Межзвёздный патруль

Я согласно кивнул.

— Он хотел сказать нам, что они сознательно пришли к нам на помощь.

Андомедянин положил шар мне в руку, себе взял другой. Я собрался с мыслями и начал свой рассказ с самого начала, закончив его сценой в рубке нашего звездолета.

Затем на экране в руках гостя возникла точка, которая начала расти, пока не превратилась в светило с темным пятном внутри. Мы расценили это как приглашение.

Корус Кан занял свое место у пульта управления. Корабли расцепились и двинулись вперед. Газообразные андромедяне стояли в рубке рядом с нами. Многочисленные звезды сверкали на экране, своим таким разным светом радуя сердце и вселяя надежду в благополучный исход нашего предприятия.

Это была большая Галактика, как по размерам, так и по числу ярких звезд. Но, в отличие от нашей, молодой, значительно старше, хотя и не настолько стара, как Галактика змей. Мне бросилось в глаза, что звездные системы размещены здесь в строгом математическом порядке. Среди них не выделялись ни сверхновые, ни угасающие. Казалось, они были сгруппированы по цвету, интенсивности свечения и величине.

Когда же мы подошли еще ближе, я изумился. Не только системы, но и группы звезд в них оказались отобраны и размещены по огромным окружностям. Внутри этих звездных кругов размещались сотни, тысячи планет, тоже двигающихся в правильном порядке.

Как завороженные, смотрели мы на это великолепие красок, грандиозное зрелище незнакомой Галактики.

За одной группой звезд я увидел другую, также сгруппированную в кольцо совершенной формы. А дальше еще, и еще, и еще… В этих кольцах были заключены бесчисленные планеты…

Мозг отказывался воспринимать увиденное.

— Звездные Кольца… — растерянно шептал я. — Они делают это сами… Сознательно… Размещают звезды по кругу, чтобы внутри могли существовать бесчисленное множество сородичей…

Какой же титанической мощью нужно обладать, чтобы передвигать звезды!

Андромедяне сами строили свой мир, давая тепло и свет своему народу, упорядочивая природу, продлевая жизнь светил, взаимодействующих друг с другом.

Время полета как бы сжалось, оно пролетело в созерцании великолепного зрелища, увлекательных беседах с хозяевами Галактики. Мы жадно знакомились с достижениями их науки и техники, культурой, моральными принципами… две недели промелькнули как один день.

Когда же мы, наконец, подлетели к цели своего путешествия и начали снижать скорость, послышался треск.

— Корабль раскалывается! — донесся до нас вопль изнутри звездолета. — Переборки треснули еще в радиоактивном районе! Мы разламываемся надвое!

Повисло молчание.

Андромедяне понимали сложность ситуации. У нас не было скафандров, и если звездолет действительно разваливается в безвоздушном пространстве, всех ожидает гибель.

— Полный ход! — рявкнул я. — Может, еще успеем посадить…

Корабль рванулся вперед. Эскадра андромедян окружала нас со всех сторон, но Корус Кан сумел протиснуться и, перескочив одним прыжком безвоздушное пространство, мы начали садиться на огромную неподвижную планету.

Ниже… Ниже…

Леденящий кровь треск…

Отчаянно маневрируя двигателями, Корус старался не дать кораблю рассыпаться на части…

Треск становится все сильнее… Мы вошли в атмосферу планеты…

Внезапно треск перерос в визг раздираемого металла. Страшный удар!

Звездолет начал валиться в сторону. Еще один удар! На этот раз с противоположной стороны, и я, пролетев через всю рубку, с размаху врезался в видеоэкран…

Глава 12. Совет решает

Последней моей мыслью было, что андромедяне погибли бы, развалились бы в космосе. В вакууме их газообразные тела распались бы на атомы. А первой, когда я очнулся, было удивление: мы все еще снижались. Глянув в иллюминатор, я все понял — два звездолета андромедян пришли к нам на помощь, стиснув наш корабль с двух сторон, не давая ему развалиться. Видимо, это они своими корпусами нанесли те страшные удары, но я не был в претензии.

Посадка была удачной.

Удивительная панорама города открылась нашим глазам. Все было густого черного цвета — деревья, здания, сооружения. Постройки — низкими, поскольку основную их часть андромедяне упрятали вглубь планеты. Таким образом экономилась электроэнергия, питающая заводы и учреждения. Растительный мир не изобиловал красками — самым «светлым» цветом был темно-коричневый.

Довольно непривычно для нас, поэтому сразу же бросалось в глаза. Бесчисленные толпы андромедян, встречающие эскадру, выделялись на темном фоне. Хозяева планеты отличались высоким ростом — не ниже семи футов. Видимо, это было связано с низкой гравитацией.

После церемонии встречи нас повели к входу одного из ближайших зданий, и мы стали спускаться вниз по многочисленным коридорам. Свет внутри здания был мягким, а стены, в отличие от наружных, голубыми или светло-зелеными.

Наконец бегущая дорожка привезла нас в огромный зал, войдя туда, мы сразу обратили внимание на резкое увеличение силы тяжести. По форме он напоминал цилиндр, а размерами превосходил зал Совета Объединенных Звезд на Канопусе. В нем совершенно не было мест для сидения. Гладкий черный пол расчерчивался на тысячи квадратов светло-голубыми линиями, а в каждом квадрате стоял неподвижный и молчаливый андромедянин.

Мы заняли площадку в самом центре зала, отделенные от окружающих пространством в несколько футов. Из потолка прямо над нами свисал шар мутного стекла. В отличие от того, которым мне уже приходилось пользоваться, этот был огромных размеров. Кроме нас, в центре стояла группа андромедян во главе со своим вождем. Здесь же находился пульт управления шаром.

В момент нашего прихода шар демонстрировал историю, которую я поведал еще на корабле. Скоро она закончилась, и старший андромедянин сделал жест, приглашая меня продолжать.

Вглядевшись в тысячи зеленоватых колонн, окружающих меня со всех сторон, я сосредоточился. Необходимо было представить все достаточно убедительно, чтобы местные обитатели согласились нам помочь.

Оглянувшись на товарищей, как бы прося у них поддержки, я начал показывать. На экране появилась наша Вселенная. Я рассказывал, как живут, работают, радуются разумные существа на многих планетах, как общаются между собой. Затем показал сражение у созвездие Рака, в котором был разгромлен наш флот, картину уничтожения рас, обитавших в этой системе.

Потом в шаре возник интерьер зала Совета и председатель Серк Хай, рассказывающий историю змей.

Потом я показал овальные корабли, идущие на приступ Туманности Андромеды. По залу прошло волнение — неподвижные до сих пор колонны заколыхались. Тогда я вернулся обратно в зал Совета и проиллюстрировал приказ достичь Туманности и заключить союз против змеиного народа. После этого рассказал об укреплениях у входа в Галактику змей, огромном излучателе.

Заключительные кадры моего рассказа продемонстрировали собравшимся картину боя, в котором плоские звездолеты андромедян и сигарообразные крейсеры Межзвездного Патруля сражаются с кораблями противника.

Изображение погасло. Наступила тишина, длительная и тягостная для нас.

Андромедяне довольно долго совещались.

Наконец по шару пробежала волна света. Мы догадались, что обсуждение завершено, и сейчас огласят решение.

Огромный шар вспыхнул вновь.

От множества солнц сотни звездолетов собирались к Центральному миру. Среди них выделялись необычные, напоминающие огромные полушария полированного металла, совершенно гладкие, без каких-либо видимых выступающих частей. Наверное, это были звездолеты, передвигающие звезды — мощные концентраторы энергии, сравнимой с энергией светил. Плотным построением эскадра двинулась через пространство к змеиной Галактике. Достигнув ворот силовой стены, флот андромедян разрушил их и ударил по звездам и планетам умирающей вселенной.

Шар погас. Это было решением Совета. Нас охватила радость. Миссия удалась! Значит, все опасности, все жертвы были не напрасными! Что происходило потом, я помню плохо. Нас куда-то водили, что-то показывали — какие-то машины, устройства… Ликующий мозг, переполненный собственными мыслями, плохо воспринимал информацию. Оказавшись наконец в отдельной комнате, мы поняли, как же устали за этот день, и заставили себя отдыхать.

Когда я проснулся, все еще спали, кроме отсутствующего Коруса Кана. Встав, я отправился его искать.

Зал Совета был пуст. Я подошел к блестящему диску у пульта управления шаром-видеоэкраном, встал на него и через несколько секунд оказался на поверхности, на вершине здания. Неподалеку от меня стоял Корус Кан, обозревая панораму города.

— Вы проспали целый день, Дар Нол, — сказал он. — Их звездолеты уже собрались, подтянулись со всех концов Галактики.

Это было потрясающее зрелище. Десятки тысяч кораблей уходили далеко за горизонт, покрыв почти всю поверхность планеты. Отдельное место занимала сотня гигантских полусфер.

— Звездные буксиры!

— Да, — кивнул Корус. — Они станут самым могучим оружием нашего флота.

В голосе его звучало невольное восхищение.

В это время со стороны солнца на посадку начало заходить сотни три кораблей. Появившись темными точками на фоне солнечного света, они быстро снижались.

Я присмотрелся и похолодел.

Это были овальные и дисковые корабли змеиного народа!

Корус Кан проследил направление моего взгляда. На мгновение он застыл, потом бросился вниз, крикнув мне на бегу:

— Я предупрежу хозяев!

Я видел, как экипажи андромедян, не подозревая о нависшей угрозе, спокойно работают поблизости от своих кораблей, готовя их к полету. И тоже побежал к ним, громко крича и указывая рукой на небо.

Очевидно, они поняли. Началась суматоха. Экипажи кинулись к звездолетам. Среди них отчетливо выделялась металлическая фигура Коруса Кана. Я заметил, что он вбежал в дверь одного из звездных буксиров.

Но было поздно.

Корабли-пришельцы зависли прямо над ними и, сжав в могучих объятиях силовых полей сфероиды, умчались вверх, волоча в невидимых сетях богатый улов — сотню звездолетов, перемещающих звезды.

Глава 13. Поход великой армады

Как только дисколеты исчезли из виду, овальные звездолеты обрушились на корабли андромедян, взлетавшие в погоню за похитителями.

В воздухе завязалось сражение.

Звездолеты андромедян с уничтоженными экипажами падали вниз, круша наземные сооружения. Но большая часть кораблей, оставшихся на поверхности планеты, открыла огонь из цилиндрических излучателей гравитационного типа.

Свалка в воздухе стала поистине невероятной. Главной целью нападавших было задержать погоню на возможно большее время. Они таранили взлетающие звездолеты, осыпая их бледными смертоносными лучами.

Но силы были явно неравными. Звездолеты, чьи стартовые площадки находились далеко отсюда, взлетали беспрепятственно, и на пришельцев посыпались удары со всех сторон. Они отчаянно сражались, но число их быстро сокращалось.

Я уже был на корабле, который в составе нескольких сотен других бросился в погоню.

Вверх… Вверх…

Гигантский мир уменьшался, превратившись наконец в маленькую точку в кольце ярких звезд. Но ни на одной из звездных карт беглецов уже не было видно. Они слишком хорошо понимали из опыта предыдущего сражения, какую силу имеют андромедяне, и наверняка не собирались позволить снова применить ее к себе.

Было слишком поздно. Пришлось несолоно хлебавши возвращаться на Центральный мир. На поле, где корабли готовились к походу, я нашел Жула Дина и остальных наших товарищей.

— Мы потеряли самое мощное оружие, — сказал я. — И Коруса Кана.

Потеря друга потрясла их больше, чем потеря звездолетов.

Вскоре меня известили, что я избран командующим флотом, так как знаком с тактикой противника.

Через шесть часов после отчаянного рейда змеиного народа последний корабль андромедян ушел в космос. Огромная эскадра, настоящая Великая Армада, насчитывающая свыше ста тысяч боевых звездолетов, отправилась в путь.

Прощание с руководством андромедян было очень трогательным. Их вождь крепко жал мою руку, долго не выпуская ее. Я знал, какая колоссальная ответственность ложится на мои плечи.

Управлял нашим флагманским кораблем Жул Дин. Я стоял рядом, упражняясь в руководстве флотом по прибору, напоминающему чем-то клавиатуру рояля — перебирая пальцами многочисленные клавиши, старался обработать автоматизм движений. Здесь же находились несколько андромедян, не выражающих никаких чувств, хотя они покидали родину, не зная, вернутся ли обратно. В пределах Галактики мы двигались длинной вытянутой колонной, но, покинув ее, перестроили флот клином. Мой флагман летел в вершине этого клина, все больше и больше увеличивая скорость.

Разговаривали мы мало, слишком волновались за своих родных и близких.

Изредка путь преграждали опасные районы, флот обходил их — я не собирался рисковать ни одним кораблем. Слишком высокой была ставка в борьбе, и каждый из них мог решить исход сражения в нашу пользу.

Иногда, правда, меня все же одолевали сомнения.

Сможем ли мы сокрушить змей в их цитадели? Но ответа на этот вопрос не было. Наконец впереди возникла гигантская силовая стена, мерцающая на фоне пустого пространства. Я приказал убавить скорость. Мы начали медленное сближение с твердыней.

Подойдя на достаточно близкое расстояние, я увидел, что проход загорожен тысячей звездолетов.

— Почему их так мало? — удивился Жул Дин. — Почему они не собрали там весь свой флот?

Не отвечая, я пробежал пальцами по клавишам, и огромный флот застыл в пустоте. Потом он перестроился в три колонны. Флагман занял первое место в центральной, нацеленной на штурм прохода, и она медленно двинулась вперед.

Грянул неслыханный в истории космических войн бой.

Пока две боковые колонны атаковали ворота, осыпая их гравитационными ударами, центральная пробивалась к проходу. Нас встретила тысяча смертоносных лучей. Казалось, ими было расчерчено все пространство. Страшное зрелище!

Сплошная чернота космоса, подернутая с одной стороны голубоватой дымкой, от прорези в которой расходятся во все стороны снопы призрачных лучей.

Огонь врага наносил тяжелый урон, но мы не переставали осыпать ворота и овальные звездолеты гравитационными ударами. Корабли сплющивались, как консервные банки, а вот с воротами было труднее. Разрушить стены космической крепости с большого расстояния оказалось невозможно, а подойти вплотную мешали призрачные лучи.

Вот когда я пожалел по-настоящему о звездных буксирах. С их помощью сокрушить эти укрепления не составило бы труда.

Сражение становилось все более ожесточенным. Несколько звездолетов моей колонны сумели пробиться к проходу, но экипажи их пали под ударами врага. Наша эскадра то и дело откатывалась назад.

Не знаю, как флагман не попал под удары. В горячке боя мы оказались у самых ворот, но вовремя успели отступить в тыл.

В это время звездолеты правой колонны, отойдя назад, на максимальной скорости ринулись на штурм. Призрачные лучи выпили из них жизнь, но под чудовищным ударом мертвых кораблей монолитная стена подалась внутрь и развалилась на части. Из нее посыпались обломки, куски механизмов…

Преграды больше не существовало. Ценой гибели еще нескольких звездолетов мы смяли оставшиеся овальные корабли и прорвались в Галактику. Я перестроил эскадру, потерявшую более двух тысяч кораблей, в одну колонну, медленно движущуюся к центральным звездам умирающего мира.

Приблизившись, мы поняли, что опоздали. Повсюду царило запустение. Кое-где были видны следы поспешной эвакуации. Они ушли отсюда, оставив тысячу звездолетов прикрывать космическую крепость, чтобы задержать нас.

— Слишком поздно! — воскликнул Жул Дин. Поздно?

— Нет! — рявкнул я. — Они не могли успеть достроить излучатель, просто забрали его с собой, чтобы доделать в нашей Вселенной! Мы должны догнать их и разгромить!

Я повернул эскадру, и мы бросились в погоню, перестроившись в пирамидальное построение.

Приближалась развязка.

Глава 14. Назад к родной галактике