Орден Хранителей

И магистр Эринор замолчал, а я про себя подумала: «Как жаль».

Глава 2. Кошмары во сне и наяву

Я удобно расположилась на жёстком, как камень, мускулистом животе моего друга демона и неотрывно наблюдала за прыгающими искрами в костре. После своего ухода магистр Эринор прислал к нам двух охранников. Кого именно они приставлены защищать — нас от врагов или лагерь от нас, я расспрашивать не стала. Высокие накачанные парни стали на страже по двум сторонам нашего маленького кемпинга и даже не взглянули в нашу сторону. Руфоса они игнорировали, потому что он — демон. Меня — потому что убила их товарищей. И я их за это не виню.

На душе скребли кошки, выли, стонали и раздирали душу в клочья. Мне никак не верилось, что всё это правда. Я надеялась, это магистр что-то перепутал. Может, это была не я? Может, Архимаг Ксенобиус обманул как-то всех заклинанием иллюзии? В общем, успокаивала себя как могла.

Руфос на предложение трансформироваться в кота или ещё кого попривычнее глазу окружающим лишь отмахнулся. Сказал, что в случае моего очередного помешательства ему так будет легче меня остановить, а на мнение и спокойствие окружающих ему глубоко наплевать. Я спорить не стала. В конце концов, по словам Эринора, именно Руфос меня остановил в прошлый раз.

Я даже не заметила, как уснула. А ночью мне приснился страшный сон… или это был не сон?

Искажённые от ужаса лица маячили, словно размытые тени. Будто сама смерть, я двигаюсь по внутреннему двору Ониксового Замка, испепеляя каждого на своём пути. Ни жалости, ни тени сомнения в моей душе. Лишь адреналин и возбуждение, неописуемая радость и лёгкость, непогрешимая уверенность в правильности моих поступков. Вот что я чувствую сейчас. Ярость ещё кипела во мне, но теперь она смешивалась с неким изощрённым удовольствием и чувством собственного превосходства, словно это были не люди вокруг, а какие-то надоедливые букашки. Одна букашка так забавно забрыкалась в обрушившемся на неё шквале огня. Другая весело задрыгала конечностями под свалившимся на неё бронзовым памятником, который когда-то стоял в центре двора, восхваляя былую честь и отвагу некогда павших королей. Ещё одна букашка смешно отпечаталась на главных воротах. Внутренности изображали интересную абстрактную картину. Думаю, художник оценил бы мою фантазию. Ещё парочка замерла в причудливых позах каменными изваяниями. А оказывается, это весело — сеять зло! Намного веселее, чем добро!

На лице Архимага застыло искреннее удивление, когда мой взор обратился к нему. Он забился в самый дальний угол меж обугленных деревянных построек внутреннего двора. Он трепетал от ужаса, чем ещё больше подстёгивал и заводил меня. Эйфория — вот что я ощущала, глядя на него. Глупец! Он так и не понял, что именно он создал этого монстра. Это он разрушил ту стену, что ограждала мой разум от древнего проклятия. Именно он заставил меня овладеть Древними Знаниями. Разорвать, испепелить, задушить! Столько планов! Но этот гадёныш их испортил. Как он сумел открыть портал, я так и не поняла. Но он трусливо успел в нём скрыться под шквалом моих ледяных стрел, адского пламени и града проклятий. Готова поклясться, одна из стрел задела его, когда он уже исчезал в окне межпространственного коридора. Но этого было мало-о-о! Такой злобы и досады я ещё никогда не ощущала. Чёрная волна поднялась из самых глубин моей расшатанной психики. Я полностью потеряла контроль над собой. Дальше всё как в тумане. Кажется, я раскурочила одну из башен у ворот и живьём сожгла несколько карателей… или это были не каратели? А, неважно. Такое безразличие ко всему происходящему. И это учитывая, что я была причиной и следствием происходящего. Искорёженные тела, обугленные стены, языки пламени, словно погребальные костерки, разгораются по всему внутреннему двору замка. Кажется, был рассвет, который обагрил красным поле боя. А может, это была красная пелена на моих глазах…

Я резко проснулась, тяжело дыша. Несмотря на жару, меня трясло от холода, кожа покрылась испариной. Мокрая одежда прилипла к телу, на лбу выступил холодный пот. Меня била мелкая дрожь, сердце бешено стучало, гулко отдаваясь в ушах. Во рту пересохло. Я потянулась к Руфосу и потрясла его за плечо. Он тут же проснулся.

— Я всё вспомнила, — прошептала я осипшим голосом. В ночной тишине мой шёпот прозвучал зловеще. Один из охранников обернулся в нашу сторону. Он быстро скользнул по нам цепким взглядом профессионала и, не заметив никакой угрозы, отвернулся.

— Я помню тебя, — чуть не плача, шептала я. — Но даже ты казался мне врагом. Ума не приложу, как я тебя не убила?

— Я был приманкой, — спокойно сказал Руфос. — Мы надеялись, что кто-то близкий выведет тебя из транса.

Я закрыла глаза и снова увидела, как знакомая до боли фигура, расправив крылья, спикировала на меня сверху. Лишь мановением руки я отбила атаку Руфоса, отбросив его назад, силой мысли припечатала к стене в метре над землёй и сдавливала горло, даже не касаясь его, лишь сжимая ладонь в кулак. Буквально недавно (или в прошлой жизни?) Архимаг проделывал подобный фокус со мной. Как же это приятно. Теперь я его понимаю. Холодная волна окатила меня, как только я случайно встретилась взглядом с демоном. «Что я делаю?» — пискнул разум. «Убить!» — вопили голоса в голове.

— Аррдари был прав. Если бы ты захотела, ты легко переломала бы мне хребет. Но что-то внутри не позволяло тебе этого сделать.

— О боги!

— Это не твоя вина.

— Как же не моя, когда я убила столько народа. Я чуть не убила тебя! — слёзы заструились по щекам, я судорожно стала растирать их рукавом.

— Это была не ты. Ты была заперта где-то внутри. И я благодарен тебе, что ты сопротивлялась, на что мы и рассчитывали. Когда ты замешкалась, Дедрик сбил тебя с ног, а Аррдари накрыл вас антимагическим куполом. Ты не могла колдовать, и Дедрик с лёгкостью вырубил тебя.

Я инстинктивно пощупала затылок — очередная шишка. Везёт же мне на рыцарей! Или убьют, или покалечат. Особенно один из них. Что ни встреча, то ушиб головы. Хотя в данном случае я безумно обрадовалась такому результату. Неизвестно, каких бы я ещё дел натворила, если б меня не остановили.

Рассказ магистра Эринора не звучал настолько зловеще, насколько выглядели картины, всплывшие в моей памяти. Я, как мазохистка, снова и снова прокручивала их в голове. От этого становилось только хуже. Воспоминания обжигали. Стыд, сострадание, сожаление, смесь всех этих чувств и чего-то ещё раздирали моё несчастное сердце на части, заставляли его болезненно сжиматься. Я не понимала, как кто-то мог совершить все эти ужасные вещи? Как Я могла их совершить? Что же это за Древние Знания такие, что они заставляют людей превращаться в монстров? Или я и была монстром, а Знания лишь помогли моей истинной сущности вырваться наружу?

— Они меня боятся, — я указала подбородком через костёр, где плотнячком прижались друг к другу выжившие свидетели моего безумства.

— Думаю, не стоит их судить.

— Думаю, ты прав.

Как будто на зависть чёрной непроглядной ночи, утро выдалось на редкость ярким и красочным. Два больших алых солнца радостно поднимались по небесному склону с разных сторон и озаряли своим светом буйную растительность этого мира. Название мира я не знала, но он мне определённо нравился. Я вообще люблю жизнерадостные разноцветные планеты. Мрака хватает и в моей душе.

Руфос крепко спал, и будить я его не хотела. Стражи рядом не было, но лагерь понемногу начинал просыпаться, так что в их присутствии уже необходимости не было.

Я потянулась, вновь ощутив непривычную тяжесть на запястьях от браслетов и лёгкое головокружение — следствие их действия. Чувствовала я себя слабее котёнка. Если б пришлось сейчас сражаться, толку от меня не было б никакого. Магию применить невозможно, а меч мне сейчас не поднять. Одно спасение — тихонечко отползти в сторонку и забиться под камень подальше от опасности. Проклятье Дэвлина, как же я ненавижу ощущать себя слабой и уязвимой!

Собрав всю волю в кулак, я поднялась на ноги. Пусть защитить я себя и не могу, но помыться самостоятельно точно должна осилить. Магистр Эринор говорил, что через пару дней я должна привыкнуть к энергетическому голоданию, организм сам собой адаптируется, но я не собираюсь ждать сложа руки. Тело надо тренировать. Только так оно научится справляться с трудностями. По-моему, именно так говорил мой наставник Азарис. Я слегка улыбнулась воспоминаниям этого хитрого прохвоста. Надо ещё узнать, как он связан с Орденом Хранителей Древних Знаний. А то, что он как-то замешан во всей этой истории, я уже не сомневалась.

Шатающейся походкой я двинулась на поиски водоёма. Он должен быть где-то неподалёку — ещё вчера слышала тихое журчание воды. Я двинулась на звук и, едва заметная в чаще тропинка вывела меня к небольшому ручью. В нём едва можно окунуться с головой, но помыться труда не составит. Я разделась и зашла в ледяную воду по пояс, прихватив с собой одежду. Сначала я перестирала свои шмотки, уделяя особое внимание пятнам крови. После чего я аккуратно развесила штаны и некогда белую рубашку сохнуть на ветвях густого кустарника. Солнце хоть и ранее, но уже греет, и я надеялась, что хоть немного, но мои несчастные шмотки подсохнут.

После стирки я занялась собой. Зачерпнув горсть речного ила, я нанесла массу на волосы и стала усиленно втирать её в кожу головы. Хорошенько промыла и снова повторила процедуру. Мне нравилась бодрящая прохлада воды. Она будто смывала все ночные кошмары.

На мгновение я замерла, заметив своё отражение в водной глади. Лицо осунулось, скулы резко выделялись, кожа приобрела землистый оттенок, под глазами пролегли тёмные круги, но вот глаза… точнее их цвет заставил меня по-настоящему испугаться. Сколько себя помню, лишь четверть левого глаза была чёрного цвета, но сейчас почти половина радужки потемнела. Неужели Архимаг Ксенобиус не обманул меня? Неужели это на самом деле внешний отпечаток чёрной магии, содержащейся в Древних Знаниях? И теперь он всё больше и больше проникает в мою сущность! Особенно после моих недавних подвигов в Ониксовом Замке.

Я замотала головой, отгоняя тягостные мысли, набрала побольше воздуха и опустилась в воду по макушку. И, наконец, впервые за последние несколько дней я ощутила, что по-настоящему расслабилась. Все тревоги и терзания остались там, на поверхности. Я вдруг будто наяву снова окунулась в то подземное озеро из моего подсознания. Я снова почувствовала себя ничем и в то же время всем, будто я сама растекалась по всему водоёму. Я почувствовала себя частью воды, частью всего водного мира. Я ощутила каждую рыбину, обитающую в этом ручье, и даже неких разумных созданий, населявших его глубины. Новые ощущения настолько поглотили меня, что я даже не заметила, как начала дышать под водой. Даже не удивилась. А чему тут удивляться? После того, что я выкинула в Ониксовом Замке, такая мелочь, как способность дышать под водой без каких-либо специальных заклинаний — это просто ерунда.

Ко мне подплыла стайка ярко-оранжевых рыбок и с любопытством зависли у моего лица, но их разогнало некое змееподобное создание с плавником на хребте и острыми зубами, торчащими из пасти в разные стороны. При желании милое создание могло откусить мне нос. Но я совсем не боялась за свой нос. Я знала, точнее, чувствовала, что оно не собирается нападать на меня. Я чувствовала его любопытство. Я словно смотрела на себя глазами этой рыбы-змеи. Мои длинные волосы забавно трепетали от подводного течения, а мои руки потянулись вперёд. А потом рыба молниеносно исчезла. Она уплыла так быстро, что если б я не ощущала то, что ощущала она, то даже не поняла б, куда она делась. А в ушах послышался безмолвный вопрос:

«Кто ты, о дитя водной магии, и почему ты обладаешь такими способностями?»

Я не видела владельца голоса, но я точно знала, что это разумное магическое создание. Может, даже русалка. Мне вдруг так захотелось её увидеть, хотя бы издали.

Ведь я никогда в жизни не видела живых русалок, только одну сирену. И тогда мне это чуть не стоило жизни. А про русалок столько мифов! Они кардинально отличаются от сирен, хоть и являются их дальними родственниками. Азарис рассказывал, что русалки помогают утопленникам обрести покой на морском дне, а душам дарят успокоение. Вот бы было здорово хоть раз увидеть этих магических созданий. И я уже ощущала, как эта любопытная особа подплывает ко мне всё ближе и ближе. Я даже начала различать её размытые очертания, как вдруг некая сила выхватила меня из мутной воды и с силой потянула к берегу. Нет, ну что за бесцеремонность!

Я оказалась на мелководье. Стальные руки, наконец, выпустили меня, но лишь для того, чтоб с силой надавить на грудь. Кости заскрипели. Из-за воды, стоявшей в глазах, изображение казалось размытым. Всё произошло так быстро, что я даже растерялась.

Повисла в руках изверга безвольной тряпочкой. А изверг вдруг наклонился и полез целоваться. Вот ещё, что за новости! Я с размаху врезала нахалу оплеуху. Тот вскрикнул и убрал руки от моего носа. «И когда он только умудрился добраться до моего носа?» Богами клянусь, я чуть не задохнулась. Уж и не знаю, какую цель преследовал этот упырь, но добра он мне явно не желал… и кстати, представление о том, как правильно делать искусственное дыхание, он тоже не имел.

Как только горе-спасатель отпрянул от моего лица, с силой зажимая правую щёку, я смогла, наконец, опознать в нём сэра Дедрика, моего прекрасного рыцаря без страха и упрёка. И, кажется, у меня только что появился ещё один повод как следует его упрекнуть.

— Ты что, с ума сошёл? Почему ты вечно пытаешься меня убить? — захрипела я на рыцаря, старательно прикрывая оголённое тело — на мне осталось лишь нижнее бельё. И сейчас мокрая ткань откровенно точно повторяла изгибы моего тела.

Дедрик непроизвольно скользнул взглядом вниз, густо покраснел и быстро отвернулся.

— Я спасал тебя. Я думал, у тебя рассудок помутился, и ты решила утопиться.

— Ты что, идиот? Я просто мылась. Ты мне чуть рёбра не сломал!

— Это было искусственное дыхание. Меня в Ордене обучали.

— Видимо, плохо обучали, если ты не можешь даже отличить утопленника от вполне живого, до твоего участия, человека.

— Ты провела под водой больше десяти минут, пока я не выловил тебя со дна. Никто бы не смог выжить без магии! А на тебе антимагические браслеты!

— Ты что, следил за мной? — вдруг осенило меня.

— Я? Нет… ну, не то чтобы… — замялся рыцарь, а потом вдруг вызверился. — А что ты хотела, чтоб я делал после всех твоих выкрутасов? Я тебя вообще больше ни на одну минуту не оставлю!

— Отвернись, — рявкнула я в ответ. Стянула с куста сохнувшую рубашку и напялила её на себя. Рубашка всё ещё была мокрая и периодически прилипала к телу. Но она хотя бы длинная и вполне способна прикрыть мою пятую точку. Дедрик осторожно повернулся и смущённо потупил взор. Ну да, не самое целомудренное зрелище. Но магией я, по известным причинам, воспользоваться не могу, соответственно, придётся ждать, пока одежда высохнет естественным путём.

Я присела на травку. Дедрик, чуть потоптавшись рядом, тоже присел. На меня он старался не смотреть. А я на него. Стыдно было за всё: и за побег, и за глупость мою, из-за которой меня поймал Архимаг, но больше всего из-за того, что я устроила в замке. Что тут скажешь? Короткого «прости» будет недостаточно. И я молчала. Он тоже. Разговор не клеился. Я украдкой бросила на него взгляд. Теперь, когда он не пытался меня убить, он показался мне ещё симпатичнее прежнего. После побега я не раз ловила себя на мысли, что думаю о нём. Хотя волнений за прошлую неделю мне хватило на год вперёд.

В ручье что-то плюхнуло, и у противоположного берега появился рыбий хвост.

Очень большой хвост очень большой рыбы.

— Что это? — воскликнул Дедрик.

— Русалка, — спокойно ответила я.

— Откуда ты знаешь?

— Я пыталась с ней поговорить, пока ты меня не выловил из ручья.

— Как? Ты знаешь русалочий язык? — карие глазки полезли на лоб.

— Не спрашивай. Сама ничего не понимаю.

— А как ты под водой пробыла так долго и не захлебнулась? Ты же не можешь колдовать сейчас.

— Я же говорю — не спрашивай.

— А о чём тебя вообще можно спрашивать?

— Наверно, ни о чём.

Я горестно вздохнула. Разговор зашёл в тупик.

— Ладно. В общем, это… я, наверно, должна извиниться… ну за побег, — уточнила я. — Просто, понимаешь, я не могла оставить друга в беде. Ведь это из-за меня всё случилось. А Орден Хранителей не стал бы его спасать. Для Ордена Руфос не важен.

— Стал бы. Просто ты нам не поверила. Но я тебя понимаю, — тихо прошептал Дедрик. — Ты только Аррдари не говори… нет, лучше вообще никому не говори, но я бы поступил также. Не смог бы бросить друга, если думал, что ему угрожает опасность.

— Правда? — я даже повеселела. Как хорошо, что он меня понял. — Вам, наверно, здорово досталось?

— Есть немного.

Дедрик снова замолчал, только как-то очень уж грустно замолчал. И мне захотелось его подбодрить, поддержать его как-то, тем более что наказали их как раз из-за меня.

— Ну, я надеюсь, ничего страшного?

— Нас отстранили от наших должностей. Больше я не являюсь твоим Рыцарем, а Аррдари твоим Хранителем. Это позор.

— Но как же так? Вы же не виноваты, — начала я, но, наткнувшись на его мрачный взгляд, осеклась. — Прости.

— Да ладно. Чего уж там.

— Может, вас как-то восстановят в должности?

— Магистр лично взялся за тобой присматривать.

— Эринор?

— Угу.

— Он кажется славным.

— Да, — вздохнул рыцарь.

— А вы как здесь оказались?

— Нужны были воины в спасательный отряд. После твоего побега собрали всех свободных рыцарей и магов Ордена. К тому же мы хорошо тебя знаем… в смысле — лучше остальных в отряде. Да и не могли мы вас бросить в беде, — Дедрик мне подмигнул. Не пойму, он меня передразнивает или намекает на то, что считает меня своим другом?

— Это ты о себе сейчас?

— Это я о нас. Может, ты и не поверишь, но Аррдари очень за тебя переживал. Он считал себя виновным из-за того, что ты сбежала. Говорил, что теперь ты из-за него погибнешь.

— Да ладно. Быть не может. Наверно, за Древние Знания… — завела я привычную песнь, но нарвалась на серьёзный взгляд карих глаз и заткнулась. Какая, собственно, разница из-за чего именно он переживал.

Недалеко от нас послышался шорох ветвей. Мы обернулись на шум. Дедрик при этом схватился за меч, но тут же расслабился, когда к ручью из леса вынырнули две стройные девушки-эльфийки. Одна из них, едва заметив мою скромную персону, в испуге убежала. Второй оказалась Тивон. И она, напротив, расплылась в добродушной улыбке, как только увидела меня. Девушка плавной перетекающей походкой подплыла к нам и с искренней радостью обняла меня.

— Сандра, как ты? Меня к тебе не пускали.

— А ты разве меня не боишься? — придушенно пискнула я в её крепких объятиях. Хватка у хрупкой на вид девушки оказалась весьма ощутимой.

Дедрик вежливо откланялся, и мы с Тивон остались наедине. Я на самом деле была очень рада видеть её и ещё больше радовалась тому, что она не шарахается от меня, как от проклятой.

— Прости за Ийову. Она многое пережила. Всё-таки её похитили, и теперь она боится всех на свете.

— А меня в особенности, — горько усмехнулась я.

— Перестань себя корить. Ты ни в чём не виновата. Ты очень смелая девушка. Ты в одиночку пришла нас спасать.

— Да. Было очень глупо, — согласилась я.

Тивон лишь усмехнулась и потрепала меня по макушке.

— Но ведь ты пришла. А это о многом говорит.

Я промолчала. Зачем ей знать, как сильно я сейчас жалею об этом. Если б не моя глупость и неосторожность, Архимаг бы меня не поймал, не пытал, не разрушал бы преграду и, как следствие, я бы не перебила всех тех невинных, которые оказались на моём пути. Как же глупо, глупо, глупо я поступила! И опять же — я не могла по-другому.

— Я за Руфосом пришла, — лишь угрюмо промямлила я вслух.

— Это неважно. Ты бы всё равно пришла. Даже если бы Руфоса не похитили, — девушка потупила взор, будто признавалась в чём-то постыдном. — Я случайно подслушала разговор Аррдари и магистра Эринора. Они говорили о тебе. Если честно, я не всё поняла, но я знаю точно одно: ты винишь себя за то, что случилось в моей деревне. Я знаю таких людей, как ты. Ты такая же, как и мой брат: ты считаешь себя ответственной за всё, что происходит вокруг. И ты, как и он, всё равно попыталась бы всё исправить и помочь пленникам.

Меня немного обескуражило моё сравнение с Аррдари. Меньше всего я считала себя похожей на этого бесчувственного болвана. Наверно, Тивон просто не знает своего брата, либо он просто изменился до неузнаваемости за годы их разлуки.