Девиант в Академии Стражей (Чужая среди своих)

Я первой вскинула руку. Конечно, преподаватели в моей академии были очень опытными, но профессор Ремус побывал во стольких мирах, что стал своего рода легендой. Говорят, он даже к драконам отправлялся. И именно после этого стал слепым, аки крот.

— Расскажите о драконе Ихозаурусе? — попросила я, перебиваемая гулом других голосов. — Вы наверняка знаете о них многое.

Видел Ремус плоховато, а вот слышал отлично. Сощурившись на меня через очки с толстыми линзами, подозрительно хмыкнул.

— Первокурсникам рано поднимать такие темы. Я бы предложил начать с чего попроще. К примеру, с летучих обезьян мира Кроус. Вы знали, к примеру, что их самки вынашивают детей больше года, а после воспитывают до совершеннолетия. До восемнадцати лет. Почти как у людей.

Ну, кому интересно слушать о летучих обезьянах, если речь зашла о драконах?

— Я бы тоже послушал про Ихозауруса, — заметил Каст. — Вы действительно участвовали в той самой экспедиции, профессор Ремус?

Все замолчали, уставившись на гнома с благоговейным ужасом.

— Первокурсникам вряд ли придется участвовать в чем-то подобном, — крякнул Ремус. — Если, конечно, вы не совершите нечто ужасное и не испытаете на себе всю прелесть программы номер восемь.

А вот с этого момента хотелось бы подробнее. И не только мне.

— Расскажите, что за программа? — попросили мои однокурсники.

— Ничего особенного, просто БМК ищет способ изучать новые миры и при этом не терять ценные кадры. Поэтому курсантов, нарушивших устав, предложено отправлять на изучение потенциально опасных миров. В качестве искупления своей вины, так сказать. Но это вовсе не значит, что вы отправитесь к Ихозаурусам. Для этого придется совершить нечто ужасающее. А вы, господа, я искренне надеюсь, не дойдете до этого никогда. И вообще, программа номер восемь еще в разработке. Совет Попечителей затягивает подписание. Достаточно об этом. У кого есть еще предложения относительно темы сегодняшнее лекции?

— Но… — я снова подала голос. — Ведь с Ихозаурусами можно встретиться не только в их мире.

Ремус вперил в меня подслеповатый взгляд и недовольно покачал горловой.

— Если вы имеете в виду возможность проникновения этих драконов в иные миры, то это абсолютно исключено. БМК и лучшие Охотники тщательно следят за этим.

— И все же у них не всегда получается, — парировала я.

Ремус вздрогнул всем своим маленьким телом и присмотрелся ко мне тщательней.

— Следите за словами, курсант Вэриус. Нельзя просто так взять и поставить под сомнение постулаты БМК. Драконы Ихозаурусы давно не покидают своего мира, а границы тщательно охраняются охотниками.

— Я бы ни за что не стал подвергать сомнению ваши слова и тем более постулаты БМК, если не встретился с Ихозаурусами лично.

Все в аудитории ахнули и уставились на меня так, словно я сама вдруг превратилась в неизведанное существо другого мира.

Глава 16

Ректор Дидэгус перед переводом в академию Охотников разрешил рассказать о прошлом, в противном случае было бы неправдоподобно. Ну как же это: иметь протез, в то время как нам доступны многие виды магии, в том числе лекарской. Подобное можно было объяснить только одним — встречей с существом, гораздо более сильным, чем все известные нам, и могущественным. Таким, чье ядовитое прикосновение убийственно. Но я выжила, вот только не совсем уцелела. Одна часть меня навсегда осталась в прошлом.

— Расскажи! — потребовали курсанты-Охотники.

Ремус кивнул, разрешая. Мне ничего не оставалось, как снова мысленно пережить тот ужасный день. Все это было как вчера, настолько свежо в памяти, ярко и ужасно, что рассказ мой слушали, затаив дыхание.

Одного я не сказала: о своей травме.

— Выжить после столкновения с драконом Ихозаурусом — это мегакруто, — заверил меня Каст.

— А ты, оказывается, смелый парень! — кто-то хлопнул меня по плечу.

— Недостаточно, — проговорила я. — Если бы был смелее и отважнее, то спас своих друзей.

Теперь все знали, почему и для чего я здесь. И мое желание узнать побольше о монстре, погубившем моих друзей, стало понятным. Как дважды два.

— Теперь ты нечто вроде легенды, — проговорил Каст во время обеда.

Многие пожелали услышать пересказ из первых уст. Ко мне подходили другие курсанты и даже старшекурсники.

— Наверное, зря я это, — призналась Касту стыдливо. — Надо было промолчать. Но я ведь не ради славы. Понимаешь? Мне все вот это ни к чему. Я просто хотела узнать побольше об объекте своей ненависти. Узнать от профессора, а не…

— Да брось ты, Вэр! — Каст взъерошил мне волосы. — Тут многие рассказывают небылицы, желая получить статус выше. Но ты-то сказал правду.

Ну да, о прошлом учеников, попавших в БМК, забывают. Мы словно перерождаемся, утрачивая прошлое и получая новые имена и новую жизнь. Так что никто не узнает, что драконы чуть не прикончили девушку, а не парня.

— Это еще надо проверить, — хмыкнул подошедший Дар. — И доказать.

— Да пожалуйста, — подтвердила я. — Ректор Дидэгус присутствовал при этом событии. Он и некоторые Охотники.

— Ха! — фыркнул Дар. — Будто мы не знаем, что подробности того случая наверняка засекречены в архивах БМК. Даже если и случилось нечто подобное, об этом никто и никогда не расскажешь. Ты очередное трепло, Вэр. Нет доказательств, нет и веры.

Вера есть, точнее, была в прошлом мире. А вот доказательства есть, но я не собиралась предъявлять их Дару или кому бы то ни было.

— Мне плевать, веришь ты мне или нет, — я пожала плечами и вернулась к обеду. — Как и на то, какого ты обо мне мнения.

Пусть лучше считает треплом, чем знает о моей тайне.

Дару определенно не понравился такой расклад. Как это вдруг не за ним осталось последнее слово.

— Ты как разговариваешь со старшими, щенок? — он угрожающе навис надо мной, зло сощурившись. — Совсем страх потерял?!

— Представь себе, да, — отозвалась равнодушно. — Я ничего не боюсь, ни тебя, ни новой встречи с Ихозаурусами. Напротив, живу мечтой об этом.

— Да я!..

Он замахнулся, но Каст ловким блоком отвел удар. И тут же по обеденному залу прокатился громовой рокот:

— Курсант Дариус! Вы забыли, что старшие должны помогать новичкам адаптироваться, а не устраивать им разборки. Немедленно ко мне в кабинет, вы оба!

То был ректор Крэш. Еще никогда я не видела его таким рассерженным. Его глаза буквально метали молнии, а на крупной, лишенной волос голове четче обозначились тугие, как канаты, вены. Это не предвещало ничего хорошего.

Марсу, как моему наставнику тоже пришлось явиться пред очами ректора. От чего, разумеется, он тоже не был счастлив.

— Вы, курсант Дариус, получаете три наряда вне очереди за поведение, несоответствующее статусу Охотника. Подумать только, напасть на младшего, да еще и на глазах у всей академии. А ты, курсант Вэр, поменьше болтай и получше учись. Оставь прошлое в прошлом, парень. Ты, курсант Марс, помоги ему в этом.

Мы вышли из кабинета раскрасневшиеся и угрюмые. Дар откровенно бесился, наверняка представляя, как ему придется драить туалеты или мыть посуду за всеми учениками.

— Ректор прав, так что не бесись, — сказал ему Марс. — Что бы ни случилось, Охотник не должен терять самообладание.

Дара это не убедило и, зло пнув ни в чем не повинную статую в коридоре, он ушел прочь. Якобус, терпеливо дожидавшийся его неподалеку, посеменил следом, бросив на меня сочувствующий взгляд. Я ответила ему тем же, надеясь, что злость Дара в мой адрес не распространится на Якобуса.

— Прости, — сказала и виновато покосилась на Марса. — Я не хотел ни ссорить тебя с другом, ни вообще… Всего этого.

— Ничего, — он опустил руку на мое плечо и даже улыбнулся. — Знаешь, я верю тебе, пусть это и звучит странно. То, что ты рассказал в аудитории, довольно правдоподобно. Правда, я хотел бы уточнить некоторые детали.

Я нервно сглотнула и неуютно поежилась. Мне снова вдруг стало жарко.

— Ихозаурус действительно тебя не задел? — спросил Марс с подозрительным прищуром. — Ты выжил один из всей своей компании. Как такое возможно?

— Он меня задел. Задел сильнее, чем можно представить.

Я сказала чистейшую правду.

— Потерять друзей — это трудно, — согласился Марс. — Но будучи Охотником, ты будешь делать это постоянно.

Я понимающе кивнула.

— Знаю. Но одно дело потерять товарищей в бою, и совсем другое в устроенной драконом бойне. Они были не готовы к этой встрече, понимаешь? Ни они, ни я…

Марс покивал и, вздохнув, ободряюще улыбнулся:

— В рядах Охотников много тех, кто хранит свои тайны, Вэр. Расскажешь мне свою вечером?

Глава 17

Идея если не подружиться, то хотя бы примириться с Марсом несказанно грела. Ему я рассказывала даже с большим азартом и рвением, чем другим курсантам и профессору. Наверное, потому, что выступать перед одним слушателем гораздо проще, чем перед целой толпой. Сейчас можно было не сдерживаться в словах. К тому же, слушателем Марс оказался очень внимательным. Лишь дослушав историю, он решил вставить слово.

— Удивительно, что ты выжил один из всех. Почему дракон пощадил тебя?

Я болезненно поморщилась.

— Не пощадил. И я до сих пор сомневаюсь, что действительно выжил. Понимаешь, во мне что-то умерло в тот день. Я потерял друзей и часть себя…

Больше всего на свете боялась разрыдаться перед ним. Не потому, что жалела себя, вовсе нет. А оттого, что сожалела о погибших друзьях и невозможности вернуть их.

— В течение всей жизни мы постоянно теряем что-то, — философски заметил Марс. — Но ведь иногда и находим. Новых друзей, новые возможности и даже новые взгляды. Понимаю твое желание отомстить. Но мы ничего не знаем о Ихозаурусах, они требуют тщательного изучения и наблюдения.

Мне показалось, что ещё мгновение ― и я взорвусь от негодования.

— Ихозаурусы заслуживают немедленного истребления! — вскричала я. Спрыгнула с кровати и заходила по комнате. — Они чудовища. Монстры, которым нет дела до других существ.

— Нельзя судить о виде, пока не узнаешь все. Из твоего рассказа многое неясно. А то, что удалось узнать об Ихозаурусах, наверняка осело в тайных архивах БМК.

— Ты не был там! — огрызнулась я. — Не видел, как этот гигантский монстр расправился с ни в чем не повинными людьми. И, знаешь, когда я говорю, что потерял часть себя, то это чистая правда. Когда-нибудь я доберусь до этих драконов, и они ответят мне за это!..

Злость и ярость на секунду вытеснили из меня стыдливость. Я негодовала и бесилась от того, что Марс пытается понять и простить того, кого понять и простить нельзя. Да, были случаи, когда БМК промахивалось и объявляло потенциально опасными существ, на самом деле не представлявших угрозы. Но это не тот случай. Я своими глазами видела, как дракон разорвал моих друзей на куски. Чувствовала прикосновение его зубов к моей ноге…

— Видишь? — спросила, стянув с себя форменные брюки и откинув их в строну. — Как думаешь, монстра, отгрызшего тебе ногу, можно помиловать?

Глаза Марса стали просто огромными. Сейчас, когда я стояла перед ним в одних широких шортах, протез был виден более чем отчетливо. Золотисто-бронзовый, покрытый руническими надписями и выполненный из лунного металла мира Лемус, он был своего рода шедевром, гордостью своих создателей. Но не моей.

— Нет! — выкрикнула я и отпрыгнула, когда Марс хотел коснуться моей ноги.

Вспомнила о том, с каким трудом раскрылась даже перед Джун, а ведь она все же девушка и близкая подруга. И вот те на, щеголяю своим обрубком перед самым красивым Охотником Академии Стражей. И пусть длинные шорты прикрывают место крепления протеза — все равно, ситуация довольно пикантная. Никогда не думала, что решусь на такое.

— Что, я всего лишь хотел потрогать лунный металл, — признался Марс. — А не тебя, парень. Хотя, знаешь… Гх-м, у тебя слишком тонкая талия для парня. И бедра…

Несмотря на то, что мне стало невыносимо жарко, я надела брюки обратно. Действительно, не стоило поддаваться эмоциям и поступать подобным образом. Марс слишком наблюдателен даже для Охотника, он не мог не заметить, что фигура у меня женская. И даже широкие шорты не помогли. Правда, у Джун была идея примотать к ним сладкий батат, чтоб сделать совсем идентичной мужчине. Но я не согласилась. Только бататов мне не хватало!

— Что не так с моими бедрами?! — спросила, натужно дыша. — И при чем тут вообще они? Ты что, протез не заметил?

Мне показалось, что Марс ведет себя несколько странно, совсем не как обычно. И что это он раскраснелся, будто тоже снял штаны перед парнем? Неужели этот непримиримый Охотник смутился?

— Заметил, он классный! — Марс поднял вверх большие пальцы на обеих руках и улыбнулся. — Никогда не видел ничего подобного. Покажешь еще раз?

— Нет, — поспешно отказалась я. Вздохнула глубоко, приводя мысли в порядок, и, вскинув голову, уставилась на Марса испытующе: — Все еще считаешь, что Ихозаурусы заслуживают прощения?

Марс покачал головой, улыбка сплыла с его лица. Напротив, теперь он стал необычайно серьезным и словно бы повзрослел на несколько лет.

— Я не говорил о прощении. Речь шла о тщательном изучении и исследовании. Прежде чем бороться с противником, особенно с тем, кто сильнее тебя и могущественнее, его нужно тщательно изучить. Тогда и победить его будет проще. Понимаешь?

Еще как! Что же он сразу так не сказал. Или это я сдуру услышала лишь то, что пожелала услышать?

— Ты прав, — призналась смущенно и бессильно опустилась на стул, оседлав его и положив руки на спинку. Этот жест я позаимствовала у Макноба, одного из однокурсников, и надеялась, что так выгляжу более мужественно. Главное, чтобы у Марса отпало желание обсуждать мои бедра и талию. — Прости, что наорал и вообще… За весь этот концерт. Не знаю, что на меня нашло.

— Нормально, детка, — подбодрил Марс. К нему вновь вернулось игривое настроение. — Разумные существа всегда поймут друг друга и научатся взаимодействовать. А протез все равно потрясный.

— Спасибо, — улыбнулась я. И даже простила ему это его «детка». — Только это… Не рассказывай о нем, ладно?

Если уж Марсу захотелось потрогать лунную сталь, что будет с другими Охотниками?

— Могила, — пообещал Марс. — Мне, знаешь ли, тоже не особенно хочется, чтобы моего подопечного раздевали до трусов при каждом удобном случае. Особенно учитывая, что у тебя…

Он не договорил, сделав лишь неопределенный жест рукой.

— Что?.. — переспросила я, хмурясь. — Что «у меня»?

— Не важно, — отмахнулся Марс. И, запрыгнув в кровать, накрылся с головой одеялом. — Просто вырвалось, не обращай внимания. Давай лучше спать, завтра тяжелый день.

Глава 18

Ночь выдалась беспокойной, наверное, не стоило перед сном обсуждать прошлое. Меня мучили кошмары. Стоило закрыть глаза, как прошлое оживало, все, до мельчайших подробностей. Видно, это мое проклятие: переживать тот день снова и снова.

Утром пробудилась с головной болью и ломотой в отсутствующем колене — еще одно последствие прошлого.

Но были в пробуждении и приятные моменты.

Марс спал, заложив руки за голову. Лицо его было расслаблено, рот чуть приоткрыт. Он казался до того красивым, что, поддавшись дикому искушению, я приблизилась. Затаила дыхание, борясь разбудить. Отвела с виска парня темную прядь, ощутив ее шелковистую жесткость.