Портрет психопата. Профайлер о серийных убийцах

Строго говоря, не должна была. Да и вполне могла не увидеть. Была бы женой Спесивцева, ну, может, и поняла бы, а в случае с Попковым – нет. В их отношениях едва ли царили нежность и теплота, привычные многим, но и разглядеть серийного убийцу в муже, таком муже, которым, скорее всего, был Попков, ей было непросто.

Такие обвинительные пострассуждения всегда до гениальности просты и очевидны, но столь же ошибочны и невежественны. Человек, не связанный с правоохранительной работой, не обязанный каждый день искать преступников, находить признаки чего-то страшного в малейших деталях и нестыковках в поведении, едва ли смог бы заподозрить в Попкове хладнокровного убийцу. Даже бывшие коллеги, двое из которых присутствовали в студии, говорили, что никаких признаков не замечали. В данном случае жена вполне могла списать чрезмерную авторитарность его характера на сложности по работе, требования строго следовать правилам и угрюмость – на оправдание «ну, милиционер же», отлучки или опоздания – на срочные и неотложные служебные дела. А созависимость в отношениях помогла бы ей найти вполне объективное оправдание и более странным обстоятельствам или чертам характера.

Кроме того, убивал он в течение 20 лет и, разумеется, не каждый день. Это делало «отлучки» не такими уж заметными. Да и время он мог выбирать такое, чтобы жена и дочь не могли ничего заподозрить. Других способов обеспечить себе «прикрытие» у него также было достаточно.

У Попкова существовал набор поведенческих стереотипов. Один из них – как должен вести себя примерный семьянин. Повторюсь, он не был настоящим семьянином, но роль эту мог играть вполне успешно.

У него были шаблоны на все случаи жизни, которые отлично срабатывали, когда он подсаживал к себе в машину женщин – галантно открывал дверь, предлагал подвезти, выпить, развлечься, а потом насиловал и убивал тем, что оказывалось под рукой. Но что же явилось триггером для его преступлений?

В 1993 году, вернувшись домой со смены в неурочное время, он увидел в мусорном ведре использованные презервативы. Жена упираться не стала и сразу призналась в измене с сослуживцем. Об этом супруга Попкова рассказывала сама. Она, кстати, до того, как вскрылись страшные подробности биографии мужа, считала, что он ее простил, поскольку не упрекал и даже не вспоминал о случившемся между ними. Оставлять без материнской заботы дочь, которая тогда была еще совсем мала, он не захотел. Хотя сам признавался, что были мысли и желание убить супругу. Но дочь должна была вырасти в полной семье. Важно понимать, что о благородстве речь здесь не идет. Гораздо более вероятно, что определяющую роль сыграло нежелание менять уже скрупулезно выстроенный образ семейного человека. Ну и, разумеется, ширмы семьянина лишаться было нельзя.

Он набил морду кавалеру жены и устроил ее на работу в паспортный отдел – в том же здании, где располагалось местное отделение милиции. Попков работал там оперативным дежурным в звании младшего сержанта и теперь мог постоянно держать жену в поле зрения. Это контроль, усвоенный им с детства. Контроль, присутствующий почти всегда и проявляющийся по-разному, но во всех аспектах жизни.

Измена жены глубоко ранила его? Такой штамп можно было бы применить, если бы мы говорили про среднестатистического человека. Но у нас ситуация иная, и поэтому считаю необходимым описать этот момент чуть более образно.

Представьте, что человек, строя свою жизнь, как бы складывает ее из камней. Вы наверняка видели такие «башни» из гладких булыжников или сами их строили. Каждый камень в такой «башне жизни» имеет собственное значение, для чего-то необходим, символизирует эмоцию, событие, клочок памяти или человека в нашей жизни. Иногда камни дают трещину. Кто-то из нас с вами такой камень заменяет или аккуратно извлекает, а потом продолжает строить башенку. Из-за треснутого камня башня нормального человека не упадет, не разрушится, не сломает соседние башни-жизни.

Но с Попковым ситуация иная. Он тоже, как мог, строил свою башню. Но из-за патохарактерологического развития личности почти все его камни, лежавшие в основе фундамента, уже были треснутыми, и еще одного дефектного булыжника в виде неверности супруги башня не выдержала. Начала разрушаться и, падая, рушить башни-жизни тех, кто был рядом.

Это совершенно не значит, что причиной всех бед могла стать исключительно измена жены. Огромное количество людей каждую секунду проходят через такое испытание и живут дальше, становятся счастливыми, растят детей, внуков и правнуков, ухаживают за старым котом и мечтают о домике у озера. В случае с Попковым триггером вполне могла стать и другая ситуация, не обязательно связанная с изменой. Истории такие примеры известны: для Сливко спусковым крючком стала автокатастрофа, в которой погиб мальчик-пионер, а у Головкина – избиение его группой подростков. Некоторых даже увольнение с работы спровоцировало на совершение серийных убийств. Общий признак во всех ситуациях – момент, вызвавший яркие переживания, положительные или негативные. Это своего рода «фотография», которая в извращенном сознании маньяка превращается в образ жертвы или в модель обстоятельств, из которых он будет черпать «вдохновение».

Но случилось так, как случилось.

Внутри Попкова зародилась бешеная злоба. Как черт из табакерки вырвалось из него яростное желание мстить за свою обиду, и он ополчился на женщин, которые, по его извращенному мнению, заслуживали порицания: находились в позднее время не дома, были под хмельком, заигрывали с ним или охотно откликались на его предложение выпить и провести легкомысленный вечер. Попков целенаправленно принялся их истреблять.

Но были и те, кого он планировал убить, но в итоге пощадил, поменяв свое решение. Вероятнее всего, это происходило из-за того, что некоторые девушки в какой-то момент выходили за рамки образа жертвы, характерного для Попкова. Позже в программе «Человек с характером» он сам рассказал, как однажды подвозил молодую женщину, оказавшуюся ведущей местного телеканала «АИСТ». В дороге Попков свернул не туда, куда нужно было пассажирке, но та не растерялась, не начала паниковать и довольно бойко сказала, что можно проехать и этим маршрутом. Видимо, в этот момент женщина, проявив решительность, и разрушила привычный Попкову образ жертвы.

Это не значит, что при встрече с любым маньяком или преступником такая решительность может спасти жизнь. Но тем не менее это отличный пример, когда жертве удалось сломать шаблон. И избежать смерти.

Криминальный улей

«Добрый семьянин» Михаил Попков стал позволять себе превращаться в кровавого ангарского маньяка. Убийства посыпались одно за другим: к 2000 году их начитывалось уже 29. Это были женщины от 19 до 40 лет, которых он подкарауливал на своей рабочей «Ниве», завозил в лес, насиловал и убивал. Многие из жертв действительно находились в состоянии алкогольного опьянения.

«Мою жизнь можно определить как двойную, – признался он сам. – Я отрицательный персонаж… Никогда не готовился к совершению убийства. Использовал любой предмет, который был у меня в машине: нож, биту, топор. И не пытался запутывать следы. Для чего запутывать? Просто их не надо оставлять».

Тень неуловимого маньяка нависла над маленьким Ангарском, население которого едва превышало 250 тысяч человек. В то время это был город с очень сложной биографией – неблагополучная точка на карте России. Впрочем, таким был не только Ангарск, ведь не зря говорят «лихие девяностые». Многие города тогда захлебывались от огромного количества криминальных элементов. И чем дальше от центра страны они находились, тем больше произвола там творилось.

В Ангарске еще в середине 1950-х годов был построен крупнейший в стране химический комбинат, где занимались производством урана.

Предприятие атомной промышленности. Вокруг города располагалось множество колоний, и когда люди освобождались, они не уезжали на заработки, потому что работу можно было найти и здесь. Криминальные группировки постоянно воевали между собой. Перестрелки на улицах города никого не удивляли и происходили, по словам очевидцев, чуть ли не ежедневно.

Конечно, правоохранительные органы «тонули» в огромном количестве уголовных дел. Все валилось в одну кучу. Глаз замыливался. И недосуг было разобраться: дело, которое легло на стол следователя, – это очередное убийство или появление опасного маньяка.

Психологический портрет

В декабре 1998 года прокурор Иркутской области обратился к работнику Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры Николаю Китаеву, который много лет изучал проблемы раскрытия серийных убийств и, кстати, разоблачил известного маньяка – Иркутского Монстра Василия Кулика. Но об этом я расскажу чуть позже.

Ознакомившись с многочисленными документами, Китаев составил интересный поисковый психологический портрет:

«Предполагаю, что исполнителем серии этих преступлений может являться постоянно проживающий в Ангарске мужчина, европеоид, родился в период 1960–1969 гг., имеющий постоянное место работы в государственной структуре, постоянный источник доходов, выказывает хорошее знание Ангарска и его функционирующих в ночное время заведений, обладает автотранспортом или имеет свободный доступ к таковому.

В семейном отношении – может быть разведен, не быть в браке либо женат – с обязательным разочарованием в жене (супружеские измены, плохой характер и т. п.), что делает фигуранта озлобленным по отношению ко всем женщинам в целом. Именно этой особенностью (местью женщинам) можно объяснить легкость совершения им убийств ночью ряда женщин, которые, по их характеристикам и опьяненному состоянию, легко пошли бы на сближение (включая сексуальные отношения) с разговорчивым незнакомцем на автомобиле… Неизвестный действует уверенно, дерзко и на протяжении длительного времени остается неустановленным, несмотря на привлечение к раскрытию данных преступлений значительного числа оперативных работников МВД и их конфидентов, что делает правдоподобной версию о совершении серии убийств сотрудниками МВД»*[21].

Должна заметить, что этот поисковый психологический портрет, составленный в далеком 1998 году, оказался довольно точным.

Кроме того, Китаев предложил под видом вакцинации взять анализы ДНК у определенного круга сотрудников милиции. Однако его предложение было отвергнуто. К этой идее члены новой следственно-оперативной группы вернулись лишь спустя несколько лет.

Позже ученый-правовед и криминалист Николай Китаев был отправлен в отставку. К сожалению, никакая система не совершенна. И правоохранительная не является исключением: высокая степень регламентирования всех возможных процессов, призванная защитить систему от сбоев, становится и ее проклятием, не позволяя быстро адаптироваться к стремительно меняющемуся и совершенствующемуся преступному миру. И тогда, и сейчас люди, которые стремятся и осмеливаются применять на практике новые методы работы, часто оказываются persona non grata. А ведь если бы советами Китаева воспользовались, то, возможно, Попков был бы пойман еще в конце прошлого века.

Но, что скрывать, данный метод обнаружения преступника и сейчас многими правоохранителями рассматривается как непривычный. Подобное консервативное мышление тогда помешало вовремя обнаружить хищного, кровожадного маньяка, а в наши дни отказ от современных методов расследования осложняет работу, удлиняет путь поимки преступника.

Составление психологического портрета, или, как еще говорят, предварительного поискового профиля личности, – вовсе не творческое вдохновение, не озарение свыше, не эзотерика, не прикидка «на глазок», не гадание. Существует методология, которой сейчас пользуются не только следователи, но и профайлеры, включающая такие элементы, как:

• изучение события преступления и обстоятельств его совершения;

• изучение материалов уголовного дела: экспертиз, показаний, результатов осмотров предметов и документов;

• оценка способа совершения преступления: выбор преступником места, орудия совершения, длительность и другие значимые обстоятельства;

• реконструкция объективной стороны состава преступления;

• реконструкция субъективной стороны преступления на основе ранее проанализированных данных: восстановление портрета преступника, его мотивов.

Как видите, профайлер – это не волшебник в голубом вертолете и даже не экстрасенс. Это специалист, подчиняющийся вполне формализованным требованиям и использующий более чем понятный инструментарий.

Николай Китаев, который сегодня успешно занимается преподавательской деятельностью, в конце 1980-х годов был следователем по делу серийного убийцы Василия Кулика. В совпадении наших фамилий заключена, как можно догадаться, небольшая ирония. С кем бы я ни общалась, в какой бы аудитории ни находилась, меня обязательно – деликатно или нет – спросят: «А вы знаете, кто такой Василий Кулик? Не дальний ли родственник? Или вы только однофамильцы?»

Василий Кулик – серийный убийца, насильник и педофил по прозвищу Иркутский Монстр. Он был врачом скорой помощи. Убивал детей и пожилых женщин. При этом писал стихи о любви к женщинам. В 33 года его расстреляли. Образ маньяка Василия Грача в одной из серий фильма «Метод» как раз «списан» с Иркутского Монстра.

В семье не без…

Знаете, чем страшна личность Михаила Попкова (и Сергея Ткача, о котором пойдет речь в следующей главе)? Не только набором идеальных масок, за которыми маньяк умело прятал своих демонов, но и специальными знаниями о том, как функционирует та среда, что призвана его изобличать, то есть правоохранительные органы, где он сначала служил младшим сержантом, а потом получил звание младшего лейтенанта.

Попков нередко выезжал на места убийств, живо интересовался появлением новых улик в ходе расследования. Бывали случаи, когда он наспех пытался внести изменения на месте преступления или в вещах потерпевших и даже пробовал внедриться в группу, которая была сформирована для его поимки. Он подробно расспрашивал, где был найден оттаявший в марте труп девушки, которую он убил в ноябре. Интересовался не из праздного любопытства, а чтобы перепроверить – не наследил ли он.

Был эпизод, когда факт службы Попкова в органах мог бы помочь в его поимке. Однажды на месте хладнокровного убийства двух женщин, которые возвращались после небольшого застолья, Попков случайно выронил милицейский жетон. По личному номеру, выбитому на нем, установить владельца не представляло никакого труда. Обнаружив следующим утром пропажу, убийца вернулся на место преступления. Жетон найти ему удалось. К несчастью, возвратившись, маньяк заметил, что одна из женщин еще жива, и добил ее лопатой. При этом он обронил форменную пуговицу с двуглавым орлом, что и стало первой уликой, позволившей продвинуться в расследовании дела. Эту историю я услышала на том же ток-шоу, о котором писала выше. Рассказал ее муж девушки, которая умерла первой. Позже на допросе Попков назовет это технической ошибкой. Хладнокровие убийцы поражает – для него это просто техническая ошибка.

Кроме того, под ногтями у одной из женщин были обнаружены следы крови преступника. Но до массового проведения генетической экспертизы было еще далеко.

Служа в органах, Попков имел возможность в частных разговорах выуживать важные для себя детали следствия и как бы невзначай высказывать собственную точку зрения на проблему поимки маньяка, то есть самого себя. Мы иногда недооцениваем тот уровень словесного внушения, который может происходить в обычных будничных беседах, профессиональных спорах, в обсуждении аргументов дела, которое у всех на слуху. Тот же Попков со своей обаятельной улыбкой мог, я думаю, убеждать коллег: ребята, да вы что? Разве такое возможно, чтобы убийцей оказался кто-то из наших? Это москвичи к нам приехали и обвиняют в чем ни попадя. Ну и далее в таком же духе.

Любому профессиональному сообществу тяжело признаться, что в его рядах, в маленьком городке, вдруг появился неуловимый маньяк, совершающий дерзкие преступления. Вдвойне сложнее тем, кто призван бороться с преступностью. Волею судеб мне довелось общаться со многими офицерами из разных служб и подразделений. Это разные люди, которые по-разному относятся к жизни и работе. Но все они без исключения каждый раз менялись в лице, если речь заходила о тех, кто опорочил честь мундира предательством или преступлением.

В 2002 году в Иркутской области была создана следственно-оперативная группа МВД России и Генеральной прокуратуры РФ. Группу возглавили старший следователь по особо важным делам Валерий Костарев от Генпрокуратуры и старший оперуполномоченный по особо важным делам департамента уголовного розыска Министерства внутренних дел Сергей Державин. И, как в лучших сериальных традициях на подобную тему, в Ангарск приезжают следователи из Москвы и сталкиваются с активным противостоянием, которое, в свою очередь, объединяет местных правоохранителей. Даже если раньше мнения местных не совпадали, то теперь они оказываются заодно. И вот уже время уходит не на поиск преступника, а на бесконечные совещания, разрешение внутренних конфликтов и борьбу друг с другом.

Кстати, недавно вышел сериал Константина Богомолова «Хороший человек» – как нам подсказывает описание к фильму, он был снят по мотивам истории поимки Ангарского Маньяка. Режиссер Богомолов, что бы он ни делал – в театре или в кино, – обычно будто создает свою параллельную реальность. В этой реальности иногда можно не узнать знакомого персонажа, но за креативными фантазиями художника, безусловно, любопытно наблюдать. В сериале «Хороший человек» многоликого убийцу Попкова и его историю рассмотреть непросто. В первую очередь в глаза бросаются отличия в биографиях: Попков был женат и имеет дочь, а герой сериала разведен и бездетен; возраст героя сериала отличается от возраста прототипа; Попков в основном подбирал жертв на автодорогах, а в сериале убийца заманивает девушек, везет домой и там пытает.

Еще один эпизод, показавшийся мне странным: по сюжету «сериальный» убийца влюбляется в женщину-следователя. В биографии Попкова такого не было, да и не могло быть. Он едва ли способен на такое искреннее, хотя и довольно своеобразное чувство, как показано в киноленте. Различия присутствуют и, скажем так, в образе человека: грубый и «топорный» Попков на экране предстает загадочным интеллигентом. Но так захотел рассказать историю Ангарского Маньяка режиссер, и это его право.

Чистильщик

С легкой руки журналистов за Попковым закрепилось прозвище Чистильщик, и, похоже, такое определение пришлось ему по душе. Он якобы очищал родной город, а потом и область от падших женщин, которым не место в нормальном обществе.

Конечно, подобный образ жертвы сложился в первую очередь из-за его жизненной ситуации – измены супруги. Но, как я уже писала выше, нельзя во всех злодеяниях Попкова обвинять жену. Ведь это очень удобная ширма – стать мстителем от имени всех мужчин. К тому же среди убитых не абсолютно все были в нетрезвом состоянии и уж тем более не все были с сомнительной социальной репутацией. Кстати, в числе жертв был и мужчина – коллега Попкова из органов.

И конечно же, душегуб лукавил, говоря, что не испытывал от убийства никакого удовольствия. Что, мол, хотел поскорее запрыгнуть в машину и покинуть место преступления. Убивая, он упивался властью над жертвой и своей неуязвимостью. Представьте, почти 20 лет безуспешных поисков! Почти два десятилетия его не могли поймать. Какие же демонические крылья должны были вырасти за спиной у этого хитроумного негодяя. И теория «благородного» чистильщика оказалась очень к месту. Точно так же, как некогда к месту пришлись «патриоты Витебска», придуманные Михасевичем.

А еще Попков, видимо, наслаждался унижением жертвы. После убийства он не пытался избавиться от трупа, а в некоторых случаях оголял мертвых женщин, приподнимая верхнюю одежду выше груди и приспуская до колен колготки или брюки.

Судя по особенностям его личности и его modus operandi, он не пытался вложить в свои действия некий высший смысл. Это был лишь очередной способ продемонстрировать свое господство. Вот она – его жертва: лежит перед всеми голая, униженная и падшая. Такой ему хотелось представить свою месть.

И опять очередной монстр решает для себя эту вечную дилемму: тварь ли я дрожащая или право имею?

Все ли в порядке у него с головой?

Многих интересует – был ли Попков психически полноценным? Надо сказать, из статьи в статью у журналистов кочует фраза, взятая из заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы. Контекст употребления этой фразы таков, что создается впечатление, будто с головой у Попкова все в полном порядке. Привожу один из фрагментов такой статьи:

«Также пресс-служба иркутского СК приводит результаты психолого-психиатрической экспертизы, согласно которой Попков не страдает и не страдал “психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики”. Эксперт-сексолог пришел к выводу, что “у Попкова М. В. обнаруживается гомицидомания (страсть к убийству – прим. „Медузы“[22]) с садистическими элементами» *.

Действительно, в тексте имеется фраза, буквальное прочтение которой дает нам все основания полагать, что Попков не имел психических заболеваний. Но в этой цитате есть недосказанность, которая сильно меняет смысл. Всегда необходимо стараться найти первоисточник и внимательно его изучить. К сожалению, обратиться к тексту заключения судебной психолого-психиатрической экспертизы у нас с вами возможности нет. Но в нашем случае будет достаточно прочесть материал, опубликованный на сайте Следственного управления Следственного комитета России по Иркутской области[23]. Вот его фрагмент:

«В период, относящийся к инкриминируемым деяниям, у Попкова не было какого-либо временного психического расстройства, которое могло бы его лишать возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. На момент проведения экспертизы Попков также мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими» *.

Хочу обратить внимание на выделенную мною часть предложения. Это уголовно-правовая характеристика вменяемости субъекта совершения преступления. В журналистских материалах она, как правило, отсутствует. Однако в полноценном своем варианте фраза означает, что у Попкова не было психического заболевания, которое бы делало его невменяемым, неспособным отдавать отчет своим действиям. Но это не значит, что он не имел вообще никаких психических отклонений. Всего несколько слов отсутствуют, а как меняется смысл, создавая у читателя впечатление, что речь идет о здоровом человеке! И вот тут позволю себе вернуть уважаемого читателя в начало книги, где мы кратко разбирали, что существует перечень психических расстройств, наличие которых не освобождает преступника от уголовной ответственности, поскольку он мог, как говорят, осознавать фактический характер и общественную опасность своих деяний и руководить ими. Психическое расстройство и невменяемость не являются синонимами.

Улыбка нараспашку

Миша Улыбка – еще одно прозвище Попкова, еще одна его маска. Пожалуй, самая романтическая. Он любил натягивать белозубую улыбку, позволявшую приобретать расположение домочадцев, соседей, коллег, а главное – женщин, которых он лишал жизни. Его улыбка была надежным мостиком к сердцу собеседника.

На минутку представьте себя злодеем. Представили? Как проще всего спрятать ваши дурные мысли и намерения? Что безопаснее всего скроет ваши жестокие помыслы? Конечно же, улыбка, распахнутая навстречу чужому недоверию. Широкая улыбка буквально приклеилась к лицу Попкова и послужила причиной появления добродушно-игривой клички. И вот он уже милый коллега, свой в доску сосед, симпатичный попутчик – в общем, человек, приятный во всех отношениях.

Интересно, что когда таких людей профайлеры проверяют на синхронность вербальных и невербальных реакций, то сразу становится понятным – искренние или нет его мимика и жестикуляция.

Растиражированная улыбка Ангарского Маньяка – это стандартная маска, ловко натянутая на лицо хищника, не подразумевающая ярких, радостных внутренних переживаний, свойственных обычному человеку и совершенно чуждых извращенному мозгу.

Поезд Москва – Владивосток

К 2002 году в Ангарске уже работала новая следственно-оперативная группа, напрямую подчиненная Генеральной прокуратуре России. Улики, которыми располагало следствие: преступник – мужчина, владелец машины марки «Нива»; сотрудник правоохранительных органов; кровь третьей группы. Но младший лейтенант Попков к тому моменту в органах уже не служил. В 1999 году он уволился из милиции и устроился на работу в частное охранное предприятие. Однако через свою жену, по-прежнему работавшую в паспортном столе, он держал руку на пульсе. И, разумеется, у него остались знакомые среди действующих милиционеров, которые по старой памяти делились с ним новостями со службы. Такая утечка информации помогала ему быть в курсе следственных действий.

В 2003 году в этом деле начали проводить судебно-геномные экспертизы. По тем временам для этого требовались очень дорогостоящие препараты, которые привозились из Германии. Поэтому местными усилиями подобную операцию было не потянуть.

Список подозреваемых поначалу оказался очень велик – около 30 тысяч человек. Потом количество подозреваемых сузилось до 500. В их число и попал бывший младший лейтенант.

В середине июня 2012 года по результатам генетической экспертизы образцов эпителия Попкова стало известно, что все это время искали именно его. Сдав биологические материалы и поняв, что это «конец игры», он постарался исчезнуть. Сначала маньяк отправился на две недели к матери в Липецк, а потом – к сестре в Москву.

Убийцу арестовали 23 июня 2012 года. Его сняли с поезда Москва – Владивосток. Он молча протянул руки для наручников. Существует версия, что Попков планировал скрыться в Приморском крае или даже пересечь границу с Китаем.

«Я родился не в том веке, – сказал он уже после суда в беседе с журналистами. – Сейчас действуют современные технологии. Другие совершенно методы. Если бы наука не дошла до такого технического уровня, я бы здесь не сидел. Без генетической экспертизы… Но как я мог это предвидеть? В мое время этого не было».

Как видите, никакого сожаления. Единственная мысль – обидно, что попался, не предусмотрел всех деталей. У таких маньяков, как он, не бывает мук совести, потому что совести у них, по сути, и нет.

Когда говорят, что какого-то преступника долго не могут поймать, складывается впечатление, что правоохранители работают только над этим делом и никак не могут справиться. Разумеется, это не так. На время поисков, например, серийника жулики и всевозможные злодеи не берут отпуск – других преступлений в городе не становится меньше, их тоже требуется раскрывать. Часто имеет место некий «побочный эффект»: пока правоохранители активно ищут серийника, проводя огромное количество различного рода специальных операций, они попутно раскрывают множество других преступлений: убийств, грабежей, изнасилований и много чего еще.

Кто здесь герой?

Попков всегда пытался устанавливать свои правила. Во всем искать выгоду. На допросе у следователей, как я уже говорила, он заявил, что будет рассказывать порционно о своих жертвах.

Когда он находился в СИЗО, его близких активно осаждали журналисты всех мастей, и тогда он снова поставил перед следователями условие – буду признаваться, а вы обеспечьте безопасность моей семье.

Его забота о семье – тоже хищнический инстинкт. Он как бы обозначил свою территорию: жена, дочь – это мое, и я должен их охранять. Замечу, что у него очень сильный волевой ресурс. Но все его силы, вся энергия уходят на выстраивание своего забора, этакой дамбы, чтобы никто в его мир не прорвался.

Думаю, когда он уставал либо немного ослаблял контроль, некоторые, наверное, могли заметить вдруг появившийся у него «чужой» взгляд или услышать грубо оброненное им слово. Допустим, сидит угрюмый, с неподвижным лицом, в каких-то рассеянных мыслях – будто бы маска съехала чуть набок, а он ее не успел поправить. Возможно, это случалось и дома, и на работе, и где-то в гостях. Наверное, мало кто придавал значение таким моментам. Списывали на перепады настроения, которые случаются у каждого, на усталость, да мало ли на что еще.

Полагаю, он быстро возвращал контроль над собой, водружал маску на прежнее место, точно одежду, без которой нельзя выйти из дома.

«Чем ужаснее мой образ, тем выше триумф тех, кто меня поймал», – заявил он после суда, кажется, в 2018 году.

К сожалению, триумф участников подобных историй – по ту и другую сторону баррикад – почти всегда разный. Герои (а они, безусловно, герои), которые, рискуя жизнью, ловят серийных преступников и психопатов, чаще всего остаются в скучных сводках за прошедшие сутки. Их имена известны только в профессиональной среде.

Про психопатов же охотно снимают фильмы и сериалы, кочующие из сезона в сезон, пишут книги, не говоря уже о многочисленных, зачастую финансово подкрепленных интервью.

Да, опасные маньяки – «вкусный» материал. Не будь их, может, не появилась бы и эта книга. Хотя, согласитесь, лучше б они оставались только увлекательной выдумкой беллетристов.

Дневник профайлера

Командировки

Куда бы ты ни переехал, ты берешь с собой себя.

Нил Гейман

2019 год, декабрь

Люди, гостиницы, поезда. Иногда кажется, что, сменив обстановку, ты можешь отряхнуть свою голову от убийц, мошенников и прочих сомнительных личностей. Но потом понимаешь, что это иллюзия. От своей работы далеко не убежишь. Да и не надо от нее убегать. Только прикрыть ненадолго глаза, пока тебя мчит современный ковер-самолет, и вступить в новую реальность, где все то же самое, но как будто чуть-чуть по-другому.

Мне нравится путешествовать и нравится ездить по России. Хотя случается бывать и за пределами нашей необъятной. При этом не всегда удается остановиться и осознать, где пришлось побывать, сколько всего удалось увидеть, с кем встретиться, в каких гостиницах и отелях поселиться – а они, надо сказать, были самые разные.

На горизонте еще нет пандемии.

За этот 2019 год разными видами транспорта мы с командой преодолели больше 90 тысяч километров.

Это еще не считая полета на Дальний Восток под самый Новый год.

Где-то мы жили в брендовых отелях. У нас даже шутка появилась после посещения Баку. Теперь, заходя где-нибудь в гостиницу, мы со знанием дела произносим: «Да, это не “Шератон”».

А иногда мы чувствовали себя внутри декораций фильма ужасов: темный коридор, мигающая лампа, скрипящие половицы и странные стуки в холле. В каком городе это произошло, говорить не буду. Скажу лишь, что после этой поездки в команде прижилась фраза: «Это полный Елец».

Некоторые города встречали хорошей погодой, другие – аномальным снегопадом.