Гоблинов слишком много

Странно, он никогда не говорил о нём.

- Есть… то есть… был.

На Майка было жалко смотреть, он, словно уменьшился в размерах. Джесси обняла его, и он обмяк в её руках.

- Пойдём, я покажу – сказал он побелевшими губами.

Он отпер дверь, и они вошли в обычную подростковую спальню. Единственным отличием было то, что вместо постеров с фильмами и музыкальными группами, на стене висело множество фотографий одного и того парня. На самой большой, в уголке проходила черная траурная лента. На фото молодой человек, очень похожий на Майка. Только глаза его были темнее и горели неугасимым пламенем. Джесси долго не могла оторвать глаз. Взгляд Макса не хотел её отпускать.

- Он наверно был очень популярен? – спросила Джесси.

- Да… все его любили… особенно девушки…

- А тебя разве нет?

- Нет. Я всегда был в его тени. Но однажды он поехал на берег океана. Он… увлекался дайвингом… И… мы его нашли спустя месяц. Волны… выбросили на берег… он был весь в водорослях, как… зеленая мумия.

Макс залаял, как показалось Джесси, со злостью и горечью.

- И ты назвал собаку в память о брате?

- Да. Иногда мне кажется, что его душа теперь в нём.

***

Они встречались почти месяц, но ещё ни разу не спали. Ну, если не считать того случая в клубе. Джесси во время танца прижалась пышными ягодицами к паху Майка. Она сквозь юбку и трусики ощущала приятную твердость. Джесси продолжая ритмично двигаться, прижалась сильнее, Майк часто задышал, и Джесси почувствовала горячую пульсацию. Майк сильно покраснел и смутился, на его штанах расплылось мокрое пятно. Джесси было одновременно смешно и в то же время приятно. Ей нравилось то, что она производила на Майка такой феерический эффект. Она была не против отдаться ему в тот же день. Но Майк был столь смущен произошедшим, что быстро ретировался, даже не зайдя на чашечку кофе.

И вот они одни в большом доме, отличная возможность. Но Майк сидел на кровати и был подавлен недавним разговором об умершем брате. Джесси села рядом и нежно прижала его к себе. Майк прильнул к ней, словно ребёнок.

- Ты любил Макса? – спросила она.

- Нет… - тихо отозвался Майк, - я ему всегда завидовал…

- Но почему?

- Знаешь, ему всегда нравились девушки типа тебя…

- Это какие такие, типа меня?

- Красивые, эффектные, словно с обложки глянцевого журнала… Пока Макс был жив, ни одна такая девушка на меня даже не посмотрела…

Джесси на мгновение даже рассердилась.

- А я что? Я вот она, здесь и сейчас! Почему ты до сих пор борешься с призраками?

- Мне иногда снится… как я захожу в комнату… а там ты целуешься с Максом… а он весь распухший, посиневший, и завернутый в зеленые водоросли… Он смотрит на меня, и издевательски скалится изъеденной рыбами челюстью…

Макс сердито залаял, Джесси разрывалась между двумя желаниями, рассмеяться или влепить Майку пощечину и уйти раз и навсегда. Но рядом вилял хвостом симпатяга Макс, а Майк выглядел таким смешным в своей печали, что Джесси выбрала первый вариант.

***

- Извини, не выходит…

Джесси уже битый час ласкала языком член Майка. Мало того, что он оказался совсем небольшим, так ещё и вставать не хотел. Джесси это напомнило случай, когда она ещё будучи студенткой, отсосала профессору Дугласу за хорошую оценку. Но Дуглас был стариком за 70, и то он умудрился пыхтя как паровоз кончить ей на лицо бесцветной жидкостью. А тут молодой парень, и ничего.

- Эй, в чем дело? – спросила Джесси, продолжая нежно массировать рукой яички. Она сидела перед ним на полу, обнаженная, поджав под себя ноги. От такого зрелища, даже у импотента должен быть каменный стояк.

- Не могу, когда он смотрит – прошептал Майк.

Джесси обернулась, из-за приоткрытой двери слышалось шумное собачье дыхание. Девушка подошла, Макс радостно завилял хвостом, заулыбался, уже готов был вскочить, чтобы поставить лапы на плечи. Но Джесси строго пресекла его заигрывания.

- Плохой мальчик! – сказала она, будто это Джесси была его хозяйкой, а не Майк, - плохой! Подсматривать плохо! Иди, поиграй!

Макс что-то пролаял, явно не согласившись с Джесси, но она резким движением закрыла дверь. Пёс за дверью заскулил и заскреб лапами. Джесси повернулась к Майку.

- Проблема решена! Так, на чем мы остановились?

Она никогда не была столь решительна и активна в сексе, обычно Джесси предпочитала, чтобы мужчина проявлял инициативу. Но, похоже, с Майком все иначе. Она подошла и резким движением опрокинула его на спину.

- Я сегодня трахну тебя, хочешь ты этого или нет! – сказала она.

Она села ему на колени, решительно взяла член рукой, сделала несколько движений по стволу. На лбу Майка выступил пот, он часто задышал, его небольшой толстенький член начал твердеть.

- Так гораздо лучше… - промурлыкала Джесси, не останавливая движения рукой.

Она достала презерватив, надорвала упаковку, губами, словно шлюха, раскатала его по члену. Во рту остался привкус синтетической клубники. Член, плененный латексом, раскачивался в полной готовности. Джесси двинула бедрами, чувствуя, как в неё проскальзывает гладкий прохладный коротыш. Он, конечно, не доставлял такого острого удовольствия, как член её бывшего, Хэнка. Но ощущения были вполне приятные. Джесси немного ускорила темп, решив компенсировать глубину проникновения приятной щекоткой от частых движений. Если бы Майк догадался немного приподняться и рукой потеребить её клитор… Но он продолжал лежать, как бревно, с закрытыми глазами. Когда Джесси насадилась в очередной раз на всю его небольшую длину, он застонал, не открывая рта, и стал бурно кончать. Стой, стой, стой… подожди… Не сейчас…

Его дергало с минуту. На его лбу выступили сосуды, он покраснел. Выглядело это довольно смешно. Джесси уже слезла с него, а он все продолжал двигать тазом, надувая семенем пузырь на презервативе.

- Прости… - сказал он после.

- Ничего – улыбнулась Джесси и поцеловала Майка в вспотевший лоб, на который налипли волосы цвета осенней травы.

За дверью по-прежнему скреб лапами и скулил Макс. На мгновение Джесси подумала, что даже он наверно был бы лучшим любовником.

***

- Мы думали, Майки уже никогда не найдет себе пару! – сказала миссис Джеймсон, мать Майка.

Майк от этих слов сильно покраснел. Мистер Джеймсон, отхлебнул виски и хмыкнул, оценивающе посмотрев на Джесси. Его взгляд задержался на глубоком декольте, которое едва сдерживало две рвущиеся на свободу груди. Потом он незаметно показал Майку палец вверх, оттого тот смутился ещё сильнее. Джесси никогда в жизни не доходила с парнями до стадии знакомства с родителями и чувствовала от всего происходящего неловкость. К тому же, она уже не была уверена в правильности выбора. Майк с каждым днем раздражал её все больше. То, что поначалу казалось ей милым, теперь выглядело в высшей степени жалко и инфантильно. Неудивительно, что до неё он не имел успеха у девушек. К тому же, его скорострельность в сексе оказалась не исключением, а постоянным правилом. За те пару месяцев, что они были вместе, Джесси ни разу не получала не то что оргазм, но даже просто не доходила до нормального секса. Майка надо было каждый раз долго раскочегаривать лишь ради того, чтобы он кончил с первых фрикций, а то и вовсе в штаны. Джесси уже было решила объявить Майку, о том, что все кончено. Но он каждый раз оказывался таким милым. Потому, когда Майк сообщил, что родители ждут их на ужин, она не смогла отказать. И теперь сильно жалела об этом. К тому же, у Джесси был своеобразный организм. Если иные девушки, чтобы узнать когда у них овуляция, вели специальный календарик, Джесси знала это четко. В эти сутки все её тело, каждая клеточка жаждали секса. Между ног становилось мокро от любого намека на близость, соски стояли торчком, натягивая тонкое платье. Будь она не с Майком, а с другим парнем, он сегодня был бы неоднократно изнасилован с особой страстью и изощренностью.

Отец Майка откровенно на неё пялился, и Джесси возбуждали даже эти липкие взгляды. Мать говорила всякие глупости, стейк был слишком прожарен, Джесси предпочитала более сочный и кровавый. И только Макс, что из-под стола выпрашивал вкусняшки, был таким же милым, как в первый день встречи в парке. Да, Макс это единственный член их семейки, из-за которого она все ещё здесь.

Он тоже это чувствовал, постоянно тыкался носом в её голые колени, словно подбадривая.

- Так вы познакомились в Нью-Йорке? - спросила миссис Джеймсон.

- Да, в Центральном парке.

- Странно, обычно Майки стесняется подходить к людям.

- Я просто... Потерял Макса... А он...

- Так это Макс выбрал тебе девушку? - рассмеялся мистер Джеймсон.

Майк покраснел, а ещё сильнее Джесси. Что она тут делает? Зачем терпит эту глупость? Макс под столом положил голову ей на колени. Джесси незаметно сняла с вилки кусочек стейка и дала псу. Тот в мгновение проглотил мясо и благодарно лизнул её ладонь. Прикосновение его языка было неожиданно приятным и успокаивающим. Джесси потрепала Макса по большой голове. Он положил ей морду прямо между ног, глядя снизу вверх на Джесси преданными глазами.

- Ты хороший мальчик. Единственный из присутствующих, хороший мальчик - одними губами сказала ему Джесси.

Однако, Макс понял её слова, глаза его заблестели радостью. Он неожиданно опустил морду чуть ниже и уперся носом в её трусики.

Джесси выдохнула от неожиданности. Только не это. Она слишком возбуждена. И похоже пес это почуял.

- Черт, наверное я сейчас похожа запахом на суку во время течки - подумала Джесси, и едва не вскрикнула. Макс провёл языком по намокшей промежности.

- Все в порядке, дорогая? - спросила миссис Джеймсон.

- Д... Да... - едва не простонала Джесси. И в доказательство того, что говорит правду, улыбнулась. Правда, ей пришлось сильно сжать зубы. Под столом она с силой сжала голову пса. Но Макс и не думал останавливаться, он увлеченно лизал её сквозь трусики, словно опьяненный её запахом. По телу Джесси проходили приятные волны, клитор набух, лицо стало розовым, груди достигли максимального размера. От этой невыносимой пытки, она почти потеряла контроль над собой.

Джесси даже не слышала, что говорит мистер Джеймсон, она засмеялась невпопад, словно обкуренная. Черт, почему Майк ей никогда не лижет? Раз такой скорострел, должен хоть как-то компенсировать. Это все его папочка-сексист, Джесси в этом почти уверена. Язык Макса сновал вверх-вниз, Джесси вытянула ноги под столом, чуть откинулась назад, отдаваясь странному, но приятному чувству. Макс тихо поскуливал, двигал языком все быстрее, словно зная что сейчас нужно его суке. Комнату вокруг Джесси застилала розовая мгла. Она подумала, что неплохо было бы сейчас взобраться на четвереньках на стол и дать Максу поиметь её по-собачьи. Она бы кончала и одновременно смеялась над вытаращенными глазами семейки Джеймсон.

Представив все это, Джесси почувствовала, как её накрывает горячее цунами, как она не контролируя себя кричит:

- Да! Да! Да!

А потом тишина, словно её оглушило взрывом мины в Ираке. Джесси пришла в себя. Это был, пожалуй, лучший оргазм, с времен, когда она отдалась тайской массажистке-трансу.

Она снова была в столовой, мистер Джеймсон смотрел на неё с удивлением, миссис Джеймсон с сочувствием, а Майк... Майк протягивал ей кольцо в открытой коробочке. Черт. Только не это. Они приняли её выкрики за согласие на помолвку.

***

Свадьба была идеальна. Все прошло ровно так, как хотела Джесси. Украшения, платье, интерьер, наряды подружек, угощения, сам Элвин Диджер спел их любимую песню. Все, словно в кино. А потом они поехали в большой дом по соседству с родителями. Этот дом они подарили молодоженам на свадьбу. Он был ещё больше, просторнее, современнее. Завтра Майк и Джесси Джеймсон должны были отправиться в путешествие по Европе. Джесси была почти счастлива.

Все сложилось почти как в её любимом романчике. Но было одно отличие. Первая брачная ночь закончилась ровно через 30 секунд после её начала. Начал Майк многообещающе. Он завалил её на кровать, не дал снять фату, грубо сдернул кружевные трусики, тут же овладел ей, словно её первый парень-футболист. Но как обычно Майк слегка перевозбудился и даже тантрическое дыхание, ему не помогло. Несколько мощных движений и он уже кончил ей на живот.

Джесси уже привыкла к этому, потому ничего не сказала, просто встала и пошла из спальни.

- Прости меня - пробормотал Майк.

- Все в порядке, милый. У тебя почти получилось - ответила Джесси.

- А ты куда?

- Приму ванну...

- Хорошо... Потом приходи... И повторим...

Майк откинулся на спину, и не успела Джесси дойти до двери, как его дыхание стало ровным. Ночи любви явно не будет. Но Джесси на неё и не рассчитывала.

Она спустилась по лестнице вниз, ступая по ступенькам босыми ногами. Джесси подумала, что со стороны она выглядит необычно и сексуально. На ней по-прежнему была фата и белая подвязка невесты на правой ноге. Всю прочую одежду сорвал с неё в порыве недострасти Майк. Джесси хотелось выпить. Посмотрим, что там есть в холодильнике. Она спустилась на кухню, когда услышала недовольный лай. Макс! Они забыли впустить Макса. А он не очень любил спать на улице. Джесси открыла дверь, Макс радостно прыгая, проскочил внутрь. Он положил лапы на плечи Джесси, стал облизывать лицо.

- Эй, Макс... - сказала Джесси, - хватит, Макс...

Она вспомнила, как он лизал ей тогда, под столом. Первое время после этого случая, Джесси была так смущена, что старалась избегать пса. По сути, они встретились впервые после всего произошедшего. Джесси стыдилась этих воспоминаний. Но сейчас, когда она была пьяна и очередной раз неудовлетворена, мысли о том оргазме за столом, заставили дышать её чаще. Между ног стало тепло и мокро. Нет, только не это! Макс явно почуял возбуждение своей суки. Он стал тереться об неё, прижимая телом, заставляя отступать назад. Джесси с ужасом и в то же время любопытством, почувствовала, как у собаки твердеет между ног. Она опустила глаза вниз и увидела, как из мешочка вылезает красный собачий член.

- Макс... - прошептала она, - не надо...

Но огромного возбужденного лабрадора было трудно остановить. Он продолжал напирать, Джесси отступала назад, чувствуя как предательски подгибаются ноги. Джесси знала это чувство. Такое она испытывала не раз, когда рядом с ней, оказывался настоящий мужик, самец. Ноги её тогда сами подгибались, она буквально лишалась воли, готовая полностью отдаться его мощному напору.

Еще шаг назад и она уперлась в стул, стоящий у стены. Дальше отступать некуда.

- Макс... - умоляюще сказала Джесси, - не надо...

Но она хорошо знала, что настоящего самца эти слова не остановят, а только распалят. Так и произошло. Пёс слегка толкнул её, и Джесси села на стул. Оконные шторы приятно щекотали её разгоряченное тело. Красный собачий член был в полной силе. Он задвигал тазом, красная головка стала хаотично тыкаться в живот, на котором ещё не высохла сперма Майка. Джесси обреченно вздохнула. В её раковине было мокро и горячо, в голове стучали молоточки, глаза застилала розовая пелена. Поздно думать о том, правильно она сейчас поступает или нет. Он её кобель, она его сука. И это их брачная ночь.

Джесси взяла багровый член и направила его в между своих розовых створок.

- Маааакс! - закричала она, когда член пса стал яростно натягивать её вагину.

- Да, хороший мальчик! Еби! Еби меня, как сучку!

Господи, наконец-то нормальный хуй. Раньше Джесси никогда об этом не задумывалась, все её парни обладали нормальными членами, и умели ими пользоваться. Но сейчас, после года отношений с Майком, это было настоящим чудом.

Макс быстро двигал тазом. Его член тоже был небольшой, почти такой же как у Майка. Но он не кончал от одного прикосновения, и настроен был гораздо решительней. В любимых романчиках Джесси часто секс называли "животной страстью". Но это было ничто по сравнению с той всепоглощающей похотью, что охватила Джесси. Она уже не стонала, не выкрикивала имя пса, а просто повизгивала, словно собачка.

Макс яростно двигал тазом, вгоняя красный горячий член в хлюпающую вагину. Джесси подмахивала, стараясь насадиться как можно глубже, она обхватила одной ногой собачий торс. Но её любовник не был человеком, его невозможно было направить и подсказать как правильно. Ей просто осталось отдаться его воле, подчиниться его правилам. Господи, как ей не хватало этого все это время! Она то визжала, то рычала, скаля зубы. Под яростным собачьим напором, она теряла человеческий облик, растворялась во багровой пелене страсти. Член Макса двигался все быстрее, он причинял боль, но в то же время дикое, ни с чем не сравнимое удовольствие. Они так увлеклись, что стул под ними зашатался и опрокинулся на спину, увлекая за собой любовников. Но это их не остановило, они продолжили наслаждаться друг другом и в этом положении.

Девушка заглянула в глаза псу, и неожиданно увидела тот самый темный пронизывающий взгляд. Взгляд Макса, не собаки, а старшего брата Майка. Джесси почувствовала, как вспухает узел в нижней части члена, как её наполняет горячая собачья сперма. Она и сама в этот момент окончательно потеряла контроль над собой, растворяясь в ярчайшей вспышке оргазма.

Она ещё долго лежала под ним. Макс замер и терпеливо ждал, когда кровь уйдет из его набухшего узла, и он сможет вытащить член. Конечно, вагина Джесси была побольше, чем у суки лабрадора, и она могла освободиться в любой момент. Но она не хотела его отпускать, ей нравилось, как собачий член заполняет её. Она с нежностью потерлась о морду пса. Макс в ответ стал нежно вылизывать её лицо.

- Это лучшая ночь в моей жизни - сказала Джесси, - ни один самец человека не сравнится с тобой.

Макс в ответ смотрел на хозяйку с такой нежностью и любовью, что Джесси было тепло, словно она грелась в лучах утреннего солнца.

А в спальне наверху тихо, во сне метался и стонал Майк. Ему снова снился кошмар, о том как он застал Джесси с умершим братом. Мертвец, не прекращая трахать его жену, поворачивался и издевательски скалился изъеденной рыбами челюстью.

Медведень

Рассказ является ответом на вызов. Автору было предложено написать зоохентай в славянском стиле. И автор сделал это.

Неждана была во мгле, между явью и дремой. И чуяла, как кто-то шерстяной и тёплый навалился ей на грудь, мешая дышать. Неужто домовой? Девки сказывали, что он всегда под утро приходит и балует. Может пятки пощекотать, может в нос ветры пустить. А к девкам незамужним на грудь садится и душить начинает. Надобно в этом случае спросить у него, с чем пришёл, с какой вестью. К Белане такой приходил и она вскоре замуж вышла за среднего сына старосты. А Осьмуша после такого вскоре в топи сгинула, когда за ягодами пошла. Так что, и не поймешь, какую весть-то принёс. И не спросишь, на грудь давит, ручками горло сжал, тут даже стон не вырвется, не то, что слово какое.

Так и лежала Неждана ни жива, не мертва, вся в холодном поту. А домовой сверху елозил, да что-то под нос приговаривал. Потом видать, надоело. Сплюнул в угол и спрыгнул с девки на пол. Поцокал прочь маленькими копытцами. Неждана вдохнула полной грудью и морок развеялся. Лежала она на лавке, у себя в избе. Ночь была тёмная, какая перед рассветом бывает. Ветер под стреху задувает, Мелена, сестра её сводная храпит на другой лавке.

А вот бате и мачехе, не спится. Делают они на печи новое дитя, уже их общее. Батя кряхтит и ухает, как сыч, мачеха как свинья повизгивает. Не любила её Неждана. Так было хорошо, пока батя бобылем жил. Но привёл в дом, женщину из соседней веси. Не старую ещё, двадцать пять годков и с дочкой на несколько лет младше Нежданы. И началось. Невзлюбила Неждану мачеха. Вечно то ущипнет тайком, то гадость какую сделает. Ни днем, ни ночью от неё, проклятой, покоя. И дочь такая же, вечно жалуется, да слухи распускает. Угораздило же батю такую змею пригреть.