Девиант в Академии Стражей (Чужая среди своих)

Мог бы, но не стал.

— Эй!.. — я помахала и ему. — Привет… В смысле, здорово! Не подскажешь нам, в какой стороне главная столовая?

Дар удивленно вскинул белые идеально очерченные брови и, в один ловкий прыжок преодолев разделяющее нас расстояние, оказался рядом. Схватил меня за грудки и пришпилил к стене.

— Слышь, сопля, кто тебе сказал, что можно окликать старшекурсника? — м-да, настроен он был явно недружелюбно. — Чтоб в следующий раз, когда я прохожу мимо, вжался в стену и прикинулся ветошью, ясно?

Более чем. Похоже, о братстве и прочей чепухе этот Охотник не слыхивал.

В отличие от Марса. Он тоже каким-то чудом оказался рядом и вмешался в творящийся в коридоре беспредел.

— Дар, совсем сдурел?! — окликнул он друга. — Немедленно поставь новобранца на место, его, поди, и так от сквозняков пошатывает.

И этот туда же… И что они все привязались к моей комплекции?

— Больно уж прыткий этот кузнечик, — проговорил Дар, не отрывая злобного взгляда от моего лица. — Так и хочется прижать к ногтю.

— Ты, видно, забыл о новой программе академии, — хмыкнул Марс и опустил руку на плечо Дара. — Отпусти малыша, он не виноват в том, что тебе не дала кокетка Милли.

Конечно, не в моем плачевном положении усмехаться, но я едва сдержалась. Так вот отчего Дар зол, как августовская муха. Шерше ля фам, как говорится.

Но я-то тут, и правда, не при делах.

Меня отпустили так же резко, как подняли. Но я все же удержалась на ногах, хотя, судя по физиономии Дара, он явно ожидал другого.

— Мы всего лишь хотели узнать дорогу к главной столовой, — заискивающе улыбнулся Якобус. — И не знали, что это запрещено.

— Хотите остаться, сориентируйтесь сами, — проговорил Марс. — Если вспомнить, что академия имеет форму пятиконечной звезды, будет гораздо проще.

Точно! Я чуть не стукнула себя по лбу, поняв, где именно свернули не туда. Осталось вернуться обратно до широкой развилки и пойти в верхнее ответвление «звезды».

— Спасибо! — поблагодарила Марса. — Я твой должник.

И, поманив за собой Якобуса, бегом помчалась в нужном направлении.

Глава 11

В главную столовую мы влетели запыхавшиеся и раскрасневшиеся. Чертова повязка сильно сдавливала мне грудь, не давая дышать, как положено. Но с этой вынужденной мерой приходилось мириться.

Столы были расставлены в форме буквы «п», по бокам расселись ученики, а преподаватели занимали место во главе. При нашем с Якобусом появлении Крэш хмыкнул и, глянув на наручные часы, указал на пустующие места.

— Приятного аппетита тем, кто успел, — как всегда хмуро проговорил он и первым приступил к трапезе.

Кормили здесь вполне сносно и намного обильнее, чем в прежней академии. К столу подали в основном мясные блюда: рулеты, отбивные, биточки, щедро сдобренные томатным соусом. Зелень и вареные овощи были — несколько общих блюд, к которым практически никто не прикасался. Фрукты и десерты не подавали. Наверное, потому что здесь учились только парни, которым было необходимо наращивать мышечную массу.

— Не ешь капусту, твоему соседу по комнате это не понравится, — хохотнул сидящий рядом Якобус, толкнув меня локтем так, что ложка чуть не вывалилась у меня из руки. — Чего доброго, придется спать в коридоре. А вот вода здесь вкусная. Прям сладкая.

— Это брокколи, и она очень полезна, — возразила я, кивнув на свою тарелку. — К тому же мне нравится ее вкус.

Головы учеников повернулись в мою сторону — кажется, я сказала это слишком громко. И что такого? Черт, даже ректор Крэш выпучил глаза сильнее обычного, а подававший блюда дежурный насмешливо кашлянул в кулак. На меня все смотрели как на полоумную.

— Разговоры за столом! — предупредил Крэш, нахмурив брови.

Тем, кто вовремя не успел в столовую, приказали после еды отправиться на кухню мыть посуду. М-да, с дисциплиной тут гораздо жестче, чем в прошлом заведении. И все же терпимо.

— Новички! — наконец вспомнил о нас ректор. — Сегодня занятий у вас не будет. Настоятельно рекомендую потратить день на изучение расположения аудиторий, лабораторий, библиотеки и прочих нужных помещений. В следующий раз опоздавшие получат наказание гораздо суровей.

В этом я ни капельки не сомневалась. В Охотники не принимали слабаков, а жесткая дисциплина была любимым коньком преподавателей. Наслышаны.

Раз уж разговаривать запретили, я украдкой принялась рассматривать преподавателей. Представить их нам тоже не потрудились, наверняка оставив это до начала занятий. Мое особое внимание привлек худощавый высокий мужчина с длинными белыми волосами, он чем-то напоминал эльфа, но его лицо было приветливо и лишено надменного выражения. Одет преподаватель был в зеленый, под цвет молодой листвы, костюм, а рядом с его креслом стояла трость с набалдашником из огромной розовой жемчужины. Заметив мой пристальный взгляд, он вежливо кивнул, и я последовала его примеру. Считай, познакомились.

Сидящий рядом с ним здоровяк, напротив, не понравился мне с первого взгляда. Темнокожий, с торчащими во все стороны черными как смоль кудрями и огромным орлиным носом, занимавшим половину лица. Его серые пронзительные глаза подозрительно осматривали новеньких, словно сканируя и прожигая насквозь. Когда я встретилась с ним взглядом, то испытала некое странное чувство неловкости. Словно ужасно провинилась, но еще не поняла, в чем. По спине пробежал неприятный липкий холодок.

— Привыкайте есть быстрее, а жевать тщательнее, это полезно для пищеварения, — проговорил мистер огромный нос. — И не глазейте по сторонам, вы не в цирке.

Мне показалось, что сказано это было именно в мой адрес. Я уткнулась в тарелку и сосредоточилась на еде, лишь изредка поднимая голову, чтобы украдкой взглянуть на преподавательский стол.

— Наверное, стоит сказать вновь прибывшим о наших правилах, — мелодично проговорил эльф, обращаясь к ректору. — Я имею в виду особые условия. Те, что ввело БМК.

Ректор Крэш недовольно поморщился — кажется, нововведения Бюро Межмирового Контроля пришлись ему не по нутру.

— Да, — раздраженно проговорил он. — У нас новые правила. Для лучшей адаптации новичков в академии мы назначим каждому наставника. Старшекурсника. Сопровождать «малышей» на занятиях они не смогут, но станут присматривать. Жить будете в одной комнате. Пить, есть и спать придется вместе.

Если бы мы были сейчас в моей академии, по столовой наверняка прокатились бы многозначительные смешки — уж очень двусмысленным вышло замечание. Но здесь никто даже не улыбнулся.

Что ж, возможно, от этого нововведения и будет толк. Выходит, вторую кровать в моей комнате занимал кто-то из старшекурсников? Интересно, кто?

Только бы не Дар… С этим не продержусь и недели.

Последовав указанию ректора, я исследовала академию, заглянула в несколько аудиторий, лабораторию естествознания, местную оранжерею и библиотеку. А вот в зоологический отдел меня не пустили — вход туда только по преподавательским пропускам.

После ужина пришла пора возвращаться в комнату, пока не наступил комендантский час. Шла я на негнущихся ногах. Особенно когда заметила, что дверь в комнату приоткрыта, и там горит свет. Прочистив горло, шагнула вперед.

И застыла на пороге с приоткрытым от изумления ртом.

На соседней кровати, обнаженный по пояс, полулежал Марс. Он увлеченно листал какую-то книгу в красном переплете. Название прочесть я не удосужилась, наверное, потому, что все поплыло у меня перед глазами. Джун была права, когда говорила, будто в Охотники идут лучшие парни. Ну и мускулатура у него, просо космос.

— Что? — он обратил на меня внимание и, повернув голову, смерил недовольным взглядом.

Похоже, ему, как и ректору Крэшу, не по душе нововведения в академии. И быть моим наставником его совсем не греет.

Глава 12

— Да нет, ничего, — поспешно отвернулась и перешла на свою половину комнаты. — Совершенно ничего. Просто… — снова повернулась, почувствовав, как жар приятной волной спускается с лица на грудь. — Я рад, что мы с тобой соседи по комнате. Меня, кстати, зовут Вэр, а тебя?

Действительно, со мной в новом образе он еще не знакомился. А если бы я только заикнулась, что знаю его имя, Марс наверняка бы насторожился. На то он и Охотник.

— Мне все равно, как тебя зовут, — произнес он довольно равнодушно и снова уткнулся в книгу. — Ты все равно не продержишься здесь и недели.

— Это еще почему?!

Я искренне удивлялась происходящему. Вроде бы наставник, должен поддерживать и помогать, а не вот так вот… Ничего не скажешь, воодушевил.

Марс нехотя посмотрел в мою сторону, его тонкие чувственные губы тронула легкая усмешка.

— Мне в принципе все равно, кто живет со мной в комнате: тараканы или мелюзга, возомнившая себя великим Охотником. Сколько тебе, малыш?

— Я старше, чем кажусь, — призналась поспешно. — Мне восемнадцать. Точнее, почти девятнадцать.

Улыбка Марса стала шире.

— Это, конечно, о многом говорит. Ты хоть знаешь, кто такие Охотники? Какие задачи БМК они выполняют?

— Разумеется! — вот как раз об этом я могла говорить часами. — Охотники работают с самыми опасными иномирянами, в том числе с малоизученными магами и другими разумными расами.

Довольно, чуть ли не любя пригладила висящую на стене эмблему: горящая магическая руна и меч. Символ Охотников и их талисман.

— Одним идиотом больше… — Марс покачал головой и обреченно закатил глаза. — Тоже наслушался баек о приключениях? Захотел стать героем? Вот что я тебе скажу, мальчик: в работе Охотника есть и другая сторона. Темная и опасная. Ты никогда не будешь знать, кого встретишь на следующем задании. Даже не представляешь, какие грозные и непредсказуемые бывают иномиряне. Сколько в них магии и убийственной силы, не поддающейся изучению.

О, вот это я как раз прекрасно знаю. И о грозной силе, и о смертельной опасности. Стоило подумать об этом, как левая пятка отчаянно заныла. И как может болеть то, чего нет?

— Опасностью меня не испугать, — произнесла как можно спокойнее. — А небольшой рост и худощавость добавляют маневренности — так говорил мой прежний наставник.

— Который готовил Наблюдателя, — парировал Марс. — Первокурсника, который по какой-то дурацкой случайности оказался в рядах Охотников. Наставник врал тебе, детка.

Выходит, Марс лукавил, когда говорил, будто ему все равно, кто живет с ним в комнате. Он навел обо мне справки. Да и имя наверняка знал.

— Не называй меня так, — попросила хмуро. — Мне не нравится.

От этого его «детка» у меня вдоль позвоночника пробежали мурашки. А в голове закружили хоровод тараканы — наверное, те самые, что были прежними соседями Марса.

— А мне, представь себе, не нравится тратить время на тех, кто все равно никогда не станет Охотником. Абсолютно бесполезное занятие. Езжай домой, детка, в прежнюю академию. Здесь тебе не место.

Черт, и зачем я сказала, что мне не нравится. Теперь Марс нарочно станет травить меня этим идиотским прозвищем.

Но это с одной стороны.

С другой, я его немного понимала. Если бы мне, курсанту Вэринии, лучшей на своем третьем курсе, поручили присматривать за каким-нибудь бывшим Тактильщиком, я бы тоже не была особенно рада. Но наверняка для начала узнала о новеньком все. Поговорила с ним, спросила, отчего он решился на такой шаг.

А разве у парней так не принято?

Наверное, мы с Марсом просто не с того начали. Ведь он защитил меня и Якобуса перед Даром. Выходит, мой наставник не так уж и плох. Просто нужно найти к нему подход.

— Что ты читаешь? — спросила спустя несколько минут. Присмотрелась к книге и прочла название: — «Труды Пиротония Иуданского». Он, если не ошибаюсь, оспаривал многие догмы БМК. А еще ставил под сомнение труды Винсенса Триана, одного из величайших Слышащих всех времен, а ныне главы Попечительского Совета академий.

О том, что подобные книги запрещены, вслух не упомянула. Ведь я тоже читала их.

— Угу, — обронил Марс и перелистнул страницу.

— А Макрина Акмуса ты читал? Я — от корки до корки. Он тоже, знаешь ли, был противником Триана. Но как точно написал про дракона Ихозауруса! Макрин считал их истинным злом, которое подлежит немедленному уничтожению.

Правда, именно после опубликования этой самой книги автор скончался неведомым образом. Просто исчез в один из дней, будто и не бывало вовсе.

— Могу дать почитать, если хочешь, — предложила, воодушевившись. — Я ведь твой должник.

Да, книги — это лучшая тема для разговора. Безопасная и ни к чему не обязывающая. Главное ― не смотреть лишний раз на Марса и забыть о том, что он полуобнажен.

Раздраженно вздохнув, он глянул на меня поверх книги и бросил:

— Должник, говоришь? Вот и сделай одолжение, заткнись. Терпеть не могу болтливых.

Да я никогда и не отличалась излишней словоохотливостью. А Джун вообще считала меня молчуньей.

Но то Джун…

Этим вечером мы больше не разговаривали. Сразу после отбоя Марс спрятал книгу под матрас и, выключив свет, улегся поверх одеяла. Желать ему спокойной ночи не стала, боясь вновь быть обвиненной в излишней болтливости. Долго лежала, всматриваясь в темный потолок и прислушиваясь к дыханию Марса. Ждала, пока он крепче уснет, чтобы снять наконец протез. Увы, без этой процедуры не обойтись никак.

Отсчитав триста раз по шестьдесят, решилась. Делала это под одеялом, стараясь производить как можно меньше шума. Но когда уже спрятала протез под кроватью, Марс проснулся.

— Ты чего там возишься? — недовольно спросил, переворачиваясь на бок, лицом ко мне.

Я возблагодарила всех богов всех миров за то, что в комнате было темно.

— Ничего особенного. Что, уже и почесаться нельзя?

— Он еще и блохастый… — обреченно выдохнул Марс. — Меня что, прокляли?

Глава 13

Рано утром, еще до общей побудки, назойливо запиликал мой будильник. Маленький такой, розовый и пушистый — подарок Джун. Я завела его специально, чтобы проснуться раньше Марса и успеть прицепить протез. Не делать же это перед парнем.

Только вот произошло небольшое недоразумение…

Вернее, очень большое. Вместо того чтобы тихонько запиликать, будильник заорал благим матом. Кажется, что-то сбилось в настройках.

— Что за?..

Марс вскочил с постели так быстро, словно вообще не спал. И устремил горящий взгляд в мою сторону.

— Ты что творишь, детка? Жить надоело?

Я закрыла глаза и притворилась крепко спящей. Ну а что еще мне оставалось?

— Уверен, это ты! — Марс не отставал. Потряс меня за плечо.

— Что-о-о?.. — приоткрыв один глаз, зевнула. — Тебе чего не спится? Кошмары мучают? А вот нечего было читать на ночь Пиротония Иуданского.

— Мой кошмар — это ты, детка! — воинственно объявил Марс.