Помоги проекту - поделись книгой:
«Невероятно! — выдохнула Си, глядя на то, как на руку Никите забирается комочек зеленой слизи, а потом словно втягивается внутрь. — И его тоже засосало в твой внутренний мир!»
— Ай! — Никита на мгновение отключил Живой свет, и в тот же миг остатки эктоплазмы у него на ладони отозвались болезненным ожогом.
«Получается, — подвел итоги парень, — пока я нахожусь в форме Живого света, я могу впитывать другие живые стихи. Ну, по крайней мере, уже с двумя это сработало. Вот только что мне это дает?»
«Это немного меняет то, как твой духовный кристалл отражается в мире, — оценила происходящее со своей стороны Си. — Мне так показалось уже после Живого дерева, но теперь это становится просто очевидным. Ты перестаешь ощущаться как свет. Остаешься им, но при этом выглядишь кем-то другим. А может быть, и становишься…»
Древняя книга замерла, не зная, как лучше сформулировать эту мысль. А Никита задумался кое о чем другом. Он сейчас парил в своем внутреннем мире и собственными глазами видел изменения: зеленый росток — след Живого дерева. И маленький зеленый пузырь, набухающий прямо под дном его озера духовной энергии — воплощение уже десятка поглощенных парнем килограммов эктоплазмы. А что будет, если он продолжит этот процесс? Если соберет внутри себя все живые стихии? И не по чуть-чуть, а по максимуму, чтобы они довели начатые ими процессы до конца.
«Может быть, именно так я и открою настоящую силу?» — закончил Никита.
«Думаешь, можно добиться того, что ты ищешь, не разрушая миры, а собирая их? — задумалась Си. — Проклятье, ученик. Это слишком глупо, самонадеянно, безумно…»
«Наверно, почти так же глупо, самонадеянно и безумно, как когда я решил, что смогу сам развивать путь ордена света в темном городе?» — ехидно уточнил парень, напоминая книге, как смог ускользнуть от ее попытки взять его под контроль.
«Да, в итоге ты добился того, на что я даже и не надеялась, — честно призналась Си. — Но твой новый план… Пройтись по всем мирам, собрать ихор каждого из них… А ведь некоторые, как и мир духов, закрыты от случайных путешественников. Чтобы попасть в мир огня, нам придется пробираться в один из тайных храмов Южной империи, но это цветочки… А что ты будешь делать, например, с миром предков? Те же орки, которые по легендам когда-то и пришли оттуда, давно утратили возможность открывать дорогу на родину! Не знаю, как собирался решать эту проблему Сириус Сольвейн, но ты готов посвятить всю жизнь разгадкам тайн тринадцати миров? И сражаться не с простыми врагами, а с величайшими… Теми, кто, как и ты сам сегодня, решили, что именно они достойны самой главной цели подчинения себе всего вокруг!»
«Но я не хочу ничего себе подчинять…» — Никита не ожидал, что его столь простое на первый взгляд решение приведет к таким сложностям.
«О да, ты просто хочешь всех спасти… — усмехнулась Си. — Вот только не ври себе, нельзя спасти то, чем ты не можешь управлять. Чем ты не владеешь. Мотивы могут быть разными, но, учитывая масштаб цели, достичь ее ты сможешь, только забравшись на самую вершину».
«А и пусть! — решительно махнул рукой Никита. — Надо будет сразиться со всеми, я сражусь. Естественно, не просто так, а если они встанут у меня на пути».
«То есть бросаешь вызов всему миру?» — еще раз спросила Си.
«А ты разве не хочешь попутешествовать, увидеть что-то новое? Как ты сказала, только в Эдеме нас будут ждать Южная империя и степи орков. Надо будет, залезем в храм! А уж с краснокожими братьями я точно договорюсь, и мы вместе раскроем тайны их предков. Зря они, что ли, признали меня своим таном!» — с каждым словом Никита становился все решительнее и решительнее.
Он хотел сказать что-то еще, но тут его голос резко оборвался. Парень увидел, как росток, появившийся в его внутреннем мире из ихора Живого дерева, начал увядать. До этого Никита краем глаза видел, как тот несколько раз распускался и расцветал — парню нравилось это проявление развития — но в итоге случилось то, что и должно было произойти. Росток прожил несколько положенных ему циклов, а потом начал умирать. Так же быстро, как и жил. Его стебель почернел, листья осыпались…
«Возможно, нам потребуется больше силы Древнего леса, чтобы он прижился», — Си никогда не думала, что будет пытаться сгладить правду, чтобы кого-то пожалеть, но сейчас она именно это и попыталась сделать.
«Кажется, я слишком уж сильно размечтался…» — Никита следил за тем, как зеленый кусочек его внутреннего мира окончательно разрушается, возвращая тот в первоначальное состояние.
Хотя нет, еще оставался шар из эктоплазмы, воплощение мира духов — но теперь Никита почти не сомневался, что уже скоро и его будет ждать та же самая участь. Исчезнуть и развоплотиться. И как он только мог поверить, что способен замахнуться на что-то столь великое как изменение мира? Если он и себя-то изменить не может… В этот момент зеленый росток окончательно умер — Никита ожидал, что внутри него сейчас что-то сломается, что-то уйдет. Ему было безумно жаль, но он не хотел пропустить этот миг. Следил, ждал, но все равно ничего не заметил.
«Потому что я бесчувственный чурбан!» — выругался парень про себя.
«Или потому, что ничего и не случилось», — возразила ему Си.
Никита сначала растерялся, а потом догадался посмотреть в ту сторону, в которую махнула своими страницами древняя книга. И успел увидеть, как в зеленом облаке, созданном Живой эктоплазмой, на несколько секунд появился призрачный образ зеленого листика, а потом рядом с солнцем его духовного кристалла снова проклюнулся маленький росток. И тогда Никита все понял! Его внутренний мир стал немного похож на настоящий. Чужая энергия, которая попала в него, жила и умирала. Но благодаря тому, что он поглотил ихор мира духов и создал что-то вроде собственного круга перерождения, она же могла и воскреснуть.
— Красиво… — тихо сказал парень, глядя, как зеленый росток снова начал расти.
— Красиво… — так же тихо согласилась с ним древняя книга. Если до этого она считала задумку парня с поглощением ихора живых стихий просто интересной теорией, то теперь на самом деле готова была в нее поверить. Как и в интуицию своего ученика. Словно сам свет ведет его вперед, чтобы наконец-то снова засиять над всеми мирами. Только теперь уже по-настоящему!
Никита еще какое-то время наслаждался видом перерождающегося ростка у себя внутри, но потом неожиданно почувствовал опасность снаружи и поспешил вынырнуть в реальный мир. И вовремя — из стен туннеля вокруг него начала появляться не только эктоплазма, но и призраки. Целый десяток вырвался из камня и пролетел дальше, словно косяк селедок, который спугнуло появление акулы. Никита только успел проводить их взглядом и порадоваться, что обошлось без драки, как стало очевидно, что он немного поторопился.
Призраки заметили живое существо и начали разворачиваться, чтобы, несмотря на спугнувшую их опасность, полакомиться свежей живой плотью. Будто гиены… Пока создания мира духов неслись на скорости, они походили просто на вытянувшиеся сгустки энергии. Но стоило им замедлиться, как в них начали проявляться животные черты. Мощные челюсти, крепкие зубы… Эти создания глубин Черной шахты на вид были гораздо опаснее тех змей-призраков, с которыми Никите довелось столкнуться на поверхности.
Но и сам парень с того момента стал гораздо сильнее. Освоил новую способность, следуя подсказкам древней книги, добавил к ней то, о чем та даже и не подозревала. И теперь оба — и человек, и его учительница — в глубине души были только рады тому, что они смогут проверить свои новые возможности на практике.
Глава 7. Хорошее питание
Стая призрачных гиен окружила Никиту полукругом, ни капли не смущаясь того, что для этого половине из них пришлось пройти сквозь стены.
— Р-р-рав! — первый из призраков бросился вперед в одиночку. Кажется, обитатели глубин решили, что не стоит делить на всех столь небольшое угощение как человек. Пусть лучше кто-то один развлечется по-нормальному.
У Никиты не было никакого оружия, поэтому он просто активировал свою новую способность, а потом постарался перехватить гиену-призрака в прыжке. Было немного неуютно знать, что у тебя нет никакой брони, артефактов или готового прикрыть друга и что от опаснейшего монстра тебя должны защитить только твои обычные голые руки. Но после перерождения зеленого ростка в его внутреннем мире парень верил в свои силы. Впрочем, даже и без подобных доказательств он верил Си, которая рассказала, как должна работать его новая способность.
Никита следил не за белыми нацелившимися в его горло зубами. Он контролировал полет всего тела призрака, и, когда тот в последний момент попробовал изменить траекторию и вгрызться ему прямо в грудь, парень был готов. Он действовал почти как раньше, когда его руки в сражениях сжимали созданный Арией молот: чуть отклонился в сторону, чтобы сместить свое положение относительно противника и сбить его с толку, а потом нанес свой удар. Руки рванули вперед. Левая сжалась в кулак и врезалась прямо в челюсть призрака, выбивая тому зубы и удивленный обиженный визг. А правая, воспользовавшись этим, проскользнула вперед и ухватила призрачную гиену за горло. После этого только и оставалось, что воспользоваться инерцией от ее прыжка и впечатать противника в землю.
Никита немного опасался, что призрак просто пройдет сквозь камень. Но, похоже, стоило парню его коснуться, как тот словно утратил часть прозрачности, так что прием с броском и удержанием прошел как по маслу. Мгновение назад хищный зверь рассчитывал полакомиться сладкой человеческой плотью, и вот он уже прижат к камню и лишь жалобно скулит, не смея пошевелиться.
«Придуши его. А лучше пробей ему череп! — темная половина Никиты воспользовалась моментом, чтобы поднять голову. — Убьем эту тварь! Подумай, сколько пленников она уже сожрала и сколько сожрет! Да мы сейчас не отнимаем одну жизнь, а спасаем сотни других! Более того, сила призрака наверняка сможет укрепить порождение эктоплазмы в твоем внутреннем мире. Разве ты не хотел стать сильнее?»
Никита даже на мгновение задумался над словами своей темной половины, оценив, насколько хитрее та стала действовать. Ведь раньше она просто давила на эмоции, пыталась силой перехватить контроль, а тут… Рациональные доводы, аргументы — кажется, кто-то сменил стратегию.
«И что ты будешь делать? Эти доводы про силу и спасение жизней не стали хуже от того, что их озвучила твоя темная часть?» — поинтересовалась у Никиты древняя книга.
Парню очень хотелось заявить, что он не собирается из принципа принимать ничего из того, что ему посоветует порождение демонических ключей. Вот только… Он прекрасно понимал, что, окунувшись в эту крайность, он точно так же даст своему внутреннему врагу возможность себя контролировать. Ведь так ли важно, прямо ты управляешь кем-то или от обратного? Суть ведь не меняется.
«Знаешь, я верю, что того же самого мы сможем добиться и не только через разрушение», — Никита на мгновение снова почувствовал себя тем парнем с Земли, который верит в добро и который наивно считает, что нужно во что бы то ни стало нести только его.
Потом он столкнулся с реальной жизнью, увидел, пусть и не сразу, что подобными его порывами часто пользуются в личных интересах не самые приятные люди. Наивная вера в добро с разгромным счетом проиграла расчету и циничности. Но разве обязательно добро должно быть только наивным? Если человек развивается, то и оно тоже способно эволюционировать. Так можно отказаться от веры, что мир идеален, признать его недостатки, но при этом не сдаваться, адаптировавшись к ним, не пытаться стать самой ловкой лягушкой в чане с кипящей водой, а попытаться исправить. Стать добром, но рациональным, с кулаками, изменить форму, но сохранить суть.
— Посмотри мне в глаза… — продолжая удерживать схваченного им призрака и контролируя остальных, пока держащихся на расстоянии, Никита встряхнул свою жертву. — Смотри и думай, я даю тебе шанс. Подчинись мне, откажись от охоты на разумных, и я отпущу тебя. Нет — и наш бой закончится так, как и должен был. Останется только один.
«Может быть, хотя бы руной подчинения закрепим дело?» — темная половина выступила с новым рациональным дополнением, но Никита отмахнулся от него.
Сейчас с его новой силой света, которая уже поглотила Живую эктоплазму, он был уверен, что и так сможет понять, врет лежащий перед ним призрак или нет.
— Итак? — Никита в последний раз повторил свой вопрос. Он дал своему противнику шанс, и если тот сможет пересилить свои инстинкты — прекрасно. Нет — тогда у парня не останется выбора. Как он решил недавно, наивным добром он больше не будет.
— Рвау-у-у-у-у-у! — гиена-призрак испустила дикий вой, а потом неожиданно резко мотнула головой. Вверх-вниз. Вверх-вниз.
И в тот же миг ее тело начало меняться. Сначала укоротились зубы, потом стала втягиваться звериная морда, и через пару секунд в руках Никиты оказался полупрозрачный силуэт самой обычной девушки. Не человеческой — судя по формам, она принадлежала скорее к расе дварфов, но, тем не менее, теперь это точно был не зверь. А спутанные черные волосы бессильно раскинувшегося перед парнем духа напомнили ему одну старую знакомую.
Ева-Локка, призрак, с которым он познакомился, исследуя подземелья под Никсом. Когда-то она рассказала Никите, как подобные ей существа обретают разум — для этого им нужно было отказаться от части своей дикой природы, от жажды крови. И вот, кажется, выбив из создания мира духов клятву верности, Никита невольно помог ему перейти на следующий этап своего развития.
— Как тебя зовут? — тем не менее, парень пока продолжал удерживать свою пленницу.
— Тигейль, — большие черные глаза моргнули, и вертикальный хищный зрачок сменился обычным. — Меня зовут Тигейль, я из рода советника Вирона. Меня убили эльфы! Отвели в Черную шахту, которую отбили у нашего рода в прошлом году, а потом убили! Сколько времени прошло? Мы должны найти моего отца и рассказать о повторном предательстве Икария Квилла!
Никита слушал лежащего перед ним призрака и невольно представлял детали развернувшейся когда-то трагедии. Судя по всему, очень старой трагедии, учитывая, что дварфка упомянула, будто шахту, которой эльфы владеют уже тысячи лет, захватили у них совсем недавно. А еще Квиллы… Опять они кого-то предали. Впрочем, парень понял, что ни капли этому не удивлен. Недаром именно этому роду достался контроль над Живой тьмой. Да, определенно они ее заслужили!
Никита вздрогнул.
«Что, подумал, как будет выглядеть эта сила, если ты и ее поглотишь?» — Си прочитала мысли парня.
«Да, я постоянно думаю, что в итоге получится, если собрать все живые энергии тринадцати миров, — кивнул Никита. — Но какой смысл гадать? Проверим и узнаем!»
Парень снова сосредоточился на дварфке перед собой.
— Ты умерла несколько тысяч лет назад. Я заставил тебя дать мне клятву верности, и это в свою очередь позволило тебе вернуть разум. Постарайся успокоиться, и давай вместе подумаем, что мы будем дальше делать.
— Мне надо убить Икария Квилла, — Никита ожидал истерики, но призрак неожиданно быстро пришел в себя и поделился своим новым желанием. И вновь парень вспомнил Еву-Локку. Та тоже жила жаждой мести, которая стала смыслом ее жизни. Она могла отвлечься на какие-то мелкие дела, но при этом никогда не забывала о главном. И, похоже, без такой вот причины призраком не стать.
«Возможно, это и хорошо, — согласилась с мыслями парня Си. — Без такой цели, которая подчиняет все себе, как бы она жила? Смогла бы сохранить хоть что-то внутри и не сломаться? А так пусть мечтает о мести… И, возможно, именно совершив ее однажды, она сумеет сделать еще один шаг вперед».
Никита на мгновение задумался над словами древней книги, а потом кивнул, принимая их.
— Икарий Квилл давно мертв, — сказал он вслух. — Но живы его потомки. И большинство из них, скажу честно, мне совсем не друзья.
— Меня устраивает, — кивнула дварфка-призрак. — Раз нельзя убить самого предателя, я буду сражаться с его родом. И помогу тебе.
Никита еще пару мгновений подержал призрака, сверяясь со своими ощущениями и думая о том, не упустил ли он что-нибудь из вида. Но в итоге, не заметив ничего опасного, он убрал руку от горла Тигейль, и та тут же приняла вертикальное положение.
— Ты знаешь мое имя, — заявила девушка. — Как увидишь Квиллов или решишь, что я нужна тебе, просто позови. Здесь, в мире духов, я всегда тебя услышу.
— А куда ты сейчас? — Никита с сомнением посмотрел на девушку, в глазах которой начало разгораться красное пламя. Парень серьезно задумался о том, не совершил ли он ошибку, пробуждая такое создание и даря ему свободу.
— Не бойся, я не буду забирать жизни живых, как ты и сказал. Если, конечно, те не нападут на меня сами, — сказала Тигейль. — Нет, у меня сейчас есть более важная задача. Надо собрать стаю, мою стаю. А то что за дочь Вирона, у которой нет свиты!
И девушка, издав хохот, сразу напомнивший Никите о ее прошлой форме, исчезла в глубине шахты. Парень проводил ее взглядом, раздумывая, стоило ли вот так легко отпускать призрак дварфки, не узнав побольше о ее времени. Может, она смогла бы рассказать что-то интересное о светлых орденах, что-то, что могло бы пригодиться при его собственном развитии… Но потом Никита покачал головой. Тигейль сейчас явно не была готова к нормальному разговору. Проще было дать ей время прийти в себя, а завтра уже можно спокойно вызвать и поговорить. Тем более что парень не собирался никуда уходить. По крайней мере, пока не поглотит достаточно Живой эктоплазмы и не соберет нужное количество этой духовной энергии в своем внутреннем мире.
Увы, уже через пять минут от этого плана пришлось отступить. А все из-за диких духов — среди них распространились слухи, как Никита расправился с их собратом, и все новые и новые стаи призраков начали появляться поблизости. Они не спешили сближаться с опасным человеком, чтобы не подставиться под его смертельную хватку. Но вот носиться поблизости да норовить цапнуть исподтишка это им совершенно не мешало. А в такой обстановке не стоило и думать о медитациях и развитии внутреннего мира. Тем более что и новая эктоплазма перестала появляться. В общем, на сегодня Никита решил вернуться назад, а завтра попробовать свои силы уже в другом, не таком засвеченном перед местными проходе.
Никита двинулся в сторону выхода и, добравшись до края скалы, застал самую настоящую панику среди других пленников из их отряда. Как оказалось, они тоже слышали взрыв, а потом мимо них пролетела парочка обезумевших призраков. В общем, желание работать пропало на корню, и все дружно выбрались на платформу, где можно было рассчитывать на защитную ауру растущих наверху Живых деревьев.
— Выжил, надо же! — Захария поприветствовал вернувшегося Никиту, вскинув вверх руку со сжатым кулаком.
— Мы же говорили, что наш человек совсем не слабак, — вторил ему вождь мехведей Уигрей, и Никита понял, что только что существенно поднял репутацию их небольшой группы.
«Они крадут нашу славу! — тут же подняла голову темная половина парня. — Что они сделали, чтобы примазываться к нашей силе? Напали один раз, а потом бросили на верную смерть? Надо сказать всем, что мы не с ними! Пусть эти наглецы покажут, как справятся с насмешками после этого. А потом, когда они осознают и приползут на коленях просить прощения, вот тогда можно будет их и послушать».
Речи темной половины, как всегда, звучали так приятно. А поселившаяся в них логика только придавала им еще больше очарования, но, как и в случае с призраком, Никита продолжал верить, что сможет добиться большего, действуя через созидание.
«О да, я помню твои мысли, — вклинилась Си. — Разумное добро… Ну давай, покажи, как ты видишь его на этот раз».
«А мне нечего показывать, — улыбнулся про себя парень. — Я уже получил все, что нужно. Захария, Уигрей и остальные мехведи — они уже на моей стороне. И они могут говорить, что угодно, чтобы казаться крутыми в своих или чужих глазах, но я-то знаю, что они теперь будут сражаться и со мной, и за меня».
«Но заслужили ли они это?» — снова влезла темная половина.
«Эй, ты же была за логику и здравый смысл, а не эмоции, — Никита подловил своего оппонента. — А они нам прямо говорят, что сильные и уверенные в себе помощники пригодятся нам намного больше, чем если мы их бросим и примем обратно уже сломленными и побитыми».
***
Следующие недели были довольно похожими друг на друга. Никита завтракал, потом они с отрядом из их барака шагали до шахты. И каждый день группа вокруг парня становилась все больше и больше. Захария привел эльфов, Уигрей — мехведей, сам Никита поговорил с орками, и Красное пламя вождя не оставило тех равнодушными. Вскоре на платформе, на которой они каждый день спускались на глубину, остались только свои.
Дварф Гоудо, наблюдая, как новички набирают силу, наигранно ухмылялся, но в целом сохранял прекрасное расположение духа. И у него были на это причины. Уже довольно давно во время утренних маршей на них никто не нападал, план их барак выполнял с запасом, и даже новенькие, несмотря на свой гонор, не тянули их вниз. А некоторые, такие, как тот странный человек, так и вовсе каждый день приносили по паре килограммов эктоплазмы. Это было приятно, но уж слишком стабильно, и Гоудо уже начал подумывать о том, чтобы попробовать выбить из новичка его секреты, пока ими не заинтересовался кто-нибудь еще.
Си уже давно заметила взгляды дварфа, но предпочла промолчать, лишь радуясь про себя новому испытанию, которое в скором времени будет ждать ее ученика. Самому же Никите пока не хватало опыта, чтобы обратить внимание на подобные сигналы, и он тратил все свое время только на обучение и развитие. Каждый раз, спускаясь в Черную шахту, он отбивался от остальных, уходя вглубь скалы, ставил сигнализацию из какого-нибудь забытого трупа, а потом начинал медитировать, поглощая подплывающие к нему куски Живой эктоплазмы, словно рыбы на прикормку. Иногда к нему прилетала Тигейль.
За прошедшее время бывшая дварфка немного освоилась и пришла в себя. Возможно, ей помогла в этом ее свита, в которую она собрала уже около десятка призрачных зверей. А может быть, разговоры с Никитой. Парень с интересом слушал те куцые рассказы о ее времени, которые Тигейль смогла выловить в остатках своей памяти, а девушка-призрак просто наслаждалась общением с кем-то живым. Кем-то, кто позволил ей вернуть разум, а потом еще и пообещал ей совершить месть.
Сегодня, впрочем, дварфка не спешила появляться, и Никита сосредоточился на сборе Живой эктоплазмы. За это время ее скопилось в его внутреннем мире уже столько, что тот полностью изменился. Если изначально это был небольшой островок с озером энергии и солнцем, в которое превратился духовный кристалл, то теперь это место стало напоминать знак Инь-Ян. Сверху старый мир, а снизу его призрачная копия. И как только эта трансформация завершилась, Никита понял, что больше не может поглощать Живую эктоплазму. Она по-прежнему не наносила ему никакого вреда, собираясь вокруг парня, но во внутренний мир больше не попадала.
«Что ж, кажется, с этим этапом мы закончили, — сказал Никита, потягиваясь. — Теперь, думаю, можно продолжить, но уже немного по-другому. Я ведь правильно помню, что эльфы используют ихор мира духов, чтобы повысить свои духовные кристаллы?»
«Хороший план, — ехидно отозвалась Си. — Вот только ты не думал, почему до тебя никто не сообразил подобное? Почему среди пленников не начали появляться гиганты боевых искусств, которые нажрались Живой эктоплазмы и пробили себе путь на свободу?»
«Эм, — Никита немного растерялся. Вот вроде бы научился же сначала думать, а потом говорить, но порой нет-нет, и желание побыстрее добраться до цели брало верх над разумом. — Может быть, никто так не делал, потому что никто не может, как я, собирать так много ихора?»
Парень провел рукой, и на нее с потолка, словно тренированный слизняк, тут же соскочил кусочек Живой эктоплазмы.
«Так быстро — да, вряд ли бы кто-то смог усилиться, — согласилась Си. — Вот только пленники живут тут десятками лет. И пусть это могло продлиться долго, но кто-то сумел бы пройти этот путь. Но таких не было! Знаешь, почему?»
«Эльфы… — печально кивнул Никита, показывая, что все понял. — Они просто не могли не предусмотреть подобный вариант, когда загоняли сюда пленников, давая им относительную свободу. Расскажешь, что они сделали? Я же вижу, что ты знаешь».
«Может быть, попробуешь угадать?» — задумалась древняя книга.
«Слишком много вариантов, я буду просто перебирать их. Вряд ли подобная тренировка мне хоть что-то даст», — возразил Никита.
«Фантазию разовьешь…» — нашлась Си.
Но тут их разговор оборвался на полуслове. Из стены напротив парня, тут же окутавшегося Живым светом, вырвалась призрачная дварфка и, не снижая скорости, врезалась в Никиту.
— Я нашла его! Нашла! — только и выпалила она, а ее глаза в этот момент горели диким безумным огнем.
Глава 8. Меч короля
— Кого ты нашла? — Никита внимательно посмотрел на призрачную дварфку, впрочем, уже догадываясь об ответе.
— Квилла! — рявкнула девушка. — Я исследовала дальние туннели. А потом недалеко от ямы, где разит демонами, почувствовала своего врага. Совсем молодого!
— И побежала ко мне за помощью? — Никита с сомнением посмотрел на Тигейль. С сомнением не потому, что удивился ее привязанности, а потому что просто не верил в ее способность отступить в такой момент. На самом деле это бы противоречило всей той картине, что он составил о призраках у себя в голове.
— Я хотела напасть на Квилла! Хотя бы посмотреть на него! — ответила дварфка. — Но он был не в нашей сфере. Черная стена проклятых эльфов остановила меня… Но ты сильнее! Ты сможешь к нему пробиться и провести меня!
И вот все встало на свои места. Как оказалось, девушка-призрак и не думала сдерживаться.
— Ты знаешь, — покачал головой Никита, — что я постоянно тренируюсь и проверяю, смогу ли выбраться наружу. Но пока это не в моей власти. Кстати, я тут узнал, что эльфы каким-то образом контролируют силу пленников в сферах. Чтобы те не слишком налегали на Живую эктоплазму, разгоняя свои духовные кристаллы. Ты что-то про это знаешь?
Парень решил, что раз дневник не спешит просвещать его на эту тему, то он обратится к другому эксперту, который уж точно разбирается в вопросе.
— Да, зеленокожие трусливы и боятся даже своих пленников, — Тигейль поняла, что человек не будет ей помогать. После этого ей сразу захотелось наброситься и растерзать его, но клятва держала девушку. Да и он не отказывался, только сказал, что пока не сможет проложить ей путь. Пока… Ничего, она умеет ждать и поможет этому человеку не умереть и стать сильнее.
Поделиться книгой: