На островах Океании

Ни топора, ни большого ножа, чтобы вскрыть орехи, под руками не оказалось, но мальчишек это не смутило. Крепко держа орехи обеими руками, они вмиг очистили их зубами до твердой скорлупы. Полоски беловатой мохнатой койры так и летели в стороны! Затем тонкий, но сильный палец нащупывал тот из трех одинаковых на вид «глазков», через который из ореха при его прорастании пробивается первый лист. Мальчики продавливали его и передали нам скорлупу, наполненную прохладным сладковатым молоком. Когда мы напились, мальчишки сильным ударом по стволу пальмы разбили орехи и вернули их нам вместе с осколком, которым соскабливают молодую копру.

В лагуне нас давно ждали. Мы попрощались с нашими маленькими друзьями. Они выстроились в шеренгу, тоже сказали «до свидания» и гуськом пошли в деревню, а мы потащили надувную лодку к островку, видневшемуся в лагуне.

Недалеко от группы мангровых деревьев, поднимавшихся прямо из воды, в лодке-однодеревке сидел полный пожилой островитянин. Долбленая лодка плясала на мелкой волне около целого лабиринта насыпей из кораллового известняка. В узких проходах стояли плетеные верши для ловли рыбы. Нам захотелось посмотреть на улов. Рыбак, свесив ноги за борт, жевал плод пандануса и сплевывал в воду кожуру, через его плечо. была перекинута сеть. Узнав, что мы интересуемся пойманной рыбой, он весело засмеялся, поднял указательный палец и, подмигнув, сказал:

— Только одна!

Рыбка была сантиметров двадцать-двадцать пять длиной. Чтобы она не испортилась на жаре, рыбак уже успел ее очистить и положил под ворох мокрых водорослей. Я достал пачку сигарет и стал искать в сумке спички. Их не оказалось. Рыбак пошарил в долбленке. Сперва на свет появилась плетеная корзина с крышкой, а из нее извлечена жестянка из-под кофе, в которой и лежали совершенно сухие спички. Все закурили. Потом мы прошлись по лабиринту и стали загонять рыбок в верши, но безуспешно. Их проворные стайки проскакивали мимо нас и уходили в мутную воду между насыпями из мертвого коралла. Отдав рыболову остатки сигарет, мы стали прощаться. Тут он протянул нам коробку спичек. Правильно истолковав мой недоуменный взгляд, толстяк весело засмеялся и, подняв два пальца, пояснил:

— У меня две!

Пока мы ходили за рюкзаком, ловили крабов, пили кокосовое молоко и курили с рыбаком, наши товарищи уже закончили первый этап обследования лагуны и теперь сидели на берегу в тени пальмовой рощи. Рудяков открыл консервы, нарезал хлеб и достал бутылку «тропического довольствия» — кислое сухое вино. Едва мы сели обедать, как показался рослый островитянин в красной юбке. Он приехал на велосипеде и вел его за руль, направляясь в нашу сторону. Его привело в эту часть атолла важное дело. Оказывается, мы разбили свой лагерь как раз под той пальмой, на которой Ет (так звали прибывшего) недавно сделал насечку. Высоко в кроне была привязана скорлупа кокосового ореха, куда из пореза стекал сок и где он должен был, перебродив, превратиться в пальмовое вино (еще один продукт, который дает кокосовая пальма!). Ет охотно принял приглашение закусить вместе с нами. Наш новый знакомый оказался бывалым человеком. Он несколько лет работал на фосфатном комбинате острова Науру шофером, хорошо там заработал и вернулся на свой атолл состоятельным человеком. Оттуда он привез и велосипед, но шины теперь сильно износились, а новых наш гость никак не может достать. Ет охотно рассказал о себе. Он владеет кокосовой рощей, у него жена, три сына и дочка. Родители живут в той же деревне (на Маракеи две деревушки). Брат Ета — глухонемой. Вообще на маленьких атоллах довольно много глухонемых[25].

От Ета мы узнали, что в лагуне акул нет, а в океане их очень много. Три года назад его односельчанина акула укусила в плечо, и он вскоре умер. Для нас проблема акул тоже довольно актуальна. Накануне Голиков и Киселев, работая на грунте с внешней стороны атолла, были атакованы большой акулой. Киселев бросился на нее с лыжной палкой, которую таскал с собой вместо копья; хищница отступила. Сведения о том, что акул нет в лагуне, всех успокоили, так как нам предстояло еще провести обследование ее более глубокой центральной части.

Ет с удовольствием ел все, что ему предлагали, особенно ему понравился свежий хлеб. Он сказал, что островитяне в обмен на копру получают различные товары, в том числе и муку, из которой пекут лепешки, а дрожжевой хлеб он давно не пробовал. Есть в деревне и огороды, на которых выращивают таро, дынное дерево и бананы, но главная культура, как и повсюду в Океании, — кокосовая пальма. Оказалось, что Ет не знает, сколько у него пальм, никогда их не считал, зато помнит все по именам. Мы уже и раньше заметили, что на стволах кокосовых пальм вырезаны какие-то слова, но не понимали их значения. Теперь все стало ясно. Для жителя атолла кокосовая пальма то же, что корова для крестьянина Старого Света. Вот пальмы и получают собственные имена: сегодня «Тека» дала три ореха, завтра «Рона» даст полную скорлупу вкусного вина!

Солнце уже приближалось к горизонту, когда мы дотащили тяжело груженные резиновые лодки до протока. Дальше они поплыли «своим ходом». Шел отлив, и вода из лагуны устремилась в океан. В деревне нас приветствовали знакомые ребятишки. Днем они наловили нам множество крабов, морских звезд, моллюсков. Позади всех стояла маленькая девочка, она что то зажала в кулачке, но подойти к лодкам ей мешала застенчивость. Свой дар девочка передала Краснову через того самого верхолаза, который так напугал нас утром. Это оказалась прекрасная блестящая раковина ципреи (Cyprea cameleopardus), охристого цвета с голубыми точками. От себя мальчик поднес мне большого рака-богомола (Squlla).

Мужское население поселка все еще сидело на песчаном бугре около моста. На многих были надеты майки и рубашки — подарки с «Дмитрия Менделеева». Все усиленно дымили «Беломорканалом», неловко держа в пальцах непривычные мундштуки.

Подошел катер, началась погрузка имущества. На берег накатывались волны зыби. Самым трудным оказалось перетащить тяжелые жестяные баки с лагунными кораллами. От этих тяжелых колоний мы ждали решения одной из загадок высокой продуктивности рифов.

Закрытая со всех сторон, мелководная лагуна маленького атолла Маракеи похожа на тихое озеро. Пологое дно усыпано белым коралловым песком, который кажется совершенно безжизненным. Только вблизи от берега на песке чернеют небольшие голотурии.

Отдельные колонии кораллов начинают попадаться лишь на полуметровой глубине. Здесь встречаются светло-желтые миллепора (Мillероrа), темно-коричневые пориты (Pontes), розоватые поциллопора (Росillороrа) и коричневые с синим основанием ветвей голубые кораллы. Между колониями по дну шныряют большие белые хищные крабы калаппа (Calappa). Заметив опасность, такой краб быстро несется по подводной песчаной пустыне, оставляя за собой неясный след, и неожиданно исчезает с глаз. Если приглядеться, то в конце следа можно увидеть небольшой песчаный холмик, скрывающий беглеца: калаппа способны с молниеносной быстротой зарываться в рыхлый грунт.

Я довольно долго провозился, разыскивая других обитателей песка, но так никого и не нашел. Зато колонии кораллов были густо заселены, в каждой из них сидели маленькие крабики-трапеции (Trapezia) и другие ракообразные, в том числе кораллокарисы (Corallocaris), черви, моллюски, змеехвостки. Около колоний постоянно вертелись крошечные коралловые рыбки, скрывающиеся среди ветвей в момент тревоги. На песчаном грунте кораллы не прирастают ко дну. Поэтому колонию легко вынуть из воды вместе со всеми ее обитателями. Мы выбрали несколько примерно одинаковых по величине колоний разных видов кораллов и поместили каждую из них в отдельный таз или большой жестяной бак. В лаборатории все они были обмерены и взвешены на больших весах, а потом каждую колонию разбили на мелкие кусочки и собрали всех животных (кораллобионтов), которые в ней скрывались.

Для каждого вида кораллов характерен свой набор видов поселенцев, которые уже с первого взгляда хорошо различаются по цвету. Так, в розовых колониях живут красноватые и розовые ракообразные, в бурых — население коричневатое или черное. В старых колониях голубого коралла, в развилках веточек сквозь бурые мягкие ткани просвечивает голубой скелет. Все рачки, обитающие здесь, имеют отчетливый синеватый налет на общем темном фоне. Такая покровительственная окраска хорошо маскирует животных на фоне колонии. Все кораллобионты прочно прирастают к веточкам или же держатся за них выростами тела, крючками и клешнями.

Чем гуще разветвлен коралл, тем больше в нем поселяется различных обитателей. Из одной колонии голубого коралла размером 60 × 60 × 35 см и массой около 45 кг было извлечено 450 экземпляров различных животных общим весом почти 500 г! Ни один из обитателей колонии никогда ее не покидает. Появившись здесь из яйца или попав сюда на личиночной стадии, они проводят в колонии всю жизнь. Многие кораллобионты не могут даже перебежать с одного места на другое, так как колонии разделены значительными пространствами белого песка, на фоне которого темные рачки будут заметны для хищников (рыб, крабов). Да и передвигаться по песку они не могут, так же как и зарываться в него.

Если сами атоллы можно рассматривать как оазисы в малопродуктивных, бедных органикой тропических водах, то колония — тоже крошечный оазис среди однообразного белого песка лагуны. Она дает приют и пищу множеству других организмов. Можно понять, какое большое значение в биопродуктивности Мирового океана играют коралловые рифы, общая площадь которых измеряется миллионами квадратных километров.

27 сентября, после кратковременного захода на атолл Бутаритари, «Дмитрий Менделеев» покинул Океанию и взял курс на север. Целых десять дней мы не видели никаких берегов и были заняты составлением отчетов и упаковкой коллекций. Потом был осенний Токио с его серыми улицами, метрополитеном, музеями, парками, универсальными магазинами, невероятно пестрыми световыми рекламами. Здесь мы встретились со многими японскими зоологами, побывали в нескольких институтах, в университете.

Ночью 14 октября из судовых репродукторов раздался знакомый голос капитана: «Вниманию всех участников экспедиции! Наш шестой рейс, во время которого «Дмитрий Менделеев» прошел двадцать четыре тысячи миль, заканчивается. Поздравляю всех участников экспедиции!» Мы вернулись на родную землю.

Рейс окончился, но те огромные коллекции, которые мы в течение нескольких месяцев собирали на коралловых островах Океании, требовали скорейшей обработки. Большие контейнеры с багажом ушли в Москву и Ленинград. Участники экспедиции улетели вслед за ними.

Холодным осенним вечером, когда я вышел на мокрую площадь перед ленинградским аэропортом, голубой «Москвич» вновь стоял на том же месте, где я оставил его в начале лета, и верный друг Евгений прогревал мотор.

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

Еще во время рейса, когда «Дмитрий Менделеев», покинув Океанию, возвращался на север, началось предварительное обсуждение результатов экспедиции. Ежедневно >в кают-компании под председательством А. А. Аксенова собирался Научный совет. Теперь, вспоминая краткие сообщения членов экспедиции о проделанной ими работе, я затрудняюсь сказать, какое же из них было самым интересным.

Географический отряд в день своего отчета развесил на всех переборках кают-компании прекрасно выполненные карты природных ландшафтов. Профессор О. К. Леонтьев сделал интереснейший обзорный доклад о геологической структуре исследованного района. А. Л. Тахтаджян рассказал о сделанных им ботанических открытиях и продемонстрировал гербарий собранных растений. Во время отчета этнографов кают-компания превратилась в настоящий музей — столько здесь было выставлено предметов материальной культуры жителей Океании. Заседание в этот день закончилось совершенно необычно: Б. Н. Путилов воспроизвел некоторые записи песен и звучания музыкальных инструментов народов Океании. Зоологические коллекции к моменту отчета были уже тщательно упакованы, и потому наш отряд мог продемонстрировать только таблицы — более двадцати профилей разрезов различных рифов, сводные графики распределения организмов и плотности их поселений.

В период работ каждый отряд был поглощен выполнением своих частных задач. Во время отчета все больше вырисовывалось то общее, что объединяло нас в комплексную экспедицию. Поэтому сводный отчет о шестом рейсе научно-исследовательского судна «Дмитрий Менделеев», который в день прихода во Владивосток лежал на столе начальника экспедиции, не был лишь собранными вместе сведениями по разным проблемам, а представлял собой единый труд большого коллектива авторов.

Именно во время отчетных заседаний у членов Научного совета создалось вполне определенное мнение о необходимости повторения экспедиции. Одни не получили достаточно полной информации или же нуждались в дальнейшем пополнении коллекций; другим недоставало материала из более восточных или более южных районов, куда «Дмитрий Менделеев» на этот раз не заходил; третьи стремились побывать именно в тех же местах, но в другой сезон. Для биологов было крайне важно еще раз собрать кораллы в бухте Маданга на рифе, разрушенном землетрясением. Может быть, многолетнее изучение этого рифа поможет наконец точно установить темпы роста кораллов?

Заседания Научного совета экспедиции оказались лишь началом научных отчетов. Рейс закончился в октябре, а уже в следующем, 1972 г. в печати стали появляться статьи, написанные по материалам экспедиции в Океанию. В конце этой книги читатель найдет список тех статей и книг, которые уже увидели свет. Но обработка всех материалов еще не закончена, и несомненно будет опубликовано немало трудов, фактический материал для которых был собран во время шестого рейса «Дмитрия Менделеева».

Когда участники этой незабываемой экспедиции встречаются, они непременно желают друг другу нового совместного рейса в Океанию на «Дмитрии Менделееве». И непременно в том же составе. Чтобы Аксенов руководил экспедицией, чтобы Тахтаджян нашел еще много неизвестных растений, чтобы Путилов записал на свой магнитофон самые интересные песни, чтобы Рыклин и Попов сняли такие же красочные фильмы. Конечно, это до известной степени несбыточные мечты. Мы уже не можем собраться снова все вместе. Год спустя после описываемых в этой книге событий ушел из жизни И. М. Белоусов, энергии и организаторским способностям которого все мы обязаны очень многим. Тем не менее мы верим, что такая экспедиция состоится. Она должна состояться потому, что всестороннее изучение Мирового океана необходимо для жизни нашего и будущих поколений,

ЛИТЕРАТУРА

Аксенов А. А., Исследования в юго-западной части Тихого океана. VI рейс «Дмитрия Менделеева», — «Вестник Академии наук СССР», 1972, № 3.

Аксенов А. А., Белоусов И. М., Загадки Океании, М., 1975. Василов В. Н., Деревня Бонгу сто лет спустя, — «Вокруг света», 1973, № 12.

Басилов В. Н., Через сто лет после Маклая, — «Советская этнография», 1972, № 4.

Басилов В. Н. и Марова Н. А., Экспедиция в Океанию, — «Земля и вселенная», 1972, № 6.

Бельская Г., К берегам далекой Океании (рецензия на кинофильм «К берегам далекой Океании»), — «Знание — сила», 1973, № 5.

Бутинов Н. А., Путь к берегу Маклая, — «Дальневосточные путешествия и приключения», 1972, № 3.

Бутинов Н. А., Черные острова — Меланезия, — «Дальневосточные путешествия и приключения», 1973, № 4.

«География атоллов юго-западной части Тихого океана», М., 1973.

Голиков А. Н. и др., Некоторые закономерности распределения и структуры биоценозов верхних отделов островных шельфов тропических широт западной части Тихого океана, — «Тезисы докладов. Отчетная сессия Зоологического института АН СССР по итогам работ 1971 г.», Л., 1972.

Голиков А. Н. и др., Сравнительно-экологический анализ некоторых биоценозов верхних отделов островных шельфов в тропических водах западной части Тихого океана, — «Океанология», 1972, № 13(1).

Игнатьев Г. М., Природные ландшафты и сельскохозяйственная деятельность папуасов на северо-востоке Новой Гвинеи, — «Вестник Московского университета». Серия 5. «Географическая», 1973, № 6.

Игнатьев Г. М., Фосфоритный остров Науру, — «Природа», 1972, № 5.

Игнатьев Г. М. и Суетова И. А., На берегу Маклая, — «Природа», 1973, № 10.

Крюков М. В., А остров свой они называют Эроманга, — «Советская этнография», 1974, № 2.

Медведев Г. С. и Тер-Минасян М. Е., Новый вид жука блестянки рода Haptoncus Murray (Coleoptera Nitidulidae) e острова Фиджи, — «Этномологическое обозрение», 1973, № 52(1).

Муцетони В. М., «За экспонатами в Океанию», — «Музейное дело в СССР», 1974, стр. 102–119.

«На Берегу Маклая (этнографические очерки)», М., 1975.

Наумов Д. В., Коралловые рифы Океании, — «Природа», 1972, № 10.

Наумов Д. В., Типы коралловых рифов Океании, — «Тезисы докладов». «Отчетная сессия Зоологического института АН СССР по итогам работ 1971 г.», Л., 1972.

Павловский О. М., Личное знакомство с Океанией, — «Вопросы антропологии», 1972, № 42.

Павловский О. М., Сто лет спустя, — «Наука и жизнь», 1973, № 8.

Путилов Б. Н., В Бонгу звучат окамы, — «Советская этнография», 1972, № 3.

Путилов Б. Н., Два дня на атолле Маракеи, — «Сибирь», 1972, № 5.

Путилов Б. Н., Остров песен (на атолле Фунафути), — «Советская этнография», 1974, № 3.

Путилов Б. Н., Через сто лет после Миклухо-Маклая, — «Дальний Восток», 1973, № 3.

Путилов Б. Н., Шесть дней на Новых Гебридах, — «Нева», 1973, № 6.

Тумаркин Д. Д., На Берегу Маклая сто лет спустя, — «Проблемы этнографии Востока», М., 1973.

Тумаркин Д., Бельская Г., О тамо, кайе, — «Знание — сила», 1972, № 6.

Тумаркин Д. Д., По островам Океании, — «Советская этнография», 1972, № 2.

Aksjenov A. A., An den Ufern Ozeaniens, — «Urania Universum», Bd. 19, Leipzig, 1973.

Eliakov G. V. a. o., Glicosidas of Marine Invertebrate. 1. A Comparative Study of the Glicoside Fractions of Pacific Sea Cucumbers. Comparat. Biochem. Physiol 44 (B) pp. 325–336, 1973.

Muzetoni V., En Océanie, — «La femme sovietique», 1972, № 12, pp. 32–33. In Oceania, — «Soviet Woman», 1973, № 1, pp. 17–19. In Ozeanien, — «Sowjetfrau», 1973, № 2, pp. 9, 28, 29, 36.

Orviku K., Neli Kuud Vaiksel ookeanil, — «Horisont», 1972, № 2, pp. 11–13.

Tumarkin D., Soviet Ethnographers in New Guinea, — «Social Sciences», 1973, № 2.

INFO

Наумов Д. В.

Н 34 На островах Океании. М., Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1975.

167 с. с ил. («Путешествия по странам Востока»)

Н 20901-141/013(02)-75*141-75

91 (И9)

…………………..

FB2 — mefysto, 2022