Крик одинокой птицы

Мы сели в плетёные кресла, и к нам тут же подбежал учтивый официант. Роман протянул меню, но я отрицательно покачала головой.

─ Сделайте заказ сами, на Ваш вкус.

Мужчина задумался.

─ Сырники со сметаной, бутерброды и чай.

Паренёк в накрахмаленной сорочке испарился без лишних вопросов. А вот у меня вопросы были. Они вертелись в голове, только сформулировать я их пока не могла. Моё седьмое чувство подсказывало, что Воронцов выкупил меня из рабства не для сексуальных забав. Тогда для чего? Какое ему дело до серой невзрачной мышки из крошечного провинциального городка?

Мы завтракали в молчании. Я разглядывала клуб и его обитателей. При свете дня модный ресторан больше напоминал обычную столовую. Уборщицы занимались своим делом, с кухни доносился звон посуды, официанты толпились у стойки администратора в ожидании заработанных чаевых.

К нам шла девушка. Я с трудом узнала в ней Аллу. Влажные волосы, собранные в хвост, полное отсутствие косметики и простое трикотажное платье отнимали от её возраста лет семь, не меньше. Она казалась совсем юной, хрупкой и беззащитной.

─ Ты уже рассказал Софии нашу историю?

Роман отрицательно покачал головой.

─ Тебя ждал.

Алла налила чай, но даже не притронулась к чашке. Её пальцы заметно дрожали, а на переносице залегла морщинка. Казалось, она собиралась с мыслями, чтобы поделиться со мной чем-то очень личным и не совсем приятным.

─ Это случилось пять лет назад. Тогда я только закончила учёбу в Лондоне и появилась в Москве, полная радужных надежд и грандиозных планов. Мой отец являлся управляющим банка. Семья не бедствовала до тех пор, пока кто-то не подставил папу.

─ Подставил? ─ Я выгнула бровь.

─ Вот именно. Кто-то слил информацию на клиентов. С тысячи счетов самым мистическим образом начали исчезать деньги. И папа…─ в глазах девушки появились слёзы, ─ папа пытался найти виновных, но…─ она промокнула ресницы салфеткой, ─ он застрелился.

Я охнула, а Алла продолжила.

─ Мы продали всё и остались на улице. Мама тяжело заболела. Только беда никогда не приходит одна. Слышала такое? Так вот, вскоре мой брат подрался с пьяными подростками. В той драке погиб человек. Илью хотели посадить, надолго. Мама бы это не перенесла. И тут появился ОН.

Алла могла бы не продолжать. Я знала, о ком шла речь.

─ Илье изготовили новые документы и отправили за границу, маме приобрели небольшой домик в деревне, а я…

─ А ты всё это отрабатывала.

Девушка кивнула.

─ Это было страшно, нет, невыносимо.

Я задумалась.

─ Не понимаю, зачем Воронцову всё это нужно? Он банальный садист?

Алла вздохнула.

─ Не всё так просто. Сначала мне казалось, что ему просто нравится ломать судьбы, издеваться, что это какое-то психическое заболевание с сексуальным подтекстом. Но потом…

─ Поехали к тебе, ты всё покажешь. ─ Перебил Воронцов.

─ Да, да. ─ Девушка вышла из-за стола. ─ Так, действительно, будет лучше.

Я ничего не понимала, но покорно поплелась к выходу. Сейчас не вызывало сомнений лишь одно, и Алла, и я, и Ольга каким-то образом прошли один и тот же путь.

Глава 16

Дом Аллы находился всего в паре кварталов от клуба. Довольно старый, полутораэтажный, возведённый ещё до революции, он относился к так называемым архитектурным памятникам.

Длинная узкая дверь открылась, и мы поднялись на три ступени. Огромная комната, видимо, исполняла роль гостиной и кабинета одновременно.

─ Я сняла этот особняк пару месяцев назад. И знаешь, почему? ─ Девушка указала нам на кресла, а сама отомкнула старинный секретер. ─ Потому, что до 1917 года тут находился архив.

Я ничего не понимала.

─ По слухам, многие документы перед революцией были спрятаны в тайниках этого дома, дабы не попасть в руки разгневанных крестьян. Те не стали бы разбираться с бумагами, а просто сожгли бы их.

─ И какие же важные документы тут прятали?

Алла разложила на столе пожелтевшие листы.

─ Знаю, мой рассказ кажется тебе запутанным, но вот, взгляни сама.

Я вглядывалась в непонятные записи, которые, ровным счётом, ничего не проясняли.

─ Это родословная. ─ Тонкие пальцы прошлись по старой бумаге. ─ Её начал писать служитель церкви, некий отец Иоанн в XV веке. Вот видишь, князь Матфей и княгиня София. Далее трое их детей. Старшая, София, средний Борис, и младший Глеб.

Я кивнула, хотя всё равно ничего не понимала. Алла вела острым ноготком вниз.

─ Далее идут дети Бориса и Глеба, внуки, правнуки, правнуки правнуков. И так до 1861 года. Далее данный документ из церкви попадает в архив, а потом во второй и в третий. Но опустим это пока. Тебе ничего не кажется странным в записях?

Странным мне казалось всё. Какие-то осколки информации кружили в голове, но никак не хотели складываться в единую картинку.

─ Вот видишь, ─ глаза Аллы лихорадочно блестели, ─ у Софии не было детей. Вот лист из церковной книги, где говорится, что она умерла в возрасте пятнадцати лет. Но это не так.

─ Я ничего не понимаю, честно. ─ Острая боль пронзила виски, то ли от выпитого накануне, то ли от нервного напряжения.

Воронцов кашлянул.

─ Давай я поясню. Итак, в нашей семье передавалась странная легенда о чудесных кольцах. Мы все воспринимали её, как сказку, все, кроме Фёдора. И однажды эта сказка стала для него навязчивой идеей. Словом, он начал рыться в первоисточниках и откопал вот это древо.

─ Видишь, вот тут дата и печать. В 1879 году документ попал в Московский архив. ─ Уточнила Алла.

─ Словом, Фёдор рыл землю носом и нашёл всех потомков Матфея и Софии.

Я охнула.

─ Да их должно быть несколько тысяч!

Роман усмехнулся.

─ Ты ошибаешься. Шесть, а, если вычесть нас с братом, четверо, и все женщины.

Это не добавляло ясности. Но я решила не задавать лишних вопросов, а дослушать всё до конца.

─ Мы шли по линии Бориса, наследника князя. Но реликвий в семье не было. В этой же линии Фёдор обнаружил Лидию Шоропову, Галину Миткову и нашу Аллу. С них всё и началось.

─ Дьявол был уверен, что кто-то из нас владеет кольцами. Он находил слабые места каждой и ломал. Ломал лишь для того, чтобы смирившись, или устав от унижений, мы отдали то, о чём даже не догадывались.

─ А где те самые девушки?

Алла вздохнула.

─ Они не выдержали. Ну… ты понимаешь…

Я всё понимала. У меня тоже периодически появлялись мысли уйти из жизни, но вера в Бога держала на плаву, давала силы и терпение.

─ Потом Фёдор отыскал Ольгу. Линия Глеба. Но и Ольга не владела мистическими кольцами. Брат просто сходил с ума. Я видел его метания, но не понимал, с чем они связаны. Фёдор же ни с кем не делился. На сегодняшний момент я уверен, брат болен и нуждается в помощи, вот только сам он этого не понимает. Мы жили довольно далеко друг от друга, виделись редко и я не ведал, какими методами он пользовался.

─ Воронцов умел ломать. Он проделывал это медленно, изощрённо, наблюдая, как нормальный адекватный человек превращается в тень, послушную и покорную. Пройдя два года унижений, я тоже превратилась в половую тряпку, о которую вытирали ноги. Я сдалась, замкнулась, даже плакать перестала. Я стала такой, как он хотел, во имя спасения близких людей. Но как-то раз Фёдор отпустил меня погостить у матери. Жест доброй воли? Нет, продуманный ход. Он надеялся, что пожилая женщина, увидев дочь в таком состоянии, тут же отдаст кольца, дабы избавить кровинушку от страданий, выкупить из рабства. Но он ошибся. Моя мать могла отдать за меня всё, вот только колец у неё не было. Зато, после встречи с ней, я вспомнила, какой я была раньше и решила бороться. Нет, София, я не боролась в открытую. Где я, и где он? Я стала наблюдать, искать слабо место.

─ И нашла? ─ ответ я знала заранее.

Алла вздохнула.

─ У Дьявола нет слабых мест, разве что, ─ она взглянула на Романа, ─ разве что нежная привязанность к брату. Словом, выяснив, что колец у меня нет, Воронцов решил использовать мои таланты в другой сфере. Образование позволяло. Я оказалась неплохим антикризисным менеджером. Полгода назад Дьявол приказал явиться сюда и заняться клубом. Зачем ему клуб? Не спрашивай, не знаю. Но только из вшивой столовки мне удалось сделать довольно доходное место.

Я развела руками.

─ Не понимаю. Этот мужчина причинил тебе столько боли, а ты помогаешь ему набивать карманы.

Алла сжала кулаки.

─ Однажды я отомщу. Но цель нужно поразить с первого раза. Второго права на выстрел судьба не предоставит. Узнав о предательстве, Фёдор разделается с нами одним щелчком.

Увидев недоумение на лице, девушка поспешила меня успокоить.

─ Нет, я не собираюсь стрелять в него. Он должен ответить перед законом за все свои злодеяния.

─ Ответить? ─ Я пристально посмотрела на младшего. ─ Тогда почему Вы помогаете ему скрыться от наказания? Если экспертиза докажет, что мост рухнул по вине компании Воронцова, ему не отвертеться.

Роман скрестил руки на груди.

─ Фёдор купит все экспертизы и без меня, вместе с экспертами. Но, пока он прислушивается к моим словам, я могу убедить его хотя бы компенсации людям выплатить. Думаешь, София, я не проверил, что ни один из пострадавших копейки не получил? Кроме того, он согласился покаяться публично. Не признать вину, а покаяться. Это уже что-то.

Алла подошла к окну и раздвинула шторы. В комнате сразу стало светлее, массивные стены перестали давить. Или же мне стало легче от того, что Роман не такой, как его брат?

Мужчина смотрел в никуда пустым взглядом.

─ Знаешь, София, я очень любил его, боготворил. Но он меня предал. Помню, мы путешествовали по Забайкалью. Именно там я познакомился с удивительной девушкой Лидой. Теперь я понимаю, что эта поездка была тщательно спланирована и являлась частью дьявольского плана моего братца. Но тогда… тогда я сходил с ума. Зеленоглазая колдунья с опушки леса. Она жила одна в покосившемся домишке, топила дровами печь, пекла хлеб. Отец девушки погиб, отстреливаясь от браконьеров, а она не торопилась вернуться к людям, словно чувствовала, что возвращение её погубит. ─ Роман обхватил голову руками. ─ Это я, я во всём виноват! Я уговорил её переехать в Москву! Она послушалась, поступила в Педагогический, а я учился в Лондоне. Я писал ей длинные письма в лучших традициях любовного жанра. А, когда приехал на каникулы, застал возлюбленную в кровати брата, голую, прикованную наручниками. Ты не представляешь, София, что тогда творилось в душе двадцатилетнего парня. Но я был готов простить… Вот только Фёдор заявил, что не позволит мне жениться на шлюхе. Я улетел назад, купил билет в Шотландию и отправился бродить по горам, чтобы обрести хоть какое-то душевное равновесие, отключил телефоны, прервал общение. А, когда вернулся в Лондон, узнал, что Лида покончила с собой.

Я открыла рот от изумления.

─ Мне и в голову не пришло усомниться в словах брата, мол, это она совратила его, чуть ли не силком затащила в кровать. А потом я застал в его доме Аллу.

─ Мы учились в одном университете и были знакомы. ─ Уточнила девушка.

─ Я не мог поверить, что из улыбчивой лучезарной принцессы моя сокурсница превратилась в бледную тень. На мой вопрос братец ответил, что это его очередная шлюха, что все женщины шлюхи, правда, цена у каждой своя.

Я внутренне сжалась. Значит, и я та самая шлюха, и моей ценой стали жизнь и здоровье сестры. Но был ли у меня выбор?

─ Нам удалось поговорить. И… словом, Ромка вызволил меня из сексуального рабства, вспомнив, что я была лучшей на курсе. Фёдор решил проверить мои способности. Я грызла землю, потому, что не хотела возвращаться в тот кошмар.

Моё дыхание участилось.

─ Вы сказали, Роман, что наследников было шесть. Значит, мы с сестрой не входим в их число.

Воронцов печально улыбнулся.

─ Все думали, что шесть, пока на аукционе не всплыло то самое кольцо. Так Фёдор вышел на тебя.

Алла протянула старую папку.

─ Я пыталась найти доказательства. Ну, возможно, в родословной были неточности, или, прости, кто-то из твоих предков украл реликвии. И вот. Смотри.

Я листала старые страницы.

─ Как поговаривали местные, все документы, касаемые рождения, похорон, венчания и крестин, хранились в местной церкви. Перед революцией последний священник спрятал их в архиве, в тайной комнате для того, чтобы переправить дальше. Часть бумаг покинула этот дом, а часть осталась. Помещение являлось сухим, хорошо проветриваемым, так что документы сохранились неплохо.

─ Тем не менее, найдя их, мы перестраховались и передали реставраторам. И вот, что получилось.

Я держала перед собой несколько страниц.

─ Смотри внимательно, София, твоя пра-пра-пра-бабка, старшая дочь князя, не умерла. Она венчалась и родила пятерых детей. А вот дата реальной смерти. Видишь возраст? Семьдесят семь лет.

─ Но… но почему всё так запутано?

Алла пожала плечами.

─ Кто-то решил, что София должна исчезнуть и жить под видом простой крестьянки. Именно она и стала хранительницей колец.

─ Вот как-то так.

Я аккуратно вернула листы в папку.

─ И что теперь?

Роман взъерошил волосы.