Нищий Король

— Нет у меня ничего! — Королю не понравилось корыстолюбие старой Зайчихи — Разве явился бы я в такую дыру будь у меня золото — бриллианты? Так что, считай — повезло тебе, что нету у меня средствов, и я снизошёл до того, что бы осчастливить своим визитом твою жалкую лачугу.

Зайчиха прокашлялась и, внезапно, ухватила братца за ухо, да так, что тот, аж, запищал.

— Так на кой ты привёл мне этого оборванца? Какой с него прок? — зашипела Зайчиха брату в ухо — Как это оправдывает твой загул и просирание моих денег?!

— Но — но! — вмешался Король — Разве ж можно отказывать человеку в ужине и ночлеге, только, из — за того, что у него нет денег? — он осёкся, поняв, что сказал сущую глупость — Ну, человеку — то, конечно, можно, но я же — король!

— Бывший, — заметила Зайчиха, не отпуская братцево ухо.

— Бывших королей не бывает! — насупился Его Величество.

— Ага, — усмехнулась Зайчиха — мотоцикл продал, а привычка осталась! Короче, — снова зашипела она в ухо брату — разбирайся как хочешь, но что бы этого нищего здесь не было, а ты — получишь розог и пойдёшь спать голодный!

— Зачем же голодный? — Заяц аккуратно высвободился из лап сестры — Мы же не с пустыми руками пришли, — он бесцеремонно сунул лапу в карман Его Величества и вытяул щепотку гречи — гляди! — Заяц показал крупу сестре.

Глаза старой Зайчихи алчно сверкнули.

— Заходи, дорогой, гостем будешь! — пригласила она Короля.

Тот было сделал шаг на веранду, но тут же был остановлен резким окриком хозяйки:

— Куда прёшься! Идите, для начала дров наколите! — зайчиха зашла в дом и захлопнула за собою дверь.

— Это она мне? — спросил Его Величество у Зайца — Дрова колоть?

— Та не, — объяснил косой — не надо ничего колоть, у нас бензопила есть, пойдём!

Заяц и Король зашли за дом, где обнаружился меленький деревянный сарайчик. Они вошли внутрь. Было темно и воняло бензином и маслом.

— Подсветика мне, — попросил, передавая монарху фонарик, Заяц.

Король щёлкнул фонариком и посветил на Зайца, который крутился у, стоявшего в углу сарая, генератора, изо всех сил дёргая за стартер. Генератор долго упорствовал, не желая подчиняться косому, пока, сам, Его Величество, уставший от ожидания, дёрнул за стартер — агрегат сразу же заурчал, подскакивая на месте и ожесточённо вибрируя.

В сарае, под балкой крыши, засветилась лимонным светом электрическая лампочка. Стало видно.

— Сейчас такие тарифы на электричество, — Заяц прошёл между верстаком с тисками и полками с инструментом — что его позволить себе могут, лишь, избранные слои общества.

— Я знаю, — сказал Король — это был мой указ. Иначе, чего доброго, холопы начнут по вечерам книжки читать и, как следствие, бунтовать и бузотёрить.

— И то верно, — согласился Заяц, вытягивая с нижней полки бензопилу — а мы с сеструхой от генератора подсвечиваем. Нормально. Он нам, как и весь остальной инструмент, от строителей остался. Мы, когда их выгоняли, заявили, что это всё наш инвентарь, а если они не согласны, могут идти в суд!

— В суд! — усмехнулся Король.

— Ага! — хохотнул в ответ Заяц — Прямо туда!

Они вышли из сарая, Заяц тащил бензопилу. Король, наотрез, отказался что — либо делать и Заяц, трясясь от передаваемой пилой вибрации, повалил ближайшую сосну, едва не придавив ею Его Величество. Отпилив от ствола пару увесистых чубуков, Заяц покатил их к входной двери.

Король ничем не помогал, так что Зайцу пришлось позвать сестру, что бы она помогла внести дрова в дом.

Его Величество вошёл без приглашения.

Он оказался в довольно большой комнате, служивщей и гостиной и кухней одновременно. Стены гостиной, оклеянные пожелтевшими обоями, были увешаны головами убитых животных — кабанья голова, медвежья, волчья и, даже, олень с ветвистыми рогами — настоящая обитель заядлого живодёра.

— Интересно у вас тут, — Король, скрипя половицами, ходил по комнате, осматривая головы животных.

— Умею я пользоваться этой штучкой, — Зайчиха, занося второе полено, покосилась на висевшее на двух крючках ружьё.

— Но, я же, помнится запретил владение огнестрельным оружием, — заметил Король — во избежание актов неповиновения и гражданской непокорности. Я, даже, ножи с вилками запретил.

— Так ты же, это, плебеям запретил, — уточнила Зайчиха, запихивая полено в топку, большой печи, сложенной из красного кирпича.

— А вы, стало быть, патрицианского рода? — лицо Его Величества выразило сомнение.

— Всё — то тебе интересно, — Зайчиха взяла большой чугунный казан и, поднеся, его к Королю сказала — давай, высыпай гречу.

Его Величество вытряс содержимое кармана в казан.

— И второй выворачивай, — Зайчиха облизнулась.

— Хватит! — отрезал Король — Ступай стряпать!

Зайчиха, с непередаваемой злобой, поглядела на августейшего, но смолчала и вернулась к печи.

Король, в ожидании ужина, уселся на длиный, чёрного цвета, диван, стоявщий, посреди гостинной.

— Отведи его помыться, — бросила Зайчиха брату — а то он тут весь дом собой перепачкает.

— Идём, скупнёшься, — выполняя приказ сестры Заяц, взял Короля за полу хламиды и повёл в ванную комнату.

Зайчиха бросила взгляд в спину уходящему Королю и увидала, что, от пят и до затылка, королевское рубище совершенно изодрано, и в дырах сияют августейшие телеса.

— И дай ему, что — нибудь из твоих старых костюмов! — крикнула вслед брату Зайчиха — Пусть срамоту прикроет!

Заяц завёл Короля в ванную, комнату тесноватую, не к таким масштабам привык Его Величество, но всё необходимое имелось в наличии — душевая кабинка, глубокая чугунная ванна, унитаз с биде.

— Полезай под душ, — сказал Заяц — водица подогретая, мыло там есть.

Король, тут же, сбросил одежды, представ перед Зайцем во всей красе, и стал под лейку душа.

— Мой короля! — приказал Зайцу Его Величество.

— Да ты не охренел? — поинтересовался Заяц.

Но Его Величество поглядел на косого таким взором, что у Зайца сработал древний инстинкт чинопочитания и он, намылив мочалку, как загипнотизированный, стал натирать душистой пеной королевской тело.

— Пой! — приказал Король.

Заяц завыл:

  Раз пошли на дело!    Выпить захотелось!

— Нет! — оборвал его Король — Исполни арию Каварадосси перед расстрелом!

— Чего? — Заяц, аж, поперхнулся — Я из всех этих слов, только, что такое «расстрел» знаю.

— Пой, холуй! — не принимал оправданий Король.

И, сам даясь диву, Заяц затянул:

   E lucevan le stelle…    e olezzava la terra…    stridea l'uscio dell'orto    e un passo sfiorava la rena… [1]

Когда омовение монарха было завершено и Заяц обтёр Его Величество махровым полотенцем, Король сказал:

— Желаю облегчиться!

— Надеюсь это — то ты сам сможешь сделать? — поинтересвался Заяц.

— Думаю да, — секундочку поразмыслив сказал Король.

Заяц освобождённо вздохнул и вышел из ванной комнаты. Рядом находилась маленькая комнатка — спальня самого Зайца, войдя туда, Заяц, порывшись в сундуке, вытянул свой старый костюм, когда — то он любил в нём щегольнуть, но давно минули те счастливые времена, Заяц сильно спал с тела и костюм стал ему безразмерно велик, да и моль изрядно обглодала его, вообщем, отдать, уже, не жалко.

Заяц свернул костюм, сунул под мышку и вернулся к ванной комнате. Он постучал в дверь.

— Ты, уже, справился? — крикнул через дверь Заяц.

Вместо ответа распахнулась дверь и Король, в костюме Адама, появился на пороге, в руках он держал, своё изорванное рубище.

— Можешь промыть, — сказал Его Величество.

— Что промыть? — не сообразил Заяц.

— За королём, — сказал Его Величество.

— Ты что же и смыть за собой не можешь?! — обозлился Заяц.

— Не для того у меня ручки королевские, — хмыкнул Король — это дело для всякого отребья, для холопьев и прочего быдла.

— Вот же гад… — сквозь зубы процедил Заяц — на тебе тряпки, — он сунул Королю костюм — иди меряй, пока я промою.

Заяц зашёл в ванную комнату и, вдруг, застыл, выпучил косые глаза и громко выругался.

— Ты какого ляда в ванну наложил! — орал Заяц.

— А я унитаза не нашёл, — Король заглянул в приоткрытую дверь.

— А это что?! — Заяц подбежал к унитазу и похлопал по крышке — Даже ёршик есть! — он поднял ёршик над головой.

— Это, разве, унитаз? — удивился Его Величество — Не знал, что они бывают не из золота. А настоящий ёршик, вообще, не может быть дешевле семисот евро, что б ты знал, — Король закрыл дверь.

Заяц снова выругался, но ничего не поделаешь, прилось ему идти за лопатой, разгребать «золотые горы».

Король прошёл в комнату Зайца и принялся за примерку костюма.

Его Величество, уж, тридцать с гаком лет не приходилось одеваться самому, так что примерка вызвала у него невообразимые трудности. Король долго разглядывал выцветший пиджак с платочком в кармане, прикидывая какую руку нужно совать в рукав первой, левую или правую или, может, какую другую конечность… Его Величество хотел кликнуть Зайца, но косой бездельник, зачем — то, убежал на улицу. Пришлось натягивать пиджак как получится.

Кое — как справившись, Король поглядел на себя в висевшее на стене овальное зеркало. Пиджак, был явно маловат, так как руки по локоть торчали из рукавов, да и скроен, по всей видимости, не правильно, из — за чего спина пиджака оказалась у короля на груди.

Пришёл черёд брюк.

Две штанины! А Король, только, один! Как он один наденет две штанины, их же на то и две, что бы вдвоём одевать. Его Величество плюнул и отбросил брюки.

Оказалось, был ещё и жилет. Что с ним делать? Король надел его на голову, посмотрел в зеркало — вроле ничего, красивый получился.

Вошедший в этот момент Заяц обмер от восхищения.

Король стоял перед ним, выпятив бочкообразное пузцо из под одетого наоборот пиджака, с жилетом, застёгнутом на лице и без штанов.

— Не твой фасон, — констатировал Заяц — снимай.

Снимать, оказалось не проще чем одеть, хорошо что рядом был Заяц, он помог монарху разоблачиться и пообещал найти одёжку посподручней.

Сбегав в спальню к сестре, Заяц вернулся с просторным белым балахоном из грубого льна.

— Сеструха в отелье специально размер побольше заказала, — Заяц надевал балахон Королю через голову — а когда пришла за ним и померяла — большое на неё оказалось, так она такой скандал устроила, что ей бесплатно отдали. Тебе должно впору быть.

Балахон, действительно подошёл Королю по ширине, а, вот, в длину, едва, прикрывал колени. Но ничего выбирать не приходилось.

— Вот ещё, кое что имеется, — Заяц вытянул из сундука пару обуви — пынеходы! Я купил, когда твоё имущество распродавали. Ну как купил — украл, когда аукционист отвернулся, только мне они велики, на ты померяй.

Его Величество обул пынеходы и стал, будто бы, на пол головы выше и вдвое чванливей.

Заяц и посвежевший приодетый Король, державший подмышкой свою старую хламиду, вышли в гостиную и сели к столу.

Зайчиха смерила монарха взглядом, узнала свой балахон, но промолчала.

Наконец, Зайчиха начала подавать на стол. Яичница с салом в большой сковороде, голубцы со сметаной, салат из заячьей капусты с клевером, чёрный хлеб и банка варенья.

— Скудновато, — пожаловался Король.

— Не жри, — равнодушно посоветовала Зайчиха и запустила вилку в сковороду с яичницей.

— Нет, уж, позвольте, король ест первый! — Его Величество поддел вилкой голубец и закинул в рот, перепачкав усы и бороду сметаной — Фи! — скривился Король — рис и капуста — пища бедняков!

Зайчиха чуть не подавилась со смеху.

— Пища бедняков! Ха! — она утёрла усы — Разве, что эти бедняки у тебя во дворце побираются!

Король иронии не понял, но заметил за столом недостачу.