Акуна матата, Занзибар! Африканские приключения кота Сократа

– Не понял? – Хозяин сдвинул брови.

Петрович, ты чего такой тормоз! Что ж тут непонятного?

– То есть ты хочешь взять нашего… – Татьяна Михайловна кивнула на меня, но не договорила.

– Совершенно верно, – перебил её Андрей. Он отхлебнул из чашки чая и продолжил: – Вы мне отдадите вашего Сократа, я буду путешествовать с ним по миру. Заведу ему аккаунты в социальных сетях, где буду выкладывать репортажи из разных уголков нашей планеты. Видео с животными пользуются гораздо большей популярностью, чем с людьми.

Нет, нет и ещё раз нет! Я так не договаривался. Не хочу я путешествовать. Я не могу снова оставить Беллу. Только не теперь, когда у нас отношения в самом расцвете.

– А почему именно наш кот? – недоумённо спросил Петрович.

Да, кстати, почему именно я?

– Потому что он у вас очень умный, с ним запросто можно передвигаться, зная, что он никуда не убежит. У него же интеллект, как у собаки, – ответил Андрей.

Хм, нашёл с кем сравнить. С интеллектом, как у Пухи, я был бы туп как пробка.

– Так заведи себе кота и катайся с ним, – посоветовал хозяин.

– Конечно, я могу это сделать, но сколько мне придётся ждать, пока он вырастет. И не факт, что он будет таким же смышлёным, как Сократ. А завести уже взрослого – вообще не вариант, это всё равно что купить кота в мешке.

– Андрей, пойми нас правильно, мы не можем дать согласие без детей. – Татьяна Михайловна вдруг взяла из вазочки конфету и, быстро развернув, сунула её в рот, чем привела меня в полное недоумение. Конфеты и хозяйка – вещи несовместимые, тем более во второй половине дня. Она могла съесть что-то сладкое, только когда сильно нервничала. Неужели обо мне так переживает? – Сократ – член нашей семьи, мы должны принимать решение вместе, – продолжила она. – Катька жить без него не может, не знаю, как она согласится его отпустить. Давай дождёмся детей, они уже скоро вернутся, ты расскажешь им о своей идее – тогда помозгуем и дадим ответ.

Вот это ты правильно придумала, женщина. Катерина ни за какие коврижки не согласится на эту авантюру.

– Танюш, я вас прекрасно понимаю, – сказал Колумб. – Конечно, я дождусь ребят, тем более их я тоже хотел повидать. А Катерине не стоит переживать, я же не навсегда забираю кота, после каждой поездки буду привозить его к вам.

– Андрюха, а в чём бизнес-то заключается? – спросил Петрович.

– Как – в чём? – удивился Андрей. – Когда аккаунты раскрутим, начнём зарабатывать на рекламе, а это, скажу я вам, неплохие деньги. Всё заработанное поделим пополам.

– Предлагаешь нам на коте зарабатывать? – возмутилась хозяйка.

– Тань, а почему нет? Ваш котейка будет получать от жизни удовольствие и приносить доход семье – что в этом плохого?

– И почему я не кот? – усмехнулась Татьяна Михайловна. – О такой жизни можно только мечтать. Сократ, может, махнёмся, не глядя, местами? – Она потрепала меня по холке и обратилась к гостю: – Если дети согласятся отдать его, куда вы с ним отправитесь?

– В Африку, – с улыбкой ответил он.

О боже! Только этого мне не хватало! Помню, когда Катерина была ещё совсем ребёнком, она перед сном читала мне детский стишок под названием «Бармалей». Разве мог я тогда подумать, что он коснётся и меня? В голове вдруг разбушевался торнадо, который засасывал и вихрем крутил не коров с быками, не столбы и рекламные щиты, а строки из знаменитого стихотворения Чуковского: «Маленькие дети, ни за что на свете не ходите в Африку, в Африку гулять!»

Я не хо-чу-у-у-у-у в Африку! Вот она, та дальняя дорога, о которой говорила мне цыганка. А бабулька-то оказалась в здравом уме. Страх, отвратительный страх поселился внутри меня и заныл под ложечкой. Я так разнервничался, что невыносимо захотелось есть. Спрыгнув с колен Андрея, я поплёлся к миске, где лежал оставленный утром корм, умял несколько заветренных кусочков «Вискаса», пару раз поелозил лапой по морде (пропало даже желание нормально умываться) и улёгся под батареей, продолжая слушать, как за столом решается моя судьба.

– О господи! – Хозяйка сложила руки на груди. – А вдруг с ним что-нибудь случится? Там же столько опасностей! Я себе места не найду, пока вы будете там.

– Танюш, обещаю, с ним всё будет хорошо, я буду следить за ним в оба глаза, – клятвенно заверил Андрей. – А чтобы ты была спокойна, предлагаю чипировать его.

– Это ещё что такое? – хором спросили хозяева, озвучив волновавший и меня вопрос.

– Своего рода регистрация животного, – ответил он. – Ему под кожу введут чип с личным идентификационным номером, потом этот номер внесут в международную базу. Даже если допустить такую мысль, что Сократ случайно потеряется – я, конечно, приложу максимум усилий, чтобы этого не произошло, – куда бы он ни попал, врач просканирует чип и сразу определит имя, фамилию и адрес владельца, которому нужно вернуть кота.

Стоп-стоп-стоп! Ещё чего не хватало, не надо мне никаких чипов. Они что, хотят сделать из меня которобота? Что-то после его рассказов мне совсем не хочется путешествовать. Как же его убедить найти другого хвостатого на эту роль?

– Получается, если ты будешь с ним ездить, значит, по документам его владельцем будешь ты? – спросила Татьяна Михайловна.

– Ну да. Тань, ну ты же понимаешь, что я буду хозяином чисто формально. Я не собираюсь у вас его забирать навсегда – кот ваш, и вы его хозяева.

– Наверняка это болезненная процедура – вживлять чип, – предположила хозяйка.

– Он даже не почувствует, это как прививка.

А прививка, по-твоему, не болезненная процедура? Может, он их никогда не делал, потому так легкомысленно рассуждает?

– Чип очень маленький, как рисовое зёрнышко, – продолжил Андрей. – Он вводится под кожу в холку, либо под лопатку с помощью шприца. После того как будет сделана процедура, врач оформит необходимые документы и внесёт владельцев в единую мировую базу данных, а в паспорт Сократа запишет его идентификационный уникальный код.

Честное слово, всё это звучало как сценарий фантастического фильма.

– А ты откуда это знаешь? – удивился Петрович.

– Так прежде чем предложить вам проект, я всё изучил. Мне ведь придётся с Сократом ездить по миру, и я буду нести за него ответственность, – ответил Андрей.

– Ишь ты, какой шустрый. – Хозяин улыбнулся и покачал головой. – Он ещё не получил нашего согласия, зато уже всё продумал.

– А как же! Дело в том, что идея создать этот проект у меня возникла уже давно. Поскольку я кошатник ещё тот, решил, что моим компаньоном должен стать непременно кот. Я думал, где же мне найти подходящего котейку, чтобы и красивый был, и умный. А потом в интернете увидел фотографии вашего космонавта на МКС, где-то на телевидении, с художником в электричке, в театре – в общем, много где. И меня вдруг осенило. Сократ – именно тот товарищ, который мне нужен. – В этот момент фотограф посмотрел на меня и подмигнул. – Конечно, можно было бы и с собакой ездить, но с ней проблем – выше крыши. – Он провёл рукой над головой. – Её нужно перевозить в специальной клетке и сдавать в багаж. Я привык путешествовать налегке, а тут придётся носиться с этой клеткой. С котом гораздо проще, его можно посадить в сумку с твёрдым дном, либо в переноску и взять с собой в салон, но только если он весит меньше восьми килограммов. Кстати, а сколько Сократ весит?

– Сегодня ветеринар взвесил – семь килограммов, – ответила Татьяна Михайловна.

– Отлично! – Андрей радостно улыбнулся. – Значит, будет летать вместе со мной в салоне.

Ну почему я такой стройный? Надо было перед посещением ветеринара налопаться, как поросёнок. Глядишь, весы бы показали не семь, а восемь килограммов – и тогда всё, я бы не подошёл по весовой категории. Возможно, Андрей не захотел бы заморачиваться с клетками, багажами и прочей ерундой и отказался бы от этой авантюры.

– Как, говоришь, называется эта процедура? – спросил Петрович, почесав в затылке.

– Чипирование, – ответил Андрей.

– Точно! – Хозяин поднял вверх указательный палец. – По-моему, это чипирование – полезное и нужное дело.

– Сто процентов, это самое настоящее спасение для животных.

– Я согласна, – сказал хозяйка, подняв вверх руку, как школьница на уроке. – Мне будет гораздо спокойнее, если Сократа чипируют.

Хм, согласна она! А ты меня спросила? Ей, видите ли, будет спокойнее. Что-то я не понял, о ком она беспокоится – обо мне или о себе?

Думаю, вы уже догадались, какое решение приняла моя семья. Димка, едва услышав от Андрея предложение, тут же воскликнул: «Круто», – а затем добавил, обращаясь ко мне: «Кот, ну почему ты такой везучий? В космосе был, в театре главную роль играл, теперь вот поедешь путешествовать. Завидую я тебе белой завистью».

Катерина сначала была категорически против, но после того как Андрей сказал, что по возвращении из Африки сразу привезёт меня домой, сдалась. Он спросил у всех согласия – у Петровича, у Татьяны Михайловны, у детей, даже у Пухи. Конечно, собака не дала прямого ответа, но мне показалось, она довольно ухмыльнулась. Небось, радуется хитрая рыжая морда, что я уеду, а она останется в доме на правах хозяйки.

Андрею не хватало только обойти соседей, собрать всех жителей посёлка на собрание или, ещё круче, провести референдум и выяснить, не возражают ли люди, чтобы я отправился в путешествие. В общем, спросили всех, кроме меня. Как говорится – без меня меня женили. Это же грубейшее нарушение моих прав. Не понимаю, куда смотрят руководители тех фондов по защите животных, которые существуют в России. Эх, жаль, не я там начальник, я бы быстро навёл порядок в стране. Ни одно животное не пожаловалось бы, что кто-то пытался ущемить его права. Да, я бы запросто мог занимать эту должность. Только вот кто меня назначит?

Вот так мои родственники решили за счёт меня поправить своё материальное положение. Честно сказать, я на них нисколько не обиделся. Раньше я хоть по хозяйству помогал, мышей ловил, а теперь баклуши бью да по улице шатаюсь. Должен же я как-то компенсировать этот недочёт. Что ж, пусть проект «Кот-путешественник» будет моим скромным вкладом в семейный бюджет.

В тот день люди ещё долго сидели за столом, строя планы на будущее и обсуждая страны, которые Андрей планировал посетить вместе со мной. С ума сойти, сколько было съедено конфет, варенья и выпито чая – хозяйка только и успевала заваривать свежий. Если бы я выдул столько воды, мой живот превратился бы в аквариум – хоть рыбок запускай. На семейном совете решили: оформлением моих документов займётся Татьяна Михайловна, а когда всё будет готово, она сообщит Андрею – и тот приедет за мной. Когда я понял, что участь моя решена и ничто не сможет это изменить, я поплёлся в прихожую, понуро опустив голову. А ведь всю дорогу, пока продолжался разговор за столом, я в глубине души надеялся на хоть какое-нибудь, пусть даже совсем малюсенькое препятствие, из-за которого осуществление проекта станет невозможным. Глупыш! Я обернулся на ходу и позвал Катерину, чтобы она выпустила меня на улицу. Решил пойти к своей ненаглядной. Скоро нам снова предстоит долгая разлука, надо пользоваться моментом и как можно больше времени проводить с ней наедине, а то увезут внезапно и попрощаться не дадут. От людей можно ожидать чего угодно.

Глава 5

На следующий день мы с хозяйкой снова отправились к ветеринару, хотя все необходимые процедуры были сделаны накануне. Татьяна Михайловна будто чувствовала, что мне предстоит поездка в далёкую страну. Конечно, если верить Андрею, вживлять чип совсем не больно, но я зарычал, как дикий лев, когда врач воткнул иглу под кожу на холке. Если одновременно с чипированием пришлось бы делать ещё и прививки, думаю, вряд ли бы я выдержал и точно цапнул бы ветеринара за руку.

После того как всё закончилось, врач сказал хозяйке следить за мной, чтобы я не чесал место инъекции. Также порекомендовал не мочить его. Значит, купать меня в ближайшее время не будут, хоть один плюс во всей этой истории. Пока Татьяна Михайловна расспрашивала Айболита о возможных последствиях чипирования, я спрыгнул со стола и направился к зеркальному шкафу. Прежде чем посмотреть на своё отражение, я несколько секунд собирался с духом. Боялся одного – вдруг я превратился в робота. С каким же облегчением я вздохнул, когда увидел, что ничего не изменилось. Прошёлся туда-сюда перед зеркалом: вроде походка осталась прежней и ничем не напоминала походку роботов – я их видел однажды по телевизору. Надеюсь, это чипирование, будь оно неладно, и в будущем не отразится на мне. А то мало ли, вдруг со временем начнёт шерсть выпадать, вместо лап вырастут металлические руки, напоминающие кисти скелета, а в глазах загорятся синие лампочки?

Пока я приходил в себя после экзекуции, врач занялся оформлением необходимых документов. Когда он попросил назвать фамилию, имя и отчество владельца кота, хозяйка продиктовала: Преображенский Андрей Андреевич.

Хм, это что же получается, путешественника зовут так же, как и его родителя? И фамилия у него какая-то странная. То ли дело у моих родственников – Смирновы. Вообще я заметил, людям нравится придумывать всякие формальности. Согласен, фамилия нужна, это своего рода принадлежность к одному племени, но зачем они вспоминают батьку, когда называют своё имя, – для меня это остаётся загадкой. Неужели человек не может обходиться без него? Вот я, например, просто Сократ – не Истинович, не Платонович – и ничего, как-то живу без упоминаний моих предков.

Хотя в моем случае и вспоминать некого, я понятия не имею, как звали моего отца. Может быть, Василием, а возможно, Макаром. Так что я либо Сократ Васильевич, либо Сократ Макарович. И может, я совсем не помню моих родителей, но я абсолютно убеждён: они были красивой парой. Чтобы это понять, не надо гадать на кофейной гуще, достаточно просто посмотреть на меня. Наверняка мать была первой красавицей на улице, как моя Белла, а батя, скорее всего, таким же дерзким и отважным котом, как и я.

Пока я рассуждал о человеческих заморочках и о своих предках, ветеринар оформил все необходимые документы и вручил их Татьяне Михайловне.

– Можете спокойно путешествовать, теперь ваш кот никуда не денется, – заверил он и ещё раз внимательно осмотрел место чипирования. – Всё отлично. Не успеете доехать до дома, как он уже забудет о том, что ему что-то вкололи. Коты выносливые и удивительно живучие.

После того как из меня сделали которобота, прошла почти неделя, а Колумб всё не появлялся. О том, что я готов к путешествию, Татьяна Михайловна сообщила ему по телефону в тот же день, когда мы с ней вышли из ветклиники и сели в автомобиль. Где-то в подсознании ещё теплилась надежда, что у фотографа возникли какие-то трудности и в этот раз мне не придётся уезжать в длительную командировку. Но, если честно, я почти свыкся с мыслью о предстоящей поездке в далёкую страну, и где-то в глубине души мне даже хотелось этого. А что, когда ещё выпадет такая возможность? Если мои родственники когда-нибудь надумают туда отправиться, ясный пень, они меня с собой не возьмут. Петрович, как обычно, скажет: «Ехать с котом – это лишняя головная боль». Хотя, как я понял из разговора хозяйки и ветеринара, теперь со мной можно без всяких проблем отправляться даже на Луну. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить; ещё не хватало, чтобы нелёгкая туда меня забросила.

Вечером, после поездки к ветеринару, Димка посадил меня на стол перед монитором, включил ролик про Африку и сказал: «Полюбуйся, Сократ, куда тебе предстоит отправиться». С замиранием сердца я смотрел, как по выжженной солнцем саванне мчалась львица в погоне за полосатой лошадью, а пятнистый красавец гепард настигал обезумевшую косулю. Слоны, размахивая огромными ушами, пылили шумной толпой на водопой. Над поверхностью болота возвышалась голова клыкастого бегемота. Из-под мутной воды выглядывали два глаза хитрого крокодила, он притаился в ожидании жертвы. Каких только животных я не увидел в том ролике. Одних моих соплеменников – львов, гепардов, леопардов – невероятное количество. Если мне вдруг доведётся с ними повстречаться, представляю, как я буду выглядеть рядом с ними. Точно как слон и Моська.

После видео мне ещё больше захотелось побывать в Африке и лично познакомиться с сородичами. Я кот общительный, думаю, без проблем найду общий язык с ними. Помню, как я подружился в зоопарке с амурским тигром Элингом и его семьёй, он даже угостил меня мясом[24]. Уверен, с теми дикими кошками, которые живут в африканской саванне, я быстро налажу контакт.

Буквально через несколько дней я узнал, что у Андрея всё идёт по плану. В один из вечеров он вместе с Петровичем нарисовался на пороге нашего дома и сообщил, что времени на посиделки у нас нет, так как ранним утром мы с ним отправляемся на остров Занзибар, который находится рядом с африканской страной Танзанией и является её частью. Какой всё-таки я необразованный кот, думал, что Африка – это страна, а на самом деле оказалось – целый континент. Нам предстояло лететь из Москвы до острова с пересадкой в городе Маскате, в стране Оман. Пока Андрей делился с домочадцами маршрутом, я думал, у меня мозги закипят от всех этих названий. Как же мне выдержать все эти перелёты? Из разговора понял, что не я один подвергся медицинским экзекуциям, Андрею пришлось делать прививки от какой-то жёлтой лихорадки. Помимо того, он вынужден был купить лекарства от малярии и горной болезни (на всякий случай), а также различные средства от насекомых, которых, как он выразился, в Африке – тьма тьмущая. Что же это за континент такой? Чтобы отправиться туда, нужно брать с собой целый аптечный ларёк. Когда я услышал всё это, меня снова охватила жуткая паника, в голове проскочила мысль – сбежать и не показываться на глаза, пока самолёт не улетит без меня.

Когда настало время прощания, Катька взяла меня на руки и крепко-крепко прижала к себе.

– Дядя Андрей, пожалуйста, берегите моего котика, – жалостливо попросила она. – Я буду очень сильно переживать за него.

И вдруг такая тоска смертная накатила на меня. Мне вновь приходилось расставаться со своими близкими людьми и с любимой Беллой. Такое чувство, будто я уезжал навсегда. Кто знает, чем закончится эта поездка, вернусь я домой или сгину на веки вечные в саванне. Судя по рассказам Андрея, стихотворению «Бармалей» и Димкиному ролику, там полно опасностей. С кошками-то я запросто найду общий язык, а вот как быть с гиппопотамами, крокодилами и прочими божьими тварями? Верите, в тот момент я не сдержался и горько заплакал. И мне ни капельки не стыдно в этом сознаться. А вы думали, что животные не умеют плакать? Умеем и, к сожалению, очень часто это делаем. Только, в отличие от людей, у нас не текут слезы в три ручья, всё довольно скромно. В большинстве случаев человек становится причиной наших слёз, когда незаслуженно нас обижает. Наказав в очередной раз своего питомца, присмотритесь внимательней, и вы поймёте, что я говорю правду.

– Катюша, обещаю, с Сократом всё будет хорошо, – твёрдо заверил Андрей. – Тем более теперь, когда он у нас меченый.

Тоже мне, юморист нашёлся. Между прочим, это была твоя идея чипировать меня. Я столько лет прожил без этого рисового зёрнышка под шкурой – и ничего, как видите, до сих пор жив-здоров.

– Дочка, да что с ним будет? – Петрович обнял Катю за плечо и чмокнул в макушку. – Он в космосе умудрился выжить, а в Африке и подавно проживёт.

– Давай, брат, покажи им, что ты не пальцем делан! – Димка на прощанье потрепал меня по холке.

Пуха, которая уже нисколечко не боялась Андрея, молча сидела в кругу людей, собравшихся посреди прихожей, и вращала головой по сторонам, внимательно слушая разговоры.

Татьяна Михайловна забрала меня из рук Катерины и, к моему огромному удивлению, впервые в жизни поцеловала в нос.

– Кормилец ты наш, – улыбнулась она и ласково почесала за ухом. – Мне будет не хватать наших задушевных бесед.

Вы думали, я шучу, когда говорю, что работаю семейным психотерапевтом? Татьяна Михайловна так же, как и остальные, любит посекретничать со мной. Порой мне кажется, что я знаю о ней больше, чем её супруг. Правда, во время наших бесед говорит она, я только слушаю и иногда произношу «мяу», и это значит: «Я весь внимание». Видимо, умение быть внимательным к её проблемам и делает из меня хорошего собеседника. А вообще я уже давно заметил: каким бы рациональным ни был человек, как бы он ни осознавал абсурдность происходящего – всё равно всегда будет разговаривать со своим котом. Те люди, с которыми мне довелось находиться под одной крышей, будь то на земле или в космосе, общались со мной так, словно я их лучший друг, они открывали передо мной самые потаённые уголки своей души.

– Ну что, дружище, нам пора. – Колумб кивнул в сторону входной двери.

– Ой, чуть не забыла, – спохватилась Татьяна Михайловна и, опустив меня на пол, скрылась в кладовке. Через пару минут она вернулась оттуда с переноской в руках и протянула её Андрею. – На вот, возьми, пригодится.

Нет, нет и ещё раз нет!

Я не согласен лететь в этом зарешеченном сундуке. Я не возражаю против какой-нибудь сумки, так хотя бы ощущаешь себя туристом. Тем более у меня есть опыт передвижения подобным образом. Помню, как художник Жора вёз меня в рюкзаке, когда мы с ним поехали на метро в антикварную лавку[25]. Так что это ещё куда ни шло, по крайней мере, не так унизительно, а в клетке я буду чувствовать себя как узник Бастилии.

Провожать нас до машины вышла вся семья, Пуха тоже увязалась следом. Как и положено животным, мы с ней обнюхались на прощанье.

– Береги себя, Сократ! Я буду скучать по тебе, – сказала она и грустно вздохнула. – Если честно, я тебе ужасно завидую. Я бы тоже хотела поехать в Африку.

Хм, в Африку она хочет. Ты же трусиха, каких свет не видывал, при виде бегемота сразу в обморок упадёшь.

Фотограф открыл пассажирскую дверь и скомандовал:

– Забирайся, приятель.

Я обернулся в последний раз посмотреть на родных и вдруг увидел на заборе свою ненаглядную. Вместо того чтобы запрыгнуть в салон, я сорвался с места и помчался к ней.

– Сократ, ты куда? – услышал я за спиной изумлённый голос Колумба.

– Андрюха, подожди пять минут, – попросил Петрович. – Пусть парень попрощается с невестой.

Я стремглав взлетел на забор – в тот момент он показался мне маленькой оградкой – и потёрся носом о свою Белоснежку, с наслаждением вдыхая её сладкий аромат. Она нежно помурлыкала в ответ, клятвенно пообещав дождаться меня во что бы то ни стало. Я верил ей, и это придавало мне сил. Сколько раз я уезжал из дома, и она всегда преданно ждала меня. Я знал: и в этот раз Белла непременно сдержит слово. А мне оставалось только уповать на небо, чтобы оно помогло мне вернуться к любимой.

Ещё раз обнюхав её на прощанье, я спрыгнул с забора и с тяжёлым сердцем направился к машине. Меня ждала далёкая и неизведанная Африка.

* * *

Попрощавшись с моей семьёй, мы отправились к Андрею домой. Пока он укладывал вещи в чемодан, я принялся обследовать квартиру. Впрочем, там и обследовать-то было нечего: одна комната и небольшая кухонька.

Дверь на балкон оказалась запертой. Запрыгнув на подоконник, я заглянул в окно и вспомнил, как забрался на лоджию в квартире армейского друга Петровича, когда мы приехали к нему в гости в город Мирный, и нарвался на целое рыбное хранилище[26]. А здесь что? Коробки, банки, велосипед, лыжи, какие-то инструменты. Иными словами – хлам, который люди хранят либо в кладовке, либо на балконе. Я сразу определил, что Андрей – холостяк, потому как в квартире не было даже намёка на женское присутствие. Хотя это и неудивительно. Какая барышня сможет ужиться с человеком, который практически всегда отсутствует дома? Колумб напомнил мне художника Жору, у которого я обитал, когда сбежал из композиторского дома[27]. Тот тоже жил бобылём.

На кухне тоже не было ничего интересного, даже едой не пахло. А вот у нас на плите всегда стоит кастрюля с каким-нибудь супом или сковорода с котлетами. Здесь же – лишь грустный электрический чайник, вазочка с сахаром рядом и блюдечко с засохшим печеньем, которым запросто можно забивать гвозди в стену. Сразу видно – мужчина одинокий.

Пока я занимался исследованием кухни, краем уха услышал звонок мобильного телефона. Из разговора я понял, что за нами приехало такси.

– Сократ, ты где? – спросил Андрей в тот момент, когда я забежал в комнату. Он раскрыл рюкзак и скомандовал: – Забирайся! Пока поедешь так, а в аэропорту придётся посадить тебя в переноску. Ничего не поделаешь, такие правила, дружище. Придётся тебе малость потерпеть. – Он погладил меня по голове. – Обещаю, когда прилетим на место, будешь передвигаться на своих двоих. Тьфу ты чёрт! – рассмеялся он. – Я хотел сказать – на своих четырёх.

В который раз убеждаюсь, что жизнь может развернуться на дне моей миски. Иногда – в мою сторону, но гораздо чаще – от меня. Ведь никогда раньше переноска не использовалась по своему прямому назначению, лишь для запугивания. Какой же я остолоп, думал, так будет всегда. Вот и пришла пора на собственной шкуре испытать чудо-транспорт для котов.

Увидев нас, водитель вышел из машины и помог загрузить чемодан в багажник. Андрей разместился на заднем сиденье, вытащил меня из рюкзака и посадил на колени. Рядом поставил ненавистную переноску, которая всем своим видом напоминала: «Только доберёмся в аэропорт, и полезешь в меня, наглый кот, хочешь ты того или нет». Как ни пытался я вздремнуть, сон не шёл. А как иначе, когда весь на нервах – поди, не каждый день летаю на самолётах. Да и мысли, точно назойливые мухи, без приглашения лезли в голову. Я заставлял себя думать о хорошем, но, как назло, в такие моменты негатив так и прёт со всех щелей. Стоило водителю нажать на тормоз, как я сразу поднимал голову, озираясь по сторонам, ожидая услышать от него: «Приехали».

– Сократ, не нервничай, – успокоил Андрей, поглаживая меня по голове. – Всё будет замечательно. Вот увидишь, тебе понравится путешествовать. Так привыкнешь, что не сможешь без этого жить. Лично у меня шкура начинает буграми ходить, если я долго сижу на одном месте, – признался он.

Я прислушался к его совету всё-таки он опытный путешественник – и закрыл глаза. Я наслаждался его ласковым почёсыванием за ухом и радовался, что Колумб оказался добрым человеком и заядлым кошатником. Думаю, мы с ним запросто найдём общий язык и непременно подружимся.

– Любите котов? – неожиданно нарушил тишину водитель, посмотрев на Андрея в зеркало заднего вида.