Орден

— Всё. Пришли. Вон и Малёк щерится. Рад, гадёныш.

Означенный бандит проводил гостий через служебный вход. Вику немало порадовали изменения, произошедшие в таверне с момента её последнего посещения. Значит и на уголовников действует конструктивная критика. Стало заметно чище, а попавшаяся им на пути рабыня не развозила грязь вонючей тряпкой, а стоя на коленях натирала пол до блеска с помощью мелко ворсистой щётки.

Изменения ждали попаданку и в кабинете авторитета.

— Да ты стал сибаритом, Шторм. Хорошо устроился. Привет.

Главарь сам был виноват в том, что Вика застала его врасплох — он давно отдал жёсткое указание проводить к нему Вику в любое время без доклада.

— Госп…Вика! Рад видеть!

Шторм вовремя сообразил, что не нужно произносить лишних слов при двух своих подельниках — благообразном старичке с улыбкой ребёнка, отвечавшем в банде за заказные убийства, и полной, похожей на солидную купчиху женщине, содержательницы самого крупного Вьежского борделя, расположенного в подконтрольном Портовом районе.

Эти двое были из тех, кто знал об особом статусе Вики. Правда, по легенде, она выполняла роль связующей между Штормом и кем-то из высших дворцовых сановников, оказывающим ему покровительство.

И старичок, и мадам по условному знаку главаря поспешили попрощаться, мазнув взглядами по Эрне. Вика не сомневалась, что с этого мгновения магиня сможет ходить по портовому району даже ночью, хоть в драгоценностях, хоть голой — её теперь, как и Вику, никто не посмеет тронуть. Ведь не каждого пускают к большому и весьма удачливому боссу без предварительного доклада.

Едва за подручными авторитета закрылась дверь, Вика без приглашения прошла и плюхнулась на диван, жестом пригласив Эрну сделать тоже самое.

Она с насмешливым интересом наблюдала за некоторой растерянностью Шторма, который не осмелился её обнять и не решился, подобно благородному, поклониться или пасть на правое колено.

— Это ты обо мне так побеспокоился? — Вика похлопала по дивану и демонстративно осмотрела изменившуюся обстановку кабинета, — Приятно, как ни крути. Да. При Эрне можешь говорить откровенно, она теперь одна из моих главных помощниц, пусть пока и не очень умелых, но мы ведь всему учимся, — попаданка улыбнулась.

Пока явно взбодрившийся прибытием своей спасительницы и покровительницы Шторм докладывал о делах происходящих в порту и городе, Вика его разглядывала. Как изменились таверна и кабинет, так изменился и их хозяин. Он теперь был одет весьма прилично и по местным меркам модно. Встреть его сейчас кто-нибудь в Белом городе, наверняка бы решил, что перед ним кто-то из весьма обеспеченных торговцев. Даже изменились манеры и жесты. Вот что служение попаданке с человеком делает.

— Про самоубийство узурпатора мы конечно слышали, — Вика потянулась, выставив ноги в ботфортах вперёд и раскинув руки на спинку дивана, — Не успели из дома сегодня с утра выйти, как нам уже все уши прожужжали. Из каждого утюга эту новость транслируют. А вот насчёт контрабандистов, сбежавших из Акульего Зуба, надо довести до них информацию, что их там по прежнему будут рады видеть. У тебя есть с ними контакты?

— Как не быть? — усмехнулся авторитет, — Они в моём…в нашем районе в основном сейчас обитают. Даже здесь, в «Весёлом моряке», команда одного из кораблей поселилась. Я распорядился им номера на третьем этаже все отдать. Заброшенные загоны для гребцов, ну, те, что возле мола и складов, где ты меня исцелила, мои люди в порядок привели, и теперь там всё корабельными рабами забито.

— Вот и отлично. Переговори с владельцами и капитанами судов. Думаю, твоего слова им будет достаточно, а если нет, то скажешь, какие гарантии им нужны. И ещё. Надо помочь нашей подруге и соратнице, — Вика положила ладонь на коленку Эрны, — Решить нужно одну проблемку. Сколько стоит молодой и красивый крепостной? Для неё.

— Тут важнее насколько он здоровый и крепкий, — засмеялся Шторм, — И какими навыками обладает. А тебе зачем, Эрна? — не сдержал любопытства авторитет, — и у нас это сложно сделать. Раба во Вьеже можно купить любого, какой тебе понравится, а крепостных, я что-то ни разу не видел, чтобы продавали. Это надо ехать в провинцию, там выбирать.

Эрна от трактовки Викиных слов Штормом даже растерялась. Пришлось попаданке самой пояснять свою мысль.

— Ты не понял, мой друг. Нам надо конкретного человека с угольный копей выкупить. Знакомого.

Шторм смутился и развёл руками.

— Я не знаю. Честно. И среди моих вряд ли найдётся, кто подскажет цены. Но ты объясни, кого нужно выкупить и куда доставить, я всё сделаю. Деньги найду. У меня их теперь, благодаря тебе, как у дурака махорки.

Авторитет благодарно улыбнулся Вике, повторив её же фразу, хотя что такое махорка он, разумеется, не знал по причине отсутствия в этом мире табакокурения.

Эрна подробно объяснила Шторму про своего Гарни. Местонахождение угольных шахт Арашкого графства она знала лишь приблизительно, но авторитет только небрежно махнул рукой, мол, найдём.

— А скажи, Шторм, как ты вообще смотришь на всё? — неожиданно спросила Вика.

Мужчина нахмурился.

— В смысле? Братва уже готова была двинуться в кварталы верхнего города, ну и шантрапа всякая тоже, но Даман сам ведь…Так что, зарубы никакой в городе не будет. А уж стражи-то сейчас с ополченцами на улицах — сама же видела.

— Да я не об этом. Я философски спрашиваю. Вот для чего ты живёшь? Или ты, как тот Портос, который говорил, что «я дерусь, потому что дерусь»?

Судя по его выражению лица, примерно так всё и было. Как и подавляющее большинство людей, Шторм жил для того, чтобы жить, и не забивал себе голову разными мудрёными мыслями.

А вот Вике хотелось бы, чтобы даже у этого отпетого бандита появилась достойная цель. Пусть он преступник, но она-то давно определилась, что раз уж предотвратить её нельзя, то можно возглавить. Поставить на службу чему-то нужному. И свести всякие эксцессы к минимуму.

— Не знаю, — пожал плечами он, после серьёзного обдумывания, — но есть в моей жизни пара обязательств. И одно из них, самое важное, перед тобой. И я его буду выполнять не потому, что ты меня в любой момент можешь раздавить, а потому что это ты мне дала мою сегодняшнюю жизнь. И сделала её очень…, - он смолк.

— Интересной, — Вика встала и подойдя к Шторму, дружески его обняла. Затем немного отстранилась и внимательно посмотрела ему в глаза, — Но я хочу, чтобы она была ещё и нужной. Рассчитываю, что твоя деятельность будет служить на благо созданного мной Ордена. Чтобы такие, как она, — попаданка кивнула в сторону Эрны, — смогли разобраться с множеством тайн нашего мира. От магических, до географических. Мне бы хотелось, чтобы ты стал одним из командиров моей армии. Той, что будет служить на благо людям, — она опять вернулась на диван, — Только для этого, думаю, тебе надо создать организацию, которую можно назвать, скажем, «Наше дело». У тебя ведь есть уже договорённости с Китом, с этими — как их чертей? — с Дюком, с Плющом, с Верзилой…

— Мы разделили наши границы и…

— Я знаю, ты рассказывал, — прервала Вика, — но я не о разделе ваших зон, а о том, чтобы вам наладить взаимодействие, не устраивать каждый раз переделы, а решать вопросы по выработанным общим правилам, точнее, понятиям. Ты про синергию что-нибудь слышал? А, кого я спрашиваю? — махнула она рукой, — В общем, это когда сложение усилий послужит вам всем на пользу. И, да, я рассчитываю, что ты станешь самой крупной акулой в этой стае. Благодаря и моей помощи, разумеется. Не зря же нам теперь принадлежит Акулий Зуб?

В дверь постучали условным стуком, и Шторм нахмурился. Тревожить своего босса по пустякам бы никто не стал.

— Чего там опять? — рыкнул он, вновь из умного молодого мужчины, превращаясь в быка, — Заходи, не работай дятлом.

В комнату проскочил Малёк, не забыв посмотреть в сторону Вики — та чуть не взвыла, ещё один мечтатель — и заговорщически снизив голос сообщил:

— Крысы из дворцовой канцелярии сбежали к нам. Просят укрыть. А наверняка за ними кто-то увязался. Босс, что делать?

— Снимать трусы и бегать, — вместо Шторма ответила с усмешкой Вика.

Глава 10

— Малёк, стоять! — скомандовала Вика молодому помощнику Шторма, — Не торопись. Хотя нет. Иди, но постой за дверью. Нам с твоим боссом надо переговорить, — когда парень вышел, попаданка посмотрела на будущего, как она рассчитывала, крёстного отца местной мафии — ведь «наше дело» переводится, как «коза ностра», — Расскажи-ка подробней, кто на ком стоял?

О том, что в герцогской дворцовой канцелярии есть особое подразделение, вроде государственной безопасности, Вика узнала достаточно давно, как только разобралась с жизнью дворца. И эта служба её не впечатлила — обычные костоломы, к тому же тупые.

Столь нелицеприятный эпитет она им дала, когда лично, находясь в Скрыте, увидела и услышала, как задачу проследить за кем-то из имперских торговцев поставили двум откровенно глуповатым городским стражникам. Уж на что Вика была человеком очень далёким от спецслужб, но тогда чуть не сплюнула.

Тем не менее, благодаря Шторму, она поняла, что её первое впечатление об этой службе было хоть в целом и справедливым, но слишком категоричным. Имелись и там люди, пусть их было совсем мало, которые додумались уже и до навыков агентурной работы.

Малёк презрительно назвал прибывших крысами, свято веруя в то, что его босс платит этим людям дворцовой канцелярии за то, чтобы те, в нарушение своего долга, сливали ему информацию о мероприятиях, которые иногда планировались дворцом против преступных банд. И частично мелкий бандит был прав, вот только в реальности дела обстояли не так однозначно и просто.

Ещё в одной из первых бесед со своей спасительницей и покровительницей авторитет Шторм, как на духу, поведал Вике о тайных отношениях с парой чиновников из местной средневековой охранки. И, надо сказать, попаданка испытала невольное уважение к тем, тогда ей не известным, герцогским служащим, которые не просто стремились хватать, пытать и казнить первых же схваченных преступников, а завербовать себе информаторов.

Малёк сильно ошибался, когда думал, что его шеф платит чиновникам деньгами. Нет, Шторм, в обмен на их информацию, платил той же монетой. А иногда помогал в поиске и даже поимке коллег по ремеслу. Естественно, не из членов своей банды, и не афишируя. И уж тем более, с лёгким сердцем сдавал сыщикам путающихся под ногами отморозков.

Тогда, ещё перед началом разборок со своими предателями-коллегами, Шторм изъявил готовность, если Вика пожелает, прекратить с герцогскими ищейками всякие отношения, но попаданка категорически приказала продолжать контакты, только, разумеется, тщательно просеивая через сито осторожности и здравого смысла, и те сведения, что будут к нему поступать из дворца, и те, что он сам в обмен продолжит передавать.

Сейчас эта пара герцогских служащих прибыли зачем-то к её уголовному авторитету, и тот приказал Мальку сопроводить их в расположенный недалеко от таверны дом вдовы одного из своих бывших подельников, чтобы они там подождали, пока Шторм освободится и сможет с ними встретиться.

— Ты ведь уже поняла, госпожа, что это те самые канцелярские ищейки, про которых я тебе говорил.

— Естественно поняла, не глупее кирпича, — усмехнулась Вика, — Как думаешь, зачем ты им столь срочно понадобился в этот светлый и праздничный для всего Вьежа день? День возвращения во дворец нашей доброй Урании?

Шторм улыбнулся.

— Бегут они от нашей новой повелительницы, думаю. Вот только не знаю, нужно ли им помочь скрываться или нет. Если мои подозрения верны, то толку от них нам уже никакого нет, а неприятностей с новой властью нажить сможем. Или ты считаешь по другому?

— Я пока никак не считаю, дружище. Не люблю гадать, — Вика вновь встала, — мы сейчас знаешь, что сделаем? Скажи гадёнышу, чтобы проводил Эрну в зал или, лучше, в отдельную кабинку. Эрна, подождёшь меня, — подмигнула она девушке, — А чиновников пусть приведёт сюда. Здесь с ними поговори, а я послушаю. Потом решим. Проведём с тобой по результатам беседы мозговой штурм. Точно, штурм со Штормом.

И авторитету, и Эрне уже не раз приходилось общаться с Викой, когда она находилась в Скрыте, но сам процесс её перехода в невидимое состояние они увидели впервые. И не смогли сдержать возгласов восхищения.

— Госпожа…

— Вы ещё не приступили к выполнению моих указаний? — поинтересовалась попаданка.

Пока её бандит и магиня выходили из кабинета, и пока Шторм объяснял задачу Мальку, Вика выбрала себе местечко у окна и с интересом наблюдала, как на улице сорокалетняя и очень потасканная шлюха, ветеран «Весёлого моряка» — кажется её зовут Цветочек? — обирала средь бела дня упившегося в усмерть моряка, судя по его непрезентабельной одежёнке, рыбака.

— Твои тётьки совсем обнаглели, — сказала она вернувшемуся Шторму, — особенно эта. Второй раз уже вижу, как она чистит карманы.

— Так спросом особым не пользуется, вот и зарабатывает, как может, — авторитет тоже подошёл к окну и застал окончание операции по вытряхиванию медных монет, — Выгнать не могу. Если не прикажешь.

— А что так? — удивилась Вика, — У моего будущего крёстного отца Коза Ностры чувствительное и доброе сердце?

Шторм кашлянул. Вика прямо читала по его лицу: нужно ли это госпоже?

— Сам себе дал клятву, Вика, никогда тебе не врать. В общем, Цветочек была моей первой женщиной. Я тогда был совсем…

— Ох, вот дальше не надо, мой друг. Я же молодая ещё, а ты мне сейчас начнёшь повесть с тегом двадцать один плюс рассказывать. Насчёт гостей. Если наши предположения верны, и они попросят помощи от тебя, соглашайся. Не сразу, но соглашайся. Я бы, конечно, могла им составить протекцию перед Уранией…

— Все знают, что благодаря тебе она жива…

— Мне?

— Ну, магине Тень, разумеется…

— А-а, ну да. Так вот, эти дядечки нужны мне самой. Понял? Поэтому, предложи им бегство в Акулий Зуб. Скажешь, тамошний владетель, новый королевский граф Акула, настроен не дружелюбно к герцогам. Ко всем. И готов твоих гостей не только укрыть, но и взять к себе на службу. С Акульего Зуба выдачи нет. В том смысле, что безопасность им будет обеспечена, новый владетель очень нуждается в таких специалистах. Если будут требовать гарантий, то скажешь…

Вика задумалась. А каким гарантиям поверят бывшие чиновники тайной службы? Но Шторм пренебрежительно поморщился.

— У них выбора нет. Уверен. Какие ещё гарантии?

— Вот и отлично, — за Скрытом Викиной улыбки, разумеется, авторитет не увидел, — Тогда тебе ещё будет задача. Найти корабль — используй свои связи с контрабандистами — чтобы переправить их в твердыню графа Акулы. Только имей в виду, что помимо ищеек и, возможно, их семей, в плавание с ними уйдут ещё семь человек. Включая нас с Эрной. И отплыть желательно уже послезавтра. Сможешь?

Шторм раздумывал не долго.

— Думаю, что смогу.

В этот момент он услышал, что к двери его кабинета подходят — попаданка, само собой, знала об этом намного раньше — и занял место в своём кресле за рабочим столом. Прямо не бандит, а настоящий чиновник. Ему бы ещё секретаршу приличную.

Первым в дверь протиснулся Дубина, ещё один бывший пациент попаданки, выполнявший у Шторма роль пугала и главного громилы.

Вика однажды подумала, что самыми опасными людьми в этом мире являются она сама и её двое воспитанников — Гнеш и Нюра. Так уж получилось. Но почему-то, глядя на них, никто страха не испытывает, как ни кому не страшен и тот благообразный мужичок, возглавляющий Штормовских убийц. Зато при виде Дубины у многих моментально пропадает желание спорить и возражать. Значит, не правда, что имидж ничто, а жажда всё.

— Шеф, тама эта, Малёк сказал привести…

— Пусть заходят, — Шторм с важным видом хлопнул ладонью по столу.

Вошедших Вика знала не только по рассказам авторитета. Она и сама несколько раз во время своих, можно сказать, разведывательных рейдов — впрочем, те её походы обоснованно можно считать и развлекательными — присматривалась к этим местным сыскарям.

Алгису Вару, претору подразделения, занимавшемуся отловом уголовников, было уже пятьдесят восемь лет. На них он и выглядел. Высокий и худой претор походил на лысого аскета, какими их обычно изображали в фильмах. Алгис мог бы выглядеть моложе, если бы не чрезмерная нездоровая желтизна кожи.

Его помощнику Нойрану Фолину, насколько знала Вика, ещё не было тридцати. Совершенно невзрачный тип, у которого всё было среднее — рост, вес, цвет волос, черты незапоминающегося лица.

Но, при этом, они были похожи. Глаза у обоих были умные.

Вика понимала неправильность пословицы «сила есть — ума не надо», и ещё когда только определилась с созданием Ордена, думала над тем, где ей найти и как переманить к себе грамотных и образованных людей, не только с целью видеть их у себя на службе, но и чтобы привлечь к обучению своих адептов. В этом мире даже с банальными знаниями чтения и письма были очень большие проблемы, не говоря уж об арифметике, геометрии, богословии, астрономии, географии и истории.

Других наук здесь не было вообще. Попаданка рассчитывала, что хотя бы где-то на континенте чахнут над своими пробирками, колбами и ретортами алхимики, но нет. Травники имелись и знахари, слышала она и об отравителях, придумывавших различные хитрые яды — одного даже лично видела, на третий или четвёртый день своего пребывания в этом мире, когда тому на площади Справедливости лили кипящее масло в глотку — а вот тех, кто занимался бы экспериментами с веществами, таких точно не было.

Одно время Вика была разочарована и отсутствием артефакторов, решив было, что и их в этом мире нет, но однажды обнаружила на океанских судах, прибывших с далёкой Валании, континента на другом полушарии планеты, очень мощные и талантливо созданные магические амулеты.

В общем, пока Вика решила разжиться теми грамотеями, что есть. И метод она продумала такой же, как и в случае с магами.

Возиться индивидуально с каждым свободным магом или умником на данном этапе она считала не самым лучшим вариантом. Особенно, когда можно использовать совершенно глупые порядки этого мира, заключающиеся в том, что ни магическая сила, ни огромные знания не помогали человеку изменить свой социальный статус.

Хотя, почему только этого мира? В её родном, насколько она помнила из уроков истории в школе, в Древней Элладе или в Древнем Риме науку тоже преподавали рабы. Так что, можно сказать глупость была обоюдной. Счёт один — один между мирами.

Вика намеревалась нужных ей людей просто покупать, ну, а если кто-нибудь когда-нибудь порой честно жить не хочет, то нужного ей человека она может увести, как машину девяточку. Или как там бабушкина любимая певица Аллегрова пела? Попаданка с грустью вспомнила, как её раздражала, когда плохо слышавшая бабуля включала в телевизоре нравившиеся ей песни на полную громкость.

— Привет, Шторм, — сказал претор, когда оба гостя вошли в кабинет, а Дубина и просунувший голову в дверной проём Малёк по знаку босса оставили ищеек наедине с ним, — Пораньше, чем договаривались, пришлось встретиться. И не там, где обычно.

— Я даже догадываюсь почему, — невозмутимо сказал авторитет.

— Да, ты никогда дураком не был, Шторм, — продолжил старший из гостей, — Потому, я смотрю, ты так хорошо и устроился.

Алгис Вар внимательно осмотрел обстановку кабинета бандитского главаря, может и уступающей кабинетам мэра или префектов, но точно не хуже, чем у какого-нибудь торговца средней руки.

— Не жалуюсь, уважаемый. Если у вас с уважаемым Нойраном есть достаточно времени, я могу подробно рассказать, каким тяжёлым трудом я всего этого достиг.

— У нас нет времени, — у помощника префекта и голос оказался средним.

Это учёных и магов можно было покупать или угонять. А вот специалистов в области сыска так не приобретёшь. Именно поэтому Вика ни заступаться за прибывших сыскарей перед Уранией не собиралась, ни отдавать их на погибель. А последнее им в скором времени грозило.

И не воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы заполучить себе таких продвинутых, по здешним меркам, оперативных работников, попаданка просто не могла себе позволить.

Разговор гостей с её подручным бандитским авторитетом подтвердил мысли Вики о сложившейся ситуации.

Основной задачей тайной службы при дворцовой канцелярии являлась разведывательная и контрразведывательная деятельность, которая велась тоже довольно примитивно — местная средневековая шпионская мысль совсем не дотягивала до папской агентурной сети земного Средневековья на базе храмов и монастырей, опиравшейся на огромные потоки информации, идущей через исповеди — и основывалась на использовании своих купцов в чужих землях и слежке за иноземными у себя.

Однако, ещё при отце герцога Витора, из-за того, что городские власти без поддержки правителя плохо справлялись с преступностью, особенно в районах, примыкавших к гавани, в тайной службе было создано подразделение, задачей которого и стала борьба с уголовниками.

Разумеется, борьба с обычными убийцами, ворами, грабителями, скупщиками краденного, контрабандистами, наркоторговцами, фальшивомонетчиками или вымогателями для благородных дворян, даже самых бедных и не родовитых, считалась просто неприличной. Поэтому на службу в сыскное подразделение стали набирать обычных горожан.