Босс и парадокс

Сняла сумочку со спинки стула и выжидательно посмотрела на молодого человека. Тот кивнул и поднялся с насиженного места. Взглянул на делающего вид, что ничего не случилось официанта и процедил:

— Триста рублей себе зажал, гад. Я ж не хотел оставлять чаевые.

Он снова обратил свое внимание на меня. Взял за руку и повел прочь.

К слову сказать, я немного протрезвела. По крайней мере, смогла нормально одеться и дождаться такси, которое подъехало буквально через пять минут. А вот добраться до дома и все запомнить…

***

Александр

Как только оказалась в салоне такси, Лиля отключилась. Вернее, заснула у меня под боком. Поэтому совсем не сопротивлялась, когда я назвал свой адрес. Я осознанно не повез ее к ней домой, так как не хотел оставлять девчонку на ночь в таком состоянии в компании неадекватной матери.

Как оказалось, девчонка пить совсем не умела. Чего уж там, в ее компании и я чуток одурел. Засмотрелся на чувственные губы, которые то и дело льнули к бокалу с вином, и сам не заметил, как наклюкался. Еще и эта сволота задумала меня обсчитать. Не знаю, в каком состоянии я должен быть, чтобы допустить подобное. Повезло, что придурок не шибко опытный попался, и сразу же исправил возникшее недоразумение. Мне и так перед моим Эльфом было очень неудобно. Честное слово, лучше бы шаурмы с пивом у меня на районе поели.

Лилия уронила голову мне на плечо. В те минуты я старался запомнить каждый миг, проведенный рядом с ней. Завтра может статься и так, что она проснется посреди ночи и уедет к себе. Потеряет доверие и откажется со мной встречаться. И что мне тогда делать?

Мы остановились на светофоре, а я все продолжал думать о том, правильно ли поступил, решив отвезти Эльфа к себе. Возможно, я бы и продолжал дальше заниматься тем же самым, если бы неожиданно не увидел Городцова. Он остановил свою тачку рядом с нашим такси. Интересно, чего это он так поздно разъезжает по городу?

Именно в тот момент я понял, что ни за что не отдам ему Василькову. Пускай удавится от зависти, но он не получит мою девчонку.

Я сделал вид, что целую ее. Не хотел, чтобы Городцов нас увидел здесь и сейчас. Еще Лильке попадет из-за меня. И так скорее всего завтра не выйдет на работу. Ну и я, может, полдня пропущу, чтобы выспаться и получить возможность нормально поговорить.

***

Сергей

Этим вечером меня бесило абсолютно все. Хорошо сделанный Васильковой отчет, до приторного приветственное лицо Морозова-старшего, собственные подчиненные, которые не пожелали расходиться по домам после работы из-за свежей сплетни. Как раз из-за нее мне и стало так паршиво. Даже целующаяся парочка в такси заставляла морщиться так, будто съел целый лимон.

Как только зажегся зеленый, я вжал педаль газа в пол и сорвался с места. Сам не знаю, зачем, но я устремился к дому Васильковой. В район с паршивой инфраструктурой, к дому, в котором постоянно собиралась пьянь. Вероятно, из-за нее Лилия и пошла проветриться со своим новым другом.

Не знаю, на что я надеялся. Зайти в квартиру и проверить, на месте ли девчонка, я не мог. Только поставить машину неподалеку от ее подъезда и ждать, не выбежит ли по своему обычаю моя подчиненная, чтобы купить своей горе-мамаше горючего. С такими тратами ей не то, что на себя, на еду скоро не будет хватать. А еще телефоны и коммуналку оплачивать.

Подумав немного, решил с завтрашнего дня поднять ей зарплату. Потом еще немного подумал и решил взять с нее расписку, в которой бы она обещалась тратить половину доходов на съемное жилье. Само собой, эта Филькина грамота бы находилась только у меня и ни в какую бы бухгалтерию не пошла. Зато я был бы уверен в том, что с Васильковой после окончания рабочего дня не случится какой-нибудь казус. И что она не позволит Морозову в очередной раз опозорить себя перед всем коллективом.

Я ждал ее часа полтора. Чтобы не посадить аккумулятор и не растратить бензин, даже отключил двигатель. Поэтому дико замерз и таки не выдержал и уехал домой ни с чем.

Глава 7

Когда я проснулась, первое время лежала с закрытыми глазами и вдыхала приятный аромат кофе. Мне было тепло под тонким, мягким пледом… Поэтому бессовестно решила позволить себе еще немного поваляться в кровати. Кровати…

На этом слове мои мысли пришли в хаотичное движение и забегали в голове, как очумелые. Глаза распахнулись сами собой, и я уставилась на подушку по соседству. Она была не занятой, однако, от этого открытия облегчения я не испытала. Насторожилась еще больше, так как до меня, наконец, дошло, что происходит.

Тик-так…

Я повернула голову и увидела на противоположной стене часы. Они показывали одиннадцать утра.

— А, ты уже проснулась? — прозвучал откуда-то из-за моей спины до боли знакомый голос. — Кофе будешь? Еще я пару бутербродов с колбасой сделал. И омлет.

— Ты на часы смотрел?! — воскликнула я, резко приняв вертикальное положение.

Правда, тут же снова уронила себя на удобный матрас. С глухим стоном и схватившись обеими руками за голову. Перед глазами все кружилось и плыло.

Саша тут же оказался рядом. Он присел на край постели и встревоженно всмотрелся в мое лицо. Потом взял мою руку и принялся прощупывать пульс.

— Учащенный, — нахмурился он. — В идеале, тебе надо еще поспать. Но сначала все же поешь. Я отпросил тебя у Городцова, кстати.

Сердце ухнуло в пятки. Он что сделал? Отпросил?! Только потому, что вчера мы с ним сильно перебрали?

— Спасибо, — выдавила я не в силах озвучить что-то более длинное и внятное.

Я испытывала смешанные чувства, и совершенно не знала, как их выразить словами. С одной стороны мне снова было неудобно осознавать, что провела ночь под одной крышей с мужчиной. При этом пребывала в таком состоянии, что теперь готова была со стыда провалиться под землю. Это же состояние вселяло надежду на то, что между нами ничего не было. Но вот тот факт, что мне постелили на постели в собственной спальне, немного пугал. Вероятно, кое-кому вчера не с руки было заморачиваться с дополнительным спальным местом. Догадываюсь, почему. Ибо сейчас Морозов тоже выглядел не лучшим образом.

— Не за что, — откликнулся он, кладя мою руку поверх одеяла. — Я подумал, что дома тебе сделается еще хуже.

А вот это был факт, который примирил меня с самовольностью парня. Если бы я сейчас была одна (мама не в счет, ей по утрам всегда плохо), то провалялась бы в забытье до самого вечера и накрутила бы себя по полной программе. В компании Сашки же переносить последствия собственной глупости оказалось намного легче.

К слову сказать, жил он не так шикарно, как тот же Городцов. Поэтому мне было намного уютнее и спокойнее, нежели еще какие-то сутки назад. И вроде чувствуется вкус и достаток хозяина, а все равно, как будто, более обжито и тепло.

— Это точно, — поморщилась. — Извини, что из-за меня тебе пришлось испытывать неудобства.

И, да, мне было проще с ним общаться. За это надо сказать спасибо Сашкиному странному характеру и постоянным шуточкам, которые заставляли расслабляться и чувствовать себя спокойно в его обществе. И я не мучаюсь сейчас подозрениями и опасениями, которые имели место быть из-за томительного ожидания новой пакости. Имею ввиду общее состояние, которое способно вогнать в ступор, сделать человека неуклюжим и отбить у него способность внятно говорить. Когда такое случается, забываешь обо всем и стремишься как можно быстрее уйти прочь.

— Смеешься? — возмутился Морозов. — Ты и неудобства — понятия несовместимые.

— Я вообще-то серьезно.

Посмотрела на Александра, желая понять, что сейчас творится у него в голове. Бледный, уставший, невыспавшийся. Пожалуй, ему сейчас тоже не до шуток.

— Если ты поможешь мне встать, то мы можем вместе позавтракать, — миролюбиво предложила молодому человеку.

— Я не думаю, что вставать с постели в твоем случае — это хорошая идея, — покачал головой Саша. — Но тебе надо привести себя в порядок. Да и терпеть вредно.

Кажется, мои щеки порозовели. Ну не привыкла я обсуждать с мужчиной такие подробности.

— Ты прав, — кивнула и предприняла попытку осторожно подняться на локтях.

На этот раз все прошло более сносно. Еще бы, когда меня морально и физически поддерживал кто-то отзывчивый и сильный. Кто-то, с кем мы вчера так неосторожно напились и устроили цирк в дорогом ресторане.

— Я бы тебя еще переодел, но, боюсь, ты на это не согласишься, — между делом сообщил мне Морозов.

— И правильно боишься, — живо представив себе эту нелицеприятную картину, подтвердила. — Я же не у себя дома, чтобы вытащить из шкафа домашнюю одежду и облачиться в нее.

— Если дело только в этом, то я не вижу проблемы, — хитро подмигнул мне Сашка. — Я могу выделить тебе футболку, шорты и носки. А то по полу что-то дует.

Тут я смутилась еще больше. Никогда не думала о том, чтобы надеть на себя мужскую одежду. И не важно, что за ситуация. Просто она же для мужчин сшита. Размер точно не подойдет. Однако, и в офисной одежде мне было не комфортно. Как же быть?

— Я подумаю над твоим предложением, — проговорила, позволяя парню обнять себя за талию и увести в сторону уборной.

В принципе, я могла бы с грехом пополам и сама добраться до нее. Да только прикосновения молодого человека были мне неожиданно приятны. И поэтому я малость хитрила. Сама того не осознавая.

Пока я приводила себя в порядок, для меня отыскали футболку и спортивные брюки. Одежда, правда, оказалась для меня велика, но я смогла выйти из этой ситуации. Низ утянула и завязала шнурок, который был протянут чуть ниже основной резинки. Футболку же оставила так, как была. Главное, теперь не заляпать свой временный наряд. А то придется возмещать убытки. Не маленькие, кстати сказать.

Когда я была готова, на кухне уже вовсю ворчала кофе-машина и жарились тосты. Сам Александр обнаружился у плиты. Он готовил яичницу с колбасой. Подумалось, что мой учащенный пульс никак не вяжется с бодрящим напитком, аромат которого уже вовсю кружил мне голову.

— Ты почему не позвала меня сразу? — нахмурился Саша, который, наконец, заметил меня. — Ты еще слишком слаба для таких подвигов.

— Времени-то совсем немного прошло, — пожала плечами. — Да и пахнет у тебя тут неплохо. Думаю, не ложиться больше в постель и обосноваться тут.

— Так не пойдет, — покачал головой Морозов. — Сейчас я дожарю яичницу и отведу тебя в комнату.

Только набрала побольше воздуха в легкие, чтобы как следует возразить, как вдруг почувствовала сильную слабость. Она разлилась по телу внезапно, заставила поспешно опуститься на первый попавшийся стул и в смирении понурить голову. Повезло еще, что тошнота не спешила возвращаться.

Сашка заметил мое состояние: это было видно по его напрягшимся плечам и рукам, которые чуть крепче стали сжимать лопатку. На меня кинули быстрый, чуть насмешливый взгляд и покачали головой.

— Знаю-знаю, ты был прав, — пробормотала себе под нос.

— Я сварил тебе кофе, чтобы поднять настроение, — неожиданно сказал молодой человек. — Как знал, что ты не будешь в восторге от участи заложницы.

На его лице появилась таинственная усмешка. Почувствовала, как жар приливает к щекам. С чего бы? Вроде бы у меня не наблюдается жар. Да и других признаков простуды нет.

— Спасибо, — вяло поблагодарила молодого человека, отвесив себе мысленный подзатыльник. На всякий случай. Потому что еще не решила, за что именно, но при этом нутром чуя, что позже обязательно все разложу по полочкам и таки найду скрывающийся в недрах бодуна косяк.

— Пока не за что, — снова отвернувшись к плите, заметил Саша. — Подожди немного. Я сейчас закончу и провожу тебя в комнату.

«А, может, не надо?» — мысленно взвыла я. — «Я же не немощь какая. Зачем со мной так нянчиться?»

К своему великому сожалению, я прекрасно понимала, что без поддержки Морозова и его странного гостеприимства мне не обойтись. И черт меня дернул вчера пойти с ним в ресторан. И ведь ничего не предвещало беды. Нет, катастрофы. Дорогое меню, пафосный интерьер, надменные официанты… Это в забегаловке у меня на районе можно влегкую надраться до чертиков. К чему я была бы уже готова.

В носу предательски защипало, когда вспомнила о том, что, по сути, мне и возвращаться некуда. Я ведь так мечтала сбежать подальше от матери и ее вечно обновляющейся компании выпивох. Вот и получила по полной. Не даром говорят, что все наши мысли материальны. Надо только очень захотеть чего-то, и оно непременно сбудется. Правда, происходит это далеко не всегда так, как ты того желаешь. Смотря, какая база у тебя имеется и как много усилий ты прикладываешь для достижения цели. Вот и я вместо того, чтобы поскорее заработать себе на съемное жилье, просто ушла из дома. И не дошла.

И почему мне теперь не радостно на душе? Наверное, из-за того, что очень скоро этому наступит конец. Я вновь останусь одна и буду вынуждена, как и прежде, выживать, чтобы не погибнуть совсем.

— Лиля, — вывел меня из задумчивости голос Сашки. — Ты чего?

Я плакала. Сама не заметила, как по щекам покатились слезы.

— Да так… — судорожно принялась выкручиваться, попутно вытирая соленые дорожки ладонями. — Стыдно за свое поведение. Такой глупой себя ощущаю… И бесполезной.

И болтливой. Потому что такие вещи кому попало не сообщают. Однако, было бы куда хуже, если бы я сказала правду. Тогда в пору увольняться и искать себе новую работу. Я ведь не с подружкой и не с парнем тут общаюсь. И все же… Именно это чертовски обидно!

— Если не прекратишь реветь, останешься у меня еще на один день, — неожиданно пригрозил Морозов. — А там уже, как карты лягут. Если мне чего не понравится, то оставлю тебя на ПМЖ.

Он снова шутил. Только я не видела в его глазах бесенят, которые нет-нет, а так и появлялись в лукавом взоре. Вероятно, это из-за того, что он тоже сильно устал. А ведь ему вроде как еще и на работу надо во второй половине дня. Получается, меня оставят тут одну, без присмотра? А если мне вздумается сбежать и прихватить с собой что-нибудь ценное? Нет, я, конечно, так делать не стану. Но мало ли что? Неужели Сашка мне так сильно доверяет, что готов оставить меня со всем имуществом в своем доме?

Мысль о том, чтобы уйти по-тихому в его отсутствие, основательно засела у меня в мозгу. Но как мне быть, когда вернусь к матери? Меня же побьют (а это очень даже вероятно!) за то, что столько времени отсутствовала и не спонсировала загулы родительницы. А снова уходить из дома в надежде, что когда-нибудь пьянка затихнет… Да меня быстрее разыщут Морозов или Городцов. Получается, мне нет никакого резона устраивать побег. Но и обманывать никого не хочется. Я могу отоспаться и прийти в себя, не напрягая других людей. Я не хитрая, расчетливая стерва, которая пользуется расположением мужчин. Не привыкла к такому, хотя, свободно могла бы сейчас повиснуть на шее у Александра и воспользоваться его заманчивым предложением, которое он произнес в шутку. Но мне действительно некуда идти — вот в чем проблема.

Пока он выставлял на стол тарелки и чашки, мне удалось немного успокоиться. Это был именно тот случай, когда невозможно предугадать развитие событий. С одной стороны Морозов всячески намекал на то, что не против, чтобы я у него погостила. С другой — мне не хотелось быть нахлебницей и трусихой. Все равно нужно было когда-то, но все-таки вернуться к себе. Мы ведь не пара, чтобы сожительствовать.

Хотя, чуть позже я поймала себя на мысли, что была бы не против встречаться с парнем, который так классно умеет готовить. Опять же, я не хотела никому навязываться и искусственно возбуждать интерес к своей незаурядной личности. Пускай все будет происходить само собой. Тем более, что мы работаем в соседних отделах.

Я, как Саша и хотел, завтракала в постели. Сам же молодой человек разместился рядом, но соблюдал некоторую дистанцию. Между нами стояли два подноса с едой, которая источала умопомрачительный аромат.

— Если мне позволит здоровье, я приготовлю обед, — проговорила, смакуя яичницу, которая именно сегодня показалась мне очень вкусной.

— Тогда лучше ужин, — отмахнулся Александр. — Этот завтрак, считай, у нас, как обед. И я на работу уйду скоро.

— А я при этом останусь здесь? — задала по истине глупый вопрос.

Почувствовала, как жар приливает к щекам. Мне было и стыдно, и волнительно одновременно. Хотелось сбежать куда-нибудь, и чтобы при этом все забыть. Еще вчера рабочие отношения с этим парнем меня вполне устраивали, и его напускная веселость не вызывала никаких подозрений.

— Ну, а где же еще? — вполне натурально изумился Сашка. — Пока я буду на работе, ты, как послушная девочка, поспишь тут, отдохнешь и наберешься сил, чтобы завтра выйти на работу.

С этими словами он обвел взглядом собственную спальню. И вот, что странно: видя мое стеснение, он ни разу не воспользовался случаем, чтобы подшутить надо мной. Вероятно, все дело в моем недомогании, которое не давало этому весельчаку опустить стоп-кран и пуститься во все тяжкие, как прежде. Но мне все равно захотелось провалиться под землю. Потому что наша трапеза сейчас больше напоминала поздний завтрак влюбленных, чем вынужденное принятие пищи двух загулявших накануне коллег по работе.

Как только я вспомнила о работе, на прикроватной тумбочке зазвонил мой смартфон. Я вздрогнула и чуть не пролила кофе. Потом не удержалась и поморщилась, так как настроение стало стремительно падать. Весь романтизм и непринужденность ситуации испарились, едва я увидела на дисплее номер своего начальника.

— Ты ведь сказал, что отпросил меня у него… — озадаченно проговорила, поглядывая на Морозова. — Чего Городцову от меня надо?

— И правда, — как мне показалось, недовольно хмыкнул Саша. — Вот, я дурак! Надо было ему сказать, что ты у меня, а не у себя.

— Не-не-не, ты все правильно сделал, — тут же поспешила возразить и таки ответила на входящий: — Алло. Сергей Андреевич, здравствуйте…

Впрочем, я тут же закрыла рот, услышав длинные гудки. Которые свидетельствовали о том, что кое-кто потерял терпение и решил больше не ждать моего ответа.

— Сергей Андреевич… — передразнил мою интонацию Сашка. — Здравствуйте… Я тебя тут что, плохо кормлю, что ты так радостно называешь его имя? Тебе со мной плохо, Василькова?

Я подавилась возмущением. И еле сдержала нервный смешок, который бы обозначил степень моего смятения. Вот как мне на это теперь отвечать?

— Что ты имеешь ввиду? — осторожно уточнила, попутно раздумывая над тем, перезвонить Городцову сейчас или попозже, когда Морозов уйдет. Оставить его звонок без внимания было бы некрасиво с моей стороны.

— Да ничего, — выдавил из себя Саша и взъерошил волосы. Потом схватил тост с сыром и жадно вгрызся в него. — Не бери в голову.

— Ну, ладно. — Как бы безразлично пожала плечами, на самом деле чувствуя сильное разочарование. — А, кстати, что ты сказал нашему начальству?

— Правду, — меланхолично выдал молодой человек. — Что такого в том, что мы с тобой вчера поужинали, траванулись то ли едой, то ли водой и потому сегодня малость приболели?

Я перестала жевать и сосредоточилась на том, чтобы не дай бог не подавиться яичницей.

Возобновила процесс пережевывания только когда убедилась, что все в порядке. Потом осторожно проглотила пищу и тихо переспросила:

— Мы траванулись водой? Вдвоем и сразу?

— Ну а что такого? — Развел руками Морозов. — Босс у тебя не маленький — должен был понять, что мы потребляли не обычную Н2О.

— Я надеюсь, ты на работе к нему на «вы» обращаешься, — простонала я.

— Когда как, — огорошил меня своим ответом Саша.