Призрак прошлого

Мы с Олей все реже стали появляться во дворе, предпочитали гулять в парке, лишь бы не пересекаться с парнями. Она понимала меня, как никто другой, ведь я тоже сохла и умирала без взаимности.

Когда мне исполнилось шестнадцать, а брату восемнадцать, родители оставили нас одних, позволив встретить Новый год с друзьями, а сами уехали к бабушке. Вся наша компания собралась у нас дома. Девчонки готовили салаты, парни помогали накрывать на стол. Праздник и дух волшебства пропитывал каждого. Вкус свободы кружил голову, ведь нам впервые с братом позволили остаться дома одним на Новогодние праздники. Я нарезала салат, подпевая про себя песню, которая доносилась из комнаты. Пританцовывая, превращала овощи в ровные кубики. Когда горячие крепкие руки обвили мою талию, я вздрогнула. Макар по-хозяйски обнял меня, прижавшись твердой грудью к моей спине. Я застыла и напряглась. Сердце оборвалось куда-то вниз, а дыхание сбилось. Не понимала, что особенного в Полякове? Обычный парень, но действовал на меня, как наркотик. Мгновенно затуманивал разум. Когда Макар нежно поцеловал меня в висок, я выронила нож из руки.

— Помочь? — ласково прошептал он, припав губами к венке на шее. Я задыхалась от нахлынувших эмоций. К щекам прилила краска, и почему-то захотелось спрятаться. Поляков своей мощной энергетикой лишал меня воли.

— Помоги, — хмыкнула я, уверенная в том, что он в жизни нож в руках не держал. Однако ошиблась. Макар очень ловко достал из шкафа еще одну доску и быстро порезал помидор кубиками.

— Не знала, что ты умеешь готовить, — удивилась я, а он приподнял брови и посмотрел на меня.

— Ты же в курсе, что я единственный ребенок в семье. Мама очень дочку хотела, но раз у нее только я, она научила меня готовить, чтобы помогал ей, — спокойно проговорил Поляков. — Вы с Лешей часто у меня обедали дома. Так все, чем угощал, я готовил сам. Просто не люблю об этом никому говорить. Не хочу, чтобы парни засмеяли, а то растеряю свой авторитет, — усмехнулся он.

— Я умею хранить тайны, так что не переживай, никому не расскажу, — улыбнулась, стараясь не обращать внимания на то, что внутренности буквально плавились. Бросила на Макара оценивающий взгляд. Он стал выше, раздался в плечах, заметно окреп, подкачал в тренажерном зале мышцы. Темно-синяя рубашка с коротким рукавом и потертые джинсы. Волосы в хаотичном беспорядке торчали в разные стороны, легкая небритость на щеках. Меня в жар бросило. Макар из подростка превратился в симпатичного парня. За это время изменилась и я. Черное платье в обтяжку подчеркивало все линии и округлости. И вроде я провела всю свою жизнь с друзьями, знала о каждом многое, но в то же время поняла, что все мы стали иными…

Поляков нежно провел подушечкой большого пальца по моим губам, стирая помаду. Другой рукой подтянул меня к себе, слегка наклонился и лукаво прищурился.

— Знаю, поэтому от тебя у меня никогда нет и не будет тайн, — выдохнул он мне в губы, срывая легкий поцелуй. Я часто захлопала ресничками и попыталась оттолкнуть его от себя. Уперлась кулаками в его грудь, но Полякова это только развеселило. — И больше не крась губы помадой, не люблю привкус химии.

— Не прикасайся ко мне, — прорычала угрожающе. — Ты не можешь целовать меня, когда тебе вздумается, — зашипела, прожигая его уничтожающим взглядом. В тот момент меня затопила злость и горечь. Я только научилась жить с осознанием того, что Поляков — это всего лишь детское наваждение. Ведь любовь, вспыхнувшая в двенадцать лет, не может быть настоящей… Это просто гормоны, или что-то иное… А после таких его проявлений нежности я долго себя собрать не могла. Ведь он всегда исчезал потом, а мое сердце кровоточило. Устала от того, что все вокруг считали меня девушкой Полякова, но на деле это не так. Мне Андрей больше знаков внимания оказывал, чем Макар. Друг часто дарил то цветы, то подарки, просто так. Как-то Калинин признался, что день и ночь думает обо мне. Однако люди так устроены, что мы не можем контролировать свои чувства. Мне Андрей очень нравился, я испытывала к нему теплые чувства, но мысли мои были заняты Макаром. Калинин тоже считал, что стоит Полякову получить от меня желаемое, и его ветром сдует. Где-то в глубине души, понимала, что они правы. Успела за эти годы понаблюдать за поведением Макара. Он действительно разбивал девчонкам сердца, наверное, я единственная, с кем Поляков общался так долго.

— Это еще почему? — хмыкнул он и хищно оскалился. Специально прижал меня крепче, чтобы я не смогла вырваться и сбежать. Как на зло никто из друзей не зашел на кухню, веселые голоса доносились из комнаты. А я так надеялась, что Макар сбавит обороты при появлении друзей.

— Потому что у тебя есть девушка, как там ее… Даша? Наташа? Я уже запуталась в именах… К тому же Андрей пригласил меня на выходных сходить в кино, я намекну ему, что не против встречаться. Уверена, что он давно бы позвал на свидание, но ему мешает дружба с тобой. Намерена объяснить ему то, что я не твоя и никогда не принадлежала тебе, — заявила, гордо вздернув подбородок. Макар с шумом втянул в себя воздух. Глаза потемнели от злости, на скулах заходили желваки.

— Нет у меня никого… Интрижки не считаю чем-то серьезным, просто удовлетворяю свои физические потребности. Что прикажешь делать, если кровь бурлит? Душой и сердцем я всегда был и буду только твоим, — серьезно проговорил он, а у меня рот открылся от удивления.

— Ты это каждой второй говоришь? Это схема такая? Я должна ахнуть от восторга и повиснуть у тебя на шее со словами: «я твоя на веки»? — хмыкнула, одарив его презрительным взглядом. — Ты просто бабник! Не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Вика, я люблю тебя… Причем очень давно… Когда впервые поцеловал тебя, мне кажется, я в тот момент отравился… Потому что годы идут, а я выбросить тебя из головы не могу. В бешенство прихожу, стоит увидеть рядом с тобой другого… Но портить тебе жизнь не намерен. Хотел, чтобы ты повзрослела, осознала, что испытываешь ко мне. Не мог я просто использовать тебя, и не только потому, что ты сестра моего лучшего друга… Просто уважаю тебя. Вот и старался держаться подальше, чтобы не сорваться.

— Вешай лапшу на уши кому-нибудь другому, — хмыкнула, стараясь удержать невозмутимую маску. Надо признаться, его слова проникли в душу и прикоснулись к сердцу. Макар говорил очень искренне и глядел так, что я тонула в омуте его глаз.

— Макар, оставь Вику в покое, — спокойно проговорил Леша, войдя на кухню. — Пойдем, покурим.

Поляков смерил меня убийственным взглядом, наверное, его зацепило мое недоверие. Парни ушли на балкон покурить, а я доделала салат и присоединилась к остальной компании. Девчонки помогли красиво накрыть на стол, пока я была на кухне. Зажгли на елке гирлянды, сделали музыку громче. Всего нас было десять человек. Пять девушек и пять парней.

Брат с друзьями вошел в зал. Дина встряхнула золотыми кудрями и томно посмотрела на Полякова. Дине на тот момент было восемнадцать лет и среди девушек она самая старшая.

— Макар, я слышала, что ты расстался с Наташей, поэтому один пришел? — поинтересовалась она, а он закатил глаза, а потом бросил на меня быстрый взгляд. Прищурился, заметив, что рядом со мной сел Андрей.

— А разве я хоть раз на праздники приводил в нашу компанию посторонних? Нет! Потому что только присутствующие родные для меня люди. Мы вместе выросли, доверяем друг другу, можем положиться в любой ситуации один на другого… Это и есть настоящая дружба. В нашу компанию приведу только ту, которая действительно что-то будет значить для меня, — заявил Макар. Подошел к столу, подхватил мою подругу Олю на руки. Она взвизгнула от неожиданности.

— Оль, извини, но это мое место, — прорычал Поляков, пересадив Гончарову ближе к Леше, а сам сел рядом со мной. Подруга злобно посмотрела на Полякова.

— Макар, в следующий раз просто попроси, — хмыкнула она, поправляя платье. — Извини, там не написано, что место рядом с Викой твое.

Я поежилась, чувствовала себя загнанной в угол. С одной стороны Андрей делал намеки на то, что хотел бы встречаться, с другой Поляков активировался. Что это с ними? Может, праздник так всем вскружил голову? Я намерено игнорировала Макара, сбрасывала его руку со своей ноги, а он продолжал сжимать мое колено широкой ладонью, не обращая внимания мои убийственные взгляды. Настырный…

Когда забили куранты, мы подняли бокалы шампанского под всеобщий смех и поздравления. Я мысленно загадала желание, попросив у высших сил подарить мне кусочек счастья. Алкоголь быстро ударил в голову, щеки раскраснелись, а глаза у всех блестели. Мы танцевали, веселились и, казалось, что все стало как раньше… Когда в детстве дружили все вместе, не испытывая друг к другу влечения. Однако это были иллюзии… Даже в приглушенном свете видела взгляды подруг, они уже давно смотрели на парней не как на друзей, а как на потенциальных своих половинок. Леша пригласил на танец Олю, мне казалось, что подруга вообще не дышала. Паша притянул к себе Дину Иванову. Она сначала сопротивлялась, а потом сдалась. Я поняла, что Иванова глаз положила на Макара, но он ей не спешил отвечать взаимностью. Это очень радовало.

— Потанцуем? — предложил Андрей, а я искренне улыбнулась и, схватив его за руку, выскочила из-за стола. Калинин прижал меня к себе. Я буквально кожей ощущала гневный взгляд Полякова в тот момент. Макар сидел на диване, прищурившись, наблюдал за нами. В глазах сверкали молнии, кулаки сжаты. Я даже опасалась, как бы он не затеял драку, потому что Поляков часто решал вопросы кулаками. У него был взрывной характер.

— На какое кино идем? — спросила я у Андрея, а он невесело улыбнулся.

— Вика, прости, но мы уже никуда не идем. Макар обещал мне шею свернуть, если я с тобой пойду. Я его не боюсь, просто не хочу портить дружбу. Мы же столько лет общаемся…

— Ты же говорил, что я тебе небезразлична. Вот так просто сдашься? — хмыкнула, покачав головой.

— Вика, ты не понимаешь… Я не стану бороться, только потому, что вижу, как ты смотришь на меня и как на него… Я для тебя просто друг, а он нечто большее, это видно со стороны невооруженным глазом, — заявил Калинин, а я закатила глаза. Не стала с ним спорить. Ведь он прав…

Когда песня закончилась, Поляков подскочил с места, ухватил меня за локоть и потащил в сторону моей спальни.

— Надо поговорить, — процедил он сквозь стиснутые зубы. Я опешила, но потом подчинилась. Не станет же он меня насиловать в моем доме, где много людей?

Завел меня в комнату и запер дверь. Погасил свет, оставив только ночник. Я судорожно сглотнула и с опасением посмотрела на Полякова. Что он задумал?

— Я до безумия ревнивый. Не стоит меня провоцировать, — зарычал он так устрашающе, что у меня мурашки пробежали по спине.

— Макар, ты в своем уме? Ты мне никто! Просто сосед! Я с кем хочу с тем и встречаюсь, танцую, целуюсь… Это вообще не твое дело. Я тебе не жена, даже не девушка, — хмыкнула, сложив руки на груди, чтобы унять дрожь в теле.

— Это пока не жена, но станешь ею. Тебе шестнадцать, а значит, только через два года сможем подать заявление в ЗАГС, — заявил он, а у меня вырвался нервный смешок.

— Ты точно больной на всю голову. А мое согласие тебе не нужно? Я не выйду замуж за бабника. Макар, я измены прощать не стану… А ты точно будешь бегать налево… У тебя натура такая. Ты, как охотник, тебе всегда нужно выслеживать добычу, чтобы, поймав, отправиться дальше. Ты поэтому и теряешь интерес к своим спутницам, потому что любишь чувство азарта. И не говори, что это не так. Я успела изучить твой образ жизни. Все же выросли вместе.

Макар молча подошел ко мне, а я пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в шкаф. Поляков бесцеремонно запустил руку в мои волосы, обхватил затылок, притянул к себе и поцеловал страстно и яростно, распаляя внутри меня огонь желания. Мышцы скрутило в тугой узел, а сердце пронзило иглами. Я пьянела от его дерзости и наглости, от умелых ласк. Макар знал, как лишить разума, однако у меня была хорошо развита сила воли. Не пошла на поводу дикого желания, хоть и хотелось постигнуть что-то неизведанное, такое манящее и пугающее одновременно.

Поляков водил пальцами по моим припухшим губам, а я вдох не могла сделать. Испуганно смотрела в его глаза. А страшили меня эмоции, которые он во мне вызывал. Я превращалась в безвольную куклу, пугало то, что он имел власть надо мной.

— Вика… Глупышка моя… Я же по-настоящему люблю тебя… Знаю, что не веришь. Я докажу, — прошептал, нежно покусывая мою шею. Я уперлась руками в его грудь, пытаясь остановить это безумие. Боролась сама с собой. Была уверена, что ему от меня только одно надо… Просто спортивный интерес…

— Отстань от меня, — выдохнула, облизнув пересохшие от волнения губы. Дышала часто, с шумом втягивая в себя воздух.

— Я бы и рад, но не могу. Запала ты мне в душу. Я весной в армию ухожу на два года. Хочу, чтобы ты меня дождалась. Эти месяцы до призыва проведем вместе. Обещаю, что пальцем тебя не трону. Так мне будет проще понять, ждала ты меня или нет, — заявил он. Отстранился и вытащил из кармана коробочку. — Это тебе. С новым годом, Вика.

Я взяла подарок дрожащими руками и открыла. На бархатной подушечке лежало колечко, очень напоминающее обручальное с маленьким рубином в центре. Макар взял кольцо и одел мне на безымянный палец, перекрутил его так, чтобы камушек не было видно. Создавалась иллюзия того, что у меня на руке обручальное кольцо. Как он узнал мой размер?

— Раз я не могу сделать тебя своей женой до ухода в армию, то прошу, хотя бы кольцо не снимай. Не хочу, чтобы в мое отсутствие к тебе кто-нибудь подкатил. Виталик и Пашка обещали за тобой и Олей присмотреть, им только через год отдавать долг Родине, — проговорил Поляков. Я дар речи потеряла, смотрела то на кольцо, то на Макара и не знала, что сказать. Растерялась…

— Ты серьезно? Макар, если это шутка, то глупая… — он не дал мне договорить, впился в мои губы голодным поцелуем, наматывая мои волосы себе на кулак.

— Господи… Когда же ты вырастешь? Я уже устал ждать. Вика, да я с ума по тебе схожу. Твое недоверие режет меня без ножа. Разве я хоть раз тебе лгал? — выдохнул он, глядя мне в глаза.

— Но ты все это время проводил с другими… — обижено проговорила, прикусив себе язык.

— Да проводил. Но раньше я тебе ничего не обещал. Ведь так? Мы официально не встречались. Да, я отпугивал от тебя других парней, но только для твоего же блага. Знаю, что у них на уме, и не хотел, чтобы моей девочкой воспользовался какой-нибудь кретин. Оберегал тебя от других и от самого себя. А с сегодняшнего дня мы начнем встречаться, и теперь других девушек в моей жизни не будет.

Что-то обжигающее текло по моим венам. У меня сердце замело в груди от его слов.

— И ты даже не спросишь, хочу ли я все это? — нахмурилась, поражаясь его самоуверенности.

— Вика, я знаю, что ты меня любишь, вижу это по глазам, по тому, как ты отвечаешь на мои прикосновения. Все эти годы чувствовал на себе твой пронзительный взгляд. Скажешь, я не прав? — вскинул он брови, а я залилась краской. Хорошо, что в полумраке этого не видно.

Я растерялась, поэтому молчала, опустила взгляд в пол.

— Твое молчание расценю, как знак согласия, — улыбнулся Макар и прижал меня к себе. Зарылся носом в мои волосы, вдыхая в себя запах моей кожи. Я прижалась щекой к его горячей груди, ощутив аромат легкого морского бриза с нотками лайма. Слышала стук его сердца и происходящее казалось нереальностью. Может, это сон?

Поляков взял меня за руку, крепко сжал, а потом потянул за собой к остальным. Новогодняя ночь способна творить чудеса… Брат, танцуя с Олей, целовал ее с жадностью, то же самое проделывали Маша и Виталя. Остальные общались, хохотали над шутками Андрея. Калинин метнул взгляд на нас с Макаром, заметив руки Полякова на моей талии, поспешил отвернуться.

Только под утро веселая компания разошлась по домам. Оля осталась помочь убрать посуду. Леша и Макар собрали стол и передвинули его на место. Я посмотрела на подругу и подмигнула ей. У нее щеки залились румянцем, а в глазах полыхал огонь.

— Представляешь, как будет здорово, если ты выйдешь замуж за Лешу, а я за Макара? Мы же с детства вместе, так по жизни и станем неразлучными, — хихикнула я и обняла Гончарову.

— Я тоже уже про это подумала. Дай, Бог, чтобы так и было, — прошептала подруга и улыбнулась. На кухне появился Леша. Без слов перекинул через плечо Олю и утащил в свою спальню.

— Леша, веди себя прилично, — крикнула я брату в спину.

— Взаимно, сестричка, — бросил он мне в ответ и закрылся в спальне.

— Сама пойдешь в комнату или мне последовать примеру твоего брата? — поинтересовался Макаров, а я судорожно сглотнула.

— Ты же обещал, что пальцем меня не тронешь, — выдохнула, часто захлопав ресничками.

— Вика, запомни раз и на всю жизнь, я всегда держу свое слово. Пойдем, спать ужасно хочется, — хмыкнул он, схватил меня за руку и подтолкнул к моей комнате. Быстро разложил мой диван, а я открыла рот от изумления, схватила с полки вещи и убежала в душ. Освежилась, переоделась в шорты и майку. Макар ухмыльнулся, прошел мимо меня в ванную. Вернулся в комнату в шортах. Когда он успел принести из дома сменные вещи? Заранее планировал остаться или после душа сбегал домой? Уточнять не стала… Поляков нырнул под одеяло, притянул меня к себе и крепко обнял.

— Спи. Отдохнем и в кино вчетвером пойдем, — заявил он, зарывшись носом в мои волосы, поцеловал в затылок. Я замерла как мышка. Вот как уснуть, когда тот, о ком грезила столько лет, в одночасье перевернул всю мою жизнь вверх дном? Я вдох боялась сделать, в голове был вихрь эмоций. Осторожно погладила пальчиками его руку, а он сжал мою ладонь.

— Макар, а можно личный вопрос? — прошептала, ощутив, как он напрягся.

— Солнышко, тебе можно все, — уверено ответил он.

— Сколько девушек у тебя было? — спросила из любопытства.

— Ты первая кого я поцеловал, ты единственная, в кого я влюбился, и ты станешь моим солнышком на всю оставшуюся жизнь. Все остальное не важно. Поняла? — проговорил на одном дыхании, а я улыбнулась. Выкрутился. Хитрец!

— Я первая, кого ты поцеловал? — удивилась, вспомнив тот момент в гаражах.

— Почему слышу в твоем голосе недоверие? — хмыкнул он, поцеловав меня в плечо, отчего мурашки пробежали по телу.

— Ты это сделал так умело, вот и подумала… — но Поляков меня перебил.

— Просто поддался инстинктам. Смотрел в твои карие глаза и связь с миром потерял, впрочем, тогда же лишился и сердца, — вздохнул он, развернул меня так, чтобы смотреть в глаза. Наклонился и нежно поцеловал, заставляя меня дрожать.

— Может, со стороны я кажусь психом, наверное, так оно и есть… Как еще объяснить тот факт, что влюбился в четырнадцать лет? Если бы кто из друзей узнал, точно бы засмеяли… Только вот годы идут, а это чувство крепнет. Эта любовь настоящая… Иначе давно бы смог выбросить тебя из головы. Два года разлуки покажут нам силу этих чувств, если нас так и будет тянуть друг к другу, значит, ты и есть моя половинка.

— Судя по твоим поступкам, никогда бы не подумала, что в твоей голове есть такие мысли, — усмехнулась, нежно проведя ладошкой по его щеке.

— Вика, это потому что тебе не боюсь душу раскрыть, остальные видят лишь то, что хотят, никого больше к душе не подпущу.

— Помнишь, как мы познакомились? — улыбнулась я, сменив тему.

— Конечно. Мои родители купили квартиру в этом доме. Мама вышла со мной погулять во двор и там познакомилась с твоей матерью. Мне было пять, а тебе три года. Мы с Лехой катали тебя на санках, а ты визжала от восторга. Я тогда позавидовал Леше, ведь у него есть сестра, а у меня никого. Так и стали наши мамы каждый вечер выводить нас на прогулку.

— Ты мне еще тогда понравился, — призналась, прикусив губу. Заметила, как засияли его глаза от удовольствия. — И ты прав… Я влюбилась в тебя в тот момент, когда ты меня впервые поцеловал. Макар, я смогу простить тебе все, кроме измены, надеюсь, ты не предашь меня. Я не переживу этого…

— Вика, — прошептал он нежно, проникая голосом в мое сознание, заполняя собой каждую клеточку. — Я люблю тебя и всегда буду рядом. Никому тебя не отдам, — выдохнул, проложив дорожку из поцелуев от шеи до ключицы.

— Все, давай спать, — хихикнула я. Покраснела, ощутив бедром степень его возбуждения. Бессонная Новогодняя ночь дала о себе знать, стоило прикрыть веки, как сразу провалились в сон…

ГЛАВА 2

Проснувшись, улыбнулась. Посмотрела на спящего Макара. Мне казалось, что все это сон, что стоит пошевелиться — и видение исчезнет. Однако это была реальность. Человек, о котором я столько грезила, наконец-то обратил на меня внимание, вернее, посчитал достаточно взрослой, чтобы строить со мной отношения. Глядела на его губы, и в жар бросало, хотелось снова ощутить их вкус, который сводил меня с ума. Даже с закрытыми глазами могла четко нарисовать образ любимого.

Макар летом не поступил в институт, не хватило ему пары баллов, поэтому пошел подрабатывать в автосервис к отцу. Хотел в будущем получить высшее образование и устроиться на работу в автомобильный центр. Поляков с детства любил машины и мотоциклы, постоянно ковыряться в двигателях. Отец его многому научил. Но из-за того что не поступил, весной готовился уйти в армию. Леша тоже завалил экзамен. Хотел пойти на юридический, но не получилось пройти на бесплатную основу. Поэтому посоветовался с отцом и решил, что сдаст экзамены после армии. А пока брат тоже подрабатывал в автосервисе Сергея Ивановича Полякова. Только Андрей удачно поступил в институт на ветеринара.

Мне не хотелось расставаться с Макаром на два года. Сердце кровью обливалось. Я привыкла, что мы все эти годы виделись каждый день… А теперь, когда моя мечта исполнилась, и любимый ответил взаимностью, то тяжелее было вдвойне.

Осторожно сползла с дивана, бросила взгляд на часы, которые показывали восемь вечера. Мы проспали целый день. Отправилась в душ, привела себя в порядок, а потом поплелась на кухню. Достала турку, решила сварить кофе. Оля, зевая, вошла на кухню. Села на стул, рукой приглаживая растрепанные волосы.

— Викусь, можно мне тоже кофе? — проговорила она, а я улыбнулась и поставила перед подругой чашку.

— Колись, у вас что-то было? — с любопытством спросила я. Очень давно мы с Олей договорились, что обязательно поделимся впечатлениями о первом разе.

— Ты знала, что твой брат маньяк и псих? — хихикнула Оля, делая глоток горячего напитка. — Ничего у нас не было. Еле отбилась от него. В общем, мы решили, что дождусь его из армии, ну и тогда… А у вас что-нибудь было? — поинтересовалась подруга, а я отрицательно покачала головой.

— Может, это заговор? Нашли дурочек, которые два года будут хранить им верность? Макар тоже самое мне сказал. Заявил, что моя невинность станет доказательством того, что я тут без него не проказничала… — проговорила, откусывая конфету и запивая ароматным напитком.

— Точно заговор, — хохотнула Оля. Ее глаза буквально светились от счастья. Я знала, как сильно подруга любила моего брата. Мысленно радовалась тому, что он ответил ей взаимностью. Они отлично смотрелись вместе.

На кухню вошел Макар, разминая рукой шею. Сонный и слегка помятый, но такой родной и желанный. У меня сердце тарабанило, пытаясь выскочить из груди. Поляков подошел, положил ладони мне на плечи, а потом нежно поцеловал в висок, вызывая волну дрожи.

— А мне сделаешь кофе? — спросил он, прижавшись губами к мочке уха. У меня язык к небу прилип от волнения, смогла лишь кивнуть. Надо научиться контролировать свои эмоции!

— И мне, — услышала сонный голос Леши.

Вчетвером расположились за столом. Пока пили кофе, решали на какой фильм сходить в кино. Выбрали романтическую комедию.

— Предлагаю на машине поехать, — заявил Макар, подмигнув мне.

— Тебе же отец не разрешает его автомобиль брать, — напомнил Леша. Сергей Иванович опасался, что сын разобьет иномарку, поэтому и не доверял. Поляков недавно получил права, однако с шестнадцати лет умел водить. В основном ездил по гаражам и дачному массиву, и, лишь получив водительское удостоверение, смог свободно кататься по городу.

— А я у бати и не собирался брать. Ты же знаешь, что у меня дед в прошлом году машину купил. Он, в отличие от отца, не жадничает и когда мне нужно, дает ключи, — хмыкнул Поляков. — Вика, составишь мне компанию? Сходим к дедуле? А Оля с Лешей нас дома подождут. Мы за ними по дороге заедем.

— Конечно, — обрадовалась я. Мне нравился Иван Макарович, мы часто с Лешей забегали к нему в гости. Отличный мужчина, всегда нас конфетами угощал, истории интересные рассказывал.

Пока я переодевалась, Макар ушел к себе. Натянула джинсы и теплый белый свитер, застегнула куртку и откинула длинные шоколадные волосы за спину. Так как входная дверь была не заперта, на пороге возник Поляков, бросил на меня оценивающий взгляд и покачал головой. Молча отодвинул меня в сторону, открыл шкаф и достал с полки шапку, а потом натянул мне ее на голову. Я состроила недовольную гримасу. Макар знал, где у нас хранились верхние вещи, поэтому без труда нашел мою шапку.

— На улице мороз. Я не хочу, чтобы моя маленькая девочка простудилась или, еще хуже, отморозила мозги. Так что нечего пилить меня гневным взглядом, — строго проговорил Макар, а я у меня щеки раскраснелись. «Моя маленькая девочка» — смаковала его слова на вкус.