чтоб выписать командировку, не на свои же кровные там жить. Вот вроде мы друзья и только что пили вместе, да вениками друг друга в баньке хлестали, а как вопрос по согласованию командировочных поднялся, так сразу началось.

— Это ты что же там целый месяц делать-то собрался? — сразу же заартачился глава гильдии. — Там и две недели за глаза.

— Какие две недели, Фантом? — начал отбивать я свои кровные. — Туда идти только дней десять. Или ты нам машину выделишь?

— А может сразу вертолёт? Ножками дотопаете. И где ты там десять дней нашёл, идти-то всего триста километров.

— Ага, — возмутился я, — прямо вот по «М5» щас как зашагаем, глядишь, на попутках ещё попробуем. Фантом, ты что, нам же не по прямой идти. Это я десять дней по самому минимуму беру.

— С караваном полпути пройдёте, — отмахнулся рукой Фантом, — туда как раз через неделю торгаши собираются. Вот с ними километров двести проедете, там и покормят на халяву.

— Ну это ладно, — согласился я, — только с караваном скорость не намного больше, чем пешком. Так что месяц — это минимум.

— Ладно, — подмахнул бумагу Фантом, — с вами разоришься.

— Да прям, — с довольным видом принял я подписанную бумагу, — развели, понимаешь, бюрократию.

— Иди давай, — махнул рукой на дверь Фантом, — пока я не передумал.

Дальше мой путь лежал в бухгалтерию, потом на склад продовольствия, потом на оружейный, потом вещевой. В итоге к дому я попал, когда на улице начало смеркаться. Пришлось даже на свои кровные извоз заказывать, потому как полученных на всех вещей получилась целая куча.

Ребята уже ждали меня около дома, нервно поглядывая на часы.

— Что скучаем? — издалека окликнул я своих. — А ну-ка давайте выгружайте своё барахло.

— Во, начальник явился, — буркнул Гарпун, — мы тебя уже час ждём.

— Ты бы сам попробовал из этих жлобов командировочные вытрясти, — возмутился я, — как будто свои кровные отдают.

— Это да, — протянул он, — с каждой заявкой вот так бегать приходится.

Справились быстро. Всё то, что я весь день ворочал один, мои бойцы похватали и заволокли ко мне в квартиру за один рейс. Разложив все баулы в общей комнате, или, как принято говорить, в зале, мы расселись на кухне. Линза мгновенно сориентировалась на моей кухне и, поняв, что там «мышь повесилась», быстро отправила Штампа в магазин, собрав при этом с каждого по медяшке. Спустя полчаса на столе была собрана нехитрая снедь из бутербродов и разных закусок. Линза, как основной хомяк отряда, выудила из рюкзака коробку настоящего листового чая, и по квартире разнёсся давно забытый аромат чайных листьев. Лис, наконец увидевший своего хозяина, не отходил от меня ни на шаг, даже миску с едой вначале подтянул к моим ногам. Да, это я зря его так оставил. Но прощения я у него уже попросил. Лис, как будто понимая, что я раскаялся, лизнул меня в нос, намекая, что простил своего блудного человека. После чего ходил за мной по пятам всё время, пока я мотался по складам и до пены у рта выбивал из кладовщиков причитающееся нам добро. Ну вот, все пожевали, чай допили и, наполнив кружки ещё раз, принялись обсуждать маршрут, склонившись над картами. Карты были уже осовременены новыми реалиями мира. Разными карандашами и фломастерами на них были отмечены радиоактивные и кислотные пустоши. Были и примерные места обитания и охоты мутантов. На последние, конечно, надежды нет, потому как это же животные. Кто знает, где и по какому поводу они могут появиться. Но всё же коридор с относительно безопасным проходом имелся. На его пути уже начали обосновываться деревеньки, или просто фортификационные пятачки, на которых можно перекусить и заночевать. Нам, конечно, две третьих пути в караване передвигаться, но все пути и варианты необходимо попытаться просчитать заранее. Попасть нам нужно в район посёлка Старая Купавна. Где-то в том районе в последний раз видели Ивана Васильевича. Проблема была в том, что основной удар пришёлся как раз по Московской области. Так что карта представляла собой разноцветную разукрашку, в которой среди разноцветных пятен завивалась тонкая тропинка прохода. Основные, ранее известные мне ориентиры, как Егоьевск, Воскресенск, Шатура и многое другое были закрашены. И теперь, чтобы приблизиться к бывшей Москве, нужно было дать немалый крюк, путь к которому начинался в Гусю Хрустальном. А если учесть, что наш город обосновался близ бывшего посёлка Сынтул, то путь предстоял совсем не близкий. От Гуся нам нужно двигаться в сторону Рошали. Там можно пройти через два бывших посёлка Курлово и Уршельский. А это либо севернее, либо южнее от прямого пути. И так получается, что через Уршельский идти лучше, так как населённых пунктов там концентрации никакой. Это я имею ввиду в мирное время. Сейчас всё с точностью до наоборот. Больше безлопастных и незаражённых площадей. От Рошали на посёлок Авшунино, и вот от него уже очень узким коридором до Павловского Посада. И это ещё не всё, дальше больше. Тут раньше имелось очень плотное скопление населённых пунктов, и среди всего этого многообразия шла паутинка пути, петляющая в опасной близости среди кислотных и радиоактивных воронок. Здесь нужно было выйти с севера на относительно безопасный островок между Ногинском и Лосино-Петровским. Где-то здесь спряталось небольшое озеро, на берегу которого и образовалось нужное нам поселение. Вот так и получилось, что особо-то обсуждать было нечего. Но хоть какое-то представление о пути мы обязаны были иметь. Ещё немного посидев, гости стали расходиться. На завтра полноценный тренировочный день. В общем и целом, к предстоящему пути мы готовы. Новые стволы пристреляли, патронами запаслись, едой и новой одеждой тоже. Теперь предстоит рутина тренировок, отработка тактики и всякие мелочи в организационных вопросах.

Через неделю уехать не удалось. Во время тренировок по тактике Кок подвернул ногу. Вроде бы мелочь, но попробуйте прошагать триста с лишним километров, когда невозможно наступить на ногу. Так что взяли ещё неделю на реабилитацию больного. Кок, естественно, противился, но я настоял на полном выздоровлении. Ибо никому не известно, когда и где могут ждать неприятности. А аргумент, что мы же треть пути проедем с караваном, как раз не гарантирует того, что эти самые неприятности обойдут стороной. Скорее наоборот, потому что во все времена торгаши были лакомым куском для всякого вида криминала. И это время тем более не исключение.

Через две недели, считая с момента нашего прибытия в город из бункера, мы всё же двинулись в путь. Предварительно перед выходом ещё раз собравшись у меня на квартире для обсуждения всяких нюансов.

— Предлагаю примерно тот же порядок, что и при нашем движении к бункеру. — начал я. — Кок пойдёт первым, как дозорный разведчик. Можно даже выбить ему у торгашей коня.

— Не, мне ваш конь только мешать будет, — отказался Кок, — знаю я, как эти караваны двигаются, с черепашьей скоростью. Мне удобнее ножками. Так и незаметнее, и просто удобней мне так.

— Хозяин — барин, — согласился я, — потом не проси. Значит, с разведкой решено, сами пойдём в центре, а замыкающей, как и в прошлый раз, Линза.

— Вот опять я в хвосте, — возмутилась она, — вы там будете ржать, значит, а я с незнакомыми мужиками там одна останусь.

— Могу тебе Штампа отрядить, — согласился я, — он как раз со своей бандурой неплохо тылы прикроет.

— Сам ты бандура, — обиженно отозвался Штамп, — это мой друг, Шило.

— Хмм, Шило, ты что, ему имя дал? — удивился я.

— А как же, сразу, как только в бункере нашёл, — с гордостью сказал Штамп и погладил пулемёт по ствольной коробке.

— Ладно, пусть будет Шило, — кивнул я, — в общем, пойдёшь со своей бандурой вместе с Линзой в прикрытие. Ну а мы с Гарпуном будем в центре.