Глаз дракона

Ещё вчера я втихомолку удивлялась, только Герсил, старший среди волшебников, имеет нормальное имя, прочие маги без затей откликаются на Второй, Третий, Четвёртый и, что характерно, троица лично выбрала себе столь оригинальные имена перед началом обучения магической стезе.

Судя по тому, как их готовили в некоей закрытой школе, родовой маг — это диагноз. Сейчас наследник имеет в помощниках взрослых мужчин, а ранее это были дети, не осознающие трагизма своего существования в силу разных причин, среди которых, как я понимаю, нет ни одной уважительной.

В данном случае имеем четвёрку магов, неспособных предать хозяина, с которым их повязали кровью, навечно лишённых родных, поддержки семьи, самой семьи и иных (пусть и иллюзорных) степеней свободы. На первый взгляд всё так и обстоит: несчастные дети, оторванные от матерей, забывшие прошлое, вынужденные служить из-под магической палки и всё такое. Но по здравом размышлении, а за время пути в столицу, для этого было достаточно времени, я пришла к выводу, что подобное существование ничем не хуже моего. По крайней мере, их не тасуют, как карты в колоде, не перебрасывают из страны в страну, не гнут под свои капризы разные (и не всегда добрые) дяди и тёти, ну и от них не пытаются избавиться, как от чумных. После обучения их стезя определена до конца жизни — защита подопечных всеми имеющимися средствами.

Особенно меня поразило, что раз в три года они проходят нечто похожее на курсы повышения квалификации, причём, в соответствующем учебном заведении и при желании, конечно. А также, если работодатель оплатит недешёвое обучение, а батюшка Ивара исправно платил.

Правда, это не шибко ему помогло против продвинутых магов из поместья Иснора. И чем им на хвост наступил покойный отец моего приятеля? Герсил ничего вразумительного ответить не смог, поскольку вся четвёрка зациклена только на защите как от магического воздействия, так и от прямого физического контакта. Как я поняла, ролевые игры на тему плаща и кинжала родовым магам неинтересны, шпионы из них неважные, но основам поиска и анализа информации их всё-таки обучали. У покойного главы рода были и свои аналитики, да все вышли со смертью работодателя. Сбежали они, проще говоря.

Плохо то, что участие Исноровских магов в делах рода Алмазной Змеи обнаружилось поздно и, скорее всего, официально это участие так и останется нераскрытым. Четвёрка магов во главе с Герсилом приняла к сведению полученную мной информацию и начала копать в этом направлении, но результаты дело нескорое. Слишком многое надо расследовать, и откуда следует начинать пока непонятно. Архив рода Алмазной Змеи не обнаружен, а по словам магов, он должен быть. Но где?

Глава рода погиб внезапно, борзый дядюшка о существовании наследника узнал сравнительно недавно. До архива господин Ауретин не добрался, то ли руки коротки, то ли есть иная причина. Как заметил Герсил, вину за смерть брата Исноровские маги с дядюшки сняли, по крайней мере в наших глазах. Кто именно стоял за выступлением Исноровских магов, так и осталось неизвестным. Разве что у воспитателя наследников господина Ревайни были личные причины устроить Иварову батюшке внеплановую встречу с их Всетворцом. Или это сам Ревайни заказал неслабого огненного мага?

Кстати, после обеда змейки обнаружили ещё один тайничок в винном погребе, давнюю закладку кого-то из рода Змеи. Мы всем коллективом рассматривали смешные детские сокровища, камешки, колечко из серебра, затупленный кинжальчик и миниатюрный портрет дамы в старомодном наряде. Дом велик, просторен, так что змейки наверняка отыщут ещё что-нибудь, а пока…

— А пока вам надлежит обучаться основам, чтобы следующим летом успешно сдать экзамены в столичную школу магов, — заключил мои размышления Герсил, — градоправитель прислал вестника и разрешил домашнее воспитание.

— До определённого момента, — добавил Третий.

— В каком смысле «до определённого»? — не понял наследник.

— Если обнаружится, что домашнее обучение не даёт нужного результата, вас переведут на полный пансион до конца обучения, — пояснил Герсил.

— Оно нам надо, Кри? — вопросил Ивар, — это же точь-в-точь школа господина Ревайни, да ещё и аристократов там…

— А учителей откуда возьмём?

— Чем мы тебя не устраиваем, Экрима, в качестве учителей? — Второй смешливо уставился на меня.

— А программа обучения известна? Книги, трактаты о магии, языки же учить придётся, историю тоже, — встрял наследник.

— Ага, — хмыкнула я, — пыталась тут одна девочка обучиться истории государства Нутава.

— И что? — оглянулся Ивар.

— Сплошное словоблудие и минимум исторических фактов. Три историка путаются в датах, восхваляют правителей и просто морочат голову читателю, — махнула я рукой, — эту, с позволения сказать, историю явно писали трое идиотов, причём, после хорошей пьянки. И если вся писанная история государства на самом деле такова, то я поздравляю вас, господа.

Маги переглянулись и синхронно уставились на меня. Я тут же прикусила язык, ну сейчас начнётся… кто ты, детка?

— Предупреждая ваши вопросы, — я прикрыла глаза, — хочу сразу обозначить свою позицию. Я не знаю кто я. Настоящую жизнь могу описать примерно с полгода как. Остальное скрыто в тумане.

— Да я же вам рассказывал, — встрял Ивар, — Кри ничего про себя не помнит. И магия её странная, и магического зрения нету.

— Точнее, обрела это зрение и тут же утратила… вроде как, — поправила я, — так что с моим обучением возникнут сложности. Своих способностей до конца не знаю, и сама их пугаюсь иногда.

— Наш подопечный подслушал в имении, что двойное исследование в Варге и у Иснора не выявило у тебя никаких странностей, кроме отсутствия магического зрения. И тамошние маги решили, что в твоей магии необычного нет. Со своей стороны, могу добавить: да, такие случаи бывали, я сам читал, — заметил старший маг.

Второй поторопился добавить:

— Ваше обучение начнём с завтрашнего дня, а пока отдыхайте. Познакомь Экриму с домом, Ивар, покажи ей систему защиты, словом, займитесь делом.

— И не путайтесь у слуг под ногами, — хмыкнул бастард, — пошли, Кри. Будем знакомиться с защитой.

Мы направились на второй этаж дома, и у библиотеки я слегка притормозила мальчишку.

— Защита потом, сначала познакомь меня со слугами.

— Зачем тебе?

— Странный вопрос, не находишь? Давай-ка зайдём сюда и поговорим.

Бастард уселся в глубокое кресло, облюбованное и мной.

— А всё-таки зачем тебе слуги?

— Должна же я знать их в лицо, а особенно чужого осведомителя. Мне его не показали вообще-то и с экономкой не познакомили, кстати. Запомни на всякий случай, слуги есть отражение своих господ.

— Не совсем понял.

— Это просто, — фыркнула я, — ты же сам рассказывал, как телохранитель твоего бывшего хозяина всего на мгновение опоздал вышибить дверь. И хозяина схарчили магические твари. Было такое?

— Было.

— А представь на минуточку, что покойник заранее озаботился составить договор с телохранителем, ну… скажем, о защите и предусмотрел в нём дополнительную оплату для него же за немалый риск, и пенсию его семье в случае утраты кормильца…

— Ну, представил и что?

— Как думаешь, телохранитель опоздал бы на то самое мгновение? А ведь ты упоминал, что покойник своих слуг ни во что не ставил.

— И держал только страхом, — бастард задумался.

— Мне кажется, охранник незамысловато избавил мир от мерзавца. Он ведь был одиноким, этот телохранитель, верно?

— Верно, ну а магическая клятва?

— А ты её читал эту клятву?

— Где бы я её читал, — мальчишка пробормотал себе под нос, — и если кое-что припомнить…

— Короче сказать, как ты относишься к своим людям, так они будут относиться к тебе. С помощью слуг можно сделать многое. Если хозяин гнобит человека, тот всегда готов насолить. Особенно, если сумеет остаться безнаказанным. Ведь не в Варге живём и, если я правильно поняла, тут виноватого ещё надо найти, да и вину желательно доказать, не так ли?

— Я понял. Да и сам считаю, что слугам, как и детям, лгать нельзя. Матушка говорила, что слуг вовсе не надо любить, достаточно быть справедливым.

— Точно! Из правильных понятий возникнут правильные отношения «господин-слуга». Ну вот как-то так.

Ивар кивнул на дверь.

— Пошли, будем знакомить тебя со слугами.

***

Столичный дом рода Алмазной Змеи вовсе не ломился от роскошной мебели, однако её было достаточно для семьи из пяти человек, хоть и содержать в порядке дом о двух этажах силами всего восьми слуг — это сродни подвигу. Высокие потолки, лепнина, огромные окна, шторы от потолка до пола, ковры, недешёвая посуда в горках, хвастливо выставленных у стен… Удивительно, чистота вокруг идеальная, а всех слуг, повторяю, на двухэтажку восемь человек, из них три совсем старухи. И никакой магии в быту!

А шпиона я теперь знаю в лицо. Это истопник и по совместительству садовник, мрачноватый мужик средних лет с лицом записного пьяницы. Запомним…

Защита на доме стоит обычная — щит от внешнего проникновения, от подслушивания и так называемый «отражатель воздействия», то есть против магии. Ну, а насколько щиты действенны, не мне судить. Ивар, к примеру, выглядит довольным…

А самое приятное — окна моей комнаты выходят в сад. В данный момент я и стою у этого окна, любуясь кружевным узором ветвей, покрытых инеем. Совсем недавно ранним утром, стоял густой туман, а вот сейчас он осел сахарной пудрой и даже забытая кем-то шапка сияет на солнце сказочным шлемом, украшая покрытую пушистым инеем скамью…

Глава 2

За моей спиной шуршит страницами Ивар. Завтра нас начнут наконец-то обучать. Сподобились. С моей подачи наследник затребовал годовой план обучения, написанный на бумаге с указанием основных тем, а также с указанием времени на каждую из них, да ещё и с обоснованием самой необходимости изучения того или иного предмета. Наставники еле успели челюсти подхватить, но взяли под козырёк (а куда деваться?) и ровно три дня сочиняли план всей великолепной четвёркой.

Это я всех всполошила, когда узнала, что для поступающих в столичную магическую школу предусмотрены экзамены. И вместо законного отдыха господам магам пришлось согласовывать свои планы с требованиями школы. А поскольку мы оба наотрез отказались учиться вслепую, то теперь хозяин дома занимается, тем же, чем и я час назад — тщательно читает планы и обоснования. Что там может понять мальчишка одиннадцати лет? Но справедливости ради стоит уточнить — названия предметов информации не несут, зато обоснования весьма информативны.

Впервые за этот год ощущаю, как спадает, тает, исчезает напряжение всех душевных сил. Надолго ли? Подозреваю, только до тех пор, пока не услышу невыносимо надменный голос очередного «благородного господина», пожелавшего указать просторождённой её исконное место. Но теперь (кроме стойкого характера) у меня есть друг, четыре соратника-мага, а ещё тихая гавань, и за перечисленное моя немолодая душа безмерно благодарна умненькому и кручёному мальчишке с большим сердцем.

И, конечно, я из шкуры вывернусь, если наследнику рода Алмазной Змеи потребуется именно это. Мальчик — чистое золото и, без сомнения, это целиком и полностью заслуга его покойной матери. Не устаю себе повторять: главное, не лезть с земной моралью и нормами жизни в чужой монастырь, то есть не пытаться бороться со всеми против всех и не радеть об пользе всего прогрессивного человечества. Достаточно, если я буду жить по совести, не впадая в грех осуждения своих ближних.

Более полугода я пребывала в постоянном стрессе, дёргаясь, как от двести двадцать вольт — не сказать бы лишнего, не наступить на граничную черту, за которой ждёт не просто расплата, аза незнание и неумение, а полноценная и, возможно, мучительная казнь. К тому же властям предержащим не интересен тот факт, что ты в этом мире пришелец. И есть незнание тобой законов, которое, как известно не освобождает. Чуждая мораль, чужой мир, незнакомые и не больно-то лояльные традиции. И две близкие души, потерянные почти сразу…

Зато теперь, имея единомышленников, можно и повоевать, как однажды выразился Ивар. И, кстати, вчера у нас состоялся долгий откровенный разговор на тему «почему ты выбрал в друзья девчонку». Ответ оказался неожиданным.

— Ты не побоялась врезать аристократу.

Он так и выразился «врезать»! Похоже, мальчишки всех миров используют одинаковый словарь. Конечно, это был не единственный аргумент Ивара в мою пользу, но самый главный. И я понимаю всё, что осталось несказанным, но понятным, как родной язык — моя готовность снова стоять спина к спине, и его умение дружить, истинное, как молитва пред ликом Творца, и многое другое, до чего всем аристократам Нутавы не дотянуться вовеки… ибо не дано им. А этому мальчишке дано.

Поэтому я кладу перед ним толстенную книгу, пресловутый «архив» рода, потерянный было из-за глупости дядюшки.

— Откуда?!

— Предпоследняя змейка нашла, в жизни не догадаешься где, — ухмыльнулась я.

— Да? И где?

— В старом винном погребе.

— А ведь дядюшка даже с нюхачами эту книгу искал, — бормочет Ивар.

— Значит, плохо искал, ну, или нюхач попался неправильный.

— А как ты сумела открыть схрон?

— Не уверена, что это был именно магический схрон… и вообще на той дверце висел обычный металлический замок, так что вот… получи и распишись в получении.

— Покажи это место, — загорелся мальчишка.

— Пошли.

Мы переместились в подвал, расположенный под кухонным отсеком. Обширное помещение немалой высоты, разделённое на ячейки, пересекли быстро, а затем пришлось спускаться аж на пару пролётов, по деревянным ступеням под немузыкальный скрип металла. Когда я тут осматривалась в первый раз, проржавевшие детали пришлось кое-где укреплять честно выпрошенным железом, зато теперь лестница не трясётся в эпилептическом припадке, а всего лишь противным голосом жалуется на свою жизнь.

Ивар аккуратно исследовал крошечный закуток с массивной дверцей из металла (сейф, ни дать, ни взять), взвесил в руке замок, а затем жестом фокусника извлёк из гостеприимно распахнутого «сейфа» ещё один предмет. Мы едва лбами не стукнулись. Коробочка с крошечным замком.

— Как же я его не заметила? Ведь осмотрела всё до самого дальнего уголка.

— Так и было задумано, чужой не заметит, а если и заметит, то взять не сможет. Предмет отзывается на змеиную кровь.

— А книга не отзывается?

— Так ведь её не только кровные родичи писали, там и жёны их руку приложили и прочие, кому было позволено главой рода.

— Не совсем понимаю, в каком смысле это архив? А как же секреты рода? Берите книжку, люди добрые и читайте что хотите?

— Ты её открывала?

— Нет, с какой стати? Это же не моё наследство. Да и боязно, мало ли чего твой папенька учудил с магией.

— Зря не открыла. Прочесть её могут только ближайшие родичи Змеев, не дальше родных братьев. Все прочие видят либо пустые листы, либо всякое непотребство. А там ведь много интересного может быть.

— Тайны происхождения?

— Не обязательно. Я говорил тебе, что после смерти отца свободных денег не нашлось? И что хоронили его, как простолюдина, только в саване?

— Нет, не говорил.

— Так говорю сейчас. Род мой, пусть и небогат, однако денежки у папаши моего водились, вот только банкам он не слишком доверял.

— А напрасно, деньги могли бы приносить немалую прибыль.

— Могли бы, — покладисто сказал Ивар, запирая «сейф», - да только налог сожрёт столько, что проще деньги в землю закопать.

— Чем твой покойный батюшка и занимался, похоже.