Пепел прошлого

Он оглядел ее. От своей одежды, выпачканной кровью, она избавилась, старого ватного одеяла при ней тоже не было. Сейчас она была одета в достаточно крепкий спортивный костюм черного цвета, джинсовую куртку и вязаную шапочку, натянутую по самые брови.

– Вас беспокоят ранения? – спросил он, пребывая в совершенной растерянности.

– Нет. Меня беспокоит тот, кто меня порезал, – ответила она с кривой усмешкой.

– В смысле? Он вам снова угрожает?

– Нет. Не уверена, что он вообще знает, что я выжила. Он думает, что я сгорела в доме, и пока это так, я жива. Как только он узнает правду, мне конец. И поэтому, доктор, сделайте так, чтобы он не узнал об этом как можно дольше! Хотя бы пока я полностью не восстановлюсь.

Она сползла по стене на пол, голова свесилась на грудь. Но она была в сознании – подняла руку, предостерегая Устинова, когда он хотел броситься ей на помощь.

– Я в порядке, док. Просто очень устала. И очень хочу есть. Чем это у вас так вкусно пахнет? Суп? – Она глубоко вздохнула.

– Суп.

– Гороховый?

– Гороховый.

– Отлично.

Она неуклюже поднялась на ноги и зашагала следом за ним в дом. У порога она разулась, сняла шапку и джинсовую куртку, распушила волосы и даже показалась Устинову симпатичной. Он заставил ее тщательно вымыть руки, усадил за стол, поставил перед ней тарелку с супом, потом наложил тушеных овощей. Она ела медленно, болезненно морщилась, но съела все. От чая и кофе отказалась.

– Простите меня, – произнесла она, как только он убрал со стола посуду и вернул на место клетчатую скатерть.

– Есть за что? – Он сел напротив и строго глянул. – Я не сообщил о вас в полицию, хотя и не уверен, что поступил правильно.

– Все в порядке. Я никого не убивала и не поджигала дом. Я хотела сбежать, но он догнал меня, пырнул ножом и оттащил к дому, чтобы сжечь заживо. Он даже… – Ее голос задребезжал, глаза наполнились слезами. – Он даже не посмотрел, жива я или подохла от его ножа. Он даже не глянул! Если бы не эта шальная баба, я бы… Я бы сгорела заживо!

– Вы о той женщине, которая привезла вас сюда?

– Да. Не знаю, откуда она там взялась? Может, шлюха соседа нашего. Но она погрузила меня во что-то, и я отключилась. А потом очнулась – мы уже в машине. Она скулит, как щенок, воет, не знает, что делать. Я ей и подсказала: оставить меня на крыльце вашего медпункта. Я же местная, все поселения вокруг знаю. Она сто раз извинилась. Дурочка, да? За что? Спасла же меня…

В кухне стало тихо. Мысли жалили Устинова ядовитыми осами.

Он не с этой женщиной жаждал продолжения знакомства! Он хотел найти ту – другую! Он вообще желал бы эту больше никогда не видеть. Ушла и ушла. И его бывший пациент – добрый великодушный дядька – опять же советовал держаться от такого рода проблем подальше. Но раз уж она здесь, в его доме, он должен знать, к чему готовиться.

– Так что же с вами случилось? И как вас зовут? Кто вы вообще? Что это за страшный человек, который собирался сжечь вас живой?

Она подняла на него пристальный взгляд, заправила за уши короткие прядки волос, снова показавшись ему достаточно симпатичной, и спросила:

– Вы уверены, доктор, что желаете стать хранителем чужого секрета? Причем не одного?

Он неопределенно пожал плечами, потому что уверен не был. Опять же его бывший пациент настоятельно рекомендовал держаться подальше…

К черту! Сколько можно осторожничать? Ему скоро тридцать восемь лет, а он ощущает себя глубоким старцем. А все почему? В его жизни уже давно не происходит ничего интересного. Инстинкт самосохранения давно зажирел, прозябая в его вялотекущих буднях. Все его интересы сводились к просмотру ненавистного сериала на ночных дежурствах. И…

И он кивнул:

– Если вы просите меня о помощи, я должен знать.

– Что именно?

– Все! – категорично заявил Устинов и погрозил ей пальцем. – И не вздумайте мне врать.

– Не в моих интересах. – Она тяжело вздохнула. – Я устала одна нести все это в себе. Эгоистично, но давно хочу переложить на кого-нибудь хотя бы часть. Итак, слушайте, док, мою скверную историю…

Глава 11

Игорь смотрел на жену. Она собирала вещи, только теперь свои, не его, чтобы вывалить их в ресторанном зале под ноги официантам. Он испытывал странное мстительное удовлетворение, наблюдая за Ингой – не потому, что сбором ее вещей заканчивался их брак. Нет, они по-прежнему вместе, по-прежнему пара. Вещи его жена собирала для того, чтобы уехать куда-нибудь подальше, точнее, спрятаться – от проблем, которые сама же себе и создала.

Пусть узнает, поймет, каково это – решать проблемы! Обнаглела женщина за его широкой, надежной спиной. Обнаглела до такой степени, что позволила себе выставить его слабаком и тряпкой на глазах у сотни людей.

Так сказала Марго три дня назад после совещания.

– Игорь, ты понимаешь, что такое рейтинг доверия? Понимаешь? – начала она наседать, как только за последним из сотрудников закрылась дверь. – Она выставила тебя… Высмеяла! Наши клиенты перешептываются, Игорь! Они ждут от тебя решительных действий.

– Каких?

– Наказания для твоей жены, – произнесла Марго и покивала. – Да, да, ты не ослышался! Это по умолчанию витает в воздухе, Игорек. Я вчера была в спа-салоне с женой нашего самого важного клиента, и она открытым текстом, Игорек, сказала, что все ждут, когда твоя неуравновешенная жена понесет заслуженное наказание. Такие штучки нельзя спускать и все такое…

Марго замолчала и, тяжело дыша, уставила на него карие глаза, полыхавшие гневом.

– Что скажешь? – спросила она, не дождавшись ответа.

– Да что я скажу, Марго! – возмущенно откликнулся он, усевшись лицом к окну и рассеянно наблюдая за медленно рассасывающейся пробкой на проспекте. – На кол мне ее, что ли, посадить? Как я ее должен наказать?

– Развестись, – обронила Марго как будто вскользь и быстро вышла из его кабинета.

Уходить ей не было никакой необходимости – они собирались в ближайший час работать над контрактом, который был очень важен для их компании. «Ушла, чтобы дать ему время на раздумье», – сообразил он. Могла бы этого и не делать: он бы сразу сказал ей, что не собирается разводиться с Ингой. Это было, во-первых, слишком хлопотно, во-вторых, затратно, в-третьих, он любил свою жену.

Да, да, любил и не собирался ее ни на кого менять! Ему нравились ее характер, ее аристократическая внешность. Ее забота о нем. В общем, плюсов было гораздо больше, чем минусов. И идти на поводу у какой-то ленивой тетки из спа-салона он не собирался, даже если она жена влиятельного человека и способна ему навредить.

– Я не собираюсь разводиться, Марго, – объявил Игорь, когда его помощница и компаньон вернулась.

– Почему?

Она села на краешек стула слева от него, подтянула к себе папку с документами, взглянула отстраненно и тревожно.

– Потому что я ее люблю, – ответил Игорь и развел руки в стороны. – Звучит банально, но это так.

Марго молча накручивала на палец длинную прядь рыжих волос и смотрела на него так, словно видела впервые.

– Надо же, – произнесла она, оборвав паузу. – Никогда бы не подумала, что ты можешь так глубоко чувствовать.

– Так… Давай займемся делом, – натянуто улыбнулся он. – О моих чувствах поговорим как-нибудь потом.

Больше они к этой теме не возвращались, но Марго сделалась какой-то не похожей на себя, молчаливой, стала избегать его. И он решился: заявил Инге, не выходившей из квартиры уже несколько дней, что ей необходимо срочно уехать.

– Считаешь? – подняла она на него затравленный взгляд.

– Уверен. – Игорь походил вокруг нее, застывшей посреди комнаты с опущенными плечами. – Тебя вычислят, это вопрос времени. Ты не дура, понимаешь сама.

– Да. – Ее голова упала на грудь. – Понимаю.

– И тогда…

– Что тогда?

– Я даже не знаю, что будет! – воскликнул он, обнимая ее со спины и прижимая к себе. – Все будет зависеть от того, кто первым найдет тебя: полиция или этот страшный человек.

– Куда мне ехать?

Он тогда вспомнил о своей дальней родственнице из Владивостока, с которой время от времени созванивался и обменивался поздравлениями. Та все рвалась в Москву, а он ее всячески отговаривал и даже помог с деньгами, когда она собралась открыть парикмахерскую, лишь бы сидела на месте и не доставляла ему лишних хлопот. А она могла!

– Во Владивосток? Так далеко? – ахнула Инга.

– Там тебя точно никто искать не станет. – Он поцеловал ее в затылок. – Надо собирать вещи и выезжать. Завтра.

– Уже завтра? – Глаза Инги наполнились слезами.

– Ждать смысла нет, милая. Полиция может прийти в любое время. Я отвезу тебя в соседний город на машине, там ты сядешь на автобус, доедешь до… – Игорь подумал и беспечно махнул головой. – Все равно куда. А уже оттуда – во Владивосток.

Это было вчера, а сегодня, поразмыслив, он неожиданно поменял решение.

– Не нужно тебе уезжать так далеко, – проговорил он, просыпаясь. – Я на работу, а ты пока собирай вещи. Я подумаю, где тебе лучше спрятаться.

Он думал недолго. Съездил на вокзал, купил ей билет на поезд до Владивостока и помотал им у нее перед лицом, вернувшись на обед.

– Но ты туда не поедешь, дорогая, – пообещал он, швыряя билет на груду ее кофточек.

– А куда я поеду? – Она закрыла чемодан и глянула с испугом.

– В наш дом. Там тебя точно никто искать не станет.

Они пообедали, неспешно и беспечно разговаривая. Игорь то и дело просил Ингу передать ему то соль, то перец, хотя необходимости в этом не было. Тема ее отъезда тщательно обходилась стороной, они вели себя так, словно ничего не случилось. Игорь даже пробовал быть веселым, но после пары неудачных шуток перестал.

– Ну что, пора? – Он глянул на часы. – Твой поезд уже через полтора часа.

– Но я же никуда не еду, – наморщила лоб Инга, застыв у порога с дамской сумочкой.

– Но мы должны пустить всем пыль в глаза, дорогая. – Он скорчил смешную гримасу и подхватил ее чемодан. – Если вдруг кто-то станет спрашивать у наших любопытных соседей, видели ли они нас тогда-то и тогда-то. А что у нас было в руках? Были ли мы веселы или печальны? Смеялись или скандалили? Ну, все поняла?

– Кажется, да. – Инга неуверенно кивнула и натянуто улыбнулась. – Я весела, милый. Я очень весела и беззаботна. Идем…

Он вернулся домой ближе к вечеру и просидел четыре часа над новым контрактом. Пытался вносить правки – кое-что его не вполне устраивало, – и работа шла, но очень медленно и как-то безуспешно. Он не выдержал и позвонил Марго.

– Ты читала контракт, который нам сегодня утром переслали? – спросил он, забыв извиниться за поздний звонок.

– И тебе доброй ночи. – Марго громко зевнула. – Игорь, что случилось?

– Ничего, – буркнул он. – Пытаюсь работать.

– В половине двенадцатого ночи? – ахнула она и тихо рассмеялась. – Что-то случилось, Игореша? Тебя бросила твоя красавица жена? Не дождалась наказания и сыграла на опережение?

– Марго, мне не до твоих шуточек. Повторю вопрос: ты читала контракт с «Арктисом»?

– Еще нет. А что там не так?

– Да все, черт возьми, не так! – Он оттолкнул от себя низкий столик, на котором стоял ноутбук. – Устные договоренности они проигнорировали, прислали письменные, но совершенно иного толка.

– Но это всего лишь проект контракта, Игореша. Ты чего так разнервничался? – Она мягко рассмеялась. – Вот видишь, как бывает, когда ты берешься за дело.

– А как бывает?

Игорь вытянул ноги и снова уставился на страницу, заполненную печатным шрифтом, сложенным в слова и предложения, к хренам собачьим ущемляющим все его права и оставляющим почти без прибыли.

– А бывает так, что твоя верная Марго садится за работу и исправляет все на щелчок мышки. Ты просто очень давно не вникал во все, Игореша. – Марго снова громко зевнула. – Прости, спасть хочу. Давай до завтра?

– Давай. – Игорь сосредоточенно смотрел в монитор. – К слову, а во что я не вникал, Марго?

– Во все…

Она отключилась, а он просидел без сна до пяти утра. Нет, он не просто сидел, а работал, вернее, пытался. У него почти ничего не выходило! Где-то был закрыт доступ, где-то у него не было права на подписи и внесение изменений. Он так рассвирепел, что залпом выпил двести граммов виски, чего никогда не позволял себе в принципе, особенно в половине пятого утра, рухнул на неразобранную кровать прямо в одежде и проспал до обеда. Открыв глаза, он обнаружил несколько сообщений от Инги и двенадцать пропущенных звонков от Марго.

– Дорогая, все в порядке? – спросил он, набрав номер жены.

– Да. Все хорошо. А ты что, спишь? Голос у тебя какой-то странный.

– Просто прижимаю телефон плечом. Все, пока, до связи. Мне надо бежать…

Он закрыл глаза и полежал несколько минут, пытаясь привыкнуть к головокружению и тошноте, подкрадывающейся слишком высоко, поразмыслил, что может сейчас проглотить, чтобы избавиться от неприятных ощущений и не болеть потом остаток дня. Решил, что для начала аспирин будет ему в помощь, а после душа можно выпить крепкого бульона – Инга сварила кастрюльку специально для него, перед тем как уехать.

Неожиданно при мыслях о жене ему сделалось грустно. Ерунда какая-то! Зачем ей было нужно влезать в какую-то нелепую историю? Спасать кого-то? Подставляться? Он теперь вынужден жить один, а это не совсем удобно, учитывая его занятость. К слову, о занятости…

– Алексей, приветствую, – позвонил Игорь на давно забытый номер старого приятеля. – Не отвлекаю?

– Сомов, ты, что ли?

– Я.

– Ничего себе, – хмыкнул тот со значением и с холодком поинтересовался: – Чем обязан?

– Да справки хотел навести о фирме одной. Набиваются в партнерство, а что-то как-то мне…

– Интуиция подсказывает, что не все там так славно, как ребята рассказывают? – перебил его старый приятель Алексей Изотов. – И ты вдруг вспомнил о старом друге, которому проспорил ящик коньяка, но так и не поставил? Забавно, Гоша!

– Черт! А ведь верно! Леха, прости. Должник! Прямо сегодня пришлю. Скажи куда?