Патологический мерзавец

Проснулась от того, что муха бегала по носу.

– Кыш, – согнала нахалку. – Ну вот, поела, называется, – посмотрела на разбухшую и давно холодную лапшу. Видимо, к ней-то муха и держала путь транзитом через её нос.

Что ж, голодание, говорят, полезно для организма. Потянувшись и поёжившись от боли, подошла к зеркалу. Вчера так и не хватило времени посмотреть на рану.

– Вот блин, – Саша приподняла футболку и уставилась на большой красный ожог в форме утюга. Не ровён час, какая-нибудь инфекция попадет, а там и до заражения крови недалеко. Нет, надо идти к врачу.

Саша быстренько переоделась, нарядившись в лёгкий сарафан свободного кроя, чтобы ткань лишний раз не касалась кожи, сверху накинула ветровку и покинула дом. Запереть дверь удалось с третьей попытки, ключ по-прежнему заедал. А пока мучилась с дверью, не заметила, как к её забору подъехало чёрное авто. Девушка так и ахнула, когда увидела напротив своей калитки вчерашнего потерпевшего. И всё бы ничего, если бы не один нюанс: он сидел в инвалидном кресле, а его нога была по колено загипсована.

– Что? Как? – она никак не могла понять, что вообще происходит. Он же вчера спокойно стоял на своих двоих. – Вы зачем тут? – еле из себя выдавила Саша.

– Ты вчера так быстро убежала, – расплылся нахальной улыбкой мужчина. – Вернее сказать, скрылась с места ДТП.

– Вы всё продолжаете? – начала закипать девушка. – Я не скрывалась, я не имею никакого отношения к вашему ДТП. Что за идиотизм? Откуда гипс?

– А я посетил травмпункт. Мне сделали рентген. Перелом, – он развёл руки в стороны. – Закрытый.

– Сочувствую. Но вы адресом ошиблись, вам не ко мне.

– Да нет, как раз к тебе, курочка бестолковая. Ты виновата. Тебе и исправлять.

– Я не виновата! – закричала она. – Что за дичь?!

– Скажем так, – подался он вперед. – Я решил, что виновата ты. Значит, виновата.

– Вы тут вообще кто? – так же подалась к нему Саша.

– Я тут всё, милочка.

И сердце Саши неприятно дёрнулось. Но ожог беспокоил её сильнее, потому хотелось как можно скорее дойти до врача.

– Итак, – она вышла из калитки, закрыла её, развернулась к мужчине: – Психиатрическая клиника есть в ближайшем городе, вам туда. Проверьте голову, вероятно, ею вчера вы тоже ударились. И чтобы духу вашего больше здесь не было! – Саша нависла над ним и сейчас же вдохнула аромат парфюма. Дорогого парфюма, поняла она это, так как вспомнила запах. На прошлый День влюблённых искала мужу подарок и явно неопытная консультант дала ей понюхать один из новых ароматов, стоил тот ого-го, малюсенький флакончик тридцать тысяч рублей.

– Кажется, кто-то не догоняет положения дел, – он сложил руки в замок, а взглядом углубился в декольте, особо ничего не рассмотрел, но возбудился, будто рассмотрел. – Объясню иначе. Если завтра поутру тебя не будет у ворот моего дома, то уже к обеду от твоей избушки не останется и следа.

– Идите в задницу со своими угрозами, – Саша выпрямилась и направилась в сторону остановки.

– В задницу, говоришь? – прошептал он. – Если только в твою, голубушка. Скоро увидимся. Эй?! – окрик заставил Сашу обернуться. – Коли не дура, придешь, – и забросил ей в почтовый ящик визитку.

А в ответ получил средний палец. Да, это совсем не педагогически, но она не виновата, это всё пережитый стресс и сильная боль.

– Я предупредил! – крикнул он напоследок, после чего охранник покатил его к машине.

И когда Кольский забрался в салон, тут же схватил палочку, что лежала на сиденье, и принялся чесать ногу под гипсом.

– Надо было просто лонгет наложить, – скривился он. – С этим гипсом я теперь чокнусь.

– Куда прикажете, босс? – подал голос водитель.

– Домой, куда ещё. Кажется, я переборщил, грёбаный гипс ещё и крошится. Ну ладно, – после чего позвонил помощнику. – Киселёв? Найди мне этого, который с бульдозером. Работа для него есть. Какая? – и покосился на дом девушки. – Одну халупу снести надо. Стоит, весь вид портит, а участок хороший. Да, покупатели на землю быстро найдутся, – и, отложив телефон в сторону, скомандовал трогаться.

Глава 6

– Да у вас воспаление полным ходом, – фельдшер в летах внимательно осматривал ожог. – Тут без антибиотиков никак. Десять уколов как минимум. А ещё купите в аптеке перевязочный материал и мази, я напишу какие, будете приходить ко мне раз в день, делать перевязки.

– Всё так плохо? А без антибиотиков никак?

– Можно и без них, конечно, но тогда я снимаю с себя ответственность и отправляю вас в областной ожоговый центр.

– Ладно, только не снимайте с себя ответственность. Уколы так уколы.

И мужчина с пышными усами ухмыльнулся:

– Что-то не припомню вас тут.

– Я, скажем так, новенькая. У меня тётя здесь жила, настала вот моя очередь, – произнесла она на выдохе.

– А-а-а, ну и правильно. У нас теперь хорошо. Порядок, никаких посторонних. А раньше то цыгане понаедут, то шабашники, то наркоманы. Домов пустых было много, молодняк-то весь поразъехался кто куда, а старики – кто в мир иной отошёл, кого дети увезли. Сейчас село и не узнать. До сих пор иду на работу и не верю своим глазам, – он окинул взором кабинет, где для него – фельдшера с большим стажем, прожившего в Пучках до самых седин и проработавшего в разбитом медпункте, теперь есть всё, о чём можно только пожелать человеку его профессии. Да что там, олигарх местный грозится в скором времени поликлинику целую выстроить, врачей пригласить на хорошие зарплаты.

– Да, село изменилось. Как говорят, все это благодаря местному инвестору.

– Так и есть. Кольскому, – он обработал рану мазью, затем приготовился нанести повязку с гидрогелем. – Человек он сложный, но дел хороших понатворил много. Его здесь, правда, не любят.

– Глянуть бы одним глазком, кто же такой этот Кольский.

– Так гляньте. Как из кабинета выйдете, справа на стене фотографии висят, на одной из них он стоит с ножницами. Приезжал ленточку перерезать, когда новый медпункт открывали.

– Раз он так много хорошего сделал, что же люди его не любят?

– Он личность экстравагантная, – закрепил повязку доктор. – Со своим чересчур богатым внутренним миром и не только внутренним, а народ наш дюже любит считать чужие деньги и судить поверхностно. Всё, готово, – он крутанулся на стуле и отъехал к своему столу. – Можете за дверью подождать, я вам напишу, что купить нужно, – вдруг врач посмотрел на неё с прищуром: – У вас с финансами вообще как? У нас предусмотрены кое-какие медикаменты для бесплатной раздачи, но я их придерживаю для пожилых. Однако если с деньгами трудно…

– Нет-нет, всё в порядке. На лекарства денег хватает.

– Ну хорошо. Пусть и дальше хватает, и не только на лекарства, – забубнил он себе под нос.

Саша покинула кабинет и первым делом направилась к фотографиям, тянувшимся вдоль всей стены. Рассматривать начала с самого начала и скоро дошла до той, о которой говорил доктор. Тут-то девушка и застыла в немом шоке. На фото с ножницами в руках стоял, что б его, вчерашний пострадавший. Как же её так угораздило вляпаться! Ну почему она остановилась на переходе одновременно с ним! Саша еле сдержала себя, чтобы не плюнуть на фотографию. Кажется, теперь она понимает, почему люди ненавидят местного олигарха.

Домой она возвращалась в состоянии вакуума: ничего не видела, не слышала, в итоге чуть не встретилась с фонарным столбом – в самый последний момент увернулась. Очнулась от забвения уже около своей калитки и когда открыла её, из почтового ящика вылетела визитка. Саша подняла плотный белый картон и зачитала надпись: «Улица Главная, дом № 1. Номер домофона 100500. Владения Кольского Н. А.»

– М-да, с кукушкой у мужика совсем беда, – покачала головой девушка.

И снова уборка, уборка, уборка, и до того Саша увлеклась, что скоро в доме кроме стола, стула, старой плиты да пары вёдер ничего не осталось. Пожалуй, ей нужно заказать что-нибудь из мебели. Хотя бы кровать с матрасом или просто матрас, да и подушку с одеялом не мешало бы. А спустя пару минут вдруг зажёгся свет, отчего сразу на душе стало легче.

Спать она легла опять на столе. Жизнь с чистого листа начинать всегда непросто. Но как говорят, Бог не посылает больше испытаний, чем человек способен выдержать. Главное – она в безопасности. И дом этот – её собственность!

Наутро Саша проснулась оттого, что с улицы доносились какие-то абсолютно дикие звуки. Спустившись со стола и ощутив боль в каждой мышце, кое-как доковыляла до окна, ибо в довесок ещё и нога затекла.

– Какого чёрта? – она выглянула в окно. – Твою мать! – и помчалась на улицу.

За забором стоял огромный бульдозер, разрывая утреннюю тишину утробным рёвом двигателя. А рядом с громадиной стоял пикап, около которого, в свою очередь, курил папироску местный хозяин компании по сносу ветхого жилья Григорий Горбатов.

– Доброго утречка, уважаемая, – широко улыбнулся Григорий.

– Что-то не похоже оно на доброе. Почему вы стоите рядом с моим домом?

– Так работать приехали. Велено расчистить участок.

– Мой участок?! – опешила она.

– Ваш, не ваш – я не в курсе, мне пришёл приказ сверху, и вот я здесь.

– Вы в своём уме? У меня документы есть! Я вам могу показать. Это мой дом, моя земля. Вы не имеете права! – тут она вспомнила вчерашний разговор с загипсованным подонком.

– Голубушка, мне показывать ничего не надо. Это вам туда, – указал он куда-то себе за спину.

– В дом номер один? – нервно хихикнула Саша.

– Да-да. А сейчас посторонитесь, технике нужен свободный доступ.

– Только через мой труп! – встала она перед бульдозером.

Тут и соседка показалась. Светлана Макаровна подошла к мужчине:

– Гриш, ты чего творишь? Всех перебудил.

– Велено снести, – выпустил из носа струйки сизого дыма.

– С какой это стати?

– Там сказали, – и показал пальцем вверх. – Вид портит.

– Ничего не понимаю, – перевела Светлана взгляд на Сашу.

– Вы не снесёте мой дом! – девушка так и стояла перед машиной. – Пусть ваш Кольский лично приедет и объяснится!

– У-у-у-у, – покачала головой соседка. – Не с ним ли ты, дорогая, столкнулась на переходе позавчера?

– С ним, Светлана Макаровна…

– Мне жаль, Сашенька. Если что, можешь пожить у меня.

– Да как же так! – Саша никак не могла понять, неужели в современном мире такое возможно? – Он не может просто взять и снести мой дом на моей земле!

– В этом селе он может всё. Это тебе надо к нему бежать и просить прощения.

– За что?! – побагровела от злости девушка.

– Так, дамы, – мужчина незаметно подошел к Саше, взял её за плечи и отодвинул в сторону. – Вы пока разбирайтесь, а нам надо работать.

Следующие полчаса Саша остекленевшим взглядом наблюдала за тем, как бульдозер рушит её единственное пристанище. Благо соседка успела сбегать в дом и забрать её вещи.

– Я не верю, этого не может быть, – бормотала Саша. – это невозможно.

– Увы, милая, – гладила её по руке Светлана. – Тут всем заправляет Кольский. Захочет – к любому придёт и выдворит. Такое уже было. Повздорил с ним как-то наш местный плотник. И всё, не стало плотника, выдавил мужика, а землю его за копейки выкупил, теперь там салон связи стоит.

– Он же конченая тварь, – вздрогнула Саша от очередного удара ковша по крыше. – Его же надо судить.

В ответ Светлана лишь тяжело вздохнула.

– Нет, я отказываюсь это понимать! – сжала Саша руки в кулаки. – Я к нему сейчас же пойду и потребою возмещения ущерба! А еще вызову полицию.

– Полиция не поможет, она вся у него на зарплате сидит, вместе с главой округа, судьей и прокурором заодно. Он всех купил.

– Но ничего не делать я тоже не могу. Меня только что лишили крыши над головой.

– Понимаю. Сейчас попрошу Гришу – довезёт тебя.

– Я не сяду в его машину. Негодяй не лучше Кольского.

– Он зависит от него, пойми. Тут все зависят от этой сволочи. Жили себе, не тужили, да, в условиях ниже среднего, но свободно. А теперь…

Саша меж тем закинула рюкзак за плечи:

– Можно мои вещи пока побудут у вас? – посмотрела на соседку крайне решительным взглядом.

– Конечно, девочка моя. Ты только будь осторожнее с ним, не разозли ещё сильнее.

– А чего уже бояться? Он и так у меня всё отнял.

И направилась в указанном Гришей направлении. Ничего-ничего, дойдёт пешком. Ломоносов вон до Москвы дошёл.

Скоро на улице ощутимо потеплело, а дорога до дома деспота оказалась не такой уж и близкой – через всё село, а потом ещё столько же. Спустя двадцать минут пути Саша шагала уже не так бодро, по спине струился пот, проникая под повязку, отчего кожу нещадно щипало и драло, но девушка была настроена решительно. В её голове никак не укладывалось происходящее. Будто она очутилась в искажённой реальности.

Когда Саша добралась до терема Кольского, уже готова была просто упасть, но падать ей нельзя, слишком много запасено слов для этого выродка, которые она просто обязана выплюнуть ему в морду. Все ж за сорок минут похода целую тираду сочинила, лишь бы теперь не забыть в порыве ярости.

На подступах к владениям разместился такой же, как на въезде в село, КПП с бравыми охранниками по обе стороны от шлагбаума. Тотчас к ней направился один из двухметровых церберов.

– Добрый день! – преградил он путь. – Чем могу помочь?

– Мне надо к вашему работодателю на аудиенцию.

– Вам назначено? – произнес он издевательски спокойно.

– Как вам сказать… У меня час назад дом снесли! – откровенно заорала она. – И снёс его ваш долбаный Кольский!

– Если не назначено, вам придётся покинуть территорию. Это частные владения.

– Я уж вижу, что частные, – резким движением Саша вытащила из кармана визитку и сунула охраннику. – Вот! Он мне сам вчера вручил. Свяжитесь с ним, скажите, пришла Горцева.