Нервно дергаюсь. Засек все же, черт глазастый, мою антенну, выглянувшую из воды. Его фразу можно расценить как сказанную в нужный момент, чтобы успокоить. Молье протестует:

— Послушай, Варна, а если он попытается удрать?

— Исключено, не забывай, что рядом ликвидатор.

— А если под водой?

— Ну, там-то он далеко не уйдет. А завтра, естественно, выпустим и других роботов-убийц.

Неожиданно замечаю, что Люгон направляется к склону холма. Боже мой! Да он же без гермошлема! Быстро хватаю микрофон и через подключенный динамик ору что есть сил:

— Варна… Не разрешай ему приближаться к красным скалам.

Они разом оборачиваются на мой голос. Все, кроме Люгона, который, наоборот, ускоряет свой шаг. Варна удивлен. Снова кричу:

— Остановите его! Там подстерегает смертельная опасность!

На сей раз до них что-то доходит. Но Люгон, одурев окончательно, уже бежит вверх по откосу. Варна отрывисто приказывает Регелле оставаться на месте, а сам устремляется к холму. За ним рванули все остальные.

— Шлем!.. Всем застегнуть гермошлемы!

Слишком поздно. Невидимая сила уже поймала их в свои сети и начала неумолимо подтягивать к вершине. Чувствуется, что они спохватились и начинают сопротивляться. Если не вмешаться, всем наверняка каюк. Стараясь выиграть время, запускаю двигатели эликона. Когда он выскакивает на поверхность, я уже жду в выходной камере. Едва стихает шум моторов, действующих в авторежиме, как сразу же открываются двери. Влекомый заспинным эликом, я пулей вылетаю наружу в наглухо закрытом скафандре. Один мощный бросок — и я уже на пляже.

Положение Люгона безнадежно: его уже обволакивает белесый пузырь. Варна, однако, все же успел послать ему на выручку робота-ликвидатора. Я собираюсь пуститься вслед за ними, как непредвиденно возникает Регелла:

— Эй, Эльвер, ни с места!

— Но я должен им помочь!

— Они в твоем содействии не нуждаются.

— Да что ты в этом понимаешь!

— Не двигаться! Иначе стреляю!

И действительно у нее в руке возникает дезинтегратор. Понятно, что я застываю на месте, не в силах отвести глаз от того, что происходит на холме.

— Регелла, ты даже не представляешь, какую ты совершаешь глупость… их же ждет жуткая участь.

Люгона уже полностью запеленали в кокон. Будто засунули в молоко, которое начало свертываться, обволакивая его сгустками. Наконец-то подоспел ликвидатор. Его цвет меняется: из зеленоватого становится малиновым. Робот выбрасывает мощный пучок парализующих волн, но в этот момент на вершине холма вздыбливается огромный прозрачный набалдашник. Грозная субстанция захлестывает и машину.

Варна и оба члена его экипажа — где-то на полпути к этому неразборчивому всепоглотителю. Что до Люгона, то его словно всасывает в это месиво. Слышно лишь, как он надрывно вскрикивает, когда желатинообразная трясина поглощает его. Взрывается робот-ликвидатор. Но это никак не отражается на вздувшемся гигантском волдыре, разве что прежняя прозрачность сменяется густо-фиолетовым окрасом. Отчаянный предсмертный вопль Люгона на какое-то мгновение отвлекает Регеллу, инстинктивно оборачивающуюся в его сторону… Для меня этого вполне достаточно: молниеносно выхватываю парализатор и стреляю. Она превращается в статую.

В тот же миг запускаю свой эликавто и устремляюсь к Варне. Тотчас же голову сдавливает жестким обручем. Возникает губительная тяга к этому устроившемуся на вершине монстру. Но гермошлем экранирует эффективно, так что я вполне в состоянии противостоять безумному влечению.

Подскочив к космонавтам, не долго думая, полоснул по всем троим из парализатора. Теперь они хоть остановились, замерев в разгар неудержимого бега наверх к той нечисти, что по-прежнему угрожающе кривляется на вершине. Далее для меня все разыгрывается в каком-то диком кошмаре. Я по очереди оттаскиваю своих преследователей назад. Появилось ощущение, что психическое воздействие этого «нечто» начало ослабевать… Метр за метром тяну Варну, Молье и Орто к рубежу, за которым начинается растительность. Только там я немного прихожу в себя и начинаю прилаживать им шлемы скафандров. Теперь они в безопасности. Уф, оказывается, бурная вспышка активности длилась всего несколько минут. Но, обернувшись, вижу, как со стоянки эликонов мчатся роботы-ликвидаторы… ясное дело, выпущенные на волю по мою душу. Там, судя по всему, толком не разобрались, что произошло, и сочли, что Варна сотоварищи угодили в ловко расставленную мною западню.

Повинуясь какому-то порыву, подскакиваю к Регелле, хватаю ее в охапку и врубаю портативный двигатель на «полный вперед».

Спустя секунд десять нахожусь у входа в шлюз моего астролета и поспешно задраиваю за собой люк. Так, с девушкой на плече, добираюсь до командной рубки и начинаю погружение.

Глава 4

Внешняя антенна по-прежнему позволяет следить за тем, что происходит снаружи. Вижу, как, подлетев к водной поверхности и потеряв мой след, роботы-ликвидаторы застыли, словно охваченные недоумением. Все же страшное они оружие! Никак не могу понять, как вообще могла уцелеть и не разлететься на тысячи ошметок эта штука после того, как над ней разорвался один из них. Просто мистика какая-то! Видно, окутавшее его исполинское облако сумело как-то погасить ударную силу.

Вслед за роботами на пляж явилась целая разведгруппа во главе с другим моим однокашником по Учебному центру — Фелтином. Они, не мешкая ни секунду, занялись Варной и его спутниками, все еще пребывавшими в состоянии полного оцепенения. Неожиданно Фелтин словно взорвался. Отрегулировав микрофон, он злобно прорычал в мой адрес:

— Ты дорого заплатишь за это, Эльвер!

Так, все соответствует моим предположениям. В лагере на самом деле подумали, что я, наплевав на предоставленную мне отсрочку, коварно заманил Варну в хитро расставленную ловушку. Стерпеть такое было выше моих сил, и я холодно бросил в микрофон:

— Глупец… Сначала узнай, что случилось с Люгоном.

— Где Регелла?

— Она со мной… Я решил взять ее в заложницы.

— У тебя нет ни единого шанса избежать возмездия.

— Кто знает? И вообще я пока еще на воле.

На этом связь обрываю. Последующие за сим комментарии меня не интересуют. Пора заняться Регеллой. На ее окаменевшем лице застыла маска невыразимого ужаса. Для начала я разоружил девушку, затем осторожно возложил на пилотскую кушетку. Потом сделал укол, ускорявший выход из состояния заморозки. Одновременно я старался присматривать за экранами, опасаясь, как бы Фелтин с его ребятами по незнанию не влипли бы в ту же историю, что и Варна, попав под колдовские чары большого красного бугра. Конечно, можно было бы предоставить событиям развиваться своим нормальным чередом по принципу «на войне как на войне», но решиться на такой шаг я не мог. Бросившись на помощь попавшим в беду, я оставил камеры в режиме записи. Сейчас, когда появилась свободная минута, я целиком прокрутил на экране только что пережитую ужасную сцену.

Особенно пристально всматриваюсь в эту прозрачную, молочного цвета штуку, которая так вольготно пристроилась на каменном антаблементе вершины холма. На вид — это какой-то студенистый шар без сколь-нибудь выраженной структуры. Он выбрасывает вовне струи, похожие на молочные ручьи, выдувает пузыри, смахивающие на ложноножки или на щупальца осьминога, прекрасно подходящие по размерам тому гигантскому спруту, который столь неласково цеплялся к эликону.

Одним словом, нечто сферообразное, без определенной формы… но способное в то же самое время принять любую их них. По меньшей мере такое у меня складывается впечатление. В любом случае я так и не смог выявить в этой пухлой массе ничего, что хоть сколько-нибудь смахивало бы на голову или напоминало бы подобие нервного центра.

И несмотря на это, штука обладает потрясающей гипнотической силой. Ее зов неодолим. При этом ты сохраняешь всю ясность ума, прекрасно во всем себе отдаешь отчет… вроде бы остаешься полностью хозяином сам себе, но безрассудно и слепо стремишься к ней.

Позади зашевелилась Регелла. Оборачиваюсь. Она приподнялась на кушетке, в глазах — еще смятение и пустота. Медленно проводит руками по лбу, встряхивает головой:

— Что бы это могло быть?

Она напряженно, с ненавистью смотрит на изображение на экране. Я пожимаю плечами:

— Пытаюсь разобраться. Сам чуть не угодил в этот капкан, поэтому из кожи лез вон, чтобы предупредить Варну. Если бы не ты, возможно, сумел бы спасти и Люгона.

— Я поняла это слишком поздно.

Резкая морщина прочертила ее лоб. Схватившись за пояс, она обнаружила, что осталась без дезинтегратора. В глазах молнией метнулся гнев. Затем, смирившись, она вздыхает:

— Я что, теперь пленница?

— Придется свыкнуться с этой мыслью, Регелла. Глупо было бы с моей стороны не воспользоваться такой возможностью.

— Тем самым ты все же спас мне жизнь.

— Нет, одно с другим никак не связано. Я лично видел, как эта штука заглатывала, животных целиком… И уж, конечно, никак не мог допустить, чтобы такое случилось с вами. Тем более что вы не очень-то и ответственны за свои поступки.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Все вы подверглись воздействию аннигилятора сознания… То есть в том, что касается меня, вы сейчас действуете не по своей воле.

— У нас приказ уничтожить тебя всеми доступными нам средствами.

— Да… не мудрствуя лукаво, если я сдамся добровольно, и с помощью робота-ликвидатора в случае сопротивления.

— А ты и в самом деле намерен померяться с нами силой?

— Представь себе. У меня нет ни малейшего желания ни погибать, ни корчиться под пытками.

— Но ведь таков Закон, Эльвер.

— Уже века, как он устарел.

Боковым зрением вижу на экранах, как на пляже сел транспортный модуль. В него загрузили Варну и его приятелей. Регелла обеспокоенно интересуется:

— И как же ты намерен поступить со мной?

— А никак. Тот факт, что ты находишься у меня на борту, заставит Варну поломать голову. Теперь он не решится пустить мой эликон в распыл… по крайней мере я надеюсь на это. Главное сейчас для меня — выиграть время. Действие аннигилятора сознания ведь не вечно.

Она покачала головой.

— Мое присутствие на борту никак не повлияет на решимость Варны выполнить задание.

— Не бойся, как только почувствую, что мое положение стало действительно безнадежным, дам тебе возможность улизнуть, пока не станет слишком поздно.

— Ничего выпрашивать у тебя я не намерена… Почему ты сбежал, Эльвер?

— Очевидно, из чувства протеста. Я не согласен с тем, что нас забрасывают на чуждые планеты, не оставляя никаких средств для самообороны. Не приемлю я и невозможность когда-нибудь возвратиться на Мандралор. Если вдуматься, то в сущности шумная пропаганда, зазывающая нас в Учебный центр, преследует всего-навсего одну цель: очистить общество от склонных к риску, бедовых его членов. Отсылая нас всех потом в космос без права возвращения, Совет мудрецов обеспечивает себе возможность верховодить без какой-либо оппозиции.

— Конечно… Но какое это имеет значение, раз мы предпочитаем сами ради риска и приключений отправляться куда угодно?

— Согласен, если это делается нормальным путем. Но посмотри, что, к примеру, происходит здесь. Нельзя исключать, что немало наших уже ступали на эту планету… оказывались рядышком с этим таинственным красноскалистым холмом. Возможно, это и не такой уж уникальный феномен во Вселенной. Спрашивается, как они могли справиться с этой мерзостью, не имея соответствующего оружия и возможности где-то укрыться от опасности?

— Рассуждая так, ты, видимо, прав… Но, возвращаясь все же к теме нашего разговора… Почему ты нас в таком случае спас? Ведь твоим интересам отвечало как раз обратное: не мешать нам погибнуть. Тебе следовало отнестись к нам столь же беспощадно, как поступили бы мы по отношению к тебе. Одним ударом вывел бы из строя пятерку заклятых врагов.

— Я уже ответил тебе на этот вопрос: не могу я так поступать… Ведь мое сознание и совесть ничем не замутнены… Для меня вы были просто товарищами, оказавшимися в тяжелейшей ситуации.

Регелла замолчала, ее лицо словно затвердело. Убежден, что мои аргументы произвели на нее впечатление, но насильно встроенная в нее линия поведения по-прежнему побуждает ее оставаться в лагере моих противников.

— Если ты дашь мне честное слово, что не будешь пытаться что-то предпринимать против меня, не будешь стремиться удрать отсюда, то перестану обходиться с тобой как с пленницей, Регелла.

— Ты должен понимать, что я не могу на это пойти.

— Даже на время?

— Как это понимать?

— Например, до завтрашнего полудня.

Ее уста тронула улыбка. Чуть поколебавшись, она капитулировала:

— Ладно. Считай, что на этот срок мы договорились.

Летательный модуль взмыл с пляжа в воздух. Разговаривая с Регеллой, я ни на секунду не выпускал из поля зрения экран. Отметил, что они оставили на месте в качестве наблюдателя Ардана вместе с роботом-ликвидатором.

— Смотри-ка… я думал, что Ардан был в вашей группе.

— Ты, должно быть, спутал его с Орто. Они внешне очень похожи друг на друга.

— Скажи ему, чтобы он не снимал с головы гермошлема.

Регелла подошла к передатчику.

— Говорит Регелла. Ардан… ты узнаешь мой голос?

Ардан приподнимается с песка и автоматически кладет руку на рукоятку дезинтегратора. Но Регелла продолжает как ни в чем не бывало:

— Я действительно захвачена Эльвером, но к тому, что здесь произошло, он непричастен. Как раз наоборот. Он всех нас спас от жуткой смерти. Варна подтвердит это, как только выйдет из состояния летаргии.

— Тебя наверняка вынуждает так говорить Эльвер… Не верю тебе.

— Это не имеет никакого значения, Ардан. Прошу тебя только об одном: замкни гермошлем своего скафандра.

— С какой стати?

— В любую секунду может возникнуть мощная притягательная сила неизвестного свойства, которая уже погубила Люгона и робота.

— Ты в своем уме? Что еще за сила?

— Без гермошлема ты не сможешь противиться ее властному зову. Тебя будет обуревать всепоглощающее стремление подняться на холм рядом с пляжем.

— Я как раз собираюсь взобраться на него, чтобы осмотреть окрестности.

— Ни в коем случае!.. Надень шлем и дождись официальных распоряжений от Варны.

— Пошла ты…

Ардан пояснил свою мысль полным презрения жестом, но нашей рекомендации тем не менее последовал. Робот-ликвидатор в это время неустанно рыскал туда-сюда по пляжу, внюхиваясь в оставленные мною следы. Неоднократно он застывал, развернувшись в сторону холма., как если бы реле его электронного мозга чуяли исходившую оттуда опасность.

Я недоумеваю, почему это Варна не подает никаких признаков жизни. Ведь его должны были подвергнуть медицинской обработке сразу же по возвращении на базу, и при нормальном развитии событий он давно уже должен был бы «оттаять».

Не на шутку обеспокоенный, решаю сам прояснить обстановку и вызываю на связь эликоны преследователей. Почти сразу же откликнулся Арион.

— Говорит Эльвер. Хотел бы переброситься парой словечек с Варной.