Призрак прошлого

ПРОЛОГ

Вы когда-нибудь сожалели? Знакомое чувство, которое разъедает изнутри… Ты снова и снова прокручиваешь в голове какое-то событие и сожалеешь, что поступил так, а не иначе, пошел одной дорогой, а не иной. Однако уже нельзя ничего исправить, что-то вернуть… Жизнь несет нас только вперед, оставляя о прошлом лишь воспоминания… Обхватила ледяными ладонями горячую чашку кофе, но не ощущала тепла… На улице было лето, а я продрогла до костей… Мерзла моя душа… Сердце разрывалось от боли. С тоской смотрела в окно на гуляющие по аллее влюбленные пары, и хотелось выть от одиночества. Свела лопатки вместе, словно ощущала две рукоятки от вогнанных в мою спину ножей… Как пережить предательства и научиться доверять снова? Как собрать осколки сердца и склеить их вместе? Где взять силы, чтобы идти вперед? Где же ты, мое счастье? За каким поворотом ждешь меня?

Сделала глоток обжигающего напитка, но согреться не удалось. Мельком взглянула на вход и вздрогнула. Бросило в холодный пот, а мышцы сжались так, что чуть не закричала от ужаса. Однако поняла, что обозналась, и волна облегчения прошла по телу. Сердце грохотало так, что чуть не оглушило. Испугалась, что это бывший нагрянул. Не смогла бы перенести с ним очередную встречу… Слишком больно, невыносимо… Легче попасть в ад, чем выдержать его присутствие поблизости. Вернула взгляд на незнакомца… Господи… Бывает же такое сходство… До чего же похож на моего бывшего… Не удивительно, что при мимолетном взгляде спутала. Мужчина оценивающе посмотрел на меня. Я глядела в его зеленые глаза… Господи! Ты издеваешься надо мной? Даже цвет глаз одинаковый… Мой любимый… Незнакомец улыбнулся. А он симпатичный… Нет, не красавец с глянцевого журнала, обычный, среднестатистический, но взгляд как у хищника. Высокий, подтянутый, крепкий парень, в моем вкусе. Слегка заостренный подбородок, прямой нос, пропорциональные чувственные губы, красивые глаза. Смотрел так, словно порабощал. Провел ладонью по темно-каштановым волосам и сел за соседний столик.

Я бесстыдно рассматривала его, а он меня. Однако в моей разорванной душе уже не осталось места на новые романы. Я устала… Хватит. Третье предательство просто не переживу. Мужчины слишком жестоки, топчут чувства, предают, а потом говорят: «прости, не знаю, что на меня нашло. Не понимаю, как так получилось, что переспал с другой». Вот, что им нужно? Мне никогда этого не понять. Когда им даришь себя, отдаешь сердце и душу, тонешь в лавине эмоций, они в благодарность за нежность, ласку и преданность, вгоняют нож в спину. За что? А потом ползают на коленях и просят дать им еще один шанс… Для чего? Чтобы снова подставить им спину для очередного удара? Нет уж, спасибо. Как бы больно не было, я не умею прощать. Не знаю, достоинство это или ужасный недостаток?

Незнакомец улыбнулся мне и подмигнул, а у меня губы натянулись в тонкую линию. Откинула за спину длинные шоколадные волосы, вздернула подбородок и уставилась в окно. Устала… Природа даровала мне симпатичную внешность, поэтому мужчины постоянно оказывали знаки внимания. Однако я себя никогда красавицей не считала. Есть намного эффектнее женщины. Если верить лучшей подруге, то я очень милая на вид, с тяжелым пронизывающим взглядом, в котором отражается глубина моей души.

Мое внимание привлек знакомый черный автомобиль, припарковавшийся напротив кафе, в котором я сидела. Судорожно сглотнула, а сердце сжалось с такой силой, что еле удержала стон, рвущийся наружу. Он! Призрак моего прошлого, который никак не оставит меня в покое. Ладони вспотели. Кто доложил ему о моем местонахождении? Задышала тяжело. Как избежать ненавистной мне встречи? Куда спрятаться? Я не могу… Не хочу его видеть… Слишком больно… Слезы собрались в глазах. Искусала губу, наблюдая, как из автомобиля вышел мужчина… Моя первая любовь… Мне никогда не забыть его… Как бы ни хотела…

Зажмурилась, хватая воздух ртом. Я задыхалась. Господи! Бежать! Но куда? Макар поставил машину на сигнализацию. Мое сердце отбивало ритм, словно делало отсчет, приближая меня к неминуемой гибели. Решение пришло так неожиданно, что я не стала задумываться над тем, какой бредовой являлась моя идея. Однако на войне все средства хороши… Вернее, когда человек загнан в угол, он творит то, что не сделал бы в мирное время. Я вскочила со своего места, подхватила сумочку и чашку кофе. Без разрешения села напротив незнакомца. Судорожно сглотнула и посмотрела на него с неприкрытой паникой и страхом. Он нахмурился, сканировал меня взглядом, а я умирала под натиском зеленых глаз. Этот цвет — моя слабость. Положила перед мужчиной купюру в пять тысяч рублей и протараторила:

— Они ваши, если спасете меня от бывшего, он сейчас появится в кафе. Умоляю, помогите! Он предал меня, а теперь прохода не дает. Если поймет, что я не свободна, может, отстанет?

— Я не продаюсь, — зарычал незнакомец так, что у меня мурашки прошли по спине. Он оттолкнул от себя купюру, словно я его оскорбила и задела честь. Глупо вышло. Где были мои мозги?

— Простите, — промямлила, поднимаясь с места, однако теплые пальцы обхватили мое запястье. Незнакомец прожигал меня тяжелым взглядом, на скулах заходили желваки, а у меня сердце предательски встрепенулось. Ну почему меня привлекают такие мужчины? Почему таю от силы? Ведь мне не нужны романтики, не привлекает нежность, я люблю настоящих мужчин, которые источают невидимую силу, харизму, которые делают все для своих женщин молча, не крича о своих подвигах, не напевая про это романсы. Охотники… Я любила охотников, которые умели убивать взглядом, подчинять своей воле, которые становились щитом для своих женщин, рядом с такими не страшны никакие невзгоды. Они были по жизни добытчиками, доминировали в семье, не позволяя женщине занять главенствующую роль. Вот как раз незнакомец относился к этой категории мужчин. По взгляду поняла, что он силен духом. Такой, если вцепится в глотку, то уже не отпустит, не отдаст добычу другому. Вот и Макар такой же… Считал, что я принадлежу ему, готов был насмерть биться, лишь бы ко мне никто не прикасался. И ему плевать, что мы расстались, он меня словно клеймил и теперь охотился за ланью, которая сбежала.

— Максим, — представился незнакомец. — Я помогу. Мама учила, что девочек надо защищать.

— Виктория, — выдохнула и села обратно на стул. Где кислород? Боже! У них даже имена имеют схожие буквы. Насмешка судьбы?

Максим переплел наши пальцы и покачал головой.

— В помещении жарко, а ты словно Снегурочка, холодная как лед. Не трясись, расслабься. Я уж точно тебя в обиду не дам, — спокойно проговорил он, гипнотизируя. Разумно ли искать помощь у хищника? Другого выхода просто не нашла. Его тепло волнами передавалось мне. Там, где наша кожа соприкасалась, ощутила легкое покалывание. Разве это возможно? Может, я мазохист? Меня дважды предали, а сердце снова вздрагивает из-за незнакомца. Еще не окончательно разбилось? Или в спине еще есть место для нового ножа? А может, Максим волнует меня, потому что имеет что-то общее с Макаром?

Макар… Я перестала дышать, когда он появился в помещении. Кожей ощущала его присутствие. Мурашки пробежали по спине, и я судорожно сглотнула. Уверенной походкой Поляков шел ко мне. В его глазах клубилась убийственная гремучая смесь. Прищурился, взглядом убивая соперника. Остановился напротив нашего столика. Кулаки сжаты, на скулах желваки ходили, дышал тяжело, а зеленые глаза потемнели от гнева. Может, я в аду? Воздух раскалился до предела, казалось, что стоит пошевелиться — и здание взорвется, развалится на осколки. У меня грудную клетку сдавило так, как будто меня придавило гранитной плитой.

Слезы собрались в глазах. Максим сильнее сжал мою руку. Я уже и забыла, что мы сидели, держась за руки. Мелкая дрожь прошла по телу.

— Нам надо поговорить. Долго еще будешь от меня бегать? — прорычал Поляков. Казалось, что еще мгновение и Макар схватит меня, перекинет через плечо и утащит. Боже… А мне ведь не хватит сил сопротивляться ему… Он прав, люблю его, но только эта любовь больше напоминает болезнь. Я зависима от него… Была… Сейчас же держалась, чтобы не принять очередную умопомрачительную дозу… Нельзя! Ведь потом умру от ломки… Как же больно. Надо перетерпеть, переключиться на что-то еще или на кого-то другого… Да вот только на кого? Я ведь так и ищу неосознанно в толпе его зеленые глаза… Мне поэтому и Макс приглянулся… Из-за цвета глаз…

У меня язык к небу прилип от волнения, желудок сводило в спазме, а руки заледенели окончательно. Трясло так, словно вышла в двадцатиградусный мороз в одном нижнем белье. Промерзло все до костей, хотя в помещении воздух был тридцать градусов тепла. Смотрела на родные черты лица, на крепкую грудь, обтянутую синей рубашкой, и сердце предательски грохотало… Я ведь грезила о нем. Надышаться не могла этим мужчиной. До сих пор помнила, какие у него губы на вкус. Кровь пульсировала по венам, стоило только вспомнить его прикосновения, безудержную страсть… У нас крышу сносило друг от друга. Все говорили, что мы идеальная пара, да и мы это знали. Ведь любили друг друга много лет… Вот только он вогнал мне нож в спину, не могла я простить, как бы ни хотела… Так я устроена… Для меня нет пути назад.

— Нам больше не о чем говорить… Уходи… Макар… — прошептала на одном дыхании. Только бы удержать слезы. Боже, дай мне сил! Бежать! Подальше от него. Пока еще есть воля это сделать, ведь иначе поработит, не отпустит, запрет в клетке, а потом уже не выбраться…

— Вика, — проговорил Макар так ласково, что я не удержала стон. Его голос проникал под кожу, прикасался к сознанию, разжигал огонь, который я пыталась потушить. Тело мгновенно отреагировало на его невидимый призыв. Чувствовала себя безвольной куклой, рабыней, идущей на поводу своих темных желаний. — Вика, я же знаю, что ты все еще любишь меня. Не отрицай, — заявил он, прищурившись. Мне казалось, что я тонула. Вернее барахталась на месте, и плыть уже нет сил и на дно идти страшно, ведь тогда — смерть. По щекам потекли крупные слезы. Боль… Она сковала тело. Невыносимо… За что эти муки? Задыхалась от нехватки кислорода. За что? Почему? Я сожалела о том, что встретила Макара на своем жизненном пути. Он отравил меня, разрушил мою жизнь, оставил умирать на руинах нашей любви.

Макс свободной рукой вытащил из кармана деньги, бросил на стол, оплачивая свой и мой заказ. Потянул меня, заставляя подняться, прижал к себе, а потом посмотрел в глаза Макара и процедил ледяным тоном, от которого у меня мурашки прошли по телу. Зеленые глаза Макса в тот момент стали, как у дикого зверя. Я каждой клеточкой ощущала напряжение, исходившее от моего спасителя, словно лев, готовящийся к прыжку. Передо мной стояли два альфа-самца, я интуитивно чувствовала их невидимую битву. С виду обычные парни, лишь взгляды говорили о том, что внутри их тел скрыты настоящие звери, готовые рвать и убивать за свою территорию, за самку.

— Значит так, еще раз увижу возле своей девушки, и тебе придется зубы с асфальта собирать, уяснил? — прорычал Максим, прижимая меня к себе. У меня кровь застыла в жилах. Смотрела то на одного, то на другого, часто хлопая ресницами. Вот ведь попала, так попала… Один хищник — опасно, а два — никаких шансов на спасение…

— Твоей девушки? — хмыкнул Макар, сжимая кулаки. В глазах ярость полыхала. — Она почти моя жена. Я готов простить ей интрижку с тобой, потому что сам не без греха. Вика, поиграла и хватит. Ты всегда будешь только моей. Я всего лишь раз оступился, неужели перечеркнешь все, что было?

У меня снова перед мысленным взором проносились картинки нашего совместного прошлого. Его жаркие, жадные поцелуи, крепкие руки, сжимающие мое тело, его будоражащий шепот, который заставлял меня таять… Я позволяла этому мужчине делать со мной все, что только он хотел… Мечтала стать его женой и провести всю жизнь рядом с ним… Представляла, как состаримся вместе, будем растить детей, внуков… Но иллюзия рухнула, когда я застала его с другой… Не могу… Не прощу ему этого… Это выше моих сил… У меня колени подогнулись, однако Макс не позволил упасть, держал крепко. Почему-то в его руках мне было комфортно, словно мы знакомы тысячу лет и встретились спустя долгое время. Странные ощущения… Но сейчас не до них…

— Она уже перечеркнула. У нас все серьезно, — заявил Макс, надменно посмотрев в глаза соперника. — Смирись уже со статусом «бывший» и оставь нас в покое, — в голосе сталь, она буквально разрубала воздух на части. Новая волна мурашек прошла по моей спине. Макар ощущал достойного соперника. Это не Андрей, которого он не воспринимал конкурентом, считая, что я встречалась с Калининым только для того, чтобы отомстить. Однако он ошибался… Я не умею мстить, была с Андреем по своей воле… Надеялась, что Калинин склеит мое сердце, но ошиблась… Получила лишь второй нож в спину…

Придерживая меня за талию, Макс подтолкнул к выходу из кафе. Достал из кармана брелок и нажал на кнопку. Подержанная иномарка серебристого цвета моргнула фарами, приветствуя нас.

Макар выскочил следом, не знаю, что его удержало от драки… Наверное, он просто опешил, когда увидел, как Макс притянул меня к себе по-хозяйски, запустил руку в мои волосы и накрыл своими губами мои губы. У меня сердце на миг остановилось… Чужие губы не вызвали обычную волну отвращения, даже оттолкнуть не возникло желания. Странно! Я растворилась в этом поцелуе. Бросило в жар, а сердце учащенно забилось. Да что это со мной? Мысли спутались… Мир исчез, были только я и Макс… Он настойчиво покусывал мои губы, бесцеремонно проникая языком вглубь моего рта. Руками сжимал мою талию с такой силой, что показалось, словно я совершенно обнаженная, как будто не было на мне голубого сарафана. Его прикосновения обжигали… Но ведь не должны… Не готова я к новым отношениям… Мозг протестовал, обзывая меня всеми ругательствами, которые знал, а вот сердце трепетало. Оно было покрыто кровавыми бороздами, но продолжало стучать, отбивая четкий ритм. Я точно ненормальная… Может, я просто не разобралась что такое любовь? Или же мой разум устроен иначе, чем у других? Мне захотелось ответить Максу на поцелуй, но не для того, чтобы отомстить Макару, нет… Этот мужчина оживил мое мертвое сердце. Я снова наступала на одни и те же грабли. Так нельзя! Ведь знала же, что будет невыносимо больно… Что удар в этот раз может стать смертельным… Мне нельзя поддаваться новым эмоциям. Я просто хваталась за них, как за спасательный круг, надеясь, что они приглушат боль от разбившейся предыдущей любви.

Понимала, что потом буду сожалеть… Либо потому, что не ответила на поцелуй, либо из-за того, что поддалась порыву. О чем лучше сожалеть? Разницы нет, все равно это чувство затопит рано или поздно. Поэтому обвила руками крепкую шею Макса, прильнула к его твердой груди, ощутив жар его тела, отвечая на поцелуй. Услышала позади себя визг колес. Макар отступил, но это ненадолго… Главное, что у меня есть время, чтобы передохнуть от его назойливости…

Макс разжал объятия и строго посмотрел в мои глаза. Скрыл от меня свои эмоции за непроницаемой маской. Я поежилась, стало безумно стыдно и неловко. Я ведь не такая! Не целуюсь с незнакомцами… Подумает теперь обо мне что-нибудь плохое… Хотя, плевать… Вижу его первый и последний раз…

— Все, он уехал. Поверил в этот спектакль, — ледяным тоном проговорил Макс и отстранился, нервно проведя рукой по своим волосам. В глазах отразилась буря эмоций. Он злился, я это чувствовала. Наверное, думал, что я его использовала для мести. Но с другой стороны, это он меня поцеловал… Почему? Чтобы позлить моего бывшего или потому, что тоже ощутил странную связь между нами?

— Спасибо за то, что спас, — промямлила, прикасаясь пальцами к губам. Мне только не хватало теперь думать еще и про незнакомца… И так голова кругом…

— Садись в машину, — отчеканил тоном, не терпящим отказа. Я захлопала ресничками, не решаясь на этот отчаянный шаг. Сесть в машину к незнакомцу? Наверное, страх отразился в моих глазах. — Я не маньяк. Просто не могу оставить тебя в таком потерянном состоянии одну. Поехали, довезу до дома.

— Ты точно не маньяк? — переспросила. Боже! Мозги напрочь отказали в тот момент. Я была шокирована. Так молила Бога о помощи, и тут на пути встретился Макс. Совпадение или он и есть мой спаситель?

— Ну, если самую малость, — подмигнул он мне и улыбнулся, а я не сдержала ответную улыбку. Дрожащей рукой открыла дверь и села на переднее сиденье. Осмотрелась по сторонам. На заднем сиденье лежали папки с документами.

— Вика, ты адрес мне назовешь? Я не в курсе, куда путь держать, — усмехнулся он, вставив ключ в замок зажигания. Я залипла, любуясь его сильными руками. Запинаясь, объяснила, где живу.

— Чем ты занимаешься? — поинтересовалась, лишь бы не ехать в тишине.

— Работаю менеджером в нефтяной фирме. Босс попросил закинуть документы на проверку, пришлось загрузить полный багажник, то, что не влезло, перед тобой. Пожалел я девчонок из бухгалтерии. Не представляю, как бы они это тащили…

— Сколько тебе лет? — вырвалось у меня.

— Двадцать шесть, — ответил он, притормозил на светофоре и бросил на меня непроницаемый взгляд. — А тебе?

— Двадцать три, — ответила, отметив про себя, что Макс на год старше Макара. Боже! Зачем я их сравниваю? Встряхнула головой, отгоняя от себя бредовые мысли.

— На будущее, Вика, не садись к незнакомцам в машину! Больных на голову сейчас много, лучше не испытывай судьбу, — ледяным тоном, проговорил он, одарив меня убийственным взглядом.

— Не имею такой привычки. Ты первый, кому я так легко доверилась… Вернее Вам… Мы на ты или на вы? А то я запуталась, — протараторила, обхватив голову руками. Сказала ему чистую правду. Мне очень тяжело впускать мужчин в свое личное пространство. У меня кроме Макара никого не было… Да, я после него встречалась с Андреем, но до близости у нас так и не дошло, а все из-за этого барьера. Не могла пересилить себя и довериться кому-то еще… Ну вот… Опять вспомнила… Как выбросить из головы первую любовь? А может, от нее и вовсе не избавиться?

— Конечно же, на ты. А я вот не имею такой привычки — целовать незнакомых девушек… К тому же вроде как бы несвободен… — признался он, а у меня сердце оборвалось. И он предатель… Я наморщила нос, бросив на него пренебрежительный взгляд.

— Ну, ты чего колючками обросла? — усмехнулся Максим. — Это ты меня попросила о помощи, забыла? Я с тобой знакомиться не собирался, хоть ты мне и приглянулась. Ты такая милая. Давно не видел естественной красоты. В последнее время девчонки только и делают, что наращивают то ресницы, то волосы, то губы ботексом накачивают, то грудь. А ты естественная. У меня на личном фронте неразбериха полная. Мы уже месяц не общаемся, поэтому не пойму, в каком я статусе: «уже свободен» или «все еще занят». Она разговаривать со мной не хочет, так бы давно выяснил.

— А зачем ты мне все это рассказываешь? — насторожилась, вскинув брови.

— Понятия не имею, — хохотнул он. — Просто тишина давит на психику.

— Надеюсь, помиритесь. Это тяжело, когда тебя предают… Постарайся ее не обманывать, — прошептала, уставившись в окно. Искусала губу в кровь, переплела пальцы, щелкая костяшками. Когда же я согреюсь? Так и лихорадило.

— Макар тебя сильно обидел? Если любишь, то еще будете вместе, — заявил Макс, а я отрицательно замотала головой.

— Нет! Уже не будем… Я такой человек… Могу простить все что угодно, кроме предательства. Это ломает меня, уже как раньше никогда не станет. Если нет доверия, то и начинать вновь нет смысла. Я изведу себя вопросами: где он и с кем? Точно ли задержался потому, что машина сломалась, или же это время проводит с другой? Единственное условие, такое простое и он не смог выполнить… И не он один…

— Все наладится, вот увидишь. Мы — мужчины порой думаем не тем местом, каким надо, поддаемся зову природы, забывая о том, что мы люди и надо пользоваться разумом.

— Как бы там ни было, прощать я не умею, — ответила, потеребив ремешок на сумке.

Макс свернул во дворы и подъехал к моему дому.

— Вот черт! — воскликнула я и пригнулась.

Максим притормозил, а потом посмотрел на меня вопросительно.

— Что случилось? — уточнил он, а я застонала.

— Там около подъезда парень… В общем, с ним мне нельзя видеться, — прошептала, хватаясь за голову. Боже! Они что, сговорились? Осторожно выглянула, прикусила губу, глядя на Андрея Калинина. Он стоял, прислонившись к мотоциклу, и курил. Если заметит меня, то тоже начнет просить прощения за то, что предал, будет умолять вернуться, оправдываться. У меня мурашки пробежали по спине. Я не вынесу этого… Сегодня не мой день…

— Сейчас угадаю, тоже бывший? Изменил, а теперь караулит, чтобы попросить прощение? — догадался Макс, покачав головой. Вытащил из бардачка пачку сигарет и закурил.

Я зачарованно смотрела, как он втягивал в себя едкий дым и выпускал его из легких. Скользнула взглядом по его губам и в жар бросило. До сих пор ощущала его терпкий вкус. Он отлично целуется, так что кровь быстрее бежит по венам, а мозг отключается. Истинный охотник… Умеет взглядом лишить девушку воли.

— Ты куришь? Пагубная привычка, лучше бросай, — посоветовала, поражаясь тому, что мы с ним общались так, словно были друзьями.

— Я курю только когда хреново на душе, ну и в самых редких случаях, — пожал он плечами. — Так что? Мне этому тоже объяснить, что ты занята? — хмыкнул он, наблюдая за Андреем, прищурившись.

— Нет. Андрей специально не ищет встреч, за меня не борется. Он здесь, потому что друг моего брата. Сейчас Леша выйдет из дома, и я спокойно смогу пройти, — протараторила, снова выглядывая из-за передней панели. Калинин относился к тем мужчинам, которые как раз таки дарят при встрече цветы, засыпают комплиментами, обещают достать луну с неба, но это лишь красивые слова, на деле они не всегда проявляют себя. Они романтики в душе, поэтому сражаться с кем-то за руку и сердце не станут, выберут ту самку, которая свободна. Другое дело Макар, он любому глотку перегрызет, лишь бы вернуть меня. Андрей же хоть и просил прощение, все равно ждал от меня первого шага на пути примирения. Совершенно разные люди… Но оба были мне дороги. Я любила их очень сильно, каждого по-своему… Так уж вышло, что Андрей и Макар лучшие друзья моего старшего брата… Да-да… Моя жизнь сплошная Санта-Барбара. Калинин отличался от Макса и Макара тем, что у него был мягкий взгляд, добрый. Не умел он порабощать и лишать воли глазами, он это делал словами… Темноволосый, большие скулы, нос слегка с горбинкой, тонкая линия губ, высокий лоб и золотисто-карие глаза. Симпатичный парень, ровесник моего брата. Недавно ему исполнилось двадцать пять лет.

Из подъезда вышел Леша, и я выдохнула. Брат подхватил шлем и сел на мотоцикл друга. Наверняка, поедут в автосервис. У Леши машина в ремонте… Когда мотоцикл скрылся за поворотом, я взялась дрожащими пальцами за дверную ручку, но уходить не спешила.

— Спасибо тебе за все. Не подумай, что я чокнутая или какая-то девка распутная. Просто судьба так сложилась, что приходится бегать от бывших. Надеюсь, что рано или поздно оставят меня в покое. Спасибо за помощь и за то, что выслушал. Судьба тебя ко мне послала, — улыбнулась я, открыла дверь и посмотрела на незнакомца, который казался безумно родным. Бывает же такое…

— Вика, и я рад нашей встрече. У меня сложилось о тебе только положительное впечатление. Береги себя. Никогда бы не подумал, что у такой милой, скромной девушки на вид такие страсти в личной жизни. Пусть все утихомирится, — подмигнул он мне.

— Спасибо. И я тебе желаю обрести душевный покой и не ссориться со своей девушкой, — ответила и выпорхнула из машины. Забежала в подъезд и прижала руки к груди.

— Да, что же ты, сердечко, колотишься, как ненормальное? Нельзя думать про Макса, он всего лишь мимолетное мгновение в моей жизни… Попутчик, который помог в трудную минуту… — прошептала, пытаясь отдышаться.

Максим даже телефон не спросил у меня и на свидание не пригласил. Да я бы и не пошла, но сам факт… Не похож он на тех, с кем привыкла общаться. Голова шла кругом. Поднялась на третий этаж, вошла в квартиру. Хорошо, что дома никого не оказалось. Прошмыгнула в свою комнату и разрыдалась, обхватив голову руками. В груди открылась старая рана, внутренности жгло так, что создавалось впечатление, будто там разожгли погребальный костер… Это мою душу уничтожали. Нечем дышать… Хваталась за горло, делая глубокие вдохи… Меня ломало, казалось, что разобрали на части. Как будто кто-то выдирал куски живой плоти из меня. Когда же я научусь жить с осознанием того, что прошлого уже не вернуть? Почему память так и тянет к тем счастливым моментам, которые были? Чтобы было больнее? Как отключить разум? Я завыла от боли, кусая кулак до крови. Не могу так больше… Хочу получить освобождение… А ведь Макс на время позволил забыть про эти муки. Как ему это удалось? Но это уже не важно. Мы разошлись, как в море корабли… У него своя жизнь, а у меня своя… Я должна со всем справиться сама… Не я первая и не последняя, кто страдает от предательства…

В тот момент я еще не знала, что Макс не являлся моим спасителем… Он тот человек, который в будущем нанесет мне третий удар в спину… Судьба — жестокая штука…

И пусть моя душа ранена и истекает кровью, я все равно пойду вперед, гордо вздернув подбородок и натянув улыбку, ведь намерена найти свое счастье несмотря ни на что…

ГЛАВА 1

Вы помните тот момент, когда сердце впервые пропустило удар? Когда весь мир вдруг замер, и взгляд изменился? То мгновение, когда душу наполняет первая любовь? Не знаю, как остальные, а я никогда не забуду этого, и неважно, сколько пройдет времени… Говорят, что первую любовь невозможно вычеркнуть из сердца… Это действительно так…

Мне было двенадцать лет, когда это случилось… Обычный летний день… Я с братом вышла погулять во двор, где собралась наша большая дружная компания. Мальчишки и девчонки знали друг друга буквально с пеленок, ведь выросли в этом дворе. Большинство из нас жили в одном доме, поэтому каждый вечер мы проводили вместе на детской площадке. Я со своей лучшей подругой Олей сидела на скамейке, наблюдая за тем, как мальчишки играли в футбол. Еще несколько девчонок с нашего дома тоже болели каждый за свою команду. Я смотрела на то, как мой старший брат применял хитрые приемы и отнимали мяч у соперников. Честно признаться, я умирала от скуки. Когда мяч перелетел через ворота и попал в меня, я разозлилась. Хотелось напакостить в ответ, поэтому подхватила мяч с земли, показала брату язык и сорвалась с места. Подружки хохотали, а парни разозлились, ведь остановили игру из-за меня.

— Вика! — рявкнул Леша. — Дома получишь! — услышала я его угрозу.

— Я догоню, — заявил Макар и, перепрыгнув через ограждение, устремился за мной. Бегал он очень быстро, это я уже выяснила, когда мы играли в казаков-разбойников. Адреналин стучал в висках, а на губах у меня играла улыбка. Вот и нашла себе развлечение на вечер. Недалеко от площадки стояло несколько рядов гаражей. Я побежала туда, надеясь спрятаться. Знаю, глупо… Но дети, часто творят непонятно что…

Макар догнал меня очень быстро. Рывком припечатал к кирпичной стене, раскинув руки по обе стороны от меня. Поймал в ловушку… Я прижала к себе мяч, пытаясь отдышаться.

— Дёмина, мяч верни, — прорычал он, испепеляя меня взглядом. Я посмотрела в зеленые глаза, и мир ушел из-под ног. Что-то произошло в тот момент… Это не объяснимое ощущение, как будто молния поразила сердце, и оно сбилось с ритма. Я видела Макара всю свою жизнь, но глядела на него так, словно мы не знакомы. Что с моими глазами? Не понимала, что творилось в моей душе… Вихрь поднялся в глубине сознания, бабочки запорхали в животе, и я впервые посмотрела на друга иначе. Тогда-то я и влюбилась… А если быть точнее, то получила порцию яда… Я отравилась… Макар внезапно стал центром моей Вселенной. Скорее всего, не у одной меня сорвало крышу… Поляков тоже на миг замер, глядел, не моргая, на мои приоткрытые губы. Ему на тот момент было четырнадцать… Вроде уже не дети, но еще и не взрослые… У меня дыхание сбилось от странного блеска в его глазах. Моргнуть не успела, как Макар выбил из моих рук мяч и прижался ко мне своим телом. Ощутила его горячие, влажные губы на своих губах и перестала дышать. Краска прилила к щекам, кожа словно горела. Поляков осторожно провел языком по моей нижней губе, вызывая мурашки в моем теле. Я растерялась, тонула в новых ощущениях и понятия не имела, что делать в подобной ситуации.

— Тебя еще никто не целовал? — выдохнул он, обжигая меня горячим дыханием. У меня от волнения язык к небу прилип. Все, что смогла — отрицательно покачать головой. Макар улыбнулся и снова припал к моим губам, осторожно покусывая и сминая. У меня чуть сердце не выскочило из груди. Прикосновения этого мальчишки будоражили, открывали что-то неизведанное.

— Только Леше не говори, что я тебя поцеловал. Не хочу потерять друга. Договорились? — спросил он, отстранившись, а я снова лишь кивнула. Поляков, как ни в чем не бывало, подхватил мяч с земли, взял меня за руку и потянул к остальным, а меня трясло как в лихорадке. С того момента моя жизнь изменилась. Каждую секунду думала про Макара, вспоминая свой первый поцелуй. Стоило Полякову бросить взгляд в мою сторону, меня словно в кипяток окунали. Не знала, как он ко мне относился… Но судя по его заинтересованным взглядам, наверное, я тоже что-то всколыхнула в его душе.

С Макаром мы жили на одной лестничной площадке, в соседних квартирах, а моя лучшая подруга на этаж ниже. Ее соседом был Андрей Калинин. Вот когда погода не позволяла выбраться на улицу, мы впятером собирались у кого-нибудь дома и играли то в карты, то в компьютерные игры, или просто смотрели телевизор. Спустя две недели после поцелуя Макар позвал нас всех к себе, так как на улице шел проливной дождь. Поляков держался так, словно ничего между нами и не было, поэтому я последовала его примеру. Однако так и бросала на него задумчивые взгляды. Леша заметил это и нахмурился, но ничего не сказал. Мы расположились на диване, выключили свет и смотрели ужастик по телевизору. Макар сел рядом со мной, как делал это много раз до этого. Вот только теперь его присутствие сбивало ритм моего сердца. Так, чтобы никто не заметил, он сжал мою руку, нежно поводил большим пальцем по моему запястью, а я дышать перестала. Уже не волновало, что было на экране, мозги переключились на новые эмоции.

— Я попить, — заявила, вскочив с места. Так как миллион раз была дома у Полякова, то спокойно отправилась на кухню, зная, где и что находилось. Открыла шкафчик, достала стакан и налила себе воды. Сделала два глотка и развернулась, чтобы вернуться в зал к остальным, но вздрогнула. Макар стоял в проеме, скрестив руки на груди. Прищурился, губы натянулись в тонкую линию. Мне показалось, что он злился.

— Ты от меня сбежала? — прорычал он, делая уверенные шаги в мою сторону.

— Нет, — выдохнула и попятилась, пока не уткнулась спиной в столешницу. Заморгала испуганно, как лань, встретившая хищника.

Поляков прижал меня к себе, строго глядя в глаза. Нежно провел рукой по моим волосам, очертил контур скул подушечками пальцев. Я интуитивно уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя. Меня пугала эта близость… Он лишь хмыкнул и сильнее сжал меня в объятиях. Чувствовала, как раскатисто билось его сердце под моими ладонями. Оно тоже сбилось с ритма.

— Хочу, чтобы ты запомнила раз и навсегда. Ты будешь моей. Увижу рядом с тобой другого, размажу его по стенке. Леха, конечно, пришел в ярость, когда я ему сказал, что ты запала мне в душу. Чтобы между нами не произошло, он навсегда останется моим другом. Так что я всегда буду маячить рядом, — заявил Поляков. Он не дал мне возразить или что-то ответить, а наглым образом подавил мое сопротивление и поцеловал. В этот раз не было в его прикосновениях нежности, только дерзость и сила. Как будто хотел продемонстрировать, что он всегда будет в доме хозяином. Когда он отстранился и вышел из кухни, я приложила пальцы к губам. Они припухли, и кожу саднило от укусов. Вернувшись в комнату, хотела сесть на свое место, но Макар не позволил. Притянул меня за руку и усадил к себе на колени, уткнувшись подбородком в мое плечо. Я боялась пошевелиться. Друзья бросили на нас удивленные взгляды. Брат злился, но высказывать ничего не стал. Знала, что дома Леша устроит мне «веселую жизнь».

— Макар, ты какого черта творишь? — не выдержал Андрей Калинин. — Вику отпусти. Мы же договаривались, что дружба прежде всего.

— На нашей дружбе это не отразится, — уверено заявил Поляков, крепче сжимая меня в своих объятиях. У меня щеки пылали. Так неуютно я себя еще никогда не чувствовала.

— Макар, не дури! Ей всего двенадцать! — злился Андрей.

— Андрюх, угомонись. Я в курсе, что ты тоже на нее глаз положил. Поздно, она моя. Я ее пальцем не трону, пока не вырастет. Я уже дал слово Лехе, так что нечего на меня так смотреть, — хмыкнул Поляков, а у меня рот открылся от удивления. Посмотрела на Калинина. Вот никогда бы не подумала, что нравилась и ему.

Как и ожидала, стоило нам с братом вернуться домой, он грубо схватил меня за руку и затолкал в комнату, закрыв за собой дверь, чтобы родители не услышали наш разговор.

— Вика, ты что творишь? — рявкнул Леша на меня, испепеляя взглядом.

— В чем ты меня обвиняешь? — вздернула подбородок, сложив руки на груди. — В том, что у друзей крышу снесло?

— Ты просто не понимаешь… На кону стоит дружба… Если Макар тебя обидит, я ему все зубы выбью за это, потому что ты моя сестра, но из-за этого лишусь лучшего друга. И не смей с ним спать. Узнаю, убью! Макаром движет инстинкт. Он ищет дурочку, которая согласится с ним ночь провести. Получит то, что хочет и свалит. Поэтому очень надеюсь, что у тебя достаточно мозгов, чтобы отказать ему, — зашипел брат.

Сказать, что я потеряла дар речи, значит, ничего не сказать. У меня рот приоткрылся от изумления. Это что же получается, я только прозрела, недавно ощутила влечение к противоположному полу, а у брата и друзей это уже давно? Для меня это стало открытием. Когда мы успели сделать шаг из детства в направлении взрослого мира?

— Леша, я влюбилась в Макара… Но ты не переживай, у меня есть голова на плечах. Обещаю тебе, что ни один парень не притронется ко мне до восемнадцати лет. Я не испорчу твою дружбу с мальчишками, слово даю. Ты мне веришь? — проговорила на одном дыхании, глядя в его глаза. Брат заметно расслабился.

— Я, конечно, буду только рад породниться с Макаром, но в далеком будущем. Тебе верю, потому что знаю, что ты у меня особенная. Не разочаруй меня. Отец с меня кожу сдерет, если узнает, что я за тобой плохо смотрел, — проговорил он и вышел из комнаты.

На следующий день все друзья во дворе знали, что я принадлежу Макару. Он заявил на меня свои права, а так как в компании являлся лидером, то перечить или смеяться никто не решился. Я носила невидимое клеймо… Мы так и продолжали общаться, каждый день видеться, но парой считались условно. Лишь изредка, если выпадал такой момент, что мы с Поляковым оставались на несколько минут наедине, он буквально срывался с цепи. Сбрасывал с себя маску безразличия и с горящими глазами набрасывался на меня. С каждым годом его поцелуи становились настойчивей, а руки смелее. В такие моменты сложнее всего было не потерять рассудок.

Я лишилась покоя. Эта странная любовь меня отравила, заполнила все клеточки. Я грезила о Макаре, в то время, как он, становясь старше, все чаще пропадал с друзьями в других дворах, а на меня перестал обращать внимание. Держался со мной холодно в компании друзей, словно не замечал. Однако стоило другому парню обнять меня или в шутку подхватить на руки, Поляков мгновенно появлялся рядом и обещал конкуренту свернуть шею, если тот снова позволит себе вольность. Я не могла понять Макара. Смирилась с тем, что рядом с ним постоянно сменялись девчонки, а я была для него другом. Хотя наше влечение друг к другу стало далеко не дружеское. Когда парни собирались у нас дома, я не раз слышала, как они обсуждали свои достижения и успехи. Тогда поняла, что мой брат точно такой же… Он, как и остальные, искал девчонок на один раз. У них возраст такой был… Гормоны бушевали… Да и рано еще было думать про создание семьи и серьезных отношений.

Шло время, мы менялись, взрослели, вот только мое невидимое клеймо никуда не делось. Не могла я ни с кем познакомиться, потому что сразу же возникал Поляков и всех распугивал. Меня это раздражало. Как-то спросила у брата, что это значит и почему Макар не дает мне спокойно жить. На что Леша ответил, что Поляков много лет меня любит, но терпеливо ждет, когда я вырасту. Этот ответ меня просто убил тогда. Думала, что если двое любят друг друга, то проводят время вместе. Он же ничего подобного не делал. Встречался то с одной, то с другой, а я, видя его с девушками, умирала от боли, но никому этого не показывала. Была глупой и наивной, считала, что чувства испарятся, что переболею, словно ветрянкой, и навсегда выброшу из головы Макара. Вот только беда в том, что стоило мне его увидеть или услышать — и кровь закипала в венах, сердце тарабанило, и краска приливала к щекам. Такой недуг, как выяснилось, был не только у меня. Оля в последнее время стала тише мышки, сникла и не хотела выходить гулять. Она призналась мне, что уже давно влюблена в моего брата, а он не обращал на нее внимания. Поэтому и общаться в одной компании она больше не хотела. Ох уж эта первая любовь… Она действительно рушила привычный мир…