Потерянный город

— А если здесь ловушки, — Тэй много слышал страшилок про жилища магов.

— Не мели чушь! — Элька даже подпрыгнула от возмущения. — Кто в своем уме будет устанавливать ловушки в собственном доме? Защита на двери и окна, может запрет на чужую магию, хотя вряд ли, артефакты делать-то не все умеют, а с таким запретом будешь при лучине сидеть и песком котлы чистить. А вот на разных сейфах ловушки вполне могут быть. Ты их просто не трогай и все. Сомневаюсь, что бывший хозяин обувь в сейфе хранил.

Подумав над словами женщин, все согласились с тем, что Сиана права и разбрелись по дому каждый по своим делам, стараясь все же лишний раз ничего не трогать.

Найти кухню оказалось просто. На первом этаже было всего пять комнат, одной из которых и являлась кухня.

Там же был обнаружен спуск в подвал.

Элька с Кнутом принялись потрошить шкафы, а Сиана с Видлоком осторожно спустились в подвал, предварительно соорудив факелы из скалок, кухонных полотенец и масла, бутылка с которым стояла на столе.

Тэй, постояв в дверях, тяжело вздохнул и направился к лестнице на второй этаж, которая находилась совсем рядом с кухней.

Подвал был пуст. Создавалось такое ощущение, что им не пользовались. Сиана недоуменно осмотрелась и сделала шаг в направлении стены.

— Осторожно! — Видлок схватил жену за воротник и оттащил назад.

— Ты чего? — наемница недовольно посмотрела на мужа.

— Смотри, куда идешь, — Видлок кивнул на пол, подняв факел повыше.

Пол был сделан из темного мрамора. Швов не было видно, казалось, что сюда положили большую плиту. А в центре этой плиты были выбиты едва заметные линии стационарной пентаграммы. Вот в эту самую пентаграмму едва и не наступила Сиана.

— Ой, здесь что, темный маг жил? — пискнула наемница, нервно оглядываясь.

— Необязательно, — Видлок обойдя пентаграмму, направился к стене. — Может быть ритуалист, или маг крови. Но, скорее всего, темный. Здесь вроде вольница была и их в местной Школе привечали.

— Сомневаюсь, что в ритуальном зале кто-то устроил бы вход в канализацию, — Сиана села на ступеньку лестницы, ведущей вверх.

— Да, но проверить все же нужно, — Видлок обошел зал по периметру и вернулся к жене. — Ты права, ничего нет.

— Что же нам делать, Вид? Мы не сможем далеко уйти по улицам.

— Нужно подумать, Сиа, — Видлок протер лицо. Их положение и так незавидное, становилось откровенно паршивым. — Пошли наверх. Не могу в подобных местах долго оставаться, мерещиться начинает всякое.

Они поднялись по лестнице и оказались на кухне, где Элька радостно продемонстрировала найденные продукты, в основном крупы и обезвоженное мясо, а также немного соли и специй, которые хранились в зачарованном шкафу.

Видлок поведал о том, что они обнаружили в подвале, пока Сиана помогала Эльке готовить их неприхотливый обед.

— Да, дела, — Кнут почесал затылок. — Чего делать-то будем, командир? Попытаемся к другому дому пробиться?

— А есть в этом смысл? — Вид вытащил меч и начал яростно его полировать. — Здесь же город магов был, может быть, здесь в каждом доме такие вот подвальчики.

— Что-то Тэйлина долго нет, — рядом с Видлоком за стол присела Сиана. — Не может сапоги выбрать, или что-то случилось? Все-таки не дом простого горожанина мы вломились.

Практически сразу же за ее словами, раздался громкий вскрик, идущий со второго этажа, и снова наступила тишина.

Не сговариваясь, наемники вскочили и бросились на звук. Позади бежала Элька, яростно шепча:

— Ну куда он опять умудрился вляпаться? Что же Тэй за неудачник-то такой? Его же ни на вздох невозможно одного оставить.

Когда было принято решение разделиться, Тэй направился сразу на второй этаж. С лестницы он попал в коридор, с несколькими дверьми, расположенными с обеих сторон.

Стены коридорчика были покрыты такими же цветочками, что и стены прихожей, но пол в отличие от пола первого этажа покрывал ковер. Ковер был темно-синий с коротким ворсом, удивительно чистый и теплый. Ноги сразу же ощутили это тепло и Тэй на вздох блаженно замер, прикрыв глаза. Постоял он недолго. Как только ноги немного отогрелись, Тэй принялся осматривать комнаты, начиная с первой от лестницы, находящейся по правую руку.

Едва войдя, юноша понял, что попал в спальню, принадлежащую женщине. Слишком уж все было воздушным и милым, а столик, стоящий перед большим зеркалом и заставленный различными коробочками и баночками только подтвердил его догадку.

Рассудив, что искать ботинки или сапоги в этой комнате глупо, Тэй решительно направился в комнату, дверь которой находилась прямо напротив.

Здесь ему повезло больше. Во всяком случае, несколько пар ботинок и сапог он увидел прямо у порога. Словно их чистили в то время, когда произошло несчастье, и закончить работу было уже некому.

Нерешительно потоптавшись у порога, Тэй вошел в комнату и принялся рассматривать обувь. Ему приглянулись высокие ботинки со шнуровкой, на толстой подошве. Сапоги он недолюбливал, поэтому без дальнейших размышлений поправил на ногах портянки и приступил к примерке.

Ботинки оказались впору. Завязав узел на шнурке второго ботинка, Тэй распрямился и слегка подпрыгнул, затем перекатился с пяток на носки и обратно и кивнул, ботинки сидели как влитые, нигде не жали и ничего не передавливали. Он уже собирался направиться вниз, но внезапно ощутил, что в комнате заметно похолодало, а от окна послышался какой-то шорох.

Резко развернувшись, Тэй увидел расплывчатую, беловатую, полупрозрачную фигуру, которая стремительно приближалась к нему. Он впервые видел призрака. Вместо того чтобы броситься бежать, парень замер на месте и от страха не мог даже пошевелиться. Призрак приблизился и на Тэя обрушился могильный холод, пробравший его от макушки до самых кончиков пальцев на ногах.

— С-с-сабери, — определить к какому полу принадлежал при жизни призрак, не было никой возможности. А голос напоминал шорох листьев, скрип половиц, вой ветра… Да что угодно он напоминал, но только не голос человека. — С-с-сабери, — призрачная фигура протянула призрачные руки к Тэю.

Юноша вжался в стену и отчаянно замотал головой.

— Н-н-не… Н-н-не п-п-под-ходи, — заикаясь, смог прошептать Тэй.

— С-с-сабери, — призрак подлетел уже практически вплотную.

— Н-н-нет, — Тэй почувствовал, что его руки словно обожгло холодом.

Опустив взгляд вниз, он увидел, что к его запястьям от призрака протянулись прозрачные нити. Тэй забился как рыба, выброшенная на берег, пытаясь сбросить эти нити с себя. Но призрачные путы держали крепко.

Боль в руках усиливалась, и становилось сложно сдерживаться, чтобы не закричать. Тэй упрямо сжал зубы, стараясь не допустить больше никого к угрозе, на которую они совсем не рассчитывали здесь нарваться, а стоит ему поддаться боли и закричать, как его друзья тут же бросятся ему на помощь, в этом он был уверен больше, чем в том, что сумеет каким-то образом выбраться из этой ловушки.

Призрак подлетел еще ближе, хотя, казалось, что ближе уже просто некуда, и словно начал просачиваться сквозь тело парня, который стоял на ногах только благодаря тому, что его удерживали призрачные узы.

— С-с-сабери, — прошелестело у Тэя над ухом, и в тот же миг его словно окунули в раствор с сильной кислотой. Боль была такой невыносимой, что он все же не смог сдержать крик. Уже падая на пол, Тэй увидел, что находится в комнате один. Призрак исчез, как за вздох до этого исчезли связывающие их путы. Тэй попробовал приподняться, но резко закружилась голова, и он потерял сознание.

Глава 8

Когда-то, очень давно, его звали Лислав. Но память в последнее время подводила его. Он уже с трудом помнил, кем был, что знал и на что был способен. Многие события его прежней жизни сплелись в один плотно свернутый клубок, и тот, кого когда-то звали Лислав, уже не мог понять, что было на самом деле, а что он выдумал за эти тысячи циклов, что провел в виде призрака в мертвом городе.

Четко помнилась лишь битва за ворота и то, что все еще держало его здесь, не давая обрести долгожданный покой. Этой миссией он обрек себя сам. Никто его не заставлял. Но, взваливая на свои плечи такую громадную ношу, он, как и сотни молодых людей до него не просчитал последствий.

Некроманта очень непросто убить, гораздо сложней, чем любого другого мага, очень уж темные маги живучи. Но уничтожить, если сам некромант этого не хочет, практически невозможно. Когда сильные челюсти конструкта, изображающего тигра, сомкнулись на его горле, Лислав был еще жив.

Когда он падал на землю, зажимая страшную рану рукой, он все еще мог чувствовать, как содрогнулись крепкие стены, и ощутил всем телом дрожь земли.

Все-таки молодой некромант был в свое время хорошим учеником, одним из лучших, да и далекий, но очень мощный всплеск смерти, дал ему понимание того, что произойдет через пару вздохов. Юноша улыбнулся немеющими губами и поздравил своего учителя с таким элегантным, как ему тогда показалось, решением. Он уже хотел уйти, чувствуя удовлетворение от того, что учитель не оставил их смерти безнаказанными, но в следующий миг Лислав ощутил острое сожаление о том, что все достижения Школы, записанные на кристалл памяти, один из величайших секретов и величайшая ценность Школы, будут утеряны навсегда. Тогда он принял решение, что не покинет город до тех пор, пока здесь не появиться достойный кандидат, которому он в виде призрака и передаст сведения о кристалле, а также произведет небольшое ментальное воздействие, которое заставит претендента найти наследие мертвого города и приобщиться ко всем тайнам Школы. Таким образом, думал маг, этот избранный сможет вынести все накопленные многими поколениями ученых магов данные и они не пропадут, не исчезнут в истории.

Уже умирающий мозг молодого некроманта отмахнулся от мысли о том, что неподготовленного человека просто раздавит спрятанными в кристалле знаниями. Что такой объем информации не предназначен для одного единственного носителя. Что не родился и вряд ли родится когда-нибудь разумный, способный без страха смерти вместить в свою память все данные, заключенные в кристалл. Лислава уже не волновали эти ненужные подробности. Он стал призраком и готовился ждать, чтобы достойно выполнить взваленную на себя задачу, а на состояние будущего носителя ему было, честно говоря, наплевать.

Время шло, а город все еще оставался неприкосновенным. Никто не решился войти в него, а может все просто забыли о его существовании. Или не забыли, но с гибелью Цитадели уже не находилось достаточно сведущих и сильных магов, чтобы найти проход к затерянному под землей городу. Каждая из этих версий была правильной, вот только призраку молодого некроманта от этого легче не становилось, и время начало в итоге ощущаться даже им в его бестелесной форме существования.

Постепенно Лислав стал превращаться в нечто, что и увидел Тэй. Непонятную тень, не способную произнести ни одного внятного слова. Он устал. Ему хотелось покоя.

Иногда, в редкие минуты просветления, Лислав хотел уйти навсегда, но когда он понимал, что слишком качественно сотворил заклинание, делающее его бестелесным, придав ему особую силу, пожертвовав для его осуществления остатками своей быстро угасающей жизни, то на него нападала апатия. Апатия переходила в глубочайшую хандру, которая сменялась приступами неконтролируемой ярости. Он успешно вымещал эту бездумную, всепоглощающую ярость на немногих конструктах, которые все еще были им не уничтожены.

После этих всплесков, бывший некромант все больше и больше запутывался в своей памяти, в конце концов, забыв даже собственное имя.

В тот день призрак решил, что ему очень хочется посетить дом, который когда-то он называл своим. Если бы его мысли были более связными, а безумие менее глубоким, призрак бы посмеялся над теорией Академии о том, что привидения привязаны к месту своей гибели. Призрака держал в этом мире только данный кому бы то ни было обет. Ничего больше.

Пока Лислав осознавал себя, он немного почистил город. Поняв, что некоторая часть темной магии ему еще доступна, бывший некромант поднял всех погибших жителей в виде зомби и сумел собрать их в одном месте, чтобы устроить огромный поминальный костер. Единственное тело, которое он не тронул, было телом Милорда ректора, все еще лежащее в кресле в том самой зале, где ритуальный кинжал когда-то пронзил его грудь.

Лиславу даже удалось частично уничтожить конструктов. То, на что он не был способен, будучи живым, удалось сделать его призраку. Это было долго, муторно, но Лислава не волновали циклы, потраченные на бесконечные атаки на тварей. Времени ему хватало, даже с избытком, силы были бесконечны, а усталости по понятным причинам призрак не испытывал.

Во всяком случае, всех тех, что могли летать, можно было теперь не опасаться. Он мог бы полностью со временем очистить Кранлуну, но безумие в то время уже начало проявляться в его действиях и мыслях, и на улицах все еще бродили в поисках жертв магические конструкты, которые его не волновали, и служили громоотводом только не случаях его буйств.

Когда Лислав увидел в комнате, в которую он залетел больше по привычке, чем от осознания того, что это была когда-то его комната, молодого парня, натягивающего его сапоги, то едва не вознес молитвы Богине.

Собрав все оставшиеся силы в кулак, он подлетел к юноше, чтобы сделать того хранителем, завершившим, наконец, его нелегкую миссию.

В это время Лислава уже не волновало, что сначала он решил выбирать кандидата, и доверить знания о кристалле памяти лишь самому достойному. Но теперь, выбирать тщательно, взвешивая достоинства и недостатки этого молодого парня, попавшегося ему на пути совершенно случайно, не было никакого желания. Поэтому Лислав быстро, чтобы не терять больше ни вздоха, подлетел к вжавшемуся в стенку юноше и насильно заставил того принять информацию.

Это было наслаждение, подобное тому, которое он, будучи живым, испытывал на ложе с женщиной. Взвыв от нахлынувшего на него экстаза, Лислав не мог остановиться, продолжая отдавать практически потерявшему сознание Тэйлину не только ту информацию, которую планировал отдать, но и то, что составляло саму суть призрака — свою память. Все то, что призрак помнил из прошлой жизни, даже то, что сам уже считал забытым, быстрым ручьем утекало в голову Тэя.

Опомнился Лислав только тогда, когда его память, и его сущность практически полностью стали принадлежать юноше. С трудом прервав поток передачи информации, Лислав оторвался от теряющего сознания паренька и, испытав напоследок невероятное облегчение, исчез, растворившись в Астрале, обретая, наконец, долгожданный покой.

Тэй медленно приходил в себя. Сначала он осознал, что лежит на чем-то мягком. Приоткрыв один глаз, юноша увидел потолок той самой комнаты, в которой на него напал призрак. Подняв ставшие тяжелыми, словно чужими, руки, он как-то вяло отметил про себя, что после контакта с потусторонней сущностью на запястьях остались синяки. От этого простого движения звякнула цепочка браслета.

— Тэй, — кровать, на которую его уложили, слегка прогнулась от присевшей на нее Эльки. — Ты нас так напугал. Что случилось?

— Я, — Тэй приподнялся на локтях, — я… На меня напал призрак, — проговорил парень и тут же упал головой на подушку, потому что в этой самой голове стремительно пронеслось видение массивных ворот, через которые в город вливались орды конструктов. Он яростно взмахнул мечом и отступил под натиском тварей. Времени не было даже на то, чтобы произнести формулу Вейнса, чтобы хоть ненадолго закрыть брешь в обороне, подняв максимальное количество покойников, которых здесь с каждым вздохом становилось все больше и больше.

— Лислав! — в голове прозвучал чей-то голос. — Отступайте!

Тэй с криком схватился за голову, по его телу прошла судорога, а из носа брызнула кровь.

— Тэй! Что с тобой, Тэй?! — заверещала Элька, наваливаясь на парня всем телом, стараясь удержать на месте.

Шквал странных образов нарастал, и, в конце концов, Тэй дернулся особенно сильно, сбрасывая с себя девушку. Элька закричала и упала на пол. В тот же миг в комнату ввалился Кнут.

С порога оценив ситуацию, наемник всем своим немаленьким весом прижал Тэя к кровати. Через пару вздохов конвульсии прекратились. Наступила тишина, прерываемая тихими всхлипываниями Эльки.

— Тише, парень, тише, — как мантру повторял Кнут, продолжая удерживать Тэя.

— Можешь отпустить, — внезапно спокойно сказал Тэй. — Больше этого не повториться.

— Ты уверен? — Кнут недоверчиво посмотрел на парня.

— Нет, — покачал головой Тэй. — У меня сейчас такая каша здесь, — он дотронулся до виска и поморщился. — Этот призрак псих какой-то. Как я понял, он поделился со мной своими воспоминаниями, но…

— Что «но»? — Кнут медленно встал на ноги.

— У него в голове каша похлеще моей была. Я вообще сейчас понять не могу, где мои воспоминания, а где его. Да и когда понимаю, не могу определить, это было взаправду, или у этого Лислава такая богатая фантазия.

Тэйлин осторожно сел и попытался встать, держась руками за голову.

— Может быть, тебе стоит полежать немного? — Элька мгновенно оказалась рядом, чтобы поддержать его, если Тэй все-таки решит упасть.

— Мне нужно идти, — отстраненно произнес юноша.

— Куда?

— В Школу, — Тэй сильнее сжал голову. — Этот демонов призрак что-то сделал со мной. Я ни о чем другом просто думать не могу. О, Богиня, за что мне все это? В чем я перед тобой провинился?

— Тебе в Школу нужно за чем-то конкретным? — деловито спросил Кнут после недолгого молчания.

— Да. Нужно пройти в тайную комнату и прикоснуться к кристаллу. А вот что это за кристалл и почему я должен его потрогать, призрак не уточнил. Я же говорю, у него такая каша в голове была. А где остальные?

— Дом обследуют. И вот что парень, никуда мы не пойдем, пока ты не разберешься со своей тыквой. Там, — Кнут махнул рукой в сторону окна, — настолько опасно, насколько это вообще возможно, а если ты так замирать и в трясучке биться прямо на улице начнешь… — наемник покачал головой и двинулся к двери.

Тэй, покачиваясь, побрел следом, Элька в это время поддерживала его за талию.

— Эль, — Тэй беззастенчиво навалился на девушку. — А что такое «формула Вейнса»?

— Что? — Элька остановилась и посмотрела на Тэя круглыми глазами. — Откуда ты про нее знаешь?

— Это не я знаю, это парень тот знал, Лислав.

— Формула Вейнса — это заклинание из раздела некромантии, доступной всем магам, не зависимо от уровня и окраски дара, — медленно произнесла Элька. — Оно способно поднять бесконечное множество зомби, правда, низкоуровневых и выполняющих элементарные команды, но которых можно так же легко упокоить, произнеся слово-ключ. Причем это слово может быть любым, достаточно вставить его в формулу.

— И откуда тебе известны такие подробности, — Тэй осторожно отнял руки от головы и прислушался к своим ощущениям.

— Да ты что? Это же одно из величайших открытий в магии, которое было давно утеряно, — Элька всплеснула руками, а лишенный опоры Тэй начал заваливаться набок. Ойкнув, Элька снова обхватила парня за талию.

До лестницы они дошли молча, каждый думал чем-то своем. Вцепившись в перила, Тэй покосился на идущую рядом с ним девушку.

— Эль, а я знаю, что это за формула и даже смогу ее написать. Правда, не знаю, смогу ли ее воспроизвести, да и покойников рядом не наблюдается, — он нервно хихикнул. — Эль, а давай, попробуем еще раз меня чему-нибудь научить. Этот Лислав, похоже, много чего знал, может я смогу попытаться скопировать его действия, если конечно смогу разобраться в этой мешанине, что была в его мозгах.

— Ты знаешь формулу… — эхом проговорила Элька, отрешаясь от всего остального. — Тэй, обещай мне, что никогда ни при каких обстоятельствах ты никому не расскажешь того, что сможешь вычленить из памяти древнего мага, — произнесла она торжественно.

— Почему? Ты же сама говорила, что эти знания давно утеряны. Может быть, кому-то станет интересно?

— Это станет интересно Всем магам, — с нажимом произнесла Элька. — За тобой настоящую охоту объявят, если узнают. Так что, пожалуйста, давай, это останется нашим с тобой секретом. Даже остальным не нужно говорить, — Тэй посмотрел в серьезные глаза девушки и неуверенно кивнул. — Хорошо. Но мне ты что-нибудь все равно покажешь, — она хихикнула, — ладно?

— Конечно, покажу, — Тэй задумался. Бесконечные образы проносились в его голове, но не заостряли на себе внимания.

— Тогда поедим и поищем комнату для занятий, — они уже спустились вниз, и Элька решительно потащила его в кухню. — Может быть, сейчас ты сумеешь сосредоточиться, и у тебя получится огненный шар создать.

— Создание огненного шара является простейшим построением узора из видимой части магического спектра. Особенно легко подобные построения даются «видящим». Для тех, кто видит проявление магических волн необходимо сконцентрироваться на каком-то определенном магическом потоке, войти в концентрацию и постараться мысленно придать частичке потока вид шарика. Далее руной огня, — бодрый старичок взмахнул рукой и перед глазами появился искрящаяся руна, — необходимо придать отобранной частичке из потока силу огня. Не переживайте, сначала получаться будет медленно, но с каждым разом все быстрее и быстрее. Пока все действия не начнут выполняться на уровне безусловного рефлекса, — старичок хихикнул, затем обвел взглядом аудиторию. — Лислав, прошу сюда, будем учиться создавать боевой огненный шар.