Особь-13 [СИ]

— Так на что им взрывкапсула?

— А как ты себе представляешь охоту на них? У сигнала тоже есть предельная дальность, а если они рассыплются по всему океану и в прямом смысле залягут на дно…

— Н-да. А если еще и плодиться бесконтрольно начнут…

— Ну, это маловероятно. Фертильность у них, конечно, ого-го, либидо тоже, но репродуктивную функцию без господина Ама не разблокировать.

— И на том спасибо, — серьезно сказал Дерек и покосился на Особь-13. — Ладно, надо продержаться еще несколько дней, а потом…

— Что?

— Переброска в другое полушарие. Там тоже есть работенка для русалочек.

— Погоди, неужели кто-то из беглецов уцелел?

— Может, так, а может, и нет… — протянул тот. — И помимо беглецов нежелательных элементов хватает.

— А-а-а… Ну ладно, это не моего ума дело, — кивнул Карл. — Ну а раз так, пускай Крошка развлечется, что ли?

— Ты все же полагаешь, тот монгрел клюнул на нее? И поэтому охрана его не задержала?

— Ну да. Убытка от него почти никакого… а что может выйти, любопытно.

— Сомневаюсь, что монгрелу хватит храбрости и глупости сунуться к русалке.

— Вот и посмотрим, — ответил Карл и бросил Особи-13 еще одну живую рыбину — только хрустнуло. — Только безопасность придется… хм… ослабить.

Особь-13 поняла далеко не всё, но то, что уловила, ее порадовало. Другие подтвердили, что она всё разобрала верно: скоро их ждет настоящая работа в другом полушарии. Настоящая — значит, в океане, а не в тесных аквариумах. А на кого охотиться — какая разница? Посвященные укажут!

А еще Карл хочет сделать ей приятно. Да, именно ей. Наверно, ему самому нравится Особь-13, но он слишком хорошо знает, на что она способна, а потому даже погладить ее не вдруг осмелится. Не то что глупый монгрел…

* * *

— Рэтт, мы тут уже пятый день крутимся, пора завязывать, — бубнил Бак. — Хватит, слишком примелькались!

— Да ладно тебе, тут столько народа, что нас просто не замечают, — отмахнулся тот. — Правда, улов так себе…

— Вот именно! Прямой знак, что надо закругляться, а ты всё «пойдем» да «пойдем». Только сам-то, — Бак поймал товарища за локоть и развернул лицом к себе, — не делом занимаешься, а всё пялишься на этих тварей! Что, скажешь, неправда? Ну, чего отворачиваешься? Прав я, да? Тьфу!

— Бак…

— С меня хватит, — буркнул тот, отвернулся и сунул руки в карманы. — Джерри, ты где там? Пошли отсюда. А ты оставайся, если хочешь. Смотри, дырку в аквариуме не прогляди!

Рэтт посмотрел им вслед и тяжело вздохнул. Да, Бак был прав: его тянуло сюда, будто магнитом, и какие бы круги он ни нарезал по холлу, всё равно возвращался к аквариуму с той русалкой. Что там, она даже ночью ему приснилась: у нее был хриплый волнующий голос, горячая влажная кожа, а тело — одновременно упругое и податливое, как океанские волны…

«Не сутками же она в этой банке заперта, — мелькнула у него мысль еще когда. — Ее должны кормить и вообще… И спать ей когда-то надо».

Позавчера он задержался в холле, вернее, в служебном помещении — их тут было множество, а с его-то способностью прятаться чуть не на ровном месте… (Когда-то Рэтт был при старших таким же мальчишкой на побегушках, как теперь Джерри. Он же и учил Джерри, как лучше сливаться с обстановкой, а то врожденные способности у того были лучше не надо, но опыта не хватало.) Задержался и увидел, как русалок перегружают из аквариумов в контейнеры и увозят куда-то вглубь аукционного комплекса. Рэтт знал, что внутри этот комплекс в разы больше, чем снаружи, и там запросто можно заблудиться… если удастся туда проникнуть, конечно.

Но это его тогда не слишком озаботило, гораздо более важным показалось открытие: русалки могут дышать воздухом и явно не ощущают при этом никакого дискомфорта! К чему Рэтту это знание, он сам не знал… Нет, знал, конечно, но не был уверен, что решится на подобную авантюру.

Выбирать, однако, не приходилось: вчера он услышал, как переговаривались служащие — по всему выходило, что со дня на день русалок куда-то увезут. Может, в какую-нибудь лабораторию на побережье, может, еще куда… неважно, главное, туда Рэтту уж точно не пробраться!

А раз так, он должен попробовать увидеть русалку лицом к лицу, да не через стекло… Откуда взялась эта навязчивая идея, Рэтт не понимал, но чувствовал: если не рискнет, никогда себе не простит, что струсил и даже не попытался пробраться к русалке…

«Она же меня узнаёт, — твердил он себе немного позже, снова спрятавшись в укромном месте и стаскивая куртку. Форма у здешних служащих почти не отличалась от обычной гражданской одежды, а ночью приглядываться некому, небось, не заметят разницы. Впрочем, Рэтт надеялся никого не повстречать. — Узнаёт и сразу подплывает поближе. И не тому здоровяку она всё показывала, а мне…»

Он пару раз вдохнул поглубже, чтобы успокоиться и отогнать видение медленно раскрывающейся раковины, и прислушался. Все уже разошлись, скоро русалок повезут на ночлег. Интересно, их держат всех вместе или поодиночке? Хорошо бы по одной, а то ведь они могут поднять шум… И еще не известно, сторожат ли их по ночам или просто запирают? Так вот наткнешься на запертую дверь, и хорошо, если не активируешь охранную систему…

Если бы Рэтт был в состоянии мыслить более здраво, он бы понял, что ему подозрительно везет: никто не обнаружил его укрытия, хотя мимо то и дело проходили люди и дроиды. «Его» русалку забирали из холла последней, и Рэтту удалось увязаться следом за грузовой тележкой с контейнером. Можно было не бояться потерять процессию за следующим поворотом: на полу оставались лужи, видимо, русалка расплескала воду, когда перебиралась из аквариума. Несколько неприятных минут доставил лифт — Рэтт никак не мог решиться нажать на кнопку минус девятого уровня. Не потому, что боялся ошибиться — он же видел, какой номер уровня высветился на табло, — просто казалось: если сделать это, обратной дороги уже не будет.

«Глупости!» — подумал Рэтт и все-таки коснулся сенсора. Вовремя — в коридоре послышались голоса, наверно, это расходились припозднившиеся служащие… Увидеть Рэтта они не успели: двери лифта закрылись вовремя.

Внизу он еще выждал какое-то время, и правильно сделал: по коридору прошел средних лет подтянутый мужчина в цивильном костюме, явно не служащий аукционного комплекса, заглянул в несколько дверей, удовлетворенно покивал своим мыслям и удалился. Двери он не запирал, и это обнадеживало…

«Русалки же не дуры, чтобы вылезать из воды и куда-то ползти, — подумал Рэтт, на цыпочках крадясь к нужной двери, той, возле которой подсыхали мокрые следы. — И куда им деваться? По лестнице вряд ли поднимутся, лифтом пользоваться не умеют… Да и мирные они, чего их запирать-то?»

Рэтт бесшумно проскользнул внутрь — дверь открылась и закрылась беспрепятственно, с едва слышным шорохом, — и огляделся.

Тут было совсем пусто, только возле стены стояли несколько контейнеров, отчетливо пахнущих рыбой. Наверно, в них привезли русалочий ужин, странно только, почему потом не убрали?

Большую часть помещения занимал бассейн, не слишком глубокий, судя по всему, но достаточно просторный: Рэтт разглядел это в неярком, приятном глазу освещении.

В воде что-то негромко плеснуло, и Рэтт ощутил уже знакомую сухость во рту.

— Эй… — шепотом позвал он. — Эй, ты меня слышишь?

Ответом ему был странный протяжный звук, какие издают морские обитатели: свист на пределе слышимости и звонкое пощелкивание.

— Если слышишь, покажись, — попросил Рэтт. — Я… я просто хочу на тебя взглянуть. Поближе и… по-настоящему. Я тебя не обижу, правда, не бойся!

На этот раз он услышал раскатистый треск, а потом в бассейне снова плеснуло, и русалка показалась из воды по плечи. Тело ее и волосы отчетливо светились призрачным серебристым светом, а глаза казались черными провалами на загадочном, ничего не выражающем нечеловеческом лице.

«Та самая», — выдохнул Рэтт, все-таки опасавшийся ошибиться дверью. Мало ли, кто там еще в коридоре наследил! Ну а русалку он узнал по головному гребню — у всех он был разной формы, — а еще по причудливо изогнутым костяным надбровьям, придававшим ее лицу насмешливое выражение.

Рэтт разглядел, как закрываются жаберные щели на шее у русалки, а ноздри, наоборот, открываются. Полускрытая водой грудь теперь поднималась и опускалась, как у человека — должно быть, русалка перешла на дыхание легкими.

— Ты меня понимаешь? — спросил он, и русалка, помедлив, кивнула. — А узнала? Я приходил к тебе каждый день.

Снова кивок, и… ему показалось, или мерцание сделалось ярче и приобрело красноватый оттенок?

— Меня зовут Рэтт, а тебя?

Русалка опять свистнула, на этот раз протяжно, мелодично.

— Жалко, у меня не выйдет повторить… Слушай, а ты можешь выбраться на бортик? — осмелел Рэтт. — А то в воде тебя не очень-то хорошо видно, а я… плавать не умею, короче. Можешь?

Вместо ответа русалка положила обе руки на бортик — кисти были крупными, с длинными пальцами и явно острыми крепкими ногтями, — замерла на мгновение, а потом единым слитным движением выметнула тело из воды, окатив Рэтта фонтаном брызг.

Теперь, когда она оказалась на расстоянии вытянутой руки, Рэтт понял, что русалка намного крупнее, чем ему казалось. Будь у нее ноги вместо хвоста и встань она рядом с Рэттом, наверняка оказалась бы выше ростом. И шире в плечах.

Под гладкой оливковой кожей при каждом движении перекатывались внушительные мускулы, и Рэтт подумал, что не рискнул бы пойти с русалкой в рукопашную. Впрочем, он вовсе не собирался с ней драться, его манило совсем иное…

Русалка, лежащая на бортике бассейна, казалось, наливалась внутренним жаром: по свившемуся кольцами хвосту, по волосам, по чешуйкам на руках всё быстрее бежали алые искры, гребень и плавники пульсировали кроваво-алым, грудь вздымалась всё чаще и — тут Рэтт невольно облизнул пересохшие губы, — русалка снова раскрыла перед ним свою «раковину».

«Так вот щелкнет створками, и хана твоему дружку», — мелькнула и сгинула дурацкая мысль.

— Ты… ты тоже этого хочешь? — севшим голосом спросил Рэтт. Его, как почти любого монгрела, трудно было смутить или напугать чем-то, связанным с сексом, но сейчас он робел, как будто сроду ни с кем не трахался. — Можно, я…

Вместо ответа русалка вытянула руку и проскребла кончиками ногтей по плотной ткани брюк у него в промежности. От этого звука Рэтт невольно передернулся, но возбуждение сделалось только сильнее.

— Хочешь, да? — быстро и невнятно выговорил он, шагнув ближе и опустившись на одно колено. — Ты не бойся, я тебя не обижу… ты такая… такая… Иди ко мне, крошка…

Он успел положить руку ей на грудь и сжать пальцы. И даже ощутил, что кожа у нее в самом деле горячая и влажная, и очень упругая, если не сказать — жесткая.

В следующее мгновение Рэтт обнаружил себя сидящим у дальней стены, среди контейнеров из-под рыбы. Дышать было нечем, в грудь ему словно байк на полной скорости впилился, и Рэтт подумал, что несколько ребер точно сломал. И как бы еще не прошиб собой стену…

— Ты чего? — прохрипел он, глядя, как русалка поднимается на хвосте, сделавшись теперь похожей на изготовившуюся к атаке змею. — Я не… не хотел… ты чего?

Тут у него закончился воздух, и он мог только, с трудом хватая его ртом, наблюдать за русалкой.

Костяные наросты были вовсе не декоративными, понял Рэтт, когда увидел, как манившая его грудь делается плоской, ее и уязвимый живот закрывают развернувшиеся костяные пластины: теперь торс русалки оказался словно бы облачен в подобие бронежилета. Плечи и руки тоже покрылись естественной броней, ощетинившейся шипами. С почти различимым клацаньем захлопнулась и вожделенная «раковина», и русалка улыбнулась…

Рэтт, окаменев, наблюдал за этим, осознавая, что похожие на полные губы наросты закрывают далеко не весь русалочий рот. Он раскрывался все шире и шире, право слово, чуть не до ушей, а зубов — острых и довольно крупных — там было намного больше, чем хотелось бы. Этот рот правильнее было бы назвать пастью…

— От-вер-жен-ный, — вдруг вполне отчетливо выговорила русалка. — При-каз — у-нич-то-жить. При-ня-то.

— Что?! Какой приказ?! — обрел дар речи Рэтт, разобрав слова в присвистывании и пощелкивании. — Ты что? Что я тебе сделал?!

— При-каз, — повторила она и ринулась вперед.

Если бы Рэтт не видел этого своими глазами, он в жизни бы не поверил, что водная тварь может с такой скоростью перемещаться посуху. Русалка надвигалась на него с неотвратимостью грузового состава — ползла на руках, помогая себе хвостом, разинув пасть. Рэтт как-то отстраненно заметил, что волосы ее — действительно не волосы и не медузья бахрома. Выброшенная на берег медуза больше всего похожа на кусок смятого полиэтилена, а то, что росло на голове у русалки, больше напоминало щупальца кракенов, упругие, гибкие…

Ощущение нереальности происходящего почти полностью захватило Рэтта, но он все-таки попытался отползти, отталкиваясь пятками и руками, но каблуки проскальзывали на влажном полу… почему он влажный-то? Сюда брызги не долетали…

Рэтт понял, что обмочился. Странно, но осознание этого постыдного факта придало ему сил. Он даже успел вытащить из кармана небольшой нож — ничего серьезнее Рэтт, наученный горьким опытом, с собой не носил. Ему удалось нанести единственный удар… попытаться нанести — русалка была быстрее и легко перехватила запястье человека. Хрустнули кости — не сломанные, просто расплющенные, — и Рэтт хрипло заорал. И попытался еще лягнуть жуткую тварь, но ничего не вышло, она уже навалилась на него всей тушей, и оскаленная пасть оказалась прямо у него перед лицом. От русалки сильно пахло рыбой и соленой морской водой.

Рэтт успел еще подумать, что запах моря чем-то похож на запах крови, прежде чем русалка свернула ему шею. Ему повезло — она не хотела, чтобы кто-то явился на шум, а потому поторопилась прикончить жертву, как ни хотелось насладиться еще живой добычей. Двуногие, хоть и очень хрупкие, все-таки достаточно живучи, и убивать их, если умеючи, можно долго.

Но и без того она была довольна и признательна Карлу за то, что устроил ей такой сюрприз. Он был единственным, кому позволялось называть ее Крошкой, не то что этому Отверженному…

Особь-13 довольно облизнулась и приступила к позднему ужину.

* * *

— Она не лопнет, столько сожрать? — спросил Дерек, наблюдавший за происходящим.

— Издеваешься? — хмыкнул Карл и снова прокрутил запись атаки Особи-13. — Она, считай, не ужинала, ей этого костлявого монгрела… тьфу, на один зуб! А хороша Крошка, а?

— Да уж… повезло парню, что она его сразу прикончила.

— Такое уж его монгрельское счастье. Закончит — надо уборщиков туда послать.

— Само собой. Что хорошо в монгрелах, — изрек Дерек, — их никто не хватится. А даже если и хватится…

— Концы в воду, и дело в сторону, — подхватил Карл и снова взглянул на экран. — Жаль, ботинки и одежду Крошка не ест.

Он зевнул во весь рот и скомандовал:

— Пошли-ка спать, коллега!

* * *

— Значит, он реагировал подобным образом только на Тринадцатую?

— Да, господин. На прочих также смотрел, но…

— Ну, хоть какая-то польза от монгрела. А Тринадцатая у нас особенная, — высокий, на голову выше окружающих мужчина бесстрашно наклонился к бассейну. — Ну, где ты? Долго мне ждать?

Особь-13, замирая от восторга, быстро всплыла на поверхность, стараясь не поднимать брызг. Сам Создатель обратился к ней! Впервые она видела его настолько близко, лицом к лицу, могла разглядеть как следует и в который раз убедиться, что он и впрямь создал Особей по образу и подобию своему. Даже их головные щупальца, способные вытягиваться на порядочную длину и служить как ловчими сетями, так и выстреливать стрекательные клетки со смертельным ядом, напоминали золотую гриву Создателя!

— Да, прекрасный экземпляр, — произнес он, взяв ее за подбородок и вглядевшись в лицо. — Кто там предполагался ей в постоянные партнеры? Шестой? Вычеркните, он для нее недостаточно хорош.

— А кто тогда, господин? — полушепотом осведомился Дерек.

— Хм… Пожалуй, я создам для этой Евы персонального Адама, — был ответ, и ассистенты вежливо заулыбались, хотя мало кто понял шутку. — Посмотрим, что может из этого получиться. Слышишь, Ева?

Особь-13 закивала. Она поняла главное: Создатель намерен сотворить самца специально для нее! А еще — он дал ей имя. Это ли не награда?..

— Прикажете обозначать Тринадцатую этим именем, господин? — деловито спросил Дерек.

— Почему бы и нет? По-моему, она не возражает. И подготовьте всё необходимое к восьми.

— Да, господин.

Создатель вышел, и в зале будто бы стало темнее. Особь-13 медленно опустилась на дно, а соплеменники почтительно окружили ее, отмеченную Создателем…

* * *

— Что, Рэтт так и не вернулся? — ежась под холодным дождем, спросил Джерри.

— Не-а, — мрачно ответил Бак и выматерился, когда порыв ветра швырнул ему в физиономию какую-то мокрую дрянь, то ли листья, то ли тряпку. — Я как чувствовал, что попадется он. А раз не объявился…

Он тяжело вздохнул и плюнул под ноги. Джерри не стал расспрашивать: и так было ясно, что охранники Мистраль-парка не станут возиться с каким-то монгрелом. Могут просто вышибить пинком под зад, а могут… Кто того монгрела хватится? А если и хватится, что толку? Ищи каплю в море…

— Ладно, чего теперь сопли размазывать, — сказал Бак. — Пошли, погреемся. Вдвоем мы теперь остались, друг Джерри. Будешь за Рэтта. И надо еще какого-нибудь пацана присмотреть на твое место. Втроем оно все-таки надежнее.

— Я знаю подходящего, — заверил Джерри и зашагал шире, подражая Баку. — И я его всему научу, как Рэтт меня!