Секрет дома напротив

Он потёр глаза и изумлённо оглядел комнату. В углу, противоположном тому, где булькал котелок с молоком, стояло сооружение, похожее на палатку, сделанное из разноцветных простыней, причём держалась вся эта конструкция на свисающих с потолка лозах плюща.

По углам края простыней были придавлены стопками запылившихся книг, а вершину палатки украшало длинное серое перо, воткнутое в ткань на манер флага.

Девочка внимательно наблюдала за Джеком со своих импровизированных качелей. Теперь мальчик уже не висел вниз головой и мог рассмотреть незнакомку повнимательнее.

Он сразу почувствовал, что эта особа уже давно живёт вдали от остального человечества: лицо грязное, одежда неряшливая, к тому же сильно велика.

– Извини, – вежливо проговорил Джек, – но кто ты такая?

– Точно не знаю, – ответила девочка.

– Хорошо, а как тебя зовут?

Девочка задумчиво наморщила нос и зажмурила один глаз, вероятно, чтобы лучше думалось.

– У меня ничего такого нет.

– У тебя нет имени? – поразился Джек. – Не может такого быть. У каждого человека есть имя.

– Я так и не смогла его вспомнить, – беспечно ответила девочка. – Честно говоря, это очень раздражает.

Джек ещё никогда не встречал человека, не способного вспомнить собственное имя. Он попытался зайти с другой стороны.

– Где твои родители?

– Родители… – тихо пробормотала она себе под нос, словно родители – это вещь, которую она по рассеянности куда-то задевала. – Не-а! Их у меня тоже нет. Хотя, погоди-ка! У меня есть папа! Где-то есть. Кажется.

У Джека уже начинали сдавать нервы, но тут девочка спрыгнула с качелей и с громким «бух!» приземлилась прямо перед мальчиком. Она подалась вперёд и уставилась ему в глаза.

– Ты ведь его не видел, а?

– Нет, – пролепетал Джек, глядя на неё круглыми глазами. – Я даже не знаю, как он выглядит.

– Хм-м-м… – задумчиво протянула девочка. – Уверена, мой папа где-то поблизости, просто я его ещё не нашла.

Внезапно внимание Джека привлёк шорох, тихое шуршание листьев. Девочка мгновенно обернулась и сжала кулаки, как будто готовилась драться.

Она с воинственным видом смотрела на винтовую лестницу, по которой несколько минут назад поднялся Джек, и встала перед мальчиком, словно собиралась его защищать.

– Не волнуйся, кажется, я знаю, кто это, – успокоил её Джек.

На лестнице показались Бруно и Рокко.

Поднявшись на верхнюю ступеньку, братья остановились как вкопанные, подозрительно глядя то на Джека, то на девочку. Джек не смог сдержать улыбку.

Он видел: его приятели понятия не имеют, что думать об этой любопытной девочке со всклокоченными волосами и в смешной одежде. Они настороженно наблюдали за ней, как будто столкнулись с диковинным созданием, которое принадлежит к недавно обнаруженному виду.

– Это мои друзья, Бруно и Рокко, – сказал Джек девочке.

Бруно и Рокко пробормотали невнятное приветствие.

– А это… – Он посмотрел на девочку, но та лишь пожала плечами. – Она не помнит.

– Чего она не помнит? – не понял Рокко.

– Своё имя, – пояснил Джек.

На лицах Бруно и Рокко появилось замешательство, но, прежде чем они успели атаковать девочку вопросами, по лестнице взбежала Дотти и ворвалась в комнату.

– Вот ты где, Дотти! – воскликнул Бруно, похлопывая собаку по голове.

Дотти кинулась сначала к нему, потом к Рокко, а затем к Джеку, и тот почесал ей шею.

– Что это за зверюшка? – с любопытством прошептала девочка, широко распахнув глаза.

Мальчишки переглянулись.

– Э-э-э, это собака, – хмуро пробурчал Рокко.

– Ой, обалдеть! – воскликнула девочка. – Я про них читала! Предполагается, что собаки очень дружелюбные, да?

– Ты что, никогда собаку не видела? – недоверчиво спросил Бруно.

– Вроде бы не видела, – ответила девочка. – Во всяком случае, я ничего подобного не помню.

Она склонила голову набок и спросила:

– А собаки любят молоко?

– Ага, они просто обожают молоко! – заявил Рокко. – Собаки похожи на меня: они практически всеядны.

– Я тоже люблю молоко! – сказала девочка, подошла к своему горшку, налила немного молока в маленькое блюдце и поставила на пол перед Дотти.

Собака мгновенно проглотила угощение.

– Я грею молоко каждый вечер на завтрак. Оно прекрасно восстанавливает меня перед наступлением ночи.

Мальчики снова обменялись озадаченными взглядами.

– Извини, – сказал Джек, – может, ты имела в виду, что пьёшь молоко на завтрак по утрам?

– «Завтрак по утрам»! – насмешливо фыркнула девочка и рассмеялась, как будто услышала отличную шутку. – Я не могу завтракать по утрам. Утром я ложусь спать.

Мальчики смотрели на неё с недоумением.

– Так, позволь уточнить, – сказал Бруно, подозрительно глядя на девочку. – Ты не спишь по ночам, но спишь днём?

– Конечно! – подтвердила девочка. – А разве вы не так делаете?

Джек посмотрел на неё, пытаясь понять, не издевается ли она над ними, но незнакомка казалась совершенно искренней.

– Нет, это полная бессмыслица! – сказал Рокко.

– Мы поступаем наоборот, – добавил Джек, постаравшись говорить мягко, чтобы сгладить резкость Рокко. – Мы спим ночью и бодрствуем днём.

Рокко зевнул и начал тереть глаза. Было уже очень поздно, и из-за треволнений этой ночи мальчишки порядком устали.

Девочка смерила Джека равнодушным взглядом.

– Извините, ребята, но, похоже, в вас недостаточно пороху для вступления в банду, – решительно заявила она.

– В банду? – переспросил Бруно. – В какую банду?

– В мою банду, – пояснила девочка. – Это секретная банда, только для детективов. Знаете, ребята, вы ужасно сонные и едва ноги переставляете, если и дальше так пойдёт, я не смогу вас принять.

Теперь девочка расхаживала перед мальчишками взад-вперёд, заложив руки за спину, точно генерал, готовящий своих солдат к великой битве.

– Вы должны быть в отличной форме, если я хочу разгадать загадку.

– Какую загадку? – спросил Бруно.

Девочка посмотрела на него, её лицо вдруг стало потерянным. Затем она взглянула на Джека, словно ища помощи.

– М-м-м, – протянул Джек, – это тайна исчезновения твоего папы?

– Да! – девочка просияла.

– А ещё нужно узнать, как тебя зовут? – спросил Рокко.

– Ах да, и это тоже! – радостно воскликнула девочка.

– Э-э-э, разве мы не забываем про самую главную тайну? – сказал Бруно. – Ты давно по сторонам смотрела?

Девочка недоумённо оглядела комнату, как будто видела её впервые.

– Немного странно, правда? – сказала она. – Ну, в таком случае вы понимаете, почему мне нужно разгадать все эти тайны, – продолжала она прежним, боевым тоном. – Надо выяснить, кто я и где мой папа, чтобы мы могли вместе пойти домой.

– Значит, это не твой дом? – спросил Джек.

– Не знаю, – девочка пожала плечами. – Может, и мой.

На мгновение Джеку показалось, что девочке немного грустно, но затем она выпрямила спину, поочередно посмотрела мальчишкам в глаза и заявила:

– В общем, вы можете присоединиться к банде, только если поможете мне. Ясно?

– Конечно, мы тебе поможем, – просто сказал Джек. – Верно? – Он посмотрел на Рокко и Бруно.

Рокко серьёзно кивнул, не говоря ни слова, а вот Бруно промолчал. Он поглядел на девочку и твёрдо сказал:

– Мы тебе поможем, если ты присмотришь за Дотти.

Девочка посмотрела Бруно в глаза. Пару секунд она задумчиво постукивала пальцем по нижней губе, но потом кивнула, показывая, что Бруно может продолжать.

– Моя тётя ужасно обошлась с нашей собакой, – пояснил Бруно, переступая с ноги на ногу. – Привязала Дотти к дереву на улице и держала без еды и воды, не пускает обратно в дом. Дотти сидела во дворе совсем одна. Если мы пообещаем помочь тебе разгадать твою тайну, то ты должна пообещать, что Дотти будет у тебя в безопасности. Позаботься о ней всего пару дней, а потом мы отведём её домой.

Говоря так, Бруно не смотрел на девочку, а когда наконец посмотрел, увидел, что глаза девочки блестят от слёз.

Зато Джек ни на секунду не отводил от неё взгляда. Он был просто очарован, видя, как она пытается взять себя в руки и снова напустить на себя равнодушный вид.

– Дотти здесь будет в безопасности, – хрипло сказала девочка, смахивая слезу. – Никто не должен быть один. Она может оставаться здесь столько, сколько захочет.

Слова девочки тронули Джека.

«Очевидно, она сочувствует Дотти, – подумал он, – ведь она тоже совсем одна».

Джек не понаслышке знал, каково это – быть одному.

Было видно, что братья Бакли тоже тронуты словами девочки. В конце концов, нечасто им доводилось испытывать простую доброту со стороны совершенно незнакомого человека.

– Спасибо, – тихо сказал Рокко.

Джек никогда ещё не видел его таким вежливым.

– Слышишь, Дотти? – крикнул Бруно. Собака подбежала к нему, и он энергично потрепал её по спине, взъерошив шерсть. – Тебе больше не придётся спать на улице! Ты будешь в безопасности, когда грянет буря.

На лице девочки появилось странное отстранённое выражение.

– Когда грянет буря… – прошептала она, словно впав в глубокую задумчивость.

– Ага, – сказал Джек. – Очевидно, есть…

– Когда грянет буря! – повторила девочка, глядя на них округлившимися глазами. – Вот когда ушёл мой папа! Когда грянула буря!

Она очень медленно вытащила из кармана крошечный, сложенный в несколько раз листок бумаги. Бумага была такой тонкой и потёртой, что Джеку подумалось: дыхни на этот листок – и он рассыплется, как горящая в огне бумага.

Девочка развернула записку, а мальчики сгрудились у неё за спиной и заглядывали ей через плечо. Она осторожно подняла листок повыше, чтобы все могли прочитать.

Джек почувствовал, как учащённо забилось его сердце.

Почерк был мелким и неаккуратным, все буквы выведены с сильным наклоном. Девочка прочитала вслух:

Когда придёт следующая гроза, я уйду… вернусь и всё тебе расскажу!

С любовью,

папа

– Ух ты! – пробормотал Бруно. – Как думаешь, куда он ушёл? Он боится грозы?

– Дотти боится грозы, – вставил Рокко.

– Да, но она собака, болван.