Драконий маг

– Я вниз, а ты сиди тут с братом. Никуда не уходи! – распорядилась магесса и поспешила во двор.

Оказалось элитного хряка всё-таки настигло проклятие. Его утопили... в собственной крови. Пришедший выпускать рыжего Нарвас вместо радостно хрюкающего мужа своих свинок обнаружил фарш, иначе и не скажешь. В сарайчике остро пахло кровью и свиными внутренностями, буквально размазанными по полу. Несчастного хряка зачем-то безжалостно покромсали на куски и оставили валяться в луже крови. Длинные, глубокие борозды от когтей виднелись на косяке и внутренней стороне двери, однако и замок, и решётки на окнах, на первый взгляд, были целыми. Оглянувшийся Нарвас заметил Айриэ и сипло спросил, пряча подрагивающие руки в карманы штанов:

– Это кто же тут поработал, мэора, как думаете? Давешняя нечисть или...

Договорить ему не дали. Сверху, из раскрытого окна комнаты Бакаса, донёсся пронзительный девчоночий визг, сменившийся жутковатым бульканьем.

– Внизу, под окнами кто-нибудь караульте! – похолодев, рявкнула Айриэ работникам и понеслась наверх, прыгая через две ступеньки. Сзади грузным медведем топотал Нарвас. Однако Трина из своей спальни успела первой. Ворвавшись в комнату Бакаса, она испустила сначала яростный вопль, потом закричала горестно, надрывно:

– Бакас!.. Тирия, доченька!..

Смятая постель была пуста, на подоконнике виднелся чуть смазанный кровавый след огромной лапы, а Трина рыдала, прижав к себе дочь. На горле девочки была рваная рана, по белой рубашонке быстро расплывалось багровое пятно.

Подскочив к окну, Айриэ увидела во дворе удирающую здоровенную страхолюдину, левой не то лапой, не то ручищей прижимавшей к косматому бурому боку безвольно висящего мальчишку. Тварь неслась на длинных задних ногах, а правой передней отмахнулась от пытавшихся её задержать работников. Блеснули длинные чёрные когти – раза в два длиннее медвежьих, и один из батраков отлетел прочь с глухим вскриком, шмякаясь на землю. Остальные сами шарахнулись в стороны, и монстр, прижав к голове короткие треугольные уши, рванул в сторону реки, однако напоследок обернулся и торжествующе, насмешливо рыкнул на вопящих ему вслед людей. На голове твари криво сидел веночек невесты из бледно-зеленоватых колокольчиков. Глаза твари слезились, нос был бесформенно-уродливым, распухшим, так что Айриэ поняла, кому достался подвешенный на мальчишкино проклятие ответный сюрприз. Жаль, что не магу, было бы проще.

Айриэ оглушительно свистнула, подзывая Шоко, и, миг поколебавшись, всё-таки решила потерять ещё несколько драгоценных секунд. Иначе шансов у девчонки не будет... Подбежала, кидая заклинание стазиса. Пару часов продержится, а к тому времени Айриэ надеялась вернуться. Крикнула Трине:

– Девчонку заклинаниями не лечить, не то умрёт! Я для неё время заморозила на два часа.

– В постель её можно, мэора? – робко спросила заплаканная мать.

– Да! – рявкнула магесса и выбежала вон.

Внизу у крыльца уже ждал умница Шоко. Двинув рукой, сняла с него иллюзию: нужна быстрота, некогда жалкую клячу изображать. Ухватилась за длинную светло-рыжую гриву и забросила себя на спину жеребца, срываясь с места. Улепётывавшая через скошенный луг к реке тварь ещё была видна вдалеке; надо догнать, иначе мальчишке конец. Его, скорее всего, утащат под воду, повинуясь приказу мага, и плевать, что нечисть вроде бы должна бояться текучей воды. Не везде и не всегда, а эта тварь, спокойно бегавшая при свете солнца и действовавшая чересчур разумно, скорее всего, имела искусственное, магическое происхождение. А управлял ею маг – издали, из своего безопасного гнёздышка. Знать бы ещё, хогрош это или доренг...

Стиснув тёмно-шоколадные бока коленями и держась за гриву, Айриэ мчалась, кусая губы с досады и ругая себя на все корки. Да-а, провели её знатно, как зелёного новичка, а не опытного мага с более чем полуторастолетним опытом. Тварь, повинуясь приказу, под утро растерзала несчастного хряка и затаилась поблизости, дожидаясь неизбежного переполоха при обнаружении зверского убийства. После чего проникла в комнату мальчишки и утащила того с собой, попутно отмахнувшись когтями от пытавшейся защитить брата девчонки. А магесса послушно носилась вверх-вниз по лестнице, как и задумал таинственный маг. Талантливый наш, счёт к тебе растёт, думала Айриэ, сжимая зубы от злости.

Шоко, драгоценный ты мой, мчись, быстрее, ещё быстрее!.. С каждым мигом они настигали тварь; конь делал всё возможное, получив мысленный приказ хозяйки, и почти летел по лугу, едва касаясь стройными ногами короткой, выжженной солнцем травы. Река уже совсем рядом, но к твари они приблизились настолько, что Айриэ смогла запустить вслед обездвиживающее заклинание. Если мальчишку и заденет, хуже ему не станет, а боевыми нельзя, убьёшь спасаемого...

Первое заклинание ушло впустую – пронеслось над самой макушкой твари, но Айриэ тут же ударила снова, по мощным задним ногам. Есть!.. Тварь споткнулась, сделала несколько шагов на подгибающихся ногах и... выправила бег, с лёгкость стряхнув чужое заклинание. Да Корррявое Равновесие же, что это за самородок такой попался?.. Шипя от ярости, Айриэ навесила на парализующее заклинание ?липучку?, препятствующую противнику избавиться от последствий магического удара. Какое-то время маг провозится, позволив догнать тварь, которая была уже почти на берегу.

Бурый косматый монстр наконец грохнулся и яростно задёргал спутанными магией ногами, стараясь освободиться. Проклятый венок каким-то чудом продолжал висеть на башке твари, и не думая падать. Мальчишка лежал рядом, не шевелясь и уткнувшись лицом в траву. Айриэ, подскакав, запустила молнией в спину твари, но по-прежнему приходилось осторожничать из-за Бакаса. Сейчас бы мощным файерболом залепить – так, чтобы только выжженное пятно осталось... Посылая вторую молнию в злобно взвывшую от боли тварь, Айриэ поняла, что таких заклинаний потребуется с десяток. Магические создания живучи, убить их непросто. Мечом из ?лунного серебра? получилось бы намного быстрее, но где же его сейчас возьмёшь. У Айриэ с собой был только кинжал в ножнах, который она всегда носила на поясе.

Увы, маг всё-таки оказался очень сильным. Он освободил своего ручного монстра от чужой магии слишком быстро, но, видимо, его сохранность была для мага важнее украденного неизвестно зачем мальчишки. Более не обращая внимания ни на свою добычу, ни на магессу, истерзанный, шатающийся бурый устремился к реке. Очередная молния пролетела мимо, ибо тварь вильнула в сторону; вздымая фонтаны брызг, успела нырнуть и скрылась под водой. Ударивший мигом позже файербол с шипением выбросил вверх столб пара и бесславно угас.

Корявое Равновесие тебе в глотку! Ушла, зараза такая, теперь не догонишь. Ладно, мага и его игрушку изловим потом, пока важнее заняться обоими детёнышами. Перевернув Бакаса, убедилась, что он относительно цел, только поцарапан, однако по-прежнему без сознания. Проклятие никуда не делось, но висело на совсем тонюсенькой нити, почти не подпитываемой силой чёрного мага. Ладно, из мальчишки приманку больше не сделаешь, маг не такой глупец, чтобы снова пытаться сюда лезть. А значит, пора убирать из ауры Бакаса чужую грязную силу. Вот тебе и никакого риска...

Развеяв мерзкое проклятие, Айриэ проверила собственный магический резерв и убедилась, что сил ещё достаточно. Запас к тому же восстановится быстро, драконий маг – это вам не простой человеческий. Эх, если бы у неё не была заблокирована большая часть возможностей, мага бы удалось выследить за несколько минут. Раскинула бы большую поисковую сеть, поворожила немного, потом открыла бы портал прямо к месту обитания чёрного гада... Снова эх. Тяжко вздохнув, Айриэ приказала себе не облизываться на сверхмогущество. В день равноденствия всё решится так или иначе, а пока поиграем по человеческим правилам. Пожалуй, так даже забавнее.

Освобождённого от чуждой силы мальчишку удалось разбудить, просто тряхнув за плечи. Открыв мутноватые серые глаза, Бакас непонимающе таращился на магессу, потом вдруг заулыбался, сморщив конопатый нос:

– А я вас помню, мэора, вы мне выплыть помогали. Я вас видел, только будто сквозь туман. Спасибо вам, вы меня спасли!..

Маленькая приятность, спасённый испытывает благодарность к спасительнице. Тогда стоит воспользоваться случаем и полечить ушибы и ссадины мальчишки, заодно избавив его от слабости и упадка сил. Из него, в том числе и по вине Айриэ, будем честны, столько жизненных сил выкачали, что в себя долго приходить будет. Справедливости ради надо бы вернуть хоть часть.

Целительская магия Айриэ имела одну особенность: необходимо было, чтобы исцеляемый испытывал приязнь к магессе, хотя бы лёгкую, иначе бесполезно, почти не подействует. Айриэ и так-то не слишком хорошо умела исцелять, она была скорее боевым магом. Помогала кровь – своя собственная. Кольнув палец кинжалом, она заставила удивлённого мальчишку слизнуть капельку. По малолетству тот отвращения никакого не испытывал, воспринимая это скорее как игру.

Сосредоточившись, Айриэ осторожно потянула за кончик свисающей из спутанного ?узла? силовой нити, потом аккуратно обрезала, получив нужное количество силы. Пропустила грязно-серую нить через себя, очищая, выжигая мерзость собственным огнём. Нить силы выходила наружу очищенная, сверкающая. Здесь, в мире магии, всё виделось не так, как в реальности; образы рисовало скорее воображение мага, а также его сила, хотя собственные законы этого места также влияли на восприятие.

По телу мальчики пронеслась целительная энергия, и он радостно встрепенулся, ощупывая мгновенно исчезнувшие синяки и царапины. А потом неожиданно ойкнул и схватился за живот в районе солнечного сплетения:

– Жжёт! И свербит, ой, не могу так!.. Мамочка!..

Он согнулся, прижимая к себе ладони, но боль отступила так же внезапно, как и нахлынула. Осенённая неприятной догадкой, магесса проверила ауру мальчишки и подавила смешок. Поздравь себя, Айриэннис, в этом мире твоими стараниями только что стало одним магом больше. Ну вот надо же было наткнуться именно на того, в ком имелся латентный дар!.. Он бы и дальше оставался скрытым, спящим, если бы Айриэ не вздумалось зачем-то лечить мальчишку очищенной от скверны силовой нитью. Почистила магическую оболочку мира, называется. Да послала бы в Бакаса импульсом собственной силы, дар и не пробудился бы, а теперь что прикажете делать? Мальчишке придётся учиться, хотя силы в нём совсем немного. Жил бы себе в своей деревне дальше, свинок разводил, а Айриэ взяла и исковеркала ему судьбу.

– Ты, Бакас, оказывается, маг. Теперь поедешь в столицу, учиться в Магической Академии.

– Правда? Ух ты, вот здорово!.. – Конопатый нос снова наморщился, серые глазёнки восторженно засверкали.

А может, и не исковеркала. Пожалуй, такому на ферме стало бы тесновато со временем, взгляд вон какой умненький. И жажда приключений вроде бы наличествует, так что, быть может, оно и к лучшему.

Подсадив мальчишку на коня, Айриэ вскочила сама и тронула шоколадные бока каблуками. Надо было возвращаться, там девчонка в стазисе лежит, и неизвестно ещё, удастся ли её вылечить: у неё магесса добрых чувств точно не вызвала. А рана слишком большая, Лунные жрицы с такой не справятся, разве что, вот именно, ? в Светлолунный мир достойно проводят?.

Увидев въезжающую в ворота магессу, Нарвас бросился навстречу. Ухватил мальчишку, снимая с коня, с силой притиснул к себе и накрепко зажмурился:

– Живой!.. – Спустил сына на землю, взъерошил ему тёмные вихры и велел, скрывая дрожь в голосе: – Беги наверх, матери покажись... Мэора, век благодарен буду!..

Магесса только отмахнулась – не стоит, мол, и спрыгнула на землю. Нарочито значительно изрекла: ?Стань прежним!" и поводила руками над конём, возвращая привычную иллюзию. Пусть народ думает, что она нарочно зачаровала коня, чтобы догнать нечисть, а теперь сняла чары. Шоко, уже явно собиравшийся покрасоваться перед кайдарахскими кобылицами, возмущённо покосился на гадкую хозяйку и фыркнул.

– Не дуйся, Шоко, скоро все местные кобылки твоими будут, обещаю, – насмешливо пробормотала Айриэ и уже громко, нарочито бодро обратилась к Нарвасу: – Проклятие с мальчика снято, не переживайте. А дочери вашей я помогу. И вот ещё что... уж простите, брай Нарвас, так получилось, что моя магия разбудила в Бакасе спящую силу. Он тоже маг, как оказалось.

– Вон оно как! – удивился фермер. – Кто бы мог подумать!

– Вы же знаете, мальчика по закону обязательно следует учить управлять своей силой. Ему нужен наставник, как можно скорее, пока не натворил бед нечаянно.

Нарвас вздохнул, почесав в затылке:

– Ну что ж теперь поделаешь... Отвезу парнишку в Юнгир, к колдунам в ихнюю академию. Через полдекады поедем, мне тут с делами надо разобраться маленько. Зато выучится, свой колдун, ну... то бишь, маг в Кайдарахе будет. Мэор-то Мирниас уедет, как королевские пять лет отработает.

– Вы учтите, брай Нарвас, у мальчика дар не слишком сильный, но я бы всё равно посоветовала учить его не пять, а десять лет. Не обязательно самим платить, можно и по королевскому контракту. После получения диплома Бакас автоматически получит личное дворянство, а если послужит королю – то с правом передать потомкам.

– Так это мы моего парня только через пятнадцать лет дома увидим, – несогласно нахмурился фермер.

– Да почему же? Пусть Бакас подаст прошение отработать королевский контракт в родных местах, – пожала плечами магесса. – В таких случаях руководство Академии охотно идёт навстречу выпускникам.

– Хорошо, мэора Айнура, там посмотрим. До этого ещё дожить надо, – мудро заметил Нарвас. Вспомнив, спросил: – Мэора, а с хряком-то что делать? Я пока велел ничего там не трогать – подумал, может, вам надо посмотреть чего, по магической части. Да и боязно, вдруг тоже какую заразу подхватишь, как мой Бакас?

– Замечательно, спасибо, брай Нарвас! Обязательно посмотрю, там наверняка магический след остался. И не переживайте, после я всё очищу, больше никто не пострадает. И вот ещё что, брай, прикажите-ка послать за Мирниасом, – попросила Айриэ, злорадно улыбнувшись. – Пусть тоже посмотрит, ему полезно. А я пока к девочке.

Уверенности в успехе Айриэ вовсе не испытывала, однако решительно двинулась наверх, в комнату Бакаса. Девчонку перенесли на постель брата и больше не трогали, как было велено. Заплаканная Трина покрывала поцелуями недовольно уворачивающегося сына.

– Вы поможете Тирии, мэора? – От надежды, горевшей в глазах женщины, Айриэ сделалось не по себе.

– Я постараюсь. Рана слишком большая... а я не целительница.

– Мэора Айнура, молю вас! Мы для вас что угодно сделаем, только помогите!.. – Трина, стиснув ладони в молитвенном жесте, тянула их к магессе, будто к Лунным богиням обращалась.

– Не надо, брайя, – поморщилась магесса, чувствуя себя почти виноватой. – Я и без ваших просьб сделаю всё, что смогу. А вы пока сходите, поговорите с мужем насчёт мальчика, вам есть что обсудить.

Выпроводив страдающую мать и любопытно таращившегося мальчишку, магесса села и мрачно уставилась на пациентку. Как прикажете лечить эту воинственную соплячку, если она по отношению к Айриэ прямо-таки ненавистью пыхала, как дракон – пламенем? Рана на шее выглядела скверно, тварь чудом не разворотила когтем трахею. Заживить, может, и получилось бы, но необходимо, чтобы девчонка, пусть ненадолго, испытывала положительные эмоции по отношению к магессе, а как этого добьёшься?.. И заклинание стазиса потихоньку истончалось, времени осталось совсем мало. Надо лечить, хочешь – не хочешь. К тому же, будем справедливы, девица пострадала из-за беспечности Айриэ. Так что надо исправлять причинённое зло: делать долги Айриэннис очень не любила.

Так, что бы такое придумать?.. Не снимая стазис, Айриэ осторожно привела девчонку в сознание, однако не до конца. То есть постаралась сделать так, чтобы та пока воспринимала действительность медленно, заторможенно, сквозь наведённый магический дурман. Кажется, братишку девица любит и искренне за него волнуется, а значит, можно попробовать это использовать.

– Эй, девочка... э-э-э, Тирия, ты слышишь меня?

– Да, а кто это? – хрипло и сонно, не открывая глаз, откликнулась девица.

– Я – та, кто помогла твоему брату Бакасу.

– Бакас!.. Его украла страшная тварь!.. – Глаза девчонки распахнулись, она тревожно уставилась на магессу.

– С ним всё в порядке, не волнуйся, малышка, – ласково зажурчала магесса, про себя давясь от щедро добавленной в голос сладости. – Я его спасла, тварь больше не тронет мальчика.

Девица благодарно заулыбалась: то ли не узнала магессу спросонья, то ли всё простила за спасение братца, неважно. В любом случае, этот момент Айриэ сочла наиболее подходящим и молниеносно сняла стазис, одновременно бросая заклинание лечения на страшноватую рану, из которой снова брызнула кровь. Девчонка дёрнулась и захрипела от боли, а магесса полоснула себя кинжалом по левой ладони. Здесь капелькой не обойдёшься, девице пришлось сделать несколько глотков, хотя она едва ли представляла себе, что пьёт. Вскоре ?лунная дева? расслабилась и заснула. Айриэ тоже впору было упасть и отключиться: в лечение девицы пришлось вбухать столько сил, что на это ушёл почти весь магический резерв. Зато рана затянулась, всё получилось!

Ох, корявое Равновесие, калечить проще, чем лечить, но собственные ошибки исправлять надо. Хмыкнув, Айриэ потянулась к ?узлу? и позаимствовала ещё кусок спутанной, запачканной грязноватой магией силовой нити. Очищенная, та немного подпитала резерв самой магессы и заживила ранку на ладони, но большая часть ушла к девчонке: убрать уродливый, бугристый рубец с шеи. Остался только тонкий след, который окончательно исчезнет примерно через декаду.

Встав и устало подвигав плечами – мышцы сводило от напряжения, магесса уныло подвела итоги. М-да-а-а... Ничья... с отчётливым привкусом поражения. Хорошо хоть, обоих детёнышей удалось спасти. Пострадали они исключительно оттого, что Айриэ не приняла мага всерьёз. Теперь следовало действовать гораздо осторожнее.

ГЛАВА 4

Недоумевающий и ещё более заспанный, чем при первой встрече, Мирниас появился, когда Айриэ обследовала двор в поисках магических следов. Пострадавшего батрака, пытавшегося остановить тварь, унесли к Лунным жрицам: раны не были слишком опасными, сёстры справятся с лечением.

– Что-то случилось? – сонно хлопая ресницами, спросил Мирниас и, спохватившись, поздоровался, заодно пытаясь скрыть зевок: – Доброе утро, мэора Айнура-а-а!

– И вам того же, – небрежно кивнула Айриэ. – Вас-то мне и надо... коллега. Случилось, ещё как случилось. Идите-ка сюда, полюбуйтесь.

Притащенный в сарайчик Мирниас оторопело уставился на бренные останки, размазанные по полу, позеленел, сдавленно булькнул и выбежал во двор. Выйдя следом, Айриэ со злорадством полюбовалась, как юнец шумно извергает из себя вчерашний ужин. Позавтракать-то он вряд ли успел, слишком быстро появился. Ну, ему же легче.

Посматривавший с брезгливой жалостью старшенький Нарваса принёс магу воды в ковше, полил на руки. Мирниас умылся и прополоскал рот, кивком поблагодарив подростка. Подойдя к магессе и стараясь не смотреть в сторону сараюшки, помялся, раскраснелся, но всё-таки сипло признался:

– Я к таким... кровавым зрелищам не привык. Простите за слабость, мэора Айнура. Что там такое стряслось?

– Небрежность ваша стряслась, мэор, – безжалостно сообщила магесса.

– Вы о чём? – непонимающе нахмурился юнец, покрутив тощей шеей. С намокших кончиков волос на его щёки наползали капли воды, и он нетерпеливо отёр их ладонью, будто отмахнулся от чего-то.

– Мирниас, это же вы отказались проверить слова брая Нарваса, хотя он просил о помощи!

– Да ведь этот фермер какую-то чушь нёс, про хряка и невесту, – сконфузившись, пробормотал Мирниас. Его скулы и уши прямо-таки пламенели. – Я думал...

– Надо было не думать, потому что вам явно нечем было в тот момент! – рявкнула Айриэ. – Вы маг на королевской службе! Вы обязаны проверять все такие происшествия, как бы нелепо они не выглядели! Вы, кроме того, обязаны защищать живущих рядом людей и не имеете права отказываться рассматривать случаи подозрительной магической активности. Какой из вас маг, если вы ведёте себя как безответственный юнец? О подвигах ему мечтается, ноет он, что ему, видите ли, скучно в сонном болоте, а заведшегося здесь чёрного мага проморгал. Из-за вашей беспечности могли погибнуть двое детей, а может, и ещё кто-то из обитателей фермы!

Ну, допустим, детёныши пострадали, главным образом, из-за неё самой, но об этом магесса скромно умолчала. Распекая сопливого мага, Айриэ преследовала две цели. Во-первых, сбить с толку Мирниаса и дать понять, что она его не подозревает, если окажется, что злоумышленник – всё-таки он. Нет, это крайне сомнительно, но мало ли. Тошнило его качественно, не притворялся, но, может, маг потому и пакостил издали, с помощью управляемой им нечисти, что был слишком брезглив?.. Ну а если Мирниас невиновен в убиении хряка, то сей разнос пойдёт ему только на пользу. В конце концов, Айриэннис ничего не выдумала, Мирниас действительно находился на королевской службе и обязан был проверять все подозрительные случаи, а не отмахиваться от просьбы Нарваса. Мало ли кому что показалось, лучше перебдеть, чем прозевать появление опасной нечисти и допустить гибель людей. Как минимум, сопляк получил бы плату за вызов, и не имел ни малейшего права воротить нос. Это Айриэ могла выбирать, она-то никому, кроме себя, не служит.

Мирниас ненавидяще уставился на магессу, попеременно то бледнел, то краснел, стискивая кулаки, но молчал. Да и что он мог сказать? Пожалуйся на него Айриэ хоть местному герцогу, юнца моментально выгнали бы отсюда. А на нём висит долг короне – четырёхлетний контракт или огромная неустойка, выплатить которую парню явно будет затруднительно, на человека богатого он не похож. Найти новое место уволенному за нежелание выполнять свои обязанности магу будет нелегко, к тому же он обязан трудоустроиться или выплатить долг короне в определённый срок. Дважды уволенного без вариантов ждёт долговая тюрьма, где тоже придётся отрабатывать своими магическими талантами, но на значительно менее комфортных условиях.

Правда, Айриэ пока что жаловаться на Мирниаса не планировала, хватит с него нагоняя. Но сам Мирниас об этом знать не мог, поэтому покорно дождался окончания нотации. Глубоко дыша и пытаясь сдержать ярость, выговорил, глядя в сторону:

– Благодарю, мэора... за указание на мои ошибки! Позвольте спросить, что вы намереваетесь делать дальше? И не могу ли я оказаться вам чем-нибудь полезным?

Сразу видно, от чистого сердца... и скрежета зубовного предлагает худой мир, который лучше, да. Впрочем, пусть повертится рядом, авось и сгодится на что-нибудь. Предупредила:

– Учтите, Мирниас, я собираюсь обследовать сарайчик со свиным фаршем. Можете побыть со мной, но если вам трудно и тянет блевать, лучше убирайтесь сразу.

– Я выдержу, – напряжённо, сквозь зубы ответил он.

Ну-ну, уязвлённое самолюбие ему в помощь. Равнодушно пожав плечами, магесса отправилась в сарайчик. Она добросовестно изучила останки хряка и возможный путь проникновения твари. Увы, утешительного ничего не имелось. Стало окончательно ясно, что тварь, будучи магической, двигалась по ниточке проклятия, по ней проникала в сарай и только там воплощалась, согласно задумке своего создателя. Чтобы наложить проклятие на хряка, магу достаточно было, например, скормить что-нибудь заранее заклятое – кусок хлеба, яблоко, да что угодно. Естественно, злоумышленнику не обязательно было кормить хряка собственноручно, но, с другой стороны, он мог, проходя мимо загончика, незаметно уронить туда отравленное лакомство.

Айриэ размышляла вслух – специально, ради слегка позеленевшего, но мужественно державшегося Мирниаса, и тот не подвёл, выдав ещё версию:

– А может, он тварь эту свою просто подослал к загону, яблочко подбросить. Раз она магическая и дневного света не боится...

– Вот-вот, запросто, – мрачно поддакнула магесса. – Следовательно, бесполезно пытаться выяснить, каким путём был злодейски проклят покойный элитный хряк. Зачем нужны были эти веночки с браслетами, я не представляю, но, может, это у нашего неизвестного мага чувство юмора такое затейливое.

– А этот ф-фарш зачем? – нервно сглотнул юнец.

– Чтобы отвлечь одну слишком самоуверенную магессу, – ещё мрачнее поведала Айриэ в приступе самокритичности. – Кстати, Мирниас, ловите магическую картинку. Хотя бы будете знать, с чем столкнётесь, если вдруг доведётся.

Айриэннис извлекла из собственных воспоминаний изображение твари, и на фоне дощатой стены сарая появилась чёткая, цветная магическая картинка. Мирниас внимательно её рассматривал, запоминая.

– В жизни не видел ничего подобного, – признался он недоумённо.

– Аналогично, хотя я постарше вас буду, – усмехнулась магесса. – Но этот монстр – штучный экземпляр. Его выдумал наш таинственный маг – тот, который тварью управлял. Точнее, он выдумал облик монстра, способ же создания подобных... магических питомцев изобретён ещё в древности. К счастью, почти забыт, но крупицы сведений нет-нет да и всплывают непрошено.

– Он очень талантлив, выходит, – со странными нотками в голосе протянул Мирниас.

– Не без этого. Мирниас, эта тварь может оказаться относительно безобидным доренгом, который не питается ничем, кроме магической силы своего хозяина. Доренги не слишком агрессивны, они были задуманы скорее как защитники. А вот если это хогрош... тогда скверно. Хогроши агрессивны, и им нужна свежая кровь раз в несколько дней. Значит, он будет охотиться.

– На кого?

– Хороший вопрос. Хогрошу, чтобы поддерживать жизнь, достаточно крови животных, но он будет сильнее, если попробует человеческую.

– Вот же мохнатая орочья задница!.. – ругнулся Мирниас. – Кто он, этот маг, как вы думаете, мэора Айнура? И зачем ему этот... жестокий фарс?

– Кто – понятия не имею, но рассчитываю найти. Помните, к какому Ордену я принадлежу? Раз уж я здесь оказалась в тот момент, когда наш маг... счёл нужным проявиться, то теперь найти его – моя задача. Вам, Мирниас, вовсе не обязательно участвовать.

– Потому что я слабак и дал повод заподозрить себя в трусости? – Он вскинул голову, раздувая ноздри, однако попытка выглядеть величественным провалилась. Айриэ трудно было впечатлить позами и гримасами.

– Потому что вы – хороший артефактор, а можете стать ещё лучше, – совершенно спокойно ответила она. – И для вас будет полезнее заниматься тем, что у вас получается. Впрочем, если вас снедает жажда приключений, можете остаться. Если не смогу вас больше выносить, вы об этом узнаете первым.

– Благодарю, мэора, за столь лестное мнение. – Долговязый маг старался быть саркастичным, но получалось плоховато, смотрелся он скорее забавно. И голосок обиженно срывался.

Но магессе было не до мальчиковых обид. Она размышляла, что предпринять дальше. Пожалуй, надо бы наладить контакты с местными речными обитателями. Русалки должны знать хотя бы, куда делась нечисть и где именно она выбралась из воды.

– Мирниас, вы как, с местными русалками дружите?

– Что? – вытаращился он. – З-зачем? Они же враждебны магам. То есть заклинанию призыва подчиняются как миленькие – куда им деться от древнего договора, но зато потом... На любой приказ носом крутят и посылают откуда пришёл. Дружить ещё с этими... полурыбинами.