«Наука и Техника» [журнал для перспективной молодежи], 2006 № 07 (7)

“Во-первых, клонирование лишено атмосферы взаимного влечения друг к другу будущих родителей ребёнка, из-за чего он появится на свет, лишённый внутриутробного опыта любви… людям из “пробирки” будут присущи эмоциональная холодность, черствость, неумение налаживать контакты с окружающими”. Личный опыт внутриутробной любви до зачатия будущего носителя души — это, по-моему, перегиб. Однажды в беседе о психосоматических болезнях я спросил свою знакомую, неглупую даму и дипломированного психотерапевта: “Так что, все пассажиры “Титаника” купили билеты под действием мортидо”? Разгорячённая спором, она сказала: “Конечно, да!” — и долго пыталась убедить меня в том, что мой вопрос — не доведение до абсурда, а попадание точно в яблочко. Проблем с родительской любовью у клонов будет не больше, чем у детей, усыновлённых во младенчестве.

“Во-вторых, у такого ребёнка будет отсутствовать опыт внутриутробного общения с матерью, психологически крайне важный для человека. Известно, что при этом мать общается с ребёнком через сны, поскольку видит вместе с ним одни и те же сновидные сюжеты” Выражение “дети из пробирки” — это просто поэтический термин. Оплодотворение маминой яйцеклетки папиной спермой (или, при клонировании, введение в яйцеклетку соматического ядра) при этом происходит действительно в чашке Петри, но после нескольких делений комочек из нескольких десятков клеток внедряется в стенку обычной матки и с этого момента может видеть мамины сны — если такой совместный просмотр снов также не является поэтическим преувеличением. Сны зародыша — не более достоверное научное явление, чем воспоминания о прошлых воплощениях души. Производство клонов в искусственной матке — фантастика очень дальнего прицела, и если до этого дойдёт, будущие клоноводы научатся транслировать таким зародышам самые фрейдистско-юнговские сны. Так что с точки зрения внутриутробных контактов за психику клонов можно не беспокоиться.

“В-третьих, такие личности не пройдут через опыт родовой травмы… в памяти этих людей не останется специфических переживаний, полученных в момент сжатия матки и момента самого рождения… искусственно воспроизведённые индивиды не смогут воспользоваться целительными возможностями религиозных переживаний” Смотрите выше. И воспроизвести из резины родовые пути, сокращающиеся в схватках, нетрудно. А без религиозных переживаний легко обходятся миллиарды нормальных людей.

“В-четвёртых, наличие… уродств… генетических расстройств внесёт свой вклад в формирование у таких личностей затаённого чувства внутренней ущербности. Дополнительным поводом к этому станет и то, что природа позаботится о снижении у клонов возможности к сексуальной жизни, поскольку такого рода действия не имеют для них эволюционного смысла. Подобный комплекс неполноценности, скорее всего, будет компенсирован беспочвенным ощущением своей технологической “чистоты” и превосходства над “дикими”, природными людьми” Плодить уродов? Какому безумному учёному придёт в голову такая мысль, и какой в этом смысл? Имеет смысл производство клонов, умственно и/или физически превосходящих среднего гражданина, клонируя выдающихся людей и/или изменяя гены. Во всяком случае, одна из основных (в перспективе) задач клонирования животных — выведение более совершенных пород. И то, что евгенику пропагандировали фашисты, не отменяет её благой и недостижимой на практике цели — хотя клонирование этому вряд ли поможет. Психологические проблемы клонов могут быть связаны скорее с действительно обоснованным чувством превосходства над обычными людьми — но о предотвращении этого позаботятся их родители и воспитатели. Если немодифицированные клоны появятся на свет, в эволюционном смысле они окажутся ничем не хуже нас с вами: основа эволюционного процесса — гены — у них будут наши до последнего нуклеотида. И каким мистическим образом Природа позаботится о сексуальной жизни клонов и обеспечит их стерильность?

Итак, конфликт неизбежен?

Социальные, психологические, технические и прочие проблемы, связанные с клонированием, не раз описали фантасты (из современных мне нравится, как это делают Лукьяненко и Буджолд). Писатели разбираются в инжиниринге человеческих душ не хуже психотерапевтов. Злобных, ущербных клонов, о которых говорит С. Выгонский, я не припоминаю. Иногда (но очень редко) фантасты описывают недоброжелательные к человеку генетически модифицированные виды рода Homo. Но для войн или хотя бы серьёзных беспорядков нужно много условий — в том числе достаточная численность клонов, знание ими того, что они получены необычным путём, понимание своих отличий от обычных людей и материальные предпосылки для конфликтов. Таких предпосылок хватает и у обычных людей — и вероятность развязывания клонами войны даже ниже обычной. Для войны и революции нужно государство или партия, объединённая какими-то интересами. Отличные от общечеловеческих особенности и интересы могут быть не у обычных клонов, а у выведенных генной инженерией рас и видов, но это отдельная история. Не допустить таких отличий у обычных клонов — это Первое Правило Клонотехники.

Наследственность и среда примерно в равной степени определяют психологические особенности, умственное и физическое развитие. Психологический портрет каждого конкретного клона будет определяться наследственными характеристиками исходной личности и особенностями воспитания. Скорее всего, репродуктивное клонирование человека не будет носить не то что массового, а сколько-нибудь заметного характера. Представителей высшей расы, Ломоносовых, Шварценеггеров, Паваротти и так далее можно получить куда более простым и дешёвым способом, чем клонирование. Преданных или запуганных рабов, злобных фанатиков или, наоборот, умных и добрых людей можно воспитать обычными способами, клонирование для этого не нужно. От клонирования нельзя ожидать ни выгоды, ни удовольствия, и, удовлетворив своё научное любопытство, люди оставят его — разве что за исключением каких-то особых случаев, и наверняка сумеют получить от этого больше пользы, чем вреда.

Итак, человечеству действительно грозит множество разных опасностей, и в самом конце этого списка, среди опасностей маловероятных и при этом небольших (а то и вовсе надуманных) находится клонирование.

• ПРИРОДНЫЕ ЯВЛЕНИЯ

Молния — карающая рука богов

Николай Звонарев

Сначала — определим некоторые понятия, которые мы будем употреблять в этой статье:

Линейная молния — гигантский электрический искровой разряд в атмосфере между облаками или между облаками и земной поверхностью, напряжением миллионы вольт, длиной несколько километров, диаметром десятки сантиметров и длительностью десятые доли секунды.

Шаровая молния (ШМ) — светящийся сгусток горячего газа, изредка появляющийся в грозовых погодных условиях.

Гроза — это электрические разряды в мощных кучево-дождевых облаках, сопровождаемые вспышкой света (молнией) и резкими звуковыми раскатами (громом).

В день летней грозы многих и теперь, как в древние времена, охватывает страх и ощущение опасности. Сколько раз за лето каждый из нас видит вспышку молнии на небесах, и всякий раз ее огонь кажется таинственным. Да и ученый мир подтвердит, что, как ни прытка наука, познавшая все от атомов до созвездий, перед феноменом молнии — электрического разряда, возникающего между грозовой тучей и поверхностью Земли — долго пасовала и она. В этой области исследований еще не прошел описательный период.

Молнии рассекают атмосферу не только Земли, но и Венеры, Юпитера, Сатурна. Так, в конце января 2006 года межпланетная станция “Кассини” наблюдала за самой мощной грозой на Сатурне за всю историю наблюдений и сфотографировала эту космическую бурю.

К Земле же огненные стрелы молний летят со скоростью всего в двадцать раз меньше световой. В среднем вспышка молнии длится 30 миллисекунд. Ее мощность в это мгновение достигает 1012 ватт, то есть в тысячи раз превосходит мощность небольшой АЭС. В канале молнии воздух разогревается до 30 тысяч градусов — в пять раз горячее, чем на поверхности Солнца. Разогретая плазма моментально расширяется и порождает мощную звуковую волну — гром.

Физика процесса достаточно известна — заряженные частицы в атмосфере появляются, когда капли дождя и ледяные кристаллы сталкиваются в грозовом облаке в сильных воздушных потоках и теряют или приобретают электроны. Отрицательно заряженные частицы собираются в нижней части облака. Когда накапливается большой заряд, происходит его разряд либо в облаках, либо между облаком и землей.

Изучение молний — достаточно сложный и дорогостоящий процесс. Год назад в Австрии стартовал крупный международный проект, в котором участвуют специалисты из 18 стран-членов ЕС, а также России, Украины, США, Японии и Канады. Возможно, нам откроются новые тайны молний.

Так, лишь недавно подтвердилось, что удары молний сопровождаются всплесками рентгеновского и гамма-излучения (впервые подобная гипотеза была высказана лет 80 назад). Мощное напряжение возникает не только между грозовой тучей и землей, но и между тучей и лежащими выше слоями атмосферы. На высоте от 20 до 80 километров может генерироваться напряжение до 20 миллионов вольт. Электроны, мчащиеся ввысь, порождают цепную реакцию. Сталкиваясь с молекулами воздуха, они вызывают их ионизацию. Постепенно возникает лавина электронов, летящих в сторону разреженной ионосферы. Там происходит все меньше соударений, и скорость электронов приближается к световой. Если они все же сталкиваются с другими частицами, то наблюдается излучение в рентгеновском или гамма-диапазоне. С 2002 года с околоземной орбиты ведется наблюдение за слабыми источниками гамма-излучения на нашей планете. Их активность длится от 0,2 до 3,5 миллисекунд. По некоторым оценкам, за сутки может появляться до полусотни таких источников.

По условиям развития грозы разделяются на внутримассовые и фронтальные.

Внутримассовые грозы над материком возникают в результате местного прогревания воздуха от земной поверхности, что приводит к развитию в нем восходящих токов местной конвекции и к образованию мощных кучево-дождевых облаков. Поэтому внутримассовые грозы над сушей развиваются преимущественно в послеполуденные часы. Над морями наиболее благоприятные условия для развития конвекции наблюдаются в ночные часы, и максимум в суточном ходе приходится на 4–5 часов утра.

Фронтальные грозы возникают на фронтальных разделах, т. е. на границах между теплыми и холодными воздушными массами и не имеют регулярного суточного хода. Над материками умеренного пояса они наиболее часты и интенсивны летом, в засушливых районах — весной и осенью. Зимние грозы возникают в исключительных случаях — при прохождении особенно резких холодных фронтов.

Грозы на Земле распределены неравномерно: в Арктике они возникают раз в несколько лет, в умеренном поясе в каждом отдельном пункте бывает несколько десятков дней с грозами. Тропики и экваториальная область являются самыми грозоопасными районами Земли и получили название «пояс вечных гроз», у них свой «полюс» — район Бютензорга на острове Ява: здесь грозы буйствуют 322 дня в году. В пустыне Сахара гроз вообще почти не бывает. К слову, по данным трехлетних наблюдений сотрудников Национального института космических исследований Бразилии, разряды молний над мегаполисами происходят почти в два раза чаще, чем над их окрестностями, но и этот вывод требует подтверждения.

Формирование молнии

Наиболее часто молния возникает в кучево-дождевых облаках, тогда они называются грозовыми; иногда молния образуются в слоисто-дождевых облаках, а также при вулканических извержениях, торнадо и пылевых бурях.

Обычно наблюдаются линейные молнии, которые относятся к т. н. безэлектродным разрядам, так как они начинаются в скоплениях заряженных частиц. Это определяет их некоторые, до сих пор необъясненные свойства, отличающие молнии от разрядов между электродами. Так, молнии не бывают короче нескольких сотен метров; они возникают в электрических полях значительно более слабых, чем поля при межэлектродных разрядах; сбор зарядов, переносимых молнией, происходит за

тысячные доли секунды с мириадов мелких, хорошо изолированных друг от друга частиц, расположенных в объеме несколько км3. Наиболее изучен процесс развития молнии в грозовых облаках, при этом молнии могут проходить в самих облаках — внутриоблачные молнии, а могут ударять в землю — наземные молнии. Для возникновения молнии необходимо, чтобы в относительно малом (но не меньше некоторого критического) объеме облака образовалось электрическое поле с напряженностью, достаточной для начала электрического разряда (~1 Мв/м), а в значительной части облака существовало бы поле со средней напряженностью, достаточной для поддержания начавшегося разряда (~0,1–0,2 Мв/м). В молнии электрическая энергия облака превращается в тепловую.

Кстати, средняя длина молнии составляет примерно 2,5 км. Некоторые же разряды простираются в атмосфере на расстояние до 20 км!

Наземные молнии

Процесс развития наземной молнии состоит из несколько стадий. На первой стадии в зоне, где электрическое поле достигает критического значения, начинается ударная ионизация, создаваемая вначале свободными электронами, всегда имеющимися в небольшом количестве в воздухе, которые под действием электрического поля приобретают значительные скорости по направлению к земле и, сталкиваясь с молекулами, составляющими воздух, ионизуют их. Таким образом, возникают электронные лавины, переходящие в нити электрических разрядов — стримеры, представляющие собой хорошо проводящие каналы, которые, сливаясь, дают начало яркому термоионизованному каналу с высокой проводимостью — ступенчатому лидеру молнии.

Движение лидера к земной поверхности происходит ступенями размером в несколько десятков метров со скоростью ~50000 километров в секунду, после чего его движение приостанавливается на несколько десятков микросекунд, а свечение сильно ослабевает; затем в последующей стадии лидер снова продвигается на несколько десятков метров. Яркое свечение охватывает при этом все пройденные ступени; затем следуют снова остановка и ослабление свечения. Эти процессы повторяются при движении лидера до поверхности земли со средней скоростью 200 000 метров в секунду.

По мере продвижения лидера к земле напряженность поля на его конце усиливается и под его действием из выступающих на поверхности Земли предметов выбрасывается ответный стример, соединяющийся с лидером. Эта особенность молнии используется для создания молниеотвода. В заключительной стадии, по ионизованному лидером каналу следует обратный, или главный, разряд молнии, характеризующийся токами от десятков до сотен тысяч ампер, яркостью, заметно превышающей яркость лидера, и большой скоростью продвижения, вначале доходящей до ~100 000 километров в секунду, а в конце уменьшающейся до ~10 000 километров в секунду, температура канала при главном разряде может превышать 25 000 °C. Длина канала молнии может быть от 1 до 10 км, диаметр — несколько сантиметров. После прохождения импульса тока ионизация канала и его свечение ослабевают. В финальной стадии ток молнии может длиться сотые и даже десятые доли секунды, достигая сотен и тысяч ампер. Такие молнии называют затяжными, они наиболее часто вызывают пожары.

Главный разряд разряжает нередко только часть облака. Заряды, расположенные на больших высотах, могут дать начало новому (стреловидному) лидеру, движущемуся непрерывно со скоростью в тысячи километров в секунду. Яркость его свечения близка к яркости ступенчатого лидера. Когда стреловидный лидер доходит до поверхности земли, следует второй главный удар, подобный первому. Обычно молния включает несколько повторных разрядов, но их число может доходить и до нескольких десятков. Длительность многократной молнии может превышать 1 сек. Смещение канала многократной молнии ветром создает так называемую ленточную молнию — светящуюся полосу.

Внутриоблачные молнии

Внутриоблачные молнии включают в себя обычно только лидерные стадии, их длина колеблется от 1 до 150 км. Доля внутриоблачных молний растет по мере смещения к экватору, меняясь от 0,5 в умеренных широтах до 0,9 в экваториальной полосе. Прохождение молнии сопровождается изменениями электрических и магнитных полей и радиоизлучением, так называемыми атмосфериками. Вероятность поражения молнией наземного объекта растет по мере увеличения его высоты и с увеличением электропроводности почвы на поверхности. Если в облаке существует электрическое поле, достаточное для поддержания разряда, но недостаточное для его возникновения, роль инициатора молнии может выполнить длинный металлический трос или самолет — особенно, если он сильно электрически заряжен. Таким образом, иногда «провоцируются» молнии в слоисто-дождевых и мощных кучевых облаках.

Молнии, бьющие ввысь!

В начале мая 1974 года два самолета-истребителя типа “МиГ-21” совершали тренировочный полет в сложных метеоусловиях над побережьем Черного моря. Самолеты уже возвращались на аэродром, когда в месте посадки погода резко ухудшилась — прошел грозовой фронт. Синоптики предупредили, что высота грозовых облаков достигает 12 километров.

Обойти фронт не представлялось возможным, и поскольку “потолок” у “МиГ-2Г был существенно выше, летчики взяли на себя ручки набора высоты. Указатель высотомера прошел 12 километров, 13 и лишь на 14-ти истребители оказались над облаками. И тут паре летчиков открылось необычайное зрелище, — справа и слева от трассы полета в черное вечернее небо упирались две светящиеся оранжевые колонны, вершины которых терялись где-то в глубинах космоса! Было ясно, что обойти колонны истребители не успеют — им надо было сделать слишком крутой вираж. Оставалась единственная возможность — проскочить между колоннами! Поскольку все произошло слишком быстро, пилоты не успели ничего сообщить на землю. Проскочили благополучно.

Примерно в это же время с аналогичным явлением пришлось столкнуться одному американскому пилоту. Его полет проходил на высоте 12–15 километров, гроза была очень сильной, а вершины отдельных облаков достигали высоты 15–18 километров. В некоторые моменты вспыхивали одновременно до десятка молний. По наблюдениям пилота, из сотни молний одна-две били вверх из облака на высоту около 40 километров. Эти молнии напоминали толстые красные световые столбы, причем — без ответвлений.

Первые сообщения метеорологов о молниях, бьющих из облаков не в землю, а в космос, появились еще в 20-х годах, но были признаны ошибкой наблюдений. Впервые инструментальное подтверждение существования таких молний получили исследователи в 1957–1958 годах во время Международного геофизического года. Были зарегистрированы радиолокационные отражения от молний, идущих из облаков на высоты более 20 километров. Но и это не убедило скептиков.

Положение резко изменилось лишь в 70-е годы, после запуска спутников, снабженных специальной оптической аппаратурой для регистрации интенсивных световых вспышек. С одним из них вышел конфуз, чуть не вызвавший международный скандал. Спутник был предназначен для обнаружения и регистрации испытаний ядерного оружия. Почти сразу же после запуска спутник доложил, что неизвестные злоумышленники проводят атомные испытания в Южной Атлантике. Подозрение, естественно, пало на ЮАР, не скрывавшую своих ядерных амбиций. ЦРУ срочно направило туда самых надежных агентов, а руководство США начало готовить ноту протеста. Однако спустя некоторое время такие же сигналы поступили из Центральной Атлантики, экваториальной Африки, из некоторых районов Индийского океана. К счастью для ЮАР, специалисты быстро разобрались в природе этих сигналов. Оказалось, что их источником являются интенсивные молниевые разряды — так называемые “сверхмолнии”, энергия которых на несколько порядков выше энергии обычных молний. Причем часть этих “сверхмолний” направлена вверх, в космос.

К этому времени с помощью ракетных измерений было установлено, что кроме ионосферных слоев (на высотах 80-200 километров) существует электропроводящий слой и на высоте 30–40 километров, названный электросферой. Как оказалось, молниевые разряды, направленные в космос, а точнее, в электросферу, не ошибка наблюдателей. Стали ясны и условия их возникновения: для появления подобных разрядов грозовое облако должно находиться выше тропосферы, то есть его вершина должна достигать высот более 12–15 километров, что характерно, в основном для гроз над тропиками. С энергетической точки зрения облаку становится более выгодно разряжаться вверх, а не вниз.

Разряд на землю носит искровой характер, можно сказать, что обычная молния — это гигантская искра. Разряд в электросферу происходит в иных условиях. Воздух на таких высотах существенно разрежен и искровой разряд переходит в другую форму тлеющего разряда. Теперь это уже не короткоживущая молния, а достаточно длительно существующий разрядный столб. Так возникают эти таинственные световые колонны над грозовыми облаками. А в летные наставления теперь внесены уточнение о том, что над вершинами очень высоких грозовых облаков полет может быть не менее опасен, чем под ними — мощность сверхмолнии иногда достигает миллиона и более киловатт.

Молнии за пределами атмосферы

В 1989 году были впервые сфотографированы “спрайты” — слабо светящиеся молнии, вспыхивающие на доли секунды в верхних слоях атмосферы, примерно в 65–80 километрах от Земли. Эти молнии, окрашенные в синий или красный цвета, сверкают под аккомпанемент необычного — инфразвукового — грома. Наблюдения за ними удобно вести с околоземной орбиты. На снимках, сделанных из космоса, видны невероятной величины огненные столпы. Их диаметр порой достигает 90 километров, но сила свечения невелика, а потому с поверхности Земли их не видно. Спрайты нередко сравнивают со сполохами полярного сияния. Но если те возникают при проникновении из космоса высокоэнергетичных протонов и электронов, то для спрайтов источником энергии становятся грозовые разряды. Очевидно, при вспышке молнии распространяется электромагнитный импульс, возбуждающий слабое свечение молекул воздуха. Многочисленные исследования показали, что спрайты почти всегда сопровождают грозу.

Шаровая молния

Физическая природа ШМ до сих пор не познана, а ее способность внезапно возникать и исчезать, проникать сквозь стекла и стены вызывает «к жизни» множество гипотез.

Обычно она представляет собой матовый шар оранжевого, желтого или красного цвета, светящийся как лампочка в 60 ватт, имеет размеры около 20–50 сантиметров и передвигается со скоростью 0,5–1 метр в секунду, и что ее наблюдают от десятка секунд до минуты.

Шаровая молния является интенсивным источником электромагнитного излучения вплоть до сверхвысокочастотного. Именно последнее проделывает разные “шутки”: испаряет кольца у людей прямо с пальцев, выводит из строя телефоны, радиоприемники, телевизоры, в общем всю технику, где есть катушки и трансформаторы. Низкочастотные излучения могут воздействовать и на психику человека, С вызывая галлюцинации, головную боль, чувство страха.

Скупые рассказы очевидцев да горстка фотографий — вот все, чем располагает наука. Как пессимистично заявил один из ученых, мы знаем о ШМ не больше, чем древние египтяне ведали о природе звезд. Что же касается ее природы, то на сегодняшний день имеется более ста гипотез, претендующих на объяснение физической сути шаровой молнии. Однако ни одна из них не подтвердилась с достаточной степенью надежности. Кто говорит, что шаровая молния — это облачко плазмы, кто видит в ней миниатюрную черную дыру, а кто — стянутое в узел энергетическое поле. Исследования шаровой молнии ведутся уже несколько веков, впрочем, без особых результатов.

Вопросы и загадки

Можно сформулировать несколько вопросов, ответы на которые должна дать полная теория шаровой молнии: Почему шаровая молния столь устойчива? Ведь если это газообразное образование, то при таких температурах этот газ или плазма тут же перемешается с окружающим воздухом. Что препятствует такому перемешиванию

Откуда берется такая устойчивость формы? Это должно означать наличие довольно сильного поверхностного натяжения на границе, отделяющей ШМ от окружающей атмосферы. Неужели такое возможно на границе раздела двух газов?

Почему ШМ не всплывает? Ведь облако горячего газа должно всплывать под действием силы Архимеда!

Как ШМ умудряется существовать в течение такого длительного времени? Ведь если внутри нее плазма и если нет подпитки энергией извне, то почему плазма моментально не рекомбинирует? Может быть, есть внешняя подпитка энергией, невидимая глазу?

Откуда в ШМ такие запасы энергии (а ведь по оценкам, типичная шаровая молния содержит десятки и сотни килоджоулей)?

Как ШМ умудряется обходить препятствия, протекать сквозь небольшие отверстия? Ведь если это просто заряд, то он должен притягиваться к окружающим телам. Почему здесь не проявляются простые законы электростатики?

Некоторые гипотезы о природе шаровой молнии

Даже если считать только предположения, опубликованные в серьезных научных журналах, то количество теоретических моделей, которые с разной степенью успеха описывают явление и отвечают на эти вопросы, составляет десятки. Перечислим некоторые из них.

Например, гипотеза великого П.Л. Капицы: между облаками и землей возникает стоячая электромагнитная волна, и когда она достигает критической амплитуды, в каком-либо месте (чаще всего, ближе к земле) возникает пробой воздуха, образуется газовый разряд. В этом случае шаровая молния оказывается как бы “нанизана” на силовые линии стоячей волны и будет двигается вдоль проводящих поверхностей. Стоячая волна тогда отвечает за энергетическую подпитку шаровой молнии.

Принципиально другую гипотезу предложил в 1993 году Б.М. Смирнов, занимающийся проблемой шаровой молнии много лет. В его теории ядро шаровой молнии — это переплетенная ячеистая структура, нечто вроде аэрогеля, которая обеспечивает прочный каркас при малом весе. Только нити каркаса — это нити плазмы, а не твердого тела. И энергетический запас шаровой молнии целиком скрывается в огромной поверхностной энергии такой микропористой структуры. Термодинамические расчеты на основе этой модели, в принципе, не противоречат наблюдаемым данным.

Автор еще одной теории, озвученной в 1998 году, — Д.Ж. Тернер — объясняет всю совокупность наблюдаемых явлений термохимическими эффектами, происходящими в насыщенном водяном паре в присутствии сильного электрического поля. Энергетика шаровой молнии здесь определяется теплотой химических реакций с участием молекул воды и их ионов. Автор теории уверен, что она дает четкий ответ на загадку шаровой молнии.

В 2000 году журнал “‘Nature” представил работу новозеландских химиков Джона Абрахамсона и Джеймса Динниса. Они показали, что при ударе молнии в почву, содержащую силикаты и органический углерод, образуется клубок волокон кремния и карбида кремния. Эти волокна медленно окисляются и начинают светиться — вспыхивает огненный шар, разогретый до 1200–1400 °C. Обычно шаровые молнии бесшумно тают, но бывает, что и взрываются. По мнению Абрахамсона и Динниса, такое случается, если начальная температура клубка чересчур высока. Тогда окислительные процессы протекают ускоренно, что и приводит к взрыву. Впрочем, эта гипотеза не может описать все случаи наблюдения шаровых молний.

В 2004 году российские исследователи А.И. Егоров, С.И. Степанов и Г.Д. Шабанов описали схему установки, на которой им удавалось получать шаровые разряды, названные ими “плазмоидами” и напоминавшие шаровую молнию. Опыты вполне можно было воспроизвести, вот только существовали плазмоиды не более секунды.

Какая из теорий достоверна — проверить нетрудно: критерием будет служить эксперимент. Пусть хоть какая-нибудь теория сможет четко сказать, как именно можно создать шаровую молнию в лаборатории.

Кстати, а знаете ли вы, что на Земле постоянно существуют от 100 до 1000 шаровых молний, но вероятность увидеть шаровую молнию хотя бы раз в жизни составляет всего 0,01 %?

Береженого Бог бережет