Хрустальные небеса

Николай резко крутанул ручку мощности до самого упора.

Луч ударил во всю мощь и ослепил оптику стража. Интенсивность энергии резко возросла. Температурные датчики боевого робота дико взвизгнули. Страж зафиксировал нарастание опасности, молниеносно сделал линейный прогноз роста интенсивности луча и принял решение. Жерло импульсной пушки качнулось в сторону «Союза».

Это движение было отслежено мозгом яхты. Он не медля ни мгновения, дал полную мощность на гравитационный привод, включил дистанционный манипулятор, подхватывая «Союз», и рванул яхту прочь из силового кокона.

Страж мгновенно оценил изменившуюся ситуацию.

Он был хорошим космическим бойцом, этот страж. Хорошим, но не самым лучшим. Потому, что сначала стрелял, а потом думал...

10.

Почти не ощутимое мгновение темноты.

За стеклом иллюминатора корабля полыхнуло яркими лучами Солнце, заиграв бликами в серебристобелой дуге земной атмосферы.

- Вырвались! - радостно выдохнул Георгий. - А где же яхта?

Он приблизил лицо к иллюминатору, пытаясь найти в пространстве корабль Снежаны.

- Коля, я не вижу яхту!

- Яхта снова стала невидимой, - подсказал

Рукавишников. - Они у нас гостили инкогнито, ведь так?

- Жаль, а я думал, что устрою ребятишкам

экскурсию по «Салюту», - Иванов печально вздохнул.

- Кстати, о «Салюте», - Николай заглянул в визир. Космическая станция по-прежнему висела в пространстве перед ними на расстоянии примерно трех километров. - А не пора ли нам, наконец-то, состыковаться?

- Если верить хронометру, - Иванов взглядом показал на часы на пульте, - мы отсутствовали в нашем пространстве-времени всего несколько секунд.

- Я думаю, что момент нашего исчезновения точно совпадает с моментом появления, - уточнил Рукавишников. - Никто и не заметил, что прошло более суток. Гм, по нашему корабельному времени, конечно...

Николай слегка сдвинул рукоятку управления, включая двигатели маневрирования:

- Земля, я «Сатурн», начинаем стыковку!

Корабль сильно тряхнуло. Пульт, ложементы, стены спускаемого аппарата задрожали мелкой дрожью. Со стороны приборно-агрегатного отсека донеслось неровное клокотание - словно сопло двигателя поперхнулось, закашлялось и теперь пыталось безуспешно прочистить металлическое горло.

- Это что еще за новости? - удивленно охнул Рукавишников. Он знал, что в нормальном режиме двигатель корабля должен работать плавно и практически беззвучно. - Чертовщина какая-то!

Иванов обеспокоено завертел головой, пытаясь понять, что происходит.

Еще секунда - другая и двигатель «Союза» совсем заглох.

- У нас проблемы с двигателем, Земля, - Николай скользнул взглядом по приборам на пульте. - Резкое падение давление в камере сгорания. Двигательная установка отключилась.

- «Заря», - в эфире раздался встревоженный голос Валерия Рюмина. - Мы наблюдали работу двигателя «Союза». Факел был очень длинным и направлен куда-то в сторону.

- Поняли вас, ребята, - молниеносно отреагировал оператор Центра управления полетом. - Стыковку прекращаем до выяснения причины сбоя двигателя!

- Что случилось, Коля? - Георгий вопросительно уставился на Николая. - Какой-то сбой в программе?

- Вряд ли, - Рукавишников нахмурил лоб. - Кажется, страж своим выстрелом все-таки прожег нам двигатели.

- И мы теперь можем не попасть на станцию? - у Иванова перехватило дыхание.

- Хуже, - мрачно буркнул Николай. - Мы вообще можем не вернуться на Землю.

11.

- Итак, ребята, - Снежана окинула внимательным взглядом детей, сидевших на диванчиках в учебной комнате, - кто мне расскажет, что произошло?

- Я, я, я! - лес поднятых маленьких ладошек вырос над головами.

- Хорошо, давайте по очереди, - приветливо улыбнулась наставница. - Начнем с тебя, Крис! Потом Марта - и далее по кругу...

- Нас атаковал космический страж.

- Мы оказались в плену.

- Дядя Коля и дядя Гоша отвлекли стража.

- Они спасли нас.

- Их корабль ранен.

- И они теперь не могут вернуться домой.

- Хорошо, молодцы, - Снежана удовлетворенно кивнула. - Я рада, что вы разобрались в ситуации. Сейчас на ваших компах появится несколько вариантов наших возможных действий. Вы должны выбрать только один из них. Итак.

Секунда, вторая, третья. Мозг яхты завершил обзор полученных ответов и вывел на большой экран за столом наставницы обобщенный результат.

Снежана подняла взгляд на серьезные и сосредоточенные лица малышей и тихо сказала:

- Я рада, что вы приняли единогласное решение.

12.

Секундная стрелка медленно перешагивала по делениям на часах. Казалось, что время стало вязким, как кисель.

- Что будем делать? - тихо спросил Георгий.

- Ждать, - коротко ответил Николай. - Примерно через сутки мы окажемся над районом для аварийной посадки. Попробуем запустить резервный двигатель и сесть.

- А если двигатель не запустится?

- А если двигатель не запустится, - Николай устало закрыл глаза и откинулся в кресле-ложементе, - у нас будет пять-шесть суток, пока не начнутся проблемы с воздухом, водой и продуктами...

- Ясно, - Иванов вздохнул. - Ты отдохни, командир. Завтра будет трудный день.

- А ты?..

- Пойду в орбитальный отсек, - Георгий выбрался из ложемента. - В невесомости покручусь, Землю пофотографирую. Когда еще выпадет шанс слетать в космос? И знаешь. Я не о чем не жалею. Мы поступили правильно.

- Мы поступили по-человечески, - согласился Николай. - Снежана и ребята уже, наверное, дома.

Маленький бело-голубой шарик возник в воздухе из ниоткуда прямо перед их лицами, мигнул полосатоузорчатой рябью.

- Николай, Георгий, - маленькое изображение лица Снежаны внутри шарика лучилось улыбкой, - мы еще здесь. И я, и ребята.

- Но почему? - тревожно вскинулся Рукавишников. - Страж может выбраться из кокона в любой момент и снова начать охоту за вашей яхтой!

- Страж больше никогда не выберется из кокона! -девушка рассмеялась. - Он зафиксировал наш побег и ударил вдогонку боевым лучом высокой энергии. Но силовое поле многократно отразило луч от стен кокона. Энергия мгновенно заполнила весь ограниченный полем объем и. За долю секунды страж был просто испепелен собственным залпом.

- Отлично! - Иванов хлопнул кулаком по колену, не в силах сдержать чувств. - Я так хотел шарахнуть хоть чем-нибудь по этому дурацкому роботу!

- Но страж все-таки успел своим лучом повредить двигатель вашего корабля, - продолжила Снежана. -Самостоятельно вы теперь не сможете вернуться на Землю.

- Мы уже знаем об этом, - невесело кивнул Рукавишников. - Завтра мы попробуем сесть на резервном двигателе...

- Увы, но он тоже поврежден, - наставница покачала головой. - Но можете не тревожиться! Мои ребята единогласно приняли решение помочь вам. Завтра мозг яхты имитирует работу резервного двигателя на вашем «Союзе» и с помощью гравитационного манипулятора затормозит корабль. Мы вернем вас домой, на Землю!

- Это самая приятная новость за сегодняшний день! - Николай облегченно вздохнул. - Спасибо вам, Снежана!

- Вы хорошо воспитали детей, если они принимают такие правильные решения, - голос Иванова чуть дрогнул.

- Ребята, я хочу вам кое в чем признаться. -Снежана смущенно опустила глаза. - Мы прилетели сюда не только потому, что выиграли конкурс к годовщине вашего полета. Изначально так и планировалось, что победители исторической викторины должны будут оценить аварийную ситуацию на вашем «Союзе» и принять какое-то общее решение.

- Погодите-ка, Снежана, - Николай закашлялся, пытаясь проглотить внезапно возникший в горле ком. -Так что же, вся эта история с обезумевшим стражем была вами заранее срежиссирована?

- Нет-нет, как вы могли такое подумать, Коля?-всполошилась наставница. - Конечно же, никто не мог предвидеть появление стража. Просто из курса истории нам было известно, что во время первого полета болгарского космонавта в космос произошла авария двигателя на его корабле. Прошло двести лет, но никто так и не знал, почему тогда в полете прогорел двигатель «Союза». Вот мои ребята и должны были разобраться в ситуации, чтобы найти способ помочь вам.

Она секунду помедлила, собираясь с мыслями, и продолжала:

- Это один из наших методов воспитания -поставить ребенка в ситуацию, когда он должен помочь людям в реальной опасности. Можно миллион раз рассказать детям о том, что такое хорошо и что такое плохо. Но лучший воспитательный эффект достигается, если дать малышу самому принять правильное решение. Согласитесь, первое собственное взрослое решение запоминается на всю жизнь и во многом определяет характер человека...

13.

Спускаемый аппарат «Союза» огненным метеором нырнул в атмосферу, затормозился и повис на стропах парашюта.

- Вот и все наши приключения, - Николай глядел в иллюминатор на приближающуюся землю. - Жаль, конечно, что на станции нам так и не удалось поработать.

- Знаешь, Коля, - с грустью сказал Иванов, - я одного себе не могу простить. Во всей этой кутерьме я забыл спросить у Снежаны, как назвали планету, открытую командором Красимировым.

- Как, ты еще не догадался? - в глазах Николая сверкнули озорные огоньки. - Ну, ты даешь, Георгий. Столица планеты именуется Софией. Детишки на планете учат болгарский язык. И участвуют во всепланетном конкурсе к юбилею полета первого болгарского космонавта. Ну?

- Не может быть. - Иванов изумленно выпучил глаза.

- Может, дружище, может, - Рукавишников похлопал ладонью по его плечу. - Эмиль Красимиров назвал открытую им планету именем своей Родины - Болгарией.

14.

Эту историю космонавты Иванов и Рукавишников рассказали мне летом 1988 года.

Готовился полет в космос второго болгарского космонавта Александра Александрова, и редакция газеты, в которой я тогда работал, поручила мне взять интервью у прославленных героев космоса.

Мы сидели втроем в душном номере гостиницы «Центральная» на Байконуре, пили водку и ракию, закусывали салом и домашней колбасой, которые я предусмотрительно захватил из дома, и разговаривали -о жизни, о предстоящем полете, о космических перспективах человечества. Вот тогда Николай и Георгий, волнуясь, иногда перебивая друг друга, и рассказали мне всю правду о своем полете в космос девять лет назад.

- Почему же вы все эти годы молчали? - я отложил в сторону рабочий блокнот, в котором делал торопливые пометки по ходу их рассказа. - Почему обо всем этом до сих пор никто не знает? Гости из будущего... Это же событие мирового значения!

- А кто бы нам поверил? - Рукавишников лукаво подмигнул мне. - Какие мы могли представить доказательства, что общались с нашими потомками, да еще и с планеты в другой звездной системе? Знаешь, что было, если бы мы с Гошей только заикнулись о своих настоящих приключениях в космическом полете? Все дружно решили бы, что у нас помутнение сознания от полученных в космосе переживаний. Это во-первых.

- А во-вторых, Мартын, - хохотнув, продолжил Иванов, - наш рассказ мог запросто изменить будущее человечества. Например, Эмиля Красимирова могли не назначить начальником экспедиции, которая полетит к 326-й звезде в созвездии Дракона в 2097 году.

- Тогда зачем вы сейчас рассказали все это мне?!

- Потому что и тебе, Луганцев, никто не поверит, -Рукавишников расхохотался. - Сам же говорил, что пишешь фантастические рассказы...

Против ЛОМа нет приема

I

Научно-исследовательский корабль «Алькор» медленно плыл над зелено - голубым шаром планеты.

- Итак, дорогие мои, - командир корабля Дарий Луганцев небрежным жестом бросил на стол толстую пачку стереографий, - мы с вами имеем дело с гуманоидной разумной расой, которая - и это уже очевидно, - достигла в своем развитии достаточно высокого уровня. Уровня, который, по крайней мере, равен уровню развития нашей земной цивилизации.

За большим круглым столом в кают-компании собрался весь экипаж «Алькора». Кроме, конечно, вахтенной смены.

- Простите, а из чего следует этот ваш более чем оптимистический вывод, уважаемый коллега? - биолог Густав Бергер, который сидел за столом прямо напротив Луганцева, скептически улыбнулся.

За долгие месяцы полета он уже привык слегка пикироваться с начальником экспедиции по малейшему поводу и даже находил в этом некоторое удовольствие.

«В любом серьезном деле должна быть оппонирующая сторона, - говорил Густав в ответ на колкие усмешки друзей. - Любая информация перед тем, как стать непреложной истиной, сначала должна кем-то оспариваться. Иначе очень легко ошибиться!»

- Наши разведывательные зонды обнаружили поселения разумных существ на этой планете только в двух местах. Два поселка находятся на противоположных материках. В северном и южном полушариях соответственно, - Луганцев на секунду задумался и потер пальцами переносицу. Он тоже уже привык к постоянной оппозиции Бергера и даже научился использовать реплики коллеги так, чтобы значительно упростить свои доклады на общих собраниях команды. - Больше никаких следов разумной деятельности на планете нет. Вообще нет. И это означает, что перед нами не местная цивилизация, а всего лишь две колонии или небольшие исследовательские базы разумных существ. Существ, которые - как и мы с вами, - прибыли сюда с другой планеты. А поскольку в здешней солнечной системе мы не нашли обитаемых миров, то естественно предположить, что прибыть они могли только из иных звездных систем. Значит, им по силам совершать межзвездные перелеты. Следовательно, уровень развития этих существ достаточно высок. Кроме того, наша обсерватория перехватила целый поток радио- и гравиопередач, которыми колонии постоянно обмениваются между собой. Это тоже бесспорное свидетельство высокого уровня знаний инопланетян.

- Может в каталоге Сомова - Брайлера есть какая-нибудь информация об этих существах? - спросил физик Урхо Йоргансен, как всегда, когда он был чем-то очень заинтересован, расчесывая растопыренной пятерней огненно-рыжие волосы.

- Я уже проверил. В каталоге такой информации нет, - покачал головой Дарий.

- И быть не может, - подтвердила Лин Жуасин -корабельный кибернетик, отвечавшая в экспедиции за все базы данных. - Каталог Сомова - Брайлера составлялся для известных нам внеземных цивилизаций. Среди них нет ни одной, которая достигла бы технологического уровня, обеспечивающего самостоятельный выход даже в ближайший космос.

- Там внизу, на планете, - совершенно новая раса, внешне непохожая ни на одну разновидность известных нам разумных существ, - продолжил после паузы Луганцев. - Поначалу наша разведгруппа даже была уверена, что имеет дело сразу с двумя новыми типами инопланетян...

Дарий указательным пальцем пододвинул стопку стереографий в сторону Йоргансена: