Дети красной руки

Первое что он увидел это поверхностную структуру неокортекса. Она была искусственной в виде гексагональных микросот явно не природного происхождения. Почти как его искусственная кожа. Мозг был создан искусственно, но обладал всеми признаками присущими мозгу человека.

— Не может этого быть…, — прошептал Матиас, — они напечатали матрицу и прорастили нейроны… а потом…

Его растерянностью воспользовался дрон. Он, сшиб его с ног, и пока Матиас, проклиная его на все лады, пытался подняться, еще раз сверху ударил по спине, прибив к полу. Космодесантник перекатился на спину, вскинул бинган и выстрелил в дрон, который уже словно молот, летел к его голове. Дрон попытался уйти с линии выстрела, но не успел — в него попали. Луч скользнул по его отполированной поверхности, но дрон все же по инерции упал на голову хозяина.

— Блять! — последнее, что успел воскликнуть он, теряя сознание.

* * *

— Давай с тобой сбежим, отсюда, после этой операции! Уволимся из армии и свалим отсюда навсегда.

Диана поцеловала его в кончик носа и улеглась, рядом прижимаясь, что было сил к его телу.

— Куда ты хочешь? — спросил Матиас.

— Я хочу к морю… ну не знаю, может быть к океану. Мне все равно лишь бы было много воды. Я никогда не видела море. Говорят это очень красиво. Ты же знаешь, я родилась и выросла на Марсе. На этом пыльном куске камня. Здесь вода это роскошь и драгоценность.

— Хорошо, — он повернулся к ней, нежно обхватил ее голову и вернул поцелуй в кончик носа.

— Не делай больше так, — засмеялась она, смешно потирая нос.

Диана перевернулась на спину.

— Война однозначно закончится после этого последнего сражения.

— Ты так думаешь? — спросила Матиас.

— Да, я уверена. Штабные говорят, что это решающая битва и после нее Союз Корпораций согласится на капитуляцию и все наши условия. И все закончится. Я слышала, что Асгардия после войны смонтирует гиперкольца для путешествий к далеким экзопланетам. Они хотят заселить одну такую у звезды TRAPPIST-1. Она в три раза больше Земли. Я бы могла быть пилотом космического корабля. Как ты думаешь меня возьмут? Я ведь не плохой пилот…

Матиас засмеялся.

— Ты лучший пилот! Ты ангел Джокер. Ты легенда среди пилотов. А что делал бы я?

Диана легла ему на грудь, посмотрела в глаза и серьезно сказала.

— После этого сражения тебя повысят. Тебе давно уже предлагают звание сержанта, а если ты сам пожелаешь, то можешь подняться выше. У тебя за плечами университет! Ты не простой рубака, неотесанный десантник ты другой. Я сразу это поняла когда увидела тебя. Ты бы мог стать сотрудником службы технической безопасности на космическом корабле. Асгардия охотно берет для таких целей бывших солдат. А ты подходишь для них, как нельзя лучше.

— Ты веришь в этих чокнутых? Как раньше говорили в добрых самаритян. В Асгардию?

— Верю.

— Тогда и я верю, — засмеялся Матиас.

— Только прошу тебя, отпусти их…

Голос Дианы резко оборвался, лишь его эхо еще раздавалось несколько мгновений.

— Кого я должен отпустить?! — удивленно спросил он.

Матиас повернулся, но постель рядом была пуста. Вокруг все черное и пустое.

Он вскочил.

Но тут же, еще не умея стоять на искусственных бионических ногах рухнул. Он схватился рукой за край постели и с ужасом увидел свои новые бионические пальцы на искусственной кисти руки.

— Что со мной! — закричал он, — Ди! Вернись! Где ты?!

* * *

Матиас пришел в себя.

Сел.

«Что происходит? Почему я вижу всех их?».

Голова кружилась.

«Хорошо он меня приложил», — подумал он, — «маленький ублюдок».

Взяв бинган он, пошатываясь, подошел к лежащему дрону. Луч зацепил его край, оставив небольшую вмятину. Но и этого хватило его оглушить.

— Ну что допрыгался щенок?! — злобно сказал он, поднимая бинган, — сейчас я тебя прикончу, и песенка твоя будет спета!

Он направил его в самый центр сферы. Постоял, крепко сжимая рукоять бингана и пытаясь найти в себе силы выстрелить.

«Проклятье! Не могу», — он опустил оружие.

— Щенок я не могу тебя убить. Сраный ублюдок! Да что со мной?!

— Ты не станешь этого делать, — сказал тихий голос, — потому что ты другой Матиас. Ты любишь его как ребенка. И у тебя нет ближе никого чем он…

Он резко обернулся.

Перед ним в нескольких метрах стояла женщина. Матиас выронил бинган и попятился назад.

— Ты не можешь быть ею…, — пробормотал он, — ты не можешь быть Дианой… Она погибла тогда над проклятым Хазбедунским холмом, там же где и я едва навсегда не оставил свои кости. Я потерял ее там, — говорил он срывающимся голосом.

— А я и не она.

— Тогда кто ты, дьявол тебя побери?!

— Я пока не знаю. Меня вырастили в лабораториях Асгардии. И для меня есть миссия спасти самое лучшее, что есть в людях. Я источник новой сильнейшей эмпатии. Я должна создать новый лучший мир став ее центром. Помнишь, Диана звала тебя туда?

— Ты прикинулась ею, тварь, и влезла мне в мозги и еще сбила с пути этого глупого щенка.

Дрон несколько раз дернулся и поднялся на пару метров.

— Нет, Матиас. Я всего лишь воспользовалась твоими воспоминаниями. Я показал тебе то, что было для тебя когда-то очень дорого. То, что ты любил и тех, кого ты любил. То, что ты уже забыл. Отправляйся с нами. Так как хотела Диана. Отправляйся с нами в память о ней. Она знала, что ты другой Матиас.

Раздался сильный грохот, берлога содрогнулась. Экранированные ворота едва выдержали удар извне. Сработала система охраны.

— Все дождались, черт побери, — рявкнул Матиас.

Женщина исчезла.

Матиас, почти прыгая, как кенгуру, подбежал к системе наблюдения. Так и есть. Снаружи перед экранированными воротами роллставнями зависли три бронированных автомобиля. Намерения явно враждебные, судя по их выдвинутым вперед таранам с массивным наконечником силового поля. Пару таких ударов и его ворота залетят вовнутрь, как картонная перегородка от старой бабушкиной шляпной коробки. Матиас ударил рукой по большой кнопке на стенде охранной системы. Перед воротами появился щит армейского образца из голубых гексагональных сот. Теперь его берлога превратилась в крепость. Но только теперь возникли две большие проблемы — первая, он заперт в западне и вторая, сколько он здесь продержится. Снаружи это тоже поняли. Раздался зум коммутатора связи. Матиас медленно протянул руку и включил громкоговорящую связь. Раздался спокойный голос.

— Привет Мэт.

— Привет Дэрил, — ответил Матиас.

— Приятель мы пришли забрать свое.

— Это досталось мне в честной схватке, ваш жирный говнюк хотел меня убить впаривая палёный товар. По нашим правилам это теперь мое.

— Да приятель, ты прав. Только маленький нюанс. Хорхе был подлой крысой. Он украл товар у нас, у своих братьев. Мы его не хотели продавать, потому что на товар у нас были совсем иные планы. И ты стал его обладателем совершенно случайно. Ты это понимаешь приятель?

Матиас промолчал.

— Ты хорошо укрепился приятель, — сказал пират, — но мы отсюда никуда не уйдем пока не получим свое. Твой щит конечно очень грозный, продержится какое-то время, но потом он будет разбит. Тем более у нас на орбите есть хорошенький плазменный фугас. Намного мощнее твоей «шайбы»…

— Ты блефуешь! — прервал его Матиас.

— Нет, — ответил Дэрил, — видишь ли, я открою тебе маленький секрет, так между нами, нас наняло правительство. Мы иногда делаем для них очень грязную работу, чтобы не поднимать лишнего шума. Сам знаешь можно все списать на пиратов и делать возмущенный вид.

«Проклятье!» — подумал Матиас, — «теперь все понятно. Асгардия создала искусственный мозг с высочайшими эмпатическими свойствами и хотела вывести в одну из своих дальних колоний. Но вмешалось правительство, а так как Асгардия ничего не нарушала, нашлись в правительстве умники, которые посоветовали болвану президенту обратиться к пиратам, чтобы предотвратить это. Но в планы вмешалась обычная человеческая жадность. Придурок Хорхе украл у своих, не понимая значимости груза и попытался продать. А теперь из-за потери ценного груза у шайки Дэрила сильно подгорает задница. Они не оставят меня в покое если я не отдам им похищенный груз».

— Мэт, я смотрю, ты все же задумался, — сказал Дэрил, — ты знаешь меня уже очень давно, еще с тех времен, когда мы с тобой вместе проливались огненным дождем. Мы с тобой были братья по оружию. Я это свято ценю. Но наши дорожки просто потом разошлись. И ты знаешь, что я никогда не нарушу данное слово и никогда не подниму руку на своего брата, с которым ни один год молился ангелам сидя в жестяной коробке. Помнишь эти славные времена?

Дэрил сделал паузу.

— Мэт, я должен вернуть груз. Ты это уже понял. У меня нет иного выхода.

— Это после того как ты попытался с ходу высадить дверь моего дома, но не получилось, заговорил о боевом братстве?! — засмеялся Матиас в ответ.

— Я даю тебе слово, что если ты отдашь всего лишь один мозг из всего груза, мы уйдем, не причинив тебе вреда. Выбирай приятная жизнь или бесславная смерть.

«Ну да конечно оставите меня в живых!», — усмехнулся про себя Матиас.

Матиас достал из холодильника еще одну бутылку Джек Дэниелса. Сел на стул и влил в себя несколько глотков.

«Дэрил старый вояка, как и я. Тоже сильно потрепанный войной. Получеловек. Он стал пиратом, я торгую трансформированными мозгами — каждому свое. Но он прав мы с ним братья, нас это объединяет, как никого другого в этом поганом мире. Я знаю цену его слову, он заберет мозг этой девки и спокойно уйдет? Девки… Нет приятель ты не уйдешь! Разве можно оставлять в живых такого свидетеля как я?!».

Он посмотрел на ящик и на дрон, который он так и не смог прикончить, испытав несвойственный ему приступ трогательной жалости.

— Дай мне пять минут подумать, — сказал Матиас.

— О кей, омбре, — великодушно сказал Дэрил.

Матиас встал и подошел к ящику. Коннектом на затылке слегка завибрировал.

«Отпусти нас, прошу…» — сказал дрон.

«Пацан мне жаль… если я вас отпущу, то они здесь камня на камне не оставят. Ты же видишь.».

Он с тоской посмотрел на стальную сферу, приготовленную для мозга девчонки.

«Отпусти нас, прошу, помоги…» — снова попросил дрон.

Матиас опрокинул бутылку и сделал еще несколько глотков.

«Да будь оно все проклято!» — сказал он сам себе.

Посмотрел на дрон.

— У тебя было имя? — спросил он.

«Да, но только я его не помню ты его стер. Она может мне его вернуть».

— Хорошо пусть будет так. Что тебе понравилась девчонка? Да она славная я это чувствую… Я когда-то любил такую. Я не отдам им вас. Знаешь, можно было конечно попробовать договориться, но ты же видел, он попытался нагло вломиться ко мне. Он не правильно попросил. А старина Мэт таких вещей не прощает. Так что у меня нет сними никаких дел.

Он быстро встал.

— Вот что, давай помогай мне щенок! Подготовь для нее сферу, установи самые лучшие гравитационные энергоблоки и нейроадптеры. Шевелись пацан, у нас очень мало времени! Через пару минут они вынесут наши ворота и нам уже ничего не поможет.

Матиас вывел манипулятор над ящиком и подхватил сетку с мозгом девушки. Манипулятор перенес его на стол со сферой, рядом с которой крутился дрон. Наконец монтаж всех внутренних систем жизнеобеспечения и питания был закончен.

Снаружи заподозрили что-то неладное.

— Мэт, я так понял, что ты принял не правильное решение. Что ж приятель мне очень жаль ты не оставил нам выбора. Или может быть ты перед смертью задумался о спасении своей проклятой души?

«Берлога» содрогнулась от первого удара.

— Поторопись пацан! — прикрикнул Матиас.

Манипулятор поместил мозг девушки в сферу и начался процесс вживления нанотрубок и рецепторов во внутреннюю оболочку сферы. Матиас запустил коммутатор и распределил отростки аксонов по зонам неокортекса. Прорастил из тончайшего полиморфной стали нити в ткань мозга. Пока все складывалось удачно. Заполнил свободное пространство половинок сфер специальным нейрогелем. Через минуту вторая половина сферы плотно закрылась не оставив даже тонкой видимой линии соприкосновения между двух половинок.

— Порядок пацан! Давай посмотрим, как твоя подружка вспорхнет.

Берлога снова содрогнулась так сильно, что со стола посыпались приборы, некоторые массивные предметы сдвинулись со своих мест. Показалось что стены апартаментов стали неровными и кривыми.

— Грязные убл-лю-дки! — выругался Матиас, — хорошо ударили.

Но сфера с мозгом девушки поднялась над столом, сделала несколько кругов над ним и застыла рядом с дроном. Они, сверкая отполированными корпусами, вместе поднялись чуть выше и закружились в каком-то безумном танце, летая по кругу. Матиасу показалось, что он слышит смех и веселые голоса. Он вдруг почувствовал, как на глазу выступили слезы.

— Как дети… Черт вас побери, — проворчал он.

Два дрона остановились и подлетели к нему почти к самому лицу. Он смотрел на свое отражение. Лицо, как замысловатая мозаика с остатками кожи и заплатками искусственной, с тонким рисунком шестигранных сот, красноватый бионический глаз, с левой стороны выпирает стальная скула, всклоченные волосы на половине головы…